Тепло холодной зимы

Совсем скоро Новый год. Праздник, веселье, радость, подарки. Коля сильно проникается атмосферой праздника и весь декабрь до тридцать первого числа только и делает, что говорит своим друзьям и парню о том, как же он ждет этот праздник. Сигма тоже ходит счастливый. Ему тоже нравится атмосфера праздника, но больше всего ему нравится наблюдать за таким радостным Колей. Он кажется невероятно милым. Они вдвоем ходят по торговому центру в поисках подарков и новогодних свитеров. И Гоголь хватается за всё подряд, что хоть немного связано с Новым годом. Тем временем у Фёдора с Дазаем всё немного иначе. Хотя не немного, у них всё совсем по-другому. У них всё начинается с того, что Гоголь с Сигмой, непонятно почему, резко решили, что праздновать они хотят вчетвером и в квартире Дазая. И это порождает споры об оформлении дома. - Здесь же некрасиво, - возмущается Фёдор, критикуя только что повешенную Дазаем гирлянду. - Я вешал эту хрень полчаса, ты же мог увидеть и сказать об этом раньше, - фыркает Дазай, говоря полуобиженным тоном, - если всё так не нравится, то сам оформляй. - Ладно-ладно, просто здесь лучше было бы повесить мишуру, - спокойно говорит Фёдор, теперь пытаясь не обидеть своего «диванного дизайнера». - Я передумал, тебе нельзя ничего оформлять, совсем не имеешь вкуса, - говорит Дазай и они оба закатывают глаза. И вот за такими разговорами проходит их вечер тридцатого числа. В конце концов они оба решают уже забить, как есть, так и оставить, и идут курить на балкон. Кто-то во дворе проверяет салюты, запускает один и в небе рассыпаются огоньки с характерным звуком. Фёдор обнимает Дазая со спины, целует один раз в щеку, и они вместе смотрят в окно. На улице забавно. Дети играют в снежки, пока взрослые обсуждают запустившийся фейерверк. А потом и они присоединяются к игре в снежки. Дазай поворачивается к Фёдору, со странным огоньком в глазах, а Фёдор качает головой. - Ну пожалуйста, - просит Дазай, мягко улыбаясь. У него тараканы в голове, в этом Фёдор убеждается в очередной раз. Но у них эти тараканы уже похоже общие, потому что он уже давно понимает Дазая без слов. - Там холодно, - говорит Фёдор, на пару секунд снова поворачиваясь к окну. Да, определенно слишком холодно. - Всего на пару минут, пять или десять. Заодно и в магазин сбегаем, ты же хотел сегодня взять чипсы. Фёдор думает над тем, какие ещё аргументы у него есть. Во-первых, ему лень, хотя для Осаму это уже давно не аргумент, потому что у того энергия бьет через край, а малоподвижного Фёдора он, наоборот, старается заставить больше двигаться. А всё остальное, что может придумать Фёдор также не помогает. По итогу он соглашается, видит очень довольного Дазая, и они вместе идут одеваться. Фёдор одевается быстро, в отличии от Осаму, который возится сначала с обувью, потом с курткой, а потом отказывается надевать шапку. Фёдор делает вид, что соглашается с дазаевским «Федь, там нереально заболеть, совсем не холодно». А сам просто берет его шапку и шарф в руки и надевает на Дазая, когда они уже выходят на улицу. - Только попробуй снять, - добавляет Фёдор. Они начинают лепить и кидать друг в друга снежки. Это выходит так забавно, Фёдор забывает о том, что им обоим вообще-то по двадцать пять лет, и единственное, что у него в голове, это то, как бы увернуться от вражеского снежка. А ещё он думает о том, каким счастливым выглядит Осаму. Смеётся, улыбается и радуется, совсем как ребенок. Двадцатипятилетний, почти двухметровый ребенок. И этот самый ребенок в какой-то момент случайно попадает Фёдору снежком в лицо, после этого включает инстинкт самосохранения и уже просто бежит куда подальше. Бегать по снегу неудобно, но они оба это делают, в конце концов Фёдор догоняет и валит Дазая в сугроб, падая вместе с ним. Они смеются, ещё немного лежат на снегу и смотрят друг на друга. У них у обоих покраснели щеки, замерзли руки и появилась отдышка. Через пару минут они всё же поднимаются, возвращаются в квартиру и там Фёдор ставит чайник. Они пьют чай, греются и только после этого идут спать.

