Гости из будущего

К детям Трафальгар всегда относился нейтрально. В конечном счёте, это всего лишь маленькие люди. Да, в определённый период времени они довольно милые, но с каждым годом детское очарование медленно сменяется на взрослые закидоны. Это Лами была ангелом, но на то она и младшая сестра, чтобы быть самой очаровательной. И после Флеванса хирург даже не думал, что в его странной и в какой-то степени трагичной жизни ему придётся держать ещё одного младенца на руках. У Ольвии были большие синие глаза, прямо как у Робин, небольшой носик кнопкой и тонкие маленькие губы. Она пахла молоком и казалась такой крошечной, что даже не верилось, что она дочка исполинского Фрэнки, который шмыгал носом где-то в лазарете, пока Нико отходила от лекарств после родов. Малышку же перенесли на камбуз в кроватку, где Мугивары разглядывали это чудо, постепенно осознавая, что теперь у них появилась новая накама. — Она такая очаровательная, — Санджи склонился над новорождённой малышкой. — Робин-чан такая молодец. Уверен, Ольви-чан будет очень на неё похожа. — Или нас ждёт второе пришествие нудистов, — фыркнул Усопп, осторожно тыкая пальцем в кнопочный носик. Малышка моргнула и тихонечко чихнула, заставив Мугивар издать звуки умиления. — Моё сердце не выдерживает, эта юная леди такая очаровательная, — Брук тоже подошёл к кроватке. — Хотя, у меня же нет сердца, йо-хо! — Брук, отойди, ещё испугаешь, — обеспокоенно произнесла Нами. — Младенцы не различают цвета и формы, — подал голос Ло, сидевший на диване. — Для неё вы все просто шумные пятна. — Эй, я не хочу быть пятном! — возмутился Монки Ди и полез кроватке. — Ольви! — он навис над младенцем. — Я твой капитан, а не пятно! — Мугивара потянул руки к малышке, намереваясь схватить ее под подмышки. — А ну, не трогай ребёнка! — навигатор отвесила своему капитана смачный подзатыльник. — Да почему?! — Луффи скривился, потирая огромную шишку. — Я же просто подержать хотел… — А если уронишь? — Винсмоук строго посмотрел на Монки Ди. — Не уроню, — обиженно буркнул тот. — Она моя накакама. И я хочу её подержать. — Тебе такие вещи лучше не доверять, — снайпер развёл руками. — Ну и ладно, — Монки Ди по-детски накуксился и плюхнулся на пол. Кошка-воровка вздохнула и покачала головой. Из кроватки послышалось тихое хныканье, а через секунду камбуз содрогнулся от громкого детского крика. Мугивары переглянулись. Никто из них, кажется, понятия не имел, что делать с плачущим младенцем. — А-а-а-а, да чего ты ревешь? — канонир склонился над кроваткой. — Это она злится, что вы не даёте мне её подержать, — Луффи уже потянул свои резиновые руки к малышке. — Кому сказали, не трожь ребёнка! — Нами угрожающе нависла над накама. Капитан Пиратов Сердца прекрасно знал, что этот балаган может продолжаться вечность. А ребёнк тем временем просто надрывался. Трафальгар словил паникующий взгляд боевого кока, который будто кричал внутри: сделай же что-нибудь! Хирург тяжело вздохнул и вылез из угла дивана. Он подошёл к кроватке, тут же обратив на себя внимание. Мугивары немного присмирели. Ло склонился над кроваткой, быстро провёл рукой по простыни. Сухо. Значит, дело в другом. — Санджи-я, поставь смесь, — старший йонко протянул руки к малышке. Так, сначала одну руку под голову, другую под спину и осторожно… Капитан Пиратов Сердца поднял Ольвию на руки, та чуть притихла, но продолжала хныкать. Повар тут же засуетился на кухне. Трафальгар опустился на барный стул, осторожно покачивая девочку. Крошка, маленькая крошка с присущим младенцем очарованием. Невольно вспомнилась новорождённая Лами, больно уколов где-то в районе сердца. — Траффи-сан, не знал, что вы ладите с детьми, — Брук протянул малышке костлявый палец, и та тут же схватилась за него. — У вас уже был опыт? — Можно и так сказать, — хирург повёл плечами. — Траффи, только не говори, что у тебя где-то на Гранд Лайн есть дети, — потрясённо выдал Усопп. Ло одарил носатого тяжелым взглядом. — Понял, прости. Может, тогда братья или сёстры? — Сестра, — голос немного просел. Капитан Пиратов Сердца прокашлялся, чем встревожил Ольвию, которая тихонечко заскулила. Трафальгар тут же взял себя в руки, снова принимаясь покачивать младенца. — Сестра? — несведущие Мугивары переглянулись. — А где она сейчас? — Я всё сделал! — будто нарочно громко оповестил Санджи, отдавая хирургу бутылочку с питанием, за что старший йонко был искренне благодарен. Он не готов. Не сейчас. Ло поднёс кормление