Ты стал моим чудом.

Солнце, проникающее сквозь щелочки жалюзи, мягко освещало комнату. Своими лучами оно дотрагивалось до стола, кровати и лица спящего Чжун Ли, которому даже это не мешало продолжать спать. Ночные изучения интернета, конечно, сделали свое дело и теперь у парня было две задачи — отоспаться и постараться изучить тему болезни Венти еще глубже, а возможно начать действовать более радикально. Спустя десять минут такого лежания, пусть и в небольшой, но солнечной ванне, Чжун Ли тянется и тяжело вздыхает. Он не открывает глаза, а на лице его виднеется печальная гримаса, ведь желание вставать полностью отсутствует. Его длинные волосы растрепаны и лежат практически по всей кровати. В некоторых местах они запутаны и, видимо, большую часть дня, по скольку солнце уже очень высоко над горизонтом, он проведет распутывая калтуны. Наконец взяв себя в руки, Чжун Ли поднимается на кровати и принимает сидящую позу. Он в тишине оглядывается по сторонам: на ноутбук, лежащий на столе, на гору карандашей и на окно, сквозь которое просачивается разбудившее его солнце. Парень медленно, пошатываясь встает с кровати и добравшись до злополучных жалюзи, закрывает их еще сильнее и закрепляет веревочку. — Ужас, — Невнятно бормочет он, находясь в помятом состоянии. Чжун Ли ненавидел такое ощущение, когда ты словно спал тысячу лет, под глазами всё равно огромные синяки, а в теле — усталость. Парень предпочитал быть собранным и готовым ко всему, в случае чего, не задумываясь действовать, но в таком состоянии он хотел лишь упасть на пол и превратиться в вату. Чжун Ли пошёл в ванную, где быстро умылся и почистил зубы. После водных процедур он стал чувствовать себя гораздо бодрее. Вспомнив, что он не имеет понятия о времени и в целом сейчас совершает кое-что неприемлемое, — прогуливает школу, он выбежал в коридор и посмотрел на настенные часы. 13:27 Он стоял в шоке. В шоке с себя. — Я отсыпался за весь год или?... — Растерянно произносит парень, ударяя себя по лбу рукой. Обычно, парень не позволял себе пропускать школу, но помня по какой причине он вчера так долго сидел за компьютером, Чжун Ли лишь цыкнул, как бы коря себя, а затем решил, что это все ради блага. Стоит уточнить, что ради блага друга, а это уже совсем другой разговор. Парень зашел на кухню. На ней жалюзи были открыты полностью, и солнце ударило прямо ему в глаза. Чжун Ли прищурился и закрыл лицо рукой, а затем, медленно подойдя к окну, стараясь ни на что не наткнуться и не удариться, прикрыл источник света. В раковине лежала небольшая горка посуды. Парень вздыхает, аккуратно выдвигая и присаживаясь на стул, а затем опирается головой на руку. Он под наклоном осматривает комнату, которая, почему-то, выглядит гораздо хуже, чем вчера вечером... Возможно, тут хозяйничала мама? Голова раскалывалась. Чжун Ли недовольно поморщился, а после встал, надеясь, что его состояние улучшится после того, как он выпьет чай. Собственно, теперь парень ждал, пока вскипит чайник. Он наблюдал, как в прозрачных стенках бурлит вода и это забавляло его. Чайник щелкнул и жидкость постепенно успокаивалась, переставая кипеть. Вынув из шкафчика, висевшего над плитой пиалу, Чжун Ли насыпал в нее заварку зеленого чая и залил кипятком. Он не хотел делать заварку в отдельном чайничке, желая сократить время и побыстрее выпить этот мягкий, он одновременно терпкий напиток. Уже поднося пиалу ко рту, он останавливается. Горячий и ароматный чай, запах которого очень вкусен и слышен далеко, останавливается прямо под носом, словно дразня Чжун Ли. — И чего это мы не в школе? — Женщина, стоявшая в дверном проеме облокотилась на стенку, скрестив руки на груди, Красная кофта, заляпанная непонятно чем, а также джинсы, на коленях практически полностью протертые, явно носились не первый день. Лицо было отекшее, а на руках длинные красные ногти. Парень притупил взгляд и поставил