***

Где-то в шесть вечера в дверь стучатся. Дазай открывает, встречает Колю с Сигмой, забирает у них половину пакетов с продуктами, и относит на кухню. Фёдор тоже здоровается с друзьями. У них ещё шесть часов, за которые нужно приготовить нормальной еды, желательно, чтобы после неё не было отравления, как в прошлый раз, когда они готовили, затем накрыть на стол и пообщаться. Они вчетвером сидят на кухне. Сигма с Федей разбирают пакеты с продуктами, пока Дазай общается с Колей. И они вдвоем получают очень недовольный взгляд Фёдора, неодобрительное покачивание головой от Сигмы и от этого ненадолго замолкают, присоединяясь, чтобы тоже помочь. В какой-то момент Гоголя из кухни выгоняют. Не проходит минуты, как следом и Дазая. И они бы возмутились, но всё справедливо. Коля чуть не разбил абсолютно все бутылки с алкоголем, рукой задев пакет с ними, и если бы не Фёдор, быстро среагировавший, то возможно Гоголя не просто с кухни выгнали, а из дома в целом. Ну а Дазай просто слишком много бурчал под руку, что всё Федя с Сигмой делают неправильно, и вообще, почему они не делают хотя бы один традиционный японский салат, а только оливье и прочее. В общем двух не самых осторожных людей выгоняют. Дазай с Колей переглядываются, посмеиваются и решают как-то напакостить в ответ на крайнюю бессердечность их парней. И так как в мозгах видимо просто обезьянки с тарелками, то идея «мести» у них очень странная. Коля быстро забегает обратно на кухню, хватает один стул и также быстро покидает комнату, слыша чужие вопросы и негодование. Они с Дазаем находят остатки мишуры, потом выбирают более-менее пустую стену квартиры, и ставят около неё стул. Дазай карандашиком размечает, что и куда они будут вешать, а Коля тащит скотч. Ещё пятнадцать минут возни и они заканчивают своё творение. Причём делают это максимально тихо, чтобы не вызывать подозрений. Хотя и Сигма, и Фёдор знают их слишком хорошо, поэтому для них десять тихих минут это ещё более подозрительная вещь. - Что у вас здесь… - с вопросом в комнату входит Фёдор, застывая на месте, из-за чего ему в спину врезается Сигма. А на стене тем временем ярко красуется крупными буквами слово «Хуй» из мишуры. Гоголь и Дазай стоят и гордо поднимают головы, показывая своё творение. Оба не выдерживают и пары секунд и расходятся в приступе смеха. Сигма тоже смеется, Фёдор сначала хмурится, но потом тоже не может сдержаться и присоединяется к остальным. - Я боялся, что вы разнесли квартиру, - признается Сигма, а потом снова смеется, - но, пожалуй, оформление дома у вас хуево выходит. - Ладно, мы обратно, - говорит Фёдор, - не сотворите ещё какой-то херни, пожалуйста, - говорит он, как маленьким детям. Хотя Осаму с Колей действительно такие дети. - А, чуть не забыл, Дазай, можешь тоже пойти с нами на пару минут, - добавляет Сигма. - А я? – возмущенно, что про него забыли, спрашивает Коля. Сигма качает головой. - Ты здесь. Коля остается в зале, пока остальные трое идут на кухню. Дазай честно не понимает, для чего он там. Вроде с готовкой у него всё на «вы». Но Сигма отвечает на его вопрос прежде, чем он успевает его задать. - Санта существует, понял? – достаточно серьезно говорит Сигма, скрещивая на груди руки. Дазай правда не понимает, он смотрит на Фёдора, но у того лицо вообще ничего не выражает, будто все просто молчат. - А это к чему? – спрашивает Дазай. - К тому, что Коля до сих пор в это верит, - вздыхает Сигма. - Чего? – удивляется Дазай, и снова смотрит на Фёдора, тот кивает, подтверждая слова Сигмы, - то есть, серьезно? Он верит в Санту? И ждет подарка, я правильно понял? - Очень правильно, - кивает Сигма, - теперь ты просвещен, можешь идти обратно. Выгоняют, как маленького ребенка. Дазай всё ещё мало понимает, но общую суть улавливает. Он не знает только того, как можно прожить двадцать пять лет, свято веря в то, что Санта Клаус действительно существует. Это при том, что Коля с Сигмой познакомились года три назад. То есть, Гоголь как-то закончил универ, без святого Сигмы и не догадался. Тем временем Коля, не зная, чем себя занять, включил приставку и запустил мортал комбат. Дазай присоединяется к нему, и уже через пять минут они заполняют квартиру своими криками в стиле «Да я же