к Ольвии. Девочка обхватила край соски губами и начала медленно посасывать смесь. — И она это ест? — Монки Ди скривился, несильно тыкая малышку пальцем в лоб. — Это даже не мясо… — Мясо — слишком тяжёлая еда, — Винсмоук покачал головой. — Ольви-чан пока такое нельзя. Да, малышка? — он начал сюсюкаться с ребёнком. — Ты такая очаровательная крошка. Где-то в угул кухни обиженно засопел Зоро, явно чувствуя конкуренцию. На одну меллорин на корабле больше — внимания к Маримо меньше. Капитан Пиратов Сердца забрал у Ольвии пустую бутылочку. Девочка тут же скривила губы, но кричать не стала. А потом и вовсе срыгнула, заставив часть Мугивар чуть скривиться. Трафальгар взять протянутую поваром салфетку и вытер малышке рот. Та что-то угукнула, сонно хлопая глазками. Монки Ди с интересом наблюдал за засыпающей малышкой, пока хирург искоса глядел на самого Луффи. Если так подумать, когда родилась Лами, Ло также присматривался к ней, изучал, думая о том, что когда он появился на свет, он точно не был таким маленьким. — Хочешь подержать? — негромко спросил старший йонко. — Траффи, лучше не-… — начала Нами. — Хочу! — Монки Ди кивнул и вытянул руки вперёд. В чёрных омутах плясали звёздочки восторга. Капитан Пиратов Сердца усмехнулся. Лу хоть и становится страше внешне, но внутри он всё такой же впечатлительный ребёнок. — Сделай руки как у меня, — Трафальгар сполз со стула и подошёл к союзнику вплотную. Мугивара послушно сложил руки у груди. — Обязательно нужно поддерживать голову и спину, — Ольвия начала засыпать, поэтому хирург начал говорить тише. Монки Ди энергично закивал, осторожно принимая на руки малышку. На всякий случай Ло поддреживал чужие конечности снизу, татуированные пальцы уловили едва ощутимую дрожь. — Привет, — Луффи мягко улыбнулся Ольвии, — добро пожаловать на Санни. Малышка сонно глянула на своего капитана, надувая пузырик из слюней. — Траффи, — Мугивара поднял взгляд на союзника, — а все дети такие маленькие? — Обычно, да, — тот кивнул, поправляя на младенце одеялко. — Кру-у-у-уть, — выдохнул Монки Ди, восторженно глядя на ребёнка. — Ольви, ты теперь моя накама, — он осторожно коснулся губами лба девочки, — поэтому, пока ты не станешь большой и сильной, я буду тебя защищать. И Траффи тоже. Да, Траффи? — Луффи одарил Трафальгара мягкой улыбкой. — Да, — хирург поджал губы, снова поправляя одеяльце на малышке. Это так странно. Теперь в его жизни есть что-то маленькое и очень хрупкое, и этому маленькому и хрупкому созданию нужна защита и много других важных вещей. На камбуз зашёл шмыгающий носом Фрэнки. При виде Ольвии киборг скривил губы, а из-под очков полились крокодильи слёзы. — Малышкаа-а-а-а-а-а, — взвыл плотник, протягивая руки к ребёнку. Мугивара осторожно передал младенца законному отцу. Фрэнки всхлипнул, прижимая к себе девочку. — Папка так счастлив. Ты такая красавица, вся в свою маму. — Фрэнки, как Робин-чан? — тут же забеспокоился Санджи. — Она пока спит, с ней Чоппер остался, — киборг всё никак не мог оторвать взгляд от дочки. Трафальгар бесшумно начал двигаться к двери, пока Мугивары обступили новоиспечённого отца, расспрашивая о состоянии Нико. Хирург выскользнул на палубу и поднялся на корму. На море было ветрено, а небо застилали белые перистые облака. Ло облокотился на перила, вглядываясь в чистый горизонт. Дети на Гранд Лайн… Это, кончено, не новое явление, но одно дело, когда ты слышишь о подобном, а другое, когда сам держишь на руках крохотное существо. Дети хрупкие, невероятно хрупкие… — Траффи, ты как? — раздался за спиной голос повара. Капитан Пиратов Сердца обернулся. Санджи подошёл к нему и протянул кружку с горячим чаем. — Всё нормально, — Трафальгар принял напиток и кивнул. — Спасибо. — Эй, всё нормально — это не ответ, — боевой кок тоже облокотился спиной о бортик. — Это из-за Ольвии? Вспомнил сестру? — Немного, — хирург повёл плечами, делая маленький глоток из кружки. — Просто вспомнил время, когда она была такой же. Винсмоук поджал губы и положил руку союзнику на плечо. — Не хочешь поделиться с ребятами? — тихо спросил он. — Рассказать о своём прошлом. Ты с нами почти два года, Траффи. Не знаю, как ты, но мы уже привыкли, что у нас есть дальние накама, знаешь? — повар усмехнулся. — Я… — Ло шумно вдохнул носом воздух, — не думаю, что смогу. — Что? — Санджи удивлённо захлопал глазами. — Ты признаёшь, что что-то не можешь? — Представь себе, — невольно съязвил йонко, но тут же опомнился, — то