Всё закончилось на нём.

Праздничная атмосфера вечера потихоньку сменялась все более мрачной. На фоне стали слышны звуки сирен скорой помощи. Глухие и медленные шаги босых ног слышались в одной из квартир. Ноги совсем не держали, и на входе в комнату он упал на пол, скатившись спиной по стене. С каждой секундой он все больше осознавал произошедшее, вгоняя в себя в еще больший страх и безысходность. Осаму опустил голову вниз, закрыв лицо руками. Тем временем уже отчётливо слышно суету на улице вокруг пострадавшего. Внезапно парень услышал там же внизу знакомый женский голос. Эта была Кое, ошарашенная происходящим. На ее вопросы, как он оказался в таком критическом состоянии, и что вообще произошло, никто не мог ответить, из всех находившихся там людей. Только несколько очевидцев успели заметить, что он падал вниз, вероятнее всего из балкона одной из квартир. Девушка ничего им не ответила, но явно про себя стала думать о чем- то. Пока Дазай продолжал отчаянно вжиматься в пол, он услышал, как телефон на тумбочке начал вибрировать. Он неуверенно встал и направился к источнику звука. - Дазай, я знаю, что ты как-то причастен к тому, что я сейчас сижу в машине скорой помощи, рядом с еле дышащим Чуей! – громко произнесла она в трубку, сжимая телефон. Ответом ей была тишина. - Я с тобой разговариваю! – снова повысив тон, прикрикнула Озаки. – Знаешь, я думала, что ты все же имеешь хоть каплю каких-то добрых человеческих чувств, но значит Мори зря убеждал меня в этом. После этих слов звонок резко закончился по инициативе шатена. Хотелось сказать ей все, как было, но он понимал, что здесь виноват только он сам, а ему и без ее замечаний было тошно. В это время Кое беспомощно наблюдала за тем, как Чую перекладывают на больничную койку, одевая кислородную маску и увозя в самое страшное место больницы – реанимация. Она провожала его до тех пор, пока его совсем не закрыли там, где ей запретили входить. Вскоре после этого сюда прибежал Мори и стал рядом с ней. Но она даже не посмотрела на него, думая о произошедшем. - Его шансы выжить практически равны нулю, - тихо сказала Озаки, перебирая между пальцев свою одежду. - Он действительно сейчас на грани смерти, но это не повод уже ставить на него крест, - пытаясь хоть как-то приободрить свою сотрудницу, ответил Огай. - Я понимаю это, но мечтать, что завтра он спокойно сможет сам дышать – глупо. - Я знаю, но спешить заказывать гроб пока рано. - Мори! – возмущённо крикнула она. - Извини, я не подумал. - Сейчас в ступоре стоять здесь будет только хуже, - с небольшой грустью сказала Кое, направившись к выходу. – Ах да и еще. Твой подопечный точно замешан в этом всем. Люди, которые тоже живут в том доме, что и он сказали, что видели, как Чуя-кун падал с одного из балконов. А со мной он не хочет разговаривать. Пожалуйста, поговори с ним, как мужчина с мужчиной. - Кое, я понимаю, что это большой стресс для тебя, но ты должна понимать, что и для него и для меня тоже. И это ничего не даст, если я психологически начну давить на него. Тем боле… - Все! Хватит! – она громко крикнула, что другие посетители стали смотреть на них. – Я знаю, что Чуя для тебя по сравнению с Дазаем ничего не значит, но если ты его будешь так лелеять, как нежный цветок, то ничего хорошего из этого не выйдет. - Хах.. – усмехнулся мужчина, слегка улыбнувшись. – Ты права, но ты просто не видела то, что видел я и не чувствовала то, что чувствовал я; в каком состоянии я его первый раз встретил. Я до сих пор помню тот взгляд и каждый раз, думая об этом, я не могу быть слишком строг с ним. - Тогда тебе нужно пересмотреть свои взгляды. Боссу мафии нельзя распускать сопли на своем посту и не давать слабину этому ребенку. С этими словами она покинула помещение, оставив того наедине со своими мыслями. Мори в свою очередь, не долго думая, пошел навестить Осаму. Он был уверен, что он сидит там в полном отчаянии и одиночестве. По пути он размышлял, как такое вообще могло произойти. И вот, погруженный в свои мысли, он незаметно быстро для себя дошел до нужной двери. Она была приоткрыта, из-за чего Огай, не раздумывая, вошел внутрь. Там было темно. Казалось, что все живое в этом месте уже давно вымерло. Блуждая в этой пустоте, он дошел до гостиной, в углу которой сидела съежившиеся мужская фигура. Незваный