пиалу на стол, так и не глотнув чай. Он тяжело вздохнул, а затем одной рукой протер глаз. Небольшие синяки под глазами его выдавали. — Устал. Решил один день не пойти. Все равно у меня много оценок и от одного дня ничего не будет, — Он держит небольшую паузу, после чего снова берет пиалу и, наконец, пробует напиток. Мать молчит, с подозрением оглядывая сына. Горячий чай разливается внутри горла тёплыми пульсациями, что заставляет Чжун Ли немного взбодриться. — Когда я начинала пить, я говорила точно также, — Мать усмехается, — от одного дня ничего не будет... Знаешь, Чжун, а не обнаглел ли ты? — Я хотел тебя предупредить, но ты была пьяна, поэтому и осталась в неведении. Просто не переживай, я правда всё рассчитал. Сегодня нет никаких важных уроков... — Он не успевает договорить, как вдруг по столу бьет кулак, из-за чего сам парень вздрагивает. — Ты кое-чего не понимаешь, — Она убирает кулак и, постукивая ногтями по столу, медленно сокращает расстояние между собой и сыном, — Я не спрашивала твоего мнения, сынок. Ты позоришь меня таким поведением, — Мышцы на её лице и без того помятом лице сокращаются, из-за чего образуются небольшие нервные тики, — Ты сейчас же идешь в школу и учишь всё, что пропустил, понятно? Чжун Ли молчит, а его рука подрагивает. В такие моменты, уже столь привычные, но отвратительные, единственное, что ему хочется, так это встать и ударить. Метко и точно. Он хорошо воспитан, за это спасибо его отцу, поэтому, конечно, не посмеет бить женщину, а тем более свою мать. Парень тяжело вздыхает, а затем, делая еще один глоток из пиалы, ставит ее на стол, а сам встает, мягко улыбаясь. — Хорошо, мам, я понял. Чжун Ли обходит женщину даже не посмотрев на нее, сохраняя на лице улыбку. Мать же недоверчиво смотрит ему вслед. Вернувшись в комнату и закрывшись на замок, он присаживается за стол, верхним корпусом налегая на него, словно лежа. Глаза его смотрят в одну точку, а пальцы постукивают точно также, как и у его матери. Только вот, она делает это ради демонстрации своего превосходства и в какой-то мере агрессии, а он — чтобы успокоиться. Спустя несколько минут, парень наконец-то выходит из прострации и, нормально сев за столом, смотрит на ноутбук. «Точно, вчерашние статьи...», — Вспоминает он. Парень тянется к ноутбуку и почти открывает его, но, вспоминая про обещание о походе в школу, решает поступить немного хитрее. Чжун Ли привстает из-за стола и подходит к шкафу. Вчера он так и не переоделся, лег спать прямо в школьной форме. Она была полностью помята, а куда-либо идти в таком виде Чжун Ли не хотел. Открыв шкаф и взглянув на полки, он находит красивую рубашку платинового оттенка, а затем черные штаны, примерно такие же, в какие он одет сейчас. Сменив образ и взглянув в зеркало, висевшее на дверце шкафа, Чжун Ли улыбается. Платиновый и правда идет ему. Когда-то эту рубашку купила ему старая знакомая, которая осталась в Китае... Он всё берёг её, но, почему бы не надеть такую красивую вещь просто так? Следующим шагом, парень вынул из портфеля все учебники и тетради, засунув туда ноутбук. Когда он был полностью готов, Чжун Ли надел рюкзак на спину и вышел в коридор. Он быстро обулся и взял висевший на крючке зонтик, а затем положил его в рюкзак. Благо, он был компактный. Не смотря на то, что сейчас солнечно, зная Японию, через полчаса может пойти ужасный ливень. Мать, сидевшая на кухне, вышла в коридор и оглянув сына, недовольно цыкнула. — Хорошего дня, — Чжун Ли улыбнулся, а в ответ на это получил лишь неодобрительный взгляд и жест руками, показывающий, чтобы он быстрее уходил. Через пару минут, он уже стоял на улице. После дождя, который шел, видимо, утром, было свежо, и парень полной грудью вдохнул. — Полегчало, — Он с удовольствием выдохнул, и направился в сторону школы. Конечно, в образовательное учреждение он идти не собирался. Уроки уже подходили к