есть… — Всё хорошо, — боевой кок мягко улыбнулся. — Хочешь, я сам с ними поговорю? Капитан Пиратов Сердца задумчиво поджал губы. Хочет ли он? Сложный вопрос. Обычно подобные вещи можно доверить только тем, с кем чувствуешь себя комфортно. Но относятся ли к таким людям Мугивары? Да, их команды неплохо ладят, а капитаны так и вовсе живут друг у друга время от врмени. Но достаточно ли этого? — Если меня начнёт кто-то жалеть, ноги моей здесь больше не будет, — наконец выдохнул Трафальгар. — О нет, как же мы переживём эту потерю? — фыркнул Винсмоук, закуривая. — Не переживай, я просто дам им факты. Ничего из того, что хоть как-то относится к твоим чувствам, я не расскажу. Хирург кивнул и снова обратил взгляд к горизонту, где уже начали собираться серые тучи. Через четыре дня Ло подберёт Полярный Тан, а потом йонко сразу же направится по делам Смокера к Беггу, и после очередная работа «тёмной лошадки» правительства. А где-то на Санни останется громкий, но уютный мирок с новоприбывшим маленьким чудом…

***

Изначально Трафальгар не планировал менять курс: сначала на Дресс Роуз, потом на собрание в Мари Джоа, а там можно в кое-то веки добраться до Вано или по просьбе Смокера сгонять до Яичной Головы, где уже некоторое время разгребались архивы Вегапанка… Точнее остатки из остатков. Но хватило всего одного звонка по ден ден муши и протяжного «Тра-а-а-аффи», чтобы курс был незамедлительно сменён на Ватер Севен, куда намеревались наведаться Мугивары, в частности Робин и Фрэнки, чтобы показать дочку Айсбергу. На Ватер Севен Хирург Смерти никогда не был, но слышал про разрушительную Аква Лагуну. От команды союзника, конечно же. Да ещё и в таких красках, как будто это не просто гигантская волна, а самый настоящий конец света. Прибыв одновременно с Санни Го, Пираты Сердца тут же двинулись на чужой корабль, чтобы поближе познакомиться с Ольвией. К счастью, девочка не боялась чужих и спокойно кочевала из рук в руки под писки и вздохи умиления, пока Трафальгар уже привычно отправился на камбуз. Странно, но в этот раз почему-то ни одна ходячая катастрофа не вылетела из-за угла, чтобы снести вечно хмурую тучу. — Санджи-я, — хирург кивнул в знак приветствия повару, который суетился в рабочей зоне кухни. — О, привет, Траффи, — Винсмоук улыбнулся. — Кофе? — Не откажусь, — Ло опустился за барную стойку, беря из корзинки свежий мандарин. — У вас сегодня неприлично тихо. — Это потому что Луффи нет, — боевой кок поставил турку на плиту и вытер руки полотенцем. — Голодный? Там осталось немного онигири с обеда… Хотя, зачем я спрашиваю, когда ты отказывался от моих онигири? — А где он? — капитан Пиратов Сердца невольно напрягся. Лу же сам его сюда позвал, а теперь где-то пропадает? — С Хэнкок, мелкий паршивец, — вздохнул Санджи, выкладывая онигири на тарелку. — Они вместе умотали. Луффи разве тебе не сказал? — Ни слова, — Трафальгар поджал нижнюю губу. Лу и Императрица Пиратов? С чего бы им плавать вместе? — И когда он вернётся? — К Собранию точно должен, кажется… — протянул повар, подавая хирургу онигири и кофе. — Там мандариновый мусс ещё есть, хочешь? Боже, конечно, хочешь, — пробормотал он. Дверь камбуза открылась и на кухню прошёл Ророноа. На нём не было верха, а на коже блестели капли пота. В руке он держал пустую стеклянную бутылку. — Привет, — мечник кивнул союзнику и двинулся к суетящемуся у холодильника Винсмоуку. — Завитушка, чай ещё остался? — О, Маримо, — боевой кок вытащил из холодильника десерт, — слушай, ты не помнишь, когда Луффи вернётся? — Через неделю сразу на Собрание приплывёт с той бабищей, — Зоро пожал плечами. — Так что там с чаем? Санджи наконец обратил внимание на своего благоверного, одарив его недовольным взглядом. — Сам ты «бабища» с такими сиськами, — он забрал у Ророноа бутылку. — Тебе же нравится, — хмыкнул мечник, наблюдая за тем, как повар наливает ему холодный чай. — Ни разу. — Да, да, Мистер-кровь-из-носа. — Бери свой чай и иди нахуй отсюда, Кактус, — повар сунул Зоро бутылку, вытирая тыльной стороной ладони кровь, текущую из носа. — Уже ухожу, Завитушка, — старпом быстро поцеловал Винсмоука в губы. — Про свидание помнишь? — С тобой забудешь, — фырнкул боевой кок. — А я здесь зачем, если его нет? — подал голос Трафальгар, который не горел желанием быть посвященным в чужие любовные дела. Его тут, между прочим, пригласил к себе Король Пиратов, который, какого-то чёрта, сам куда-то умотал с Имератрицей Пиратов. И это до