гость медленными шагами стал подходить к нему. Но тот, как будто даже не замечал его присутствия, продолжал смотреть на темный экран телефона, лежащего в руке. Подойдя к нему вплотную, он сложил руки за спину и устремил строгий взгляд на него. - Дазай, - с серьезным тоном окликнул он его. – Что у тебя снова произошло? Но второй продолжал игнорировать его. Мужчина отошел в сторону и нащупав выключатель на стене, нажал на него. Ноль реакции от парня. - Дазай, не нужно строить из себя умственно отсталого и поговори со мной, - он продолжал говорить таким же тоном, подойдя к нему снова. – Ты уже не ребенок, чтобы можно было списывать со счетов все твои оплошности. Тем более это уже очень серьезно. - Где он? – как будто совсем не слушая его, спросил Осаму. - Он сейчас в реанимации в тяжёлом состоянии. Чудо, что упав с такой высоты его вообще смогли привезти в больницу, а не сразу в морг. - Сразу?.. – неуверенно переспросил парень. - Да. Его состояние оставляет желать лучшего. И я боюсь, что нам вскоре всем придется проститься с ним, - в его голосе не были слышны грусть или страх, возможно, он их просто скрывал. – Может ты мне все же скажешь, как это вообще произошло? - Это должен был быть я, - очень тихо произнёс шатен. Он хотел было рассказать все о наболевшем, но что-то заставило его держать все внутри. – Передайте Кое, что я действительно не хотел, чтобы все так вышло. Я правда сделал все, чтобы он не смог спасти меня: я запер все двери, специально поставил стулья так, чтобы он не смог пройти без препятствий, активировал свою способность, но… - к непониманию Мори он зачем-то улыбнулся. – Я слишком засмотрелся на огни в небе. - Кажется, теперь мне понятно, - задумчиво ответил второй, склонив голову на бок и сложив руки на груди. - В таком случае я буду Вам очень благодарен, если Вы мне позволите остаться одному еще некоторое время. - Я надеюсь, что ты все же сделаешь так, чтобы его жертва не была напрасной. С этими словами он удалился из помещения. После того, как Дазай услышал звук закрывания двери, он медленно встал с пола и направился к черному аксессуару. Он поднял ее с пола и прижал к себе, поджав губы. Он так простоял несколько минут, думая о тех последних мгновениях. - Прости меня, Чуя, - раскаянно начал парень, будто тот мог его услышать. – Скажи… зачем? Зачем ты это сделал, я ведь совсем не заслужил такого… Почему ты молчишь?! – тихий голос понемногу перерастал в рыдания, пока капли слез не начали появляться на его глазах. – Черт… и когда я стал таким плаксой… Немного успокоившись он пошел в спальню, все так же прижимая к себе чужую шляпу. Там он одной рукой открыл шкаф и устремил взгляд на верхнюю пустующую полку. - Наверное, это конец, да? – дрожащим голосом сказал он. – Тогда я хочу сказать тебе большое спасибо за все, что ты сделал для меня, пускай даже некоторые вещи ты забыл, - с усмешкой произнес Осаму, держа головной убор на уровне глаз. – Я обещаю тебе, что проживу в этом гнилом мире до конца. Я сделаю это ради тебя. Спасибо и прощай… Нам обязательно повезет в следующей жизни, только дождись меня, ладно? Я обещаю.. После этих слов он прикоснулся губами к шляпе и положил ее на самую верхнюю полку, закрыв дверцы шкафа. * Повествования от лица Дазая * Кто-то говорит, стекло глотать легче, чем правду. Я с ними согласен. В летний фестиваль я потерял лучшего друга, это было достаточно трагично для меня, чтобы закрыться от всех. Врачи уже месяц, а может больше не дают никаких обнадеживающих прогнозов. В тот день я сидел на полу и не мог поверить, что все что было до этого момента исчезло раз и навсегда, как будто и не было вовсе. Как я первый раз встретился с Чуей, как смешно шутили друг над другом, подкалывали, провожая домой. Все это стало одним пустым звуком. И если бы меня тогда спросили о дыхании, я бы… я бы промолчал и нарисовал бы пунктир. В аптеке, покупая очередное успокоительное, слышно песни, от которых тошнит, слышно людей, которые слушают песни, а потом их тошнит друг от друга. И боль эту не видно, потому что беззвучные внутренности уже истощились. А через время ко мне пришел Мори и сообщил, что его состояние только ухудшается и если так продолжится, то его отключат от аппаратов. Сердце резало изнутри, когда диагноз одиночества это как лед за шиворот, что