концу и заявившись на последний, единственное, что бы он получил, так это бумагу для объяснительной и еще море проблем. На улице было мало людей. Только случайные прохожие, спокойно гуляющие, изредка встречались. Деревья в этом году особенно сильно разрослись. Огромные пышные кроны закрывали небо, создавая в некоторых местах огромные тени. Постепенно тишина тихих улочек сменялась шумом машин. Водители, недовольные и злые, подавали друг другу сигналы через своих железных коней, не имея возможности сказать всё друг другу в лицо, а после осуждающе смотрели друг друга через стекла. Чжун Ли пропустил свой поворот, который привёл бы его к железнодорожной станции. Он вышел к перекрестку. Огромное количество магазинов и кафе открылось перед ним. Их яркие вывески сверкали и путали глаза, и каждая старалась задержать взгляд потенциального покупателя именно на себе. Осмотревшись и приметив одно кафе, он дождался зеленого цвета на светофоре и быстро попал на другую сторону. Пройдя несколько незаинтересовавших его заведений, Чжун Ли дошёл до кафе под названием «キティ», что в переводе с японского означает «котенок». Это было котокафе. Парень давно хотел попасть в подобное место, но всё никак не выпадала возможность... А сейчас, он может расслабиться и посидеть в ноутбуке вместе с котами, продолжая искать информацию по поводу Венти. Зайдя внутрь, его встретила девушка. Волосы у неё были фиолетовые, а прическа милая и смешная, — небольшие кошачьи ушки. Как она собрала их из волос и закрепила, была загадка. — Добро пожаловать! — Она наклонила голову, кивая в знак уважения и гостеприимства, — Проходите за любой столик. Чжун Ли кивает ей в ответ и с мягкой улыбкой осматривает помещение. Небольшие дубовые столики, стоявшие рядом с зелеными диванчики. На диванчиках подушки в виде котом, а рядом и настоящие котики. По всему кафе располагаются лежанки для животных и в некоторых местах мисочки с водой. Кафе довольно свободное, людей мало. Буквально пара человек. В будний день, а тем более во вторник, когда рабочая неделя в самом разгаре, мало кто придет в такое место. Разве что только после работы. Парень садится за один из столиков. Он снимает рюкзак и кладет его рядом, поправляет подушки, лежавшие на диванчике и берет одну из них в руки, разглядывая. — Меню, — Девушка снова подходит и кладет на столик тоненький заламинированный листик. — Благодарю, — Чжун Ли берет в руки меню. Оно находится на обеих сторонах листочка и парень начинает его изучать. Свой выбор он остановил на чае, причем, чае с османтусом, который в подобных заведениях можно встретить очень редко, а также на печеньках ввиде котиков с шоколадной и кремовой начинкой. — Вы из Китая? — Спрашивает официантка, забирая меню. — Почему Вы так решили? — Чжун Ли удивляется правильному предположению дамы. — Чай с османтусом берут только китайцы. Другие предпочитают делать вид, что его нет. Я сама из Китая, — Она мягко улыбается, прижимая листок к груди. — Вы правы, я из Китая. Интересный способ опознавать земляков, — Он усмехается, смотря на девушку. Она лишь смущается и уходит на кухню передавать заказ. Чжун Ли вспоминает про рюкзак, лежавший рядом, расстегивает его и вынимает ноутбук. Он кладет его на стол и хочет уже открыть крышку, как внезапно чувствует на коленях что-то теплое. Он смотрит вниз, где видит разноцветную кошечку. Она лежит у него на коленях кверху животом, как будто бы ожидая услуги массажа, которые ей обычно обеспечивают гости. Чжун Ли сводит уголки губ в доброй, не напряжной улыбке, а затем аккуратными и легкими движениями чешет ей пузико. Второй рукой он прикасается к её голове, а кошка без возражений кладет ее прямо на руку парня. Коты, наверное, одна из немногих вещей, которая и вправду умиляла Чжун Ли. Смотря на их ушки и лапки хочется бесконечно улыбаться, а когда они творят что-то смешное, — восторгаться. Спустя несколько