Жизненное обеспечение

Предательство Всё было хорошо, но лишь до определённого времени. Лютик как прежде — ездил по свету и писал баллады. Шатался по тавернам, соблазняя очередную красивую девицу. И каждый миг его жизни устраивал Лютика. Из проблем у него было разве что, иной раз крова не бывало, и голодал пару дней. И всё. Всё что ему нужно было для счастья. В одной корчме ему оставили увесистый мешочек с монетами, открыв он увидел флорены и охотно поблагодарил девицу, с виду не бедную, что оставила ему такого вида похвалу за труды. Лютик раскланялся, поцеловал её ладонь и радостно удалился. Ему необходимо было прикупить пару вещичек и ехать в Новиград каким-нибудь образом. И именно в этот момент случилось нечто, помешавшее его спокойной и не принудительной жизни. Знаменитый бордель «Хромоножка Катерина». Лютик как и прежде, подобая своему образу, исполнял там свои знаменитые баллады. Девицы кружились вокруг него, но Лютик держался и не поддавался. Он хотел как можно больше провести времени здесь, исполняя свои песнопения, а если он уйдёт с какой-нибудь статной дворянкой, то быстро закончится его пребывание в столице. Вечер уже кончался и начиналась таинственная ночь, в которой он захотел исполнить свою самую любимую и таинственную балладу, которую пел только находясь в одиночестве и никто её прежде не слыхал. You were raised by wolves and voices Every night I hear them howling deep beneath your bed /Тебя вырастили волки и голоса: Каждую ночь я слышу их вой под твоей кроватью, Они сказали, что всё сводится к тебе/ Тоненьким голосом начал петь Лютик, стараясь не сорвать нужную ноту. They said it all comes down to you You're the daughter of silent watching stones You watch the stars hurl all their fundaments In wonderment, at you and yours, forever asking more /Ты — дочь ослепших камней — часовых, И ты смотришь в изумлении, как звёзды обрушивают их фундамент На тебя саму и на твоё, всегда желая большего/ В дальнем углу он приметил взглядом кое-кого. Сидел один, пил один. По глазам ясно было, что некто хочет побыть один. You are that space that's in between Every page, every chord and every screen You are the driftwood and the rift You're the words that I promise I don't mean /Ты — пространство между каждой страницей, каждым аккордом, каждой завесой, Ты — само течение и то, что оно несёт, ты — это слова, которые, клянусь, я не имел в виду/ «Ну и что?» — подумал Лютик. Он уже сто процентов хотел подойти к этому странному персонажу и узнать что-нибудь или, быть может, пошутить какую-нибудь глупую шутку. We're drunk but drinking, sunk but sinking They thought us blind, we were just blinking All the stones and kings of old will hear us screaming at the cold /Мы пьяны, но продолжаем пить, уже на дне, но продолжаем тонуть. Они думали, что мы слепы, но мы просто моргали. Все камни и короли прошлого услышат наш крик на морозе:/ Это настолько любимая баллада, что Лютик каждый раз, когда поёт её не может сдержаться и начинает практически кричать припев, не в силах контролировать себя. «Remember me, " I ask «Remember me, " I sing Give me back my heart, you wingless thing /Помни меня, я прошу. Помни меня, я пою. Отдай мне моё сердце назад, ты, бескрылое существо/ Перед ним поставили ещё одну кружку сочного эля. Think of all the horrors that I promised you I'd bring I promise you, they'll sing of every time You passed your fingers through my hair and called me child Witness me, old man, I am the wild /Подумай обо всех тех ужасах, Что я обещал посеять. Я обещаю тебе, они будут петь о каждом разе, Когда ты запускал пальцы в мои волосы и называл меня «Дитя», Посмотри на меня, старик, я — Неистовость/ Несколько секунд молчания. Идеальная тишина, только тихие перешёптывания в другом конце корчмы. Затем аплодисменты, не такие громкие, какие бы хотелось Лютику, но виной этому то, что уже было поздно, и в самой корчме народу осталось немного, но каждый из них оценил балладу Лютиковскую. — Приветствую, — сказал как-то ловко Лютик, подойдя к тому самому, которого приметил недавно. В ответ ему раздалось лишь рычание. — Ясно. Не особо общительная персона. Ну что ж, тогда, — начал в своей манере Лютик и сел напротив чужеземца. — Мне не нужна компания. — О, друг мой. Ещё как нужна. Твоя кружка пуста уже час как, а всё потому что тебе не на что пополнить её. Эй! Корчмарь, будьте любезны два эля мне и моему другу! — Корчмарь недоброжелательно кивнул и через минуту принёс кружки. — Что тебе нужно? — Узнать какими судьбами ты тут оказался. Я слышал про вас. Белые волосы, два устрашающих меча, да ты же никто иной как Геральт из Ривии. — Ну допустим. — Тогда расскажи, Геральт из Ривии, почему ты оказался в Катерине? — Тебя-то уж это точно не касается. — Ой, да ладно тебе. Что такого в твоей тайне такого, что ты не можешь её никому поведать? — Бард… — Юлиан Альфред Панкрац виконт де Леттенхофф, но можно просто Лютик. — В ответ на это раздалось обыкновенное рычание. — Ой, вот не надо этого. Не надо так недовольно рычать. — Геральт послушно отпил из кружки хорошего эля, который оформил ему Лютик. — Чем я тебе обязан? — Честно, просто хотел сказать одну штуку. — И какую же? — Знаешь почему Нильфгаарцы арестовали дерево? — Нет… — Потому что нашли у него ствол. — Господи, бард… Лютик ещё долго мучал ведьмака. Через минуту он слышал от Лютика какую-нибудь абсолютно глупую шутку. И в какой-то момент Геральта изрядно извело это. — Слушай. А ты небось много кого трахнул, и причём не только девок, ну там например, чародейки, может суккубы? — Это не так. — Да? Только по девкам тянет? — И это не так. — А что же тогда? Да врёшь ты всё. Наверняка трахнул пятьсот девок на деревне и просто не хочешь признавать этого. — Геральт ничего не ответил, лишь бросил взгляд на пол, хитро ухмыляясь. — Пойдём выйдем. — Кружки уже были пусты, поэтому ничего не держало его. — Куда? — Лютик резко вскочил и кинул пару монет на стол, направился за Геральтом. Они вышли из корчмы, и Геральт молча направился в тихий переулок. — Пойдём, пойдём, — торопил Лютика Геральт. Хитро ухмыляясь он посмотрел на Лютика и резко остановился, повернувшись к нему лицом. — Что…? — недоумевал Лютик. Решив не отвечать, Геральт медленно потянулся к лицу барда, чтобы неспеша и достаточно кратко поцеловать его. Лютик замлел и потерял голову буквально за считанные секунды. Он столько глупых вещей сейчас сказал, совершенно не ожидая такого исхода. Что всё произойдёт вот так вот резко и без объяснений. Когда Геральт заглянул в его глаза, то ничего не понимал. Что сейчас произошло, почему и зачем. Но ответы можно получить и потом. — Теперь ты понял, что никаких пятьсот девок на деревне не было и не будет. — Так точно. Лютик ощущал себя меньше обычного, но в данный момент ему это нравилось и не смущало ни капли. В данную секунду всё было прекрасно. Неожиданно, резко, случайно, но так прекрасно, мягко и тепло.