нельзя зашить все эти раны. Я почти уверен, я знаю… и снова выпиваю. Сегодня ночью, завтра утром, я потерял счет дней и так длилось более полугода. Но каждый раз, стоя у пропасти на крыше, меня что-то останавливало и не давало сделать шаг туда, где я… где я уже не мог бы вам рассказать. Разумеется, я не хотел жить, но и обещал не умирать. Восемь месяцев… восемь месяцев жизни и не жизни слились для меня в один серый день, разбавляющийся редкими походами этой девушки. Я всегда раздражал ее своим присутствием, особенно рядом с ним. Постоянный страх в глазах вперемешку с ненавистью ко мне. Конечно, она уже знала, при каких обстоятельствах это все произошло. И от этого ей было только хуже. И вот в один из таких дней (я не знаю какой), я услышал телефонный звонок… телефонный голос… и… бросил трубку. Уже не помню, как я оказался в больнице, ноги сами меня туда принесли, когда я услышал по ту сторону провода, что состояние Чуи резко изменилось… да… оно изменилось. Нам позволили навестить его, ведь впервые за все это время он наконец-то смог прийти в себя, буквально выкарабкавшись с того света. Это было настоящее счастье для всех здесь присутствующих. И я… смог почувствовать, что все эти мучительные ожидания не были напрасны. Но… В отличии от радостно взволнованной Кое, Мори с хмурым выражением лица говорил о чем-то с лечащим врачом Чуи-куна. Меня пустили первым к нему, предупредив, что есть вероятность на явно заметные травмы. Я уже не особо слушал их, ибо моим единственным желанием было увидеть его живым… Но… если бы я только знал Если бы знал, что увижу здесь, то… Я бы все отдал, чтобы по пути сюда я где-то бы убился случайно. - Кто ты? Этих двух слов было достаточно, чтобы убить все, что во мне осталось за это время. Я ничего не смог ответить этому человеку. Абсолютно ничего. - Ты так и будешь тут стоять? Кто ты такой? Все в порядке… он просто вновь забыл тебя, да? Выдавить из себя хоть что-то было невозможно, поэтому я так и ушел ни с чем. * Конец повествования* - Дазай-кун, - окликнул шатена Мори. – Мне сказали, что он мог… - Потерять память? – перебил он его. - Так все же это случилось… - подавлено произнесла Кое. - Но возможно потеря памяти была частичная и хоть что-то он может и вспомнить, - попытавшись их приободрить, вставил первый. После этих слов все замолчали и оставшиеся стали к нему поочередно заходить. Когда все закончили, то выяснилось, что он помнил частичный образ Озаки и помнил, что был знаком с таким мужчиной, как Огай. Даже, когда они назвали свои имена, то это тоже был небольшой просвет в памяти. Но Дазай Осаму… Кто это? Почему пришел? Он сделал это, чтобы раздражать Накахару? Полная пустота. Дазай, больше всего желавший в этой жизни вновь увидеть «свой единственный смысл жизни», он больше не хотел оставаться здесь и быстрыми шагами удалился из больницы. Снова в свою пустую обитель, которая уже напоминала дом давно мёртвого человека. Некогда желанный звонок наконец-то подарил ему то, что он так давно желал, но все быстро закончилось с треском, сделав еще больнее. Он помнил очертания многих своих знакомых «из прошлой жизни». Многих, но не всех. В том числе и того парня, которого он видел последним. Почему? Наказание для второго, наверное. В любом случае парень не желал больше никогда не выходить из своей комнаты. Просто лежать и медленно гнить. Именно гнить, потому что умирать уже было больше нечему. Даже желания что-либо сделать, чтобы смерть быстрее наступила, тоже не было. Снова послышался назойливый звонок телефона. Он повернул свой стеклянный взгляд в сторону звука, продолжая неподвижно лежать на кровати. Пока он слышал это, он думал, что мог бы показать ему что-то для них особенно памятное или сказать, но хотя бы что-нибудь сделать, дабы вернуть память о себе. Конечно, он мог. Но он слишком устал. Устал ждать. Устал надеяться. Счастье все равно всегда выскальзывала меж его пальцев. И вот вновь убийственно тянущийся дни продолжились. Так могло продолжаться неделями, месяцами, годами, вплоть до самой смерти, но продолжилось всего неделю. Полностью ушедшего в себя его привел в чувства неожиданный стук в дверь. Правда, он все равно и пальцем не шевельнул. Стук прекратился. Осаму, подумав, что незваный гость решил сам уйти, хотел было снова лежать и думать о