минут такого приятного времяпровождения, его отвлекает официантка, ставящая заказ на стол. — Она редко к кому-то подходит, — Замечает девушка кошку, лежавшую на коленях, — Можете считать, что вы избранный. Чжун Ли продолжает чесать животному ушки и макушку, паралелльно смотря на собеседника. — Спасибо, — Чжун Ли всматривается в бейджик, прикреплённый к рубашке, — Кэ Цин. — Ах, спасибо, — На щеках девушки появляется едва заметный румянец, после чего она поспешно удаляется. На столе лежат спиртовые салфетки, воспользовавшись которыми, Чжун Ли пробует печенье. Сладкая шоколадная масса, с редко попадающимся миндалём, на вкус весьма приятна, и парень уплетает одну печеньку за другой, запивая это всё чаем. Кошка же сворачивается калачиком на его коленях, видимо, погружаясь в сон. Съев несколько печенек и оставив парочку напоследок, Чжун Ли возвращается к ноутбуку и открывает его. Компьютер был очень старый, не то что прошлого поколения, а наверное позапрошлого, доисторического... Тем не менее, он хотя бы работал. Подождав несколько минут, пока он включится, Чжун Ли выпивает чашечку чая, а затем снова заполняет её из чайничка. Когда компьютер наконец-то очнулся, а на его экране высветилось «Добро пожаловать!», парень откусил кусочек печеньки, после чего открыл браузер. Он быстро стучит пальцами по клавиатуре, увлеченно просматривая выпавшие ему сайты, а затем заходит на один из них. Сайт клиники, специализирующейся на онкологических заболеваниях... Это именно то, что парень искал. Чжун Ли заходит в раздел "донорство", где видит список анкет. Огромное количество детей, подростков, взрослых, которым нужны доноры или же материальная помощь... Улыбка Чжун Ли исчезает, при виде такой картины. Это настолько огромная проблема, но почему о ней никто не говорит? Столько людей страдает из-за каких-то денег, которых не хватает для спасения их жизни. Разве человеческая жизнь, тем более, ни в чем неповинных людей, может быть приравнена к разным валютам? Одной рукой он проматывает сайт, просматривая анкеты, а другой гладит крепко спящую кошку, мурлыкающую столь сладко и успокаивающе. «Я никогда не представлял, что мне придется заниматься подобным», — Крутится в его голове, пока чувство сожаления и сочувствия усиливается в разы. Пожалуй, Чжун Ли именно тот человек, который способен искренне сочувствовать и понимать проблемы людей. Особенно тех, которые страдают не по своей воле. Он обладает удивительной эмпатией, но сильнее его эмпатии только умение держать слово. Именно поэтому, сейчас, даже не смотря на плохое самочувствие, он продолжает искать все возможные способы, чтобы помочь другу. Мотая сайт еще глубже, он внезапно видит знакомое лицо. Анкета Венти. Парень начинает кашлять от неожиданности. Он бьет себя кулаком по груди, а затем, более менее успокоившись, пытается отдышаться. Он кликает на высветившуюся табличку с именем, возрастом и фотографией. Усталое лицо, шея, покрытая уже знакомыми ему красными пятнышками, а также красные глаза. Чжун Ли глубоко вздыхает. Ему тяжело смотреть на это. Но еще тяжелее ему дается бездействие. Видя мальчика в таком состоянии, его сердце сжимается. Почему мир так несправедлив? Раньше он думал, что это всё не то чтобы сказки... Он надеялся, что это обойдет его стороной. Думал, что все это останется в недосягаемом мире, отличном от привычного. Соприкоснувшись с этой ситуацией вплотную, погрузившись и став её частью, на него упал груз осознания, переосмысления всего, что с ним происходило и происходит. И теперь, понимая, что он либо ставит на кон всё, либо остается в проигрыше, Чжун Ли выбирает первый вариант. — Соберись, — Шепчет он себе, глубоко вздыхая. В дыхании слышно подрагивание, а руки немного трясутся. Постепенно приходя в себя, он фокусируется на изучении сайта. Просматривая данные о Венти, парень находит более конкретную информацию о болезни.