невозможного злило. — А ты разве только ради Луффи к нам заглядываешь? — Санджи скрестил руки на груди. — У тебя тут, между прочим, есть я. И Ольвия, которую ты, позволь тебе напомнить, не выпускал из рук в прошлый раз. — Но приглашал меня он, — возразил хирург. — Значит, когда я тебя приглашаю, у тебя дела? — тут же взвинтился повар. — А как Луффи, так ты бежишь чуть ли не с голым задом! — В прошлый раз, я приплывал, когда ты просил. — У тебя выбора не было, Робин-чан рожала! — Так, девочки, успокоились, — в перепалку неожиданно вступил мечник. — А тебя вообще не спрашивали! — гаркнули на него «девочки». Зоро цокнул языком, а затем прижал Винсмоука к себе, поглаживая того по голове. Боевой кок зашипел, но в присутствии мощной груди, тут же затих и начал блаженно мурлыкать, сминая пальцами рельеф мышц. — Траффи, вот Луффи вернётся, тогда и спросишь с него, где он был и почему не предупредил, что собирается куда-то умотать, — вполне справедливо для трафальгарской логики высказался старпом. Но вот трафальгарская включенность такой отмазкой была недовольна. Внутри всё так и кипело под неприятное хихиканье Совести. «Ты ему не нужен, — чертовка злобно потирала ручки. — Ему какая-то Императрица важнее, чем ты. Кто вообще предупреждает неважных людей?» — Не собираюсь я с ним разговаривать, — кое-как сдерживая нарастающие злобу и обиды, выдохнул Ло и быстро вышел из камбуза. Чёртов Мугивара! А ведь так умолял, чтобы союзник приплыл, обещал показать Ватер Севен, и Трафальгар же согласился, отложил все дела, даже со Смокером посабачился. А теперь этот самый чёртов Мугивара веселиться где-то с Императрицей Пиратов, пока Хирург Смерти тут… тут… Порезать бы его на тысячу кусочков и выкинуть в море! Его и Хэнкок! Пусть вместе плавают, да пусть хоть, блять, сношаются, Ло будет всё равно! В груди неприятно сдавило, аж до тошноты. Капитан Пиратов Сердца плюхнулся в зарослях мандариновых деревьев и поджал ноги к животу. Было обидно. Обидно до чёртиков, до сжатых до белых костяшек кулаков. Лу с Хэнкок. Лу с Хэнкок. Лу, мать вашу, с Хэнкок! И это бесило намного больше, чем просто съебывание Луффи. Потому что ситуации бывают разные, но… но всё же… Трафальгар чуть ли не взвыл от пожирающих его изнутри эмоций. Какое ему вообще должно быть дело, что там у Лу и Императрицы Пиратов? Даже если там что-то… не дружеское… возможно что-то в духе Зоро и Санджи… или сразу Фрэнки и Робин… В районе живота всё двруг сжалось, обожгло холодом лёгкие. Нет, ну не может же такого быть, это же Лу, просто Лу. Где он, а где?.. С другой стороны, Луффи-то вырос, возмужал, вон какую блядскую дорожку себе отрастил. Да и Хэнкок вполне видная женщина, по меркам большинства. Хирург запустил руки в волосы. Да что ж это такое?! Почему так много чувств, которые так сложно сдерживать? — О, Траффи, здравствуй. Ло вздрогнул и поднял голову. На него с мягкой улыбкой смотрела Нико, держа крошку Ольвию на руках. — Выглядишь неважно, — археолог чуть склонила голову в бок. — Да нет всё… — начал было капитан Пиратов Сердца, но осёкся из-за странного порыва в груди. — Как называет чувство, когда ты хочешь порубить на куски сначала его, потом её, выкинуть их к чертям в море и просто лечь и… — Трафальгар пожал плечами, не в силах подобрать нужного слова, — будто страдать, но не совсем? — Траффи, не знала, что ты такой ревнивец, — хихикнула Робин. — Ревность? — хирург скривился. Он? И ревнует Луффи? Да побойтесь Кайдо, этот ваш Король Пиратов нахрен ему сдался! То есть не сдался! Пошёл он, в общем, к своей Императрице Пиратов! — Не волнуйся, — Нико осторожно опустилась рядом с союзником, — для Луффи Боа только друг. Хочешь подержать Ольвию? — она протянула ему малышку. — Да, спасибо, — Ло аккуратно принял девочку, прижимая её к себе. Ольвия приветственно угукнула, заставляя сердце Трафальгара немного оттаять. И только через пару секунд до него всё же дошло. Он медленно повернул голову всё к также улыбающейся археологу. — А с чего ты взяла, что я про Мугивару? — в горле стало сухо. — Разве нет? — археолог хитро прищурилась. — На Гранд Лайн есть кто-то ещё, кого ты хочешь порезать, выкинуть в море, а потом страдать из-за этого? Хирург насупился, понимая, что такого второго такого человека действительно нет. И только Лу вызывал в нём такие противоречивые эмоции, бесячие, раздражающее, но в то же время болезненные. — Хочешь поговорить об этом? — мягко спросила Робин. — О чём? О нём? — хмуро отозвался Ло. — Не хочу, — он уткнулся носом в белый лобик Ольвии. От малышки пахло молоко и детским мылом. — Хорошо, — Нико кивнула. — После Айсберга мы с Фрэнки хотим купить одежду для Ольви. Не хочешь с нами? — Можно, — капитан Пиратов Сердца окончательно упал в очарование малышки. Он протянул ей палец и девочка тут же схватилась за него, довольно дёрнув ножками. Пусть эти Короли Пиратов и их Императрицы шляются, где хотят, а он пойдёт покупать маленькому чуду костюмчики, платья и, может быть, пару мягких игрушек…