своем, пока из прихожей не послышался звук открывающийся двери. Вероятнее всего это был Мори. С такой мыслью юноша продолжал ничего не делать, но увиденное перед собой заставило его подняться на кровати впервые за долгое время. В дверном проеме стоял Чуя, с еще не зажившими до конца травмами, но каким-то образом стоящим здесь. Он не выглядел уже таким потрёпанным жизнью, а наоборот – после такой долгой отключки и благодаря врачам он выглядел в разы лучше, чем это могло быть. Что нельзя было сказать о Дазае. Уставшие сонные глаза, но в то же время широко распахнутые от удивления, исхудавшее за все эти 8 месяцев тело, волосы, которые явно очень редко расчесывались и, конечно же, абсолютно неубранная квартира. Накахара неловко попятился назад, но потом все же остановился. - Эм… ну… прости за такое неожиданное вторжение, - неуверенно начал незваный гость. - Ничего, - резко ответил второй. – Я был бы очень признателен, если бы ты мне сказал, как ты тут вообще оказался и что тебе вдруг понадобилось. - Просто… мне о тебе Мори-сан говорил и сказал, что ты очень хотел со мной поговорить, когда я очнусь, - произнес рыжий парень, подходя к нему. – А тогда в палате я был… ну… грубоват с тобой. Ты сразу ушел, поэтому диалога не получилось. - А сейчас-то чего в тебе внезапно вспыхнула страсть пообщаться со мной? – с непониманием смотря на него, продолжил шатен. - Он сказал, что до того как я попал в реанимацию, то был знаком и с тобой тоже, но по какой-то непонятной причине я не могу абсолютно ничего о тебе вспомнить. - А, в таком случае тебе не стоило приходить, - натянув легкую улыбку, сказал он. – Значит я просто особой роли в твоей жизни и не играл, ведь например Мори и Кое ты смог вспомнить, потому что действительно важных для себя людей сложно забыть. - Хах… думаю, ты прав, - он улыбнулся ему в ответ, и на щеках проступил легкий румянец. - Тогда, наверное, ты нашел ответы на все вопросы, которые ты искал здесь? – сохраняя то же безразличие, спросил Осаму, хотя это было для него очень сложно после услышанного. - М? Нет! – воскликнул другой, сев на кровать рядом с ним. – Я вообще-то сюда пришел, чтобы с тобой пообщаться! – обижено выпалил он. – Вдруг я что-то все же вспомню о тебе. - Вот как, - немного опешил собеседник. – Что ж, можешь спрашивать все, что тебе интересно. - Мне сказали, что тебя зовут… Осаму… Д… – он смущенно начал вспоминать его имя. - Да, Осаму Дазай. Тебе нет необходимости представляться. Я хорошо помню твое имя. - Хорошо, тогда расскажешь что-нибудь о себе? - Хах… ну… - разочаровано произнес Дазай. – Я просто знакомый Мори и благодаря этому мы с тобой тоже тогда познакомились. - И все? – с вопросительным взглядом он склонил голову на бок. - Я не знаю, что еще тебе можно рассказать, - пожав плечами, ответил второй. – По крайней мере сейчас мне ничего в голову не лезет. - Ты плохо чувствуешь себя? – сказал Чуя, прикоснувшись ладонью к его лбу. - Нет… Все хорошо. - В таком случае я хочу тебе сказать кое-что. - Я слушаю тебя. - Я хотел извиниться перед тобой, - тио начал голубоглазый юноша, немного придвинувшись к нему. - М? О чем ты? – он непонимающе смотрел на другого. – За что извиниться? - За все, что сейчас происходит. Мори-сан сказал мне, что ты больше всех желал того чтобы я очнулся и то, что я забыл все о тебе… Осаму, пожалуйста, прости меня… Я правда не знаю, почему именно тебя я абсолютно не помню, - он опустил голову вниз, нервно перебирая простынь в руках. – Прости, но ты, правда, для меня был будто совсем незнакомый человек. Был ли он рад или нет такому откровению, Накахара так и не понял. Шатен отвел взгляд в сторону и молчал. Создавалось впечатление, что он и вовсе забыл, что еще не один дома. Так продолжалось минут 5, пока второй не стал медленно вставать с кровати. - Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы все осознать и принять этот факт, так что я буду очень рад, если ты мне потом позвонишь. С этими словами он направился к выходу. - Чуя, - окликнул он его. - Да? – тот сразу остановился и сделал пару шагов назад. - Спасибо, что ты мне все рассказал, - ответил Осаму, посмотрев на него снова, нежно улыбнувшись. - Нет, что ты, тебе не за что благодарить меня и… - Все в порядке, - перебил его второй. – Я в полном порядке… Я уже привык, честно…