Информация о болезни и её стадии:

Венти страдает от последней стадии лейкемии (лейкоза). Для этой стадии характерны: губы, ногти, приобретающие синеватый оттенок; тахикардия; дисфункция дыхательной системы; судороги; обильно проявляющиеся кровотичение (петехии). Для выздоровления необходима пересадка костного мозга от подходящего донора. Если вы готовы помочь, позвоните по номеру — +81 ** *******.

Чжун Ли смотрит в экран ещё пару минут. Эта информация была ему известна, да и после личной встречи ему всё стало понятно. С каждым повторением и подтверждением, что это всё не шутки и не сон, а самая настоящая реальность, парень впадал в отчаяние. Он подставил руку под голову, прикрыв глаза. Желание кушать печенье совсем отпало и единственное, что его спасало, так это животное, пушистое и спящее, которое продолжало лежать у него на коленях. Выдержав паузу перед новой попыткой собраться и продолжить свои "исследования", парень чешет кошку за ушком, тяжело дыша. Собравшись с силами, он снова смотрит в экран, на выделенный синим цветом номер телефона. Он мечется, а глаза его бегают из стороны в сторону. Дыхание учащается. Он, ещё ничего не сделав, уже боится за последствия. — Я сильный, всё будет нормально. Это ведь благое дело, так ведь? — Бормочет Чжун Ли, сжимая свои дрожащие руки в замок. Он ставит локти на стол, а лбом прислоняется к ребрам ладоней, как-будто взмаливаясь. Он бледнеет, словно у него лихорадка. В глазах темнеет. Терпеть такое поведение от себя, такой страх, выползающий изнутри, он больше не в силах. Чжун Ли резким движением расцепляет руки и опускает одну из них в карман. Вынимая телефон, он быстрыми движениями набирает номер телефона, указанный на сайте. Кошка, чувствующая резкую смену атмосферы вокруг человека мнгновенно просыпается и вскакивает, убегая с диванчика. «Я всё для себя решил. Какой позор видеть такое от себя!», — Его голова гудит, а мысли внутри разрываются на части. Далее идут гудки. Парень прислоняет телефон к уху, слушая эти протяжные, решающие звуки. Он дышит ртом, тяжёло, но быстро. Ему казалось, что гудки идут вечность, а ему никогда не ответят. — Добрый день, клиника OnkoHelp, — девушка на том конце провода мягко произносит эти слова. Наступает тишина, которую рушат лишь небольшие помехи. — Алло? — Напоминает она о своём присутствии. Чжун Ли, словно впавший в забвение, возвращается в реальность. Он крепко сжимает глаза, после чего произносит: — Здравствуйте, я бы хотел стать донором...