***

Большую часть времени, которую Мугивары и Пираты Сердца пробыли в Ватер Севен, Трафальгар провёл в компании Ольвии. Даже Санджи в этот раз уделил своему другу меньше времени, умотав на свидание с Зоро. Поэтому от мыслей о всяких Луффи с их Хэнкок хирург отвлекала забота о малышке и импульсивные покупки детских вещей. Гардероб девочки пополнился новой одеждой и обувью, часть из них была на вырост. У Ольвии появились новые мягкие игрушки и набор маленького доктора. Ну так, на всякий случай. От растраты белли Ло спас перенос Собрания Королей на два дня вперёд. Пришлось срочно садиться на морской поезд до Сабаоди, так как Айсберг днём ранее предложил провести внеплановый осмотр кораблей. Капитан Пиратов Сердца даже немного заволновался, когда увидел, как горят глаза у местных плотников, когда Полярный Тан вошёл в ремонтный док. На морской поезд сели небольшой компанией: Трафальгар, Пенгвин, Санджи и Чоппер. Пираты заняли просторное купе. Остальные должны были подтянуться через день, после завершения собрания. Хирург тут же занял верхнюю полку: на Сабаоди нужно было два дня трястись на рельсах. Пенгвин и Тони-Тони отправились на маленькую экскурсию, пока повар обживался на новом временном месте обитания. Ло забрался к себе на верх и достал припасённую книгу по медицине. Поезд стремительно набирал ход. Мимо проносились бескрайние морские пейзажи. Тишина и спокойствие. Даже как-то непривычно. — Эм, Траффи, — от чтения йонко отвлёк Винсмоук, — мне нужен твой, — он почему-то смутился, — совет… — Говори, — капитан Пиратов Сердца перевернул страницу книги, даже не глянув на друга. Боевой кок шумно выдохнул и опустился на нижнюю полку. — Ну? — Трафальгар вопросительно глянул на Санджи после нескольких минут молчания. — В общем… — тот замялся, — ты же в курсе, что я… как бы… имею виды на Маримо… — Просто займитесь уже сексом, — хирург цокнул языком. — Не думаю, что Зоро будет против, если ты его завалишь. — Но это… как бы… — Что? — Мы уже немного… — повар покраснел и отвёл взгляд. — Мы трогали друг друга пару раз… — И в чём проблема? — Ло отложил книгу. — Просто дотрогайтесь до чего-то более серьёзного, чем мастурбация. — Как будто это так просто! — тут же взвился Винсмоук. — Ты не поверишь, но проще некуда. — Ой, прости, я и забыл, что разговариваю с гуру секса. — Если тебе не нравятся мои советы, поищи кого-нибудь более принципиального. Друзья одновременно фыркнули и отвернулись друг от друга: йонко — к стенке, а боевой кок — к окну. Поезд окончательно набрал скорость так, что море превратилось в сплошную тёмно-синюю линию. — Мне просто кажется, если мы это сделаем что-то разрушится, — тихо начал Санджи, первым нарушая тишину. — Как будто мы сделаем что-то запрещённое. Вот, Траффи, у тебя когда-нибудь было такое чувство, что ты находишься на грани чего-то большого и неизвестного, но ты боишься, что стоит тебе сделать шаг, и всё уже будет иначе? — Нет, — тут же выдал капитан Пиратов Сердца. — Ты даже не подумал над этим! — Зачем думать о том, чего нет? — Какой же ты вредный. И как только Луффи тебя терпит? — Как видишь, перестал терпеть, свалил подальше с Императрицей Пиратов. — Боже, ты всё ещё дуешься из-за этого? Где тот ханжа, который распинался о личном пространстве? А теперь что? Сам злишься из-за того, что у Луффи могут быть какие-то дела без тебя? Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты ревнуешь… — Отсоси ему. — Что?.. Ты… Да кто тебя так темы учил менять?! — Мы вернулись! — от продолжения диалога о ревности Ло спасли валившиеся в купе Пенгвин и Чоппер, притащившие из вагона-ресторана сладости. Далее поездка прошла без особых потрясений, если не учитывать нытьё Санджи о том, что в тамбуре нельзя курить, а до последнего вагона с маленьким открытым балкончикам далеко идти. Пришлось стоять на стрёме, пока повар спешно курил в туалете, а потом, точно нашкодившие подростки, убегать от строгой проводницы.