ставил блок, какого хера?!» и «Стой, я приемы посмотрю!». Их дважды проверяет Фёдор, выглядывая из кухни. Он говорит им, чтобы тише разговаривали, но они не слушают. По итогу их утихомирить удается на краткий промежуток времени Сигме, который между файтингами кидает обоим по мандаринке. Но через полчаса обоим наскучивает сидеть без дела, поэтому они делают заход на кухню второй раз. Дазай снова лезет со своим «ну хотя бы давайте моти сделаем», а Коля не специально крушит всё, что есть. Фёдор уходит покурить. Сигма тяжело вздыхает. Нет, серьезно, их с Федей будто нянями оставили. Дазай всё же уходит с кухни и идет на балкон докучать Фёдору. Коля же, оставшись с Сигмой вдвоем, чуть утихомиривается. Не потому, что ему весело быть идиотом на пару с Дазаем, а потому что теперь тяжелый взгляд Сигмы направлен только на него. - Фееедь, пожалуйста, давай хотя бы суши закажем, - в очередной раз просит Дазай, улыбаясь, - нечестно же так. - Если я закажу тебе один сет, тебя устроит? – спрашивает Фёдор, изгибая одну бровь. Хотя он не может притворяться серьезным долго, когда рядом улыбающийся Осаму, поэтому он сам расплывается в улыбке и обнимает его, зарываясь носом в темные кудряшки. - Устроит, - кивает Дазай. Фёдор клянется, что если бы Дазай был котом, то он бы сейчас довольно промурчал. Хотя Дазай и без этого слишком похож на кота, особенно своей неуклюжестью, когда он может задеть абсолютно всё, что только стоит на полках и тумбочках. Где-то через час Сигма достает из духовки курицу, пока остальные накрывают в зале стол, относя салаты, стаканы и прочее. Что удивительно, так это то, что ничего из посуды не разбивается. Все четверо садятся за стол. С одной стороны Фёдор с Осаму, напротив Сигма с Колей. Фёдор разливает по бокалам шампанское, а остальные накладывают себе еду. Через пару минут в дверь звонят, Фёдор открывает и забирает у курьера суши. Теперь все точно довольны. Ровно в двенадцать они чокаются, а потом Гоголь всех тянет поскорее на улицу. Сигма из квартиры выходит на пару минут позже остальных. На улице холодно. Есть и другие соседи во дворе, тоже запускают фейерверки. Фёдор присоединяется к таким, устанавливает салютные ракеты, поджигает фитиль и убегает. Они вчетвером наблюдают как в небе распадаются яркие огоньки. И всё же слишком холодно, чтобы долго так стоять. Они возвращаются обратно в квартиру и на их стульях их встречают коробки с подарками. Коля радуется больше всех, быстро разувается и не снимая куртку бежит смотреть. - Притормози, - говорит ему Фёдор. Гоголь правда ждет, пока остальные трое снимут верхнюю одежду и разуются, но он кричит им пару раз «быстрее», что злит Федю. Гоголь первым вскрывает свой подарок. Он видит внутри забавный новогодний свитер с оленем, у которого на голове такой же цилиндр, какой есть у Коли, а ещё внутри коробки пачка какао и какие-то сладости. Когда Дазай раскрывает подарок, он бросает частые взгляды на Фёдора, потому что не Санта же ему это подарил. Своим подарком он остается доволен, как и Сигма и Фёдор. Дазай не понимает, почему Фёдор смеётся, когда Сигма открывает свой подарок. Никто не понимает, кроме самого Фёдора, но он всё объясняет, когда они с Дазаем снова уходят покурить. - То есть как это Коля думает, что Сигма верит в Санту? – спрашивает Дазай. Ему на самом деле очень смешно и интересно, как у тех двоих всё так вышло. - Коля думает, что Сигма верит в Санту, поэтому сам готовит ему подарок, Сигма делает точно также, просто два придурка, - пожимает плечами Фёдор и останавливает Дазая, решившего видимо рассказать им всё, - стой, не надо, хочу, чтобы они сами всё поняли. - Ладно, я тоже хочу это увидеть, - соглашается Дазай, - кстати, как тебе наушники, которые тебе подарил Санта? Такие, как ты хотел, да? - Определенно, - улыбается Фёдор, кладя голову на дазаевское плечо, - а тебе как подарок в виде подписки на нетфликс? - Отлично! Думаю, что завтра можем посмотреть какой-то сериал, - предлагает Дазай и Фёдор соглашается. Они возвращаются к Коле и Сигме, пока те разбираются с подаренными Сигме смарт-часами. На телевизоре стоит какой-то музыкальный канал с новогодними песнями, все снова садятся за стол, чокаются второй раз за Новый год, и улыбаются.