***

Чжун Ли сидит в больнице, на маленьком коричневом, кожаном диванчике. Взгляд его пустой, словно окутанный пеленой. Он смотрит в пол, на белую плитку, покрытую разводами от швабры. Эта клиника, то бишь больница, имеет огромное здание. В ней находится большое количество пациентов и Чжун Ли очень удивлен, почему среди них нет Венти. Он ведь болен похлеще многих, разве не так? На часах 17:26. После неожиданного телефонного звонка, парню сказали приходить в клинику и проходить обследование, да бы стать донором. Черный портфель с ноутбуком лежит рядом с ним. Внутри сложена парочка печенек, которые он забрал с собой, а также небольшой термос с чаем, который ему по доброй воле подарила та официантка из кафе. Жаль, что он был в очень подавленном состоянии и даже не смог нормально её отблагодарить. Коридор наполнен гулом от различных разговоров. Врачи, пациенты, плач детей... Как же это давит. Он ждет прихода врача, который будет проводить обследование. На самом деле, парень был удивлен стол быстрой реакцией клиники. В тот же день его пригласили на обследование. Это показалось ему довольно странным, ведь такое редко можно встретить, особенно в сфере медицины. — Чжун Ли, если не ошибаюсь? — Прерывает его размышления мужской голос. Парень медленно поднимает голову, а затем встает с диванчика, беря в руки рюкзак. Перед ним стоит врач. Его внешность весьма интересна: Светло-голубые волосы, немного вьющиеся, а также красные глаза. Он одет в Белый медицинский халат с подозрительно большими карманами... — Да, это я, — Чжун Ли монотонно отвечает на вопрос, протирая глаза. Пока он добирался сюда и ждал, парень успел сильно утомиться. — Отлично, — Врач расплывается в широкой улыбке, — Можете обращаться ко мне как Дотторе. Мужчина подходит к соседнему от диванчика кабинету, открывая его огромной связкой ключей. Улыбка же обнажает его зубы, словно он держит её наигранно. «И куда ему столько ключей?», — Звучит вопрос в голове Чжун Ли. Он настораживается, видя странное поведение доктора. Тем не менее, парень проходит в кабинет и закрывает за собой дверь. Комната довольно просторная, а по бокам стоят тумбочки и комоды белого цвета, на которых расположены различные пробирки, колбы и в целом, это больше похоже на кабинет химии, нежели на кабинет обследований. Врач уже сидит за столом, положивший голову на руки, сложенные под подбородком. — Что ж, насколько я знаю, Вы хотите стать донором костного мозга? — Дотторе взглядом приглашает парня сесть на стул, стоящий напротив его рабочего стола, — Если Вы думаете, что это безобидно и никак на вас не повлияет, спешу огорчить. Риски есть всегда. Чжун Ли принимает немое приглашение и садится напротив мужчины. Его взгляд выглядит печальным, а губы повисшими, словно он не спал несколько дней. — По вашему взгляду видно, что Вы много думали. Не буду более расспрашивать Вас, — Дотторе прикрывает свои яркие, красные глаза, словно раздумывая о чём-то, — Понимаете, я не совсем обычный врач. Я, в большинстве своем, занимаюсь только самыми запущенными случаями. Скажите, вы хотите стать донором кому-то конкретному, или же не имеете особого представления? — Конкретному, — Кратко отвечает Чжун Ли. — И кому же? — На лице врача виднеется любопытство. Странное, и очень жаждущее любопытство. Такое обычно бывает у детей, которые с нетерпением ждут ответа на свой вопрос от всезнающих взрослых. — Венти, — Чжун Ли вздыхает, глубоко и тяжело. Голос его немного осип от усталости. — Ох, да, я так и думал, — Дотторе тихонько хлопает в ладоши, опять же, как будто ребенок, узнавший, что выиграл какую-нибудь игрушку, — Случай об этом несчастном пациенте, наверное, известен врачам всего города. Ни одна донорская клетка пока что ему не подошла. Вы, возможно, являетесь его последней надеждой. — Что значит "последней надеждой"? — Чжун Ли встряхивается, а брови его сводятся к носу. Взгляд трезвеет, освобождаясь от пелены сомнения своего поступка, становясь более серьезным. — Как я уже говорил, я занимаюсь только запущенными случаями. А этот не то что запущенный... Практически неизлечимый. Венти выиграл лотерею несчастья, собрав в себе все самые плохие симптомы лейкоза. Он, если я не ошибаюсь, ездил по разным странам в поиске донора. Как думаете, если он не нашел подходящего в разных частях света, какой процент того, что он найдет его именно здесь, в Японии? В кабинете царит тишина. Глаза брюнета бегают, потерянные в пространстве и одурманенные еще более печальными новостями. — Ладно, не корите себя, — Дотторе привстает из-за стола, подходя к одному из комодов, на котором стоят колбы с ярко розовой жидкостью, — Некоторые