***

Ранним утром Трафальгар свесил ноги с полки. Через несколько часов они должны были прибыть на Сабаоди. Хирург бесшумно выскользнул из купе и двинулся к последнему вагону. Подолгу спать в поезде не получалось, слишком узко и не так уютно там было. Это вам не мягкий матрас на субмарине и не ворох одеял на Санни Го. Ло вышел на маленький балкончик в конце последнего вагона. Докуривающая сигарету проводница устало кивнула ему и выбросила окурок в море, а после оставила капитана Пиратов Сердца в одиночестве. Трафальгар откинулся на перила и вдохнул свежий морской воздух. Поезд мягко скользил по рельсам, будто призывая вернуться обратно к подушке и одеялу и подремать ещё часик-другой. Хирург не сразу заметил, что на поезд опустилась тень. Лишь завидев, как рельсы заволокло довольно крупной волной, он поднял голову. Мимо состава проплывал корабль. Ло пригляделся к флагу, и внутри всё замерло. Это был корабль Боа Хэнкок. На палубе у самого можно было различить две фигуры: саму Императрицу Пиратов и… — Лу?.. — тихо выдохнул капитан Пиратов Сердца, получше приглядевшись к извечной ярко-красной рубашке. Взгляд скользнул выше, и Трафальгар, кажется, даже перестал дышать. Потому что Мугивара улыбался, но не во все свои тридцать две зубищи, а по-другому, более нежно, с каплей смущения, но всё также искренне. И эта улыбка была посвящена непосредственно Хэнкок, чьё лицо отображало смесь удивления и того же смущения. Яснее некуда, что между этими двумя происходило что-то личное. Монки Ди хихикнул, а затем повис на Боа, сгребая ту в крепкие объятия. Внутри у хирурга что-то треснуло, надломилось. Захотелось сбежать, забыть всё то, что он только что увидел, но тело будто парализовало. Лу и Хэнкок. Лу и Хэнкок. Эти двое… в каких они отношениях? Корабль Императрицы Пиратов немного сменил курс, чтобы, скорее всего, встать на стоянке для судов, пока поезд заворачивал к депо. А Трафальгар всё стоял и смотрел на морскую гладь, где только что был корабль Императрицы Пиратов, и где Лу… её… он… её… Грудь сдавило так, что стало больно дышать. Хирург почувствовал себя каким-то униженным и даже использованным. Безумно хотелось на субмарину, забраться под одеяло, прижать к животу подушку и просто… просто… пострадать? Злобы, как таковой, почти не было, а вот разочарование в самом себе сдавило горло. Разве он, Ло, недостаточно хорош?.. — О, Траффи, доброе утро, — на балкончик вылез Винсмоук. Блондинистые волосы уже чуть ниже плеч были взлохмачены. В зубах повар держал сигарету, видимо, решил поиздеваться над своим желудком и бахнуть никотина перед завтраком. — Эй, — боевой кок насторожился, явно заметив чужую мрачность, — что-то случилось? На тебе лица нет… — Со мной что-то не так, — сипло выдал капитан Пиратов Сердца. — Я не понимаю… — он запустил руку в волосы. — Всего так много… Я… — голос окончательно просел. Поезд зашёл на развилку, начал громко стучать колёсами. — Я ревную?.. — Чего?! — крикнул Санджи, чтобы его было слышно через шум. — Что ты сказал?! Трафальгар медленно выдохнул. И зачем, скажите на милость, повару Воля Наблюдения, если от неё нет толку, когда она нужна? — Ничего, — буркнул хирург, забирая у ничего не понимающего боевого кока сигарету и зажигалку, и закурил. — Забудь. — Как скажешь, — фыркнул Санджи, забирая зажигалку и доставая себе новую сигарету. — Странный ты сегодня… Ло повёл плечами. Ничего он не странный. Это всякие Мугивары странные, которые сначала зовут к себе, чуть ли не умоляют приплыть, зовут поболтать по ночам, держат за руки, постоянно липнут, укладывают спать, кормят, а потом… а потом смотрят на всяких Хэнкок так, что хочется выть от собственной ничтожности и ненужности. «А ты так сильно хочешь быть ему нужным?» — тихонечко поинтересовалась Совесть, но капитан Пиратов Сердца тут же сдавил чертовке горло за такие вопросы. Ничего он не хочет. Ничего ему от Луффи не нужно. В конце концов, кто они друг другу? Недодрузья? Пересоюзники? Ответ прост — никто.

***

Стоило Трафальгару вступить на Святую землю, отправив своих спутников бронировать им гостиницу, как его тут же перехватила Ташиги, всучив письмо от Смокера. Потому что от кого ещё можно получить конверт в тёмном углу сердца Мирового Правительства? А это означало одно — на хирурга снова хотят что-то свалить. Иногда Ло всё же жалел, что дал тогда слабину и пошёл на поводу у собственных страхов. Давайте будем честны, Дофламинго никто бы не выпустил, да и кто-то подобный вряд ли бы появился в ближайшем будущем, потому что настолько отбитых и мудачных тварей ещё нужно поискать. Но отступать было поздно, даже если этого очень сильно хотелось. Только Ло успел спрятать конверт в складках плаща, как из-за угла вышел Кид, явно чем-то недовольный и будто какой-то уставший. — Утра, — буркнул Юстасс, заставляя капитана Пиратов Сердца напрячься. Напомните, с какого момента эта рыжая псина начал здороваться? — Ага, — только и выдал старший йонко, поведя плечами. — Выглядишь… — он замялся, — паршиво, Юстасс-я. — А ты сам попробуй от целой блядской флотилии отбиваться, я тогда на тебя посмотрю, — Кид зевнул, громко клацнув зубами. — Флотилии? Ты что-то натворил, и за тобой послали Дозор? — Если бы… — Юстасс почесал шею. — Будь это Дозор, я бы не заебался, а разъебал их всех к чертям. Если ты не заметил, Трафальгар, в море в последнее время та ещё хрень творится… — Не слышал ни о какой, как ты выразился, хрени. — Тогда считай, что тебе повезло, — устало рыкнул Кид и начал рыться в складках плаща. Через пару секунд он протянул хирургу кипу разыскных листовок. — Полюбуйся, ваши с Мугиварой рожи тоже здесь есть. — Если ты не заметил, мы всё ещё пираты, это естественно, что у нас всё ещё есть листовки, — Ло скептически глянул на стопку бумаги. — К твоему блядскому сведению, я не настолько тупой, — Юстасс скривился. — Ты, блять, глаза разуй. Это не бумажки Дозора. И правда, присмотревшись, капитан Пиратов Сердца понял, что листовки-то не имеют ни герба Дозора, ни герба Правительства. Но в таком случае, что это вообще такое? — Если это не Дозор и не Правительство, — Трафальгар начал просматривать листовки, отмечая знакомые лица, — тогда кто? — Охотники на пиратов, — хмыкнул Кид. — Эти придурки целую гильдию сколотили, орут, что раньше было лучше. Черти поганые, когда уже запомнят, что море для пиратов? Хирург поджал губы. В последнее время такая форма как гильдия стала весьма популярна. Багги, который первым запатентовал идею подобного сотрудничества, доказал, что схема весьма рабочая. Так что некоторые торговцы, судостроители, пираты и прочие, кто имел хоть какие-то дела в море, объединялись в сообщества, чтобы успешно вести дела не только друг с другом, но и с другими гильдиями. За большей частью таких собраний приглядывало Мировое Правительство, так что с юридической точки зрения всё было вполне официально. Да и само Правительство нередко отправляло к пиратским гильдиям своих исследователей: пираты всегда хорошо ориентировались в непредсказуемом Гранд Лайн, так что отправлять маленькие правительственные экспедиции с пиратскими кораблями стало нормой. — И с чего бы охотникам на пиратов создавать целую гильдию? — Ло нахмурился. Странно всё это. Раньше охотников спонсировало Мировое Правительство, но теперь оно отказалось от их помощи. Так какая для охотников на пиратов теперь выгода в собирании пиратских голов? Чёрт, неужели придётся идти на ковёр к Смокеру, чтобы всё выяснить? — Хрен их знает, — Юстасс скрестил руки на груди. — В любом случае, народу у них много. И это напрягает… Ох, ебать, — вдруг ухмыльнулся он, глядя куда-то Трафальгару за спину, — а Мугивара, кажись, завёл себе бабу… Хирург обернулся как раз в тот момент, когда Луффи обнимался с Хэнкок на входе в Мари Джоа. Рядом с Монки Ди стоял Сабо. Наверное, они встретились по дороге. К горлу подступил ком. Ло спешно глянул на часы — до Собрания оставалось ещё тридцать минут. — Эй, ты куда? — спросил Кид в спину спешно удаляющемуся капитану Пиратов Сердца, но тот ему не ответил. Появился отличный повод, чтобы проведать Смокера и не видеть, как один Король Пиратов непозволительно счастлив. В кабинет Главнокомандующего Дозора Трафальгара пустили без проблем. Его хмурое лицо было уже привычно всем конвоям. Стучать хирург не стал. Уж извините, но