болезни, пока что, не под властью науки. К ним относятся, в целом, все онкологические заболевания. Но, Чжун Ли, — Он берет одну колбочку в руку, одетую в белую перчатку и поворачивается лицом к сидящему на стуле парню, — Не зря же мне достаются только самые запущенные случаи, не так ли? — К чему вы клоните? — Чжун Ли привстает со стула, немного пошатываясь. — Ну же, присядьте обратно. Я имею ввиду, что я профессиональный врач и ничего более, — Улыбка Дотторе снова натягивается до ушей, обнажая то ли зубы, то ли клыки, — И, кстати, наш разговор практически бесполезен. Донором можно стать начиная от 18 лет и старше, а Вам, насколько я знаю, 17. Боюсь, Венти не будет ждать ещё год до вашего совершеннолетия... — Доктор ставит колбу обратно, а сам с наигранной досадой снова сцепляет руки в замок. Чжун Ли, абсолютно вымотанный и помятый, тянется к рюкзаку, который он положил рядом со стулом. Он перекладывает его на стул, открывает и находит внутри небольшой конверт, который протягивает врачу. Дотторе молча берет протянутый конверт, аккуратно распечатывает его, после чего, улыбнувшись ещё сильнее, словно его рот разрезан, кивает. — Думаю, мы сойдемся на том, что Вам 18, — Мужчина кладёт конверт в карман белого халата, после чего, подходит к парню, — Полагаю, самое время перейти к обследованию.

***

— Что ж, Ваши анализы вполне приемлимы. Я бы даже сказал, хороши, — Дотторе смотрит в распечатанные на принтере документы. Перед ним, на том же самом месте что и ранее, сидит измотанный, выжатый Чжун Ли. Глаза его закрываются, а голова падает на грудь. Обследование длилось два, или три часа... Парень уже не мог ни соображать, ни следить за временем. Из коридора не доносится ни звука. Гробовую тишину прерывает лишь постукивание ручки, которой врач заполняет какие-то бланки и бумаги. — И так, Чжун Ли, Вам нужно подписать парочку документов. Парень, уже полуспящий, вздрагивает, после чего смотрит на лежавшие перед ним бумаги. Понимая, что подпись документов вещь серьезная, особенно в подобного рода учреждениях, он пытается сосредоточиться, но глаза и мозг, отказывающие фокусироваться, предоставляют ему лишь размытую, дрожащую картинку. Он, в попытке прочитать текст, чуть ли не ударяется лицом об стол, поскольку весь шатается в разные стороны. — Может быть, кофе? — Дотторе выглядит обеспокоенным, хотя по нему прекрасно видно, что это притворство. — Нет, я сейчас... — Парень берёт ручку, после чего быстро ставит подписи в местах, где проставлены галочки. Он протягивает готовый документ вместе с ручкой Дотторе, после чего опирается головой о руку, которую он поставил на стол. Если бы не рука, то, наверное, Чжун Ли мнгновенно бы заснул. — Отлично, — Протягивает доктор, просматривая подписи, — Мы закончили. Приятно с вами сотрудничать. Насчёт операции клиника вас осведомит по звонку, или по электронной почте. Разумеется, заранее. Точнее, за 3 дня. Ситуация экстренная, так что, вот так. Будьте готовы, что это может произойти хоть завтра. — Я понял, спасибо, — Чжун Ли мягко улыбается, радуясь, что этот кошмар наконец-то закончился. Он встает, и надевая рюкзак на спину, выходит из кабинета. Он идёт по пустому коридору и только издалека доносятся разговоры, больше похожие на шепот. Чжун Ли чувствовал, что на его плечах теперь ещё более сильный груз. Больше всего его пугало, что он делает это в секрете. Никто об этом не знает: ни мама, ни Венти. Никто. Только он один против всего этого давления. Лишь осознание, что его друг живёт с этим долгое время и в одиночку справляется с этой тяжестью, помогало ему преодолеть сегодняшний день. Если Венти смог, значит и он сможет, так еще и постарается помочь. Лучше попытаться сделать всё, чем ничего, верно? Выйдя на улицу, Чжун Ли почувствовал запах свежести. Шёл ливень. Он снял рюкзак с одного плеча и открыл его, достав зонтик. Парень стоял под козырьком больницы, смотря на то, как бегущие мимо люди, спешно раскрывают свои зонты, смеясь или же наоборот ругаясь. Чжун Ли смотрит на узорчатый зонтик, перевязанный лентой, да бы он не раскрылся, а затем на лужи, в которые приземляется град капель. — Пусть это будет для меня ещё одним испытанием, или, возможно, освежающей наградой за утомительный день. Он прячет зонтик обратно в рюкзак, закрывает его и надевает на обе руки. Выходя из под козырька, по его голове и плечам сразу же начинает беспощадно бить сильнейший дождь, но он, держа осанку, спокойно идёт, словно цвет небес не тёмно-серый, а светло-голубой. «Лишь бы всё сложилось хорошо», — Надеется про себя парень, прикрывая глаза и поднимая голову к небу, встречая падающие капли дождя.

***

Тусклый свет, распространяющийся от настольной лампы, очень слабо освещает комнату. Она погружена в полутьму. Жалюзи прикрыты, и только одно окно немного открыто. Через него в комнату попадает свежий воздух, который создает дождь. На подоконнике же образовалась небольшая лужа. Мальчик, лежащий на кровати, укрыт тёплым шерстяным одеялом, не смотря на то, что и на улице, и в комнате довольно тепло. Рядом с кроватью стоит тумбочка, а на ней гора таблеток и несколько стаканов с водой. Он тяжело дышит. На лбу лежит тряпочка, смоченная холодной водой. На краю кровати сидит мужчина, который согнувшись, опёрся головой о руку. Глаза его открыты и полны отчаяния. На ресницах видны небольшие капли слёз, падающие на пол. Ситуация в комнате отражает то, что происходит на улице. Только, если снаружи ураган и природное бедствие, внутри дома, — безмолвная трагедия. Мальчик редко покашливает, из-за чего мужчина иногда переводит свой притупленный взгляд на сына. — Венти, как ты себя чувствуешь? — Хрипло спрашивает он, смотря, как мальчик сжимает глаза. — Температура, — Венти медленно поднимает руку с кровати и пытается снять тряпочку со лба. Ослабевшие руки подрагивают и отец быстро перехватывает инициативу, убирая тряпочку и охлаждая её в тазике с холодной водой, который стоит рядом. Намочив ткань, он снова кладет её на лоб сына, а сам дотягивается до нескольких пачек таблеток, стоящих на тумбочке и читает их состав. Это единственное, что позволяет ему отвлечься. Один из симптомов лейкемии, — не спадающая температура. Переносить такое и без того в слабом состоянии очень тяжело, из-за чего Венти трудно даже двигаться. Внезапно, печальное молчание прерывает звонок, поступивший на телефон отца. Он быстро привстает и выбегает из комнаты, да бы не беспокоить и не мешать Венти. Прикрыв за собой дверь и отойдя к лестнице, ведущей на первый этаж, он берёт трубку. — Слушаю, — Отвечает мужчина всё таким же хриплым голосом. Его угнетенное состояние, наверное, очень заметно, из-за чего человек, позвонивший ему, на несколько секунд оставляет мужчину без ответа. — Это клиника OnkoHelp, помните, вы оставляли анкету насчет донора? — Молодой парень быстро тараторит в трубку, видимо, понимая, что позвонил в неудачный момент. — Да, помню, — Отец немного оживает. — Так вот... Мы нашли донора, — Говорит он более позитивно, — Операция будет назначена на ближайшие несколько дней. Мужчина молчит. По лицу невольно сбегают слёзы. Он прикрывает рот рукой, чтобы не всхлипнуть в телефон, а затем быстро успокоившись, говорит: — Спасибо. Он кладет трубку. Разговор окончен. Отец Венти наклоняется к ближайшей стене, ударяется о неё плечом и сползает вниз. Он не вытирает слёзы, что льются из глаз бесконечным водопадом. Сев на пол и прислонившись спиной к стене, он сложил руки в молитвенном жесте, а шепотом из его уст была слышна фраза: „Лишь бы всё сложилось хорошо".