слишком много чести для человека, что заваливает его работой. — Я занят, — не глядя на внезапного гостя бросил Смокер, зарывшийся в бумагах. — Что там с гильдией охотников на пиратов? — на приветствие тоже растрачиваться не хотелось. Белый охотник поднял голову, одаривая Ло взглядом «только твоей хмурой рожи мне не хватало», и тяжело вздохнул. — Я всё написал тебе в письме, — Главнокомандующий Дозора снова уткнулся в бумаги. — Ташиги должна была тебе его передать. А сейчас я занят. — Я тоже бываю занят, когда ты отправляешь меня в очередной угол Гранд Лайна, — съязвил йонко. Смокер снова издал тяжелый вздох и принялся рыться в ящике стола. Наконец он выудил оттуда довольно толстую книгу, которая вся была в цветастых закладках. — Тираж около полумиллиона экземпляров, бестселлер, — Белый охотник протянул Трафальгару книгу. На тёмно-синей обложке золотыми буквами было выведено название «Истинная история пиратства. От свободы до неравенства». Хирург взял книгу, не до конца понимая, как она связана с новообразовавшейся гильдией охотников. — И как это соотносится с охотниками на пиратов? — Ло задумчиво пролистнул книгу, но вдруг выцепил знакомое «Мугивара» и невольно зацепился за страницу. «…когда мы говорим о феномене белого и серого пиратства в контексте новой эпохи, нельзя не отметить такую фигуру как Монки Ди Луффи, известного как Мугивара. Он стал олицетворением не разрушительного и убийственного пиратского промысла, а своеобразным символом авантюризма и мира. В привычной системе координат Мугивара несомненно является злодеем, но если взглянуть на его «злодеяния», то окажется, что никаким злым умыслом здесь и не пахнет. Перед нами не жестокий пират, а герой-авантюрист, освободитель, который действует из побуждений справедливости…» Капитан Пиратов Сердца нахмурился. Автор явно знал то, что должно было оставаться секретом для общественности. Трафальгар перелистнул в начало. «Синоним пиратства — не злодейство. Синоним пиратства — свобода, авантюризм, жажда приключений. Так, почему же Мировое Правительство так упорно навязывало нам, что пиратам чуждо чувство истинной справедливости? И ту ли сторону мы поддерживали все эти годы?» — Теперь понимаешь? — Смокер устало посмотрел на хирурга. — Здесь, в этой книге, весь позор прошлого Мирового Правительства и обеление ряда пиратов последних ста лет. Конфиденциальные данные, документы, хрен знает, откуда они у автора, но это сейчас читает весь Гранд Лайн. — Я всё ещё не… — Когда то, что раньше считалось чёрным, вдруг в общем сознании перекрашивается в белый, даже если это единичные случаи, оно вызывает диссонанс, — Главнокомандующий смял какой-то документ и выбросил его в мусорку. — И не все готовы осознать, что они столько лет были неправы. Пойди разбери, что творится в черепных коробках тех, кто был уверен, что пиратство — это сущее зло. И таких людей достаточно, чтобы сколотить гильдию, и пойти по стопам Кросс-гильдии: отправить на дно всех тех, с кем, по их мнению, не может справиться правительство. Чувство справедливости и всё такое прочее, — Белый охотник скривился. — Сжечь бы эту книгу к чертям собачьим… — А что насчёт автора? — поинтересовался хирург, пытаясь обработать полученную информацию. — Использует псевдоним, рукопись выпустил через агента, так что найти его сложно, но он явно знает слишком много того, чего знать не стоит. — Я уже понял, — Ло с любопытством прошёлся по главе, посвящённой Дресс Роуз. Надо же… даже про него тут есть. «…мотивы Трафальгара Ло, или же Хирурга Смерти, вступить в открытую схватку с Дофлминго (Джокером) всё ещё остаются загадкой, а потому можно сделать вывод, что отчасти они могли иметь и личный характер, если учитывать, что раньше Трафальгар был приспешником Дофламинго. Человек, что был известен как пират, преподнёсший Правительству, более сотни сердец своих «морских коллег», вдруг встал в один ряд с освободителями. Учитывая тот факт, что на данный момент имеется некий патронаж со стороны Хирурга Смерти в сторону Дресс Роуз, можно говорить о том, что остров цветов и вспыльчивых женщин является не просто выгодной территорией, а чем-то более значимым…» — Можешь взять для ознакомления, — хмуро произнёс Смокер, понимая чужой интерес, и глянул на часы. — Пора на собрание, — он устало потёр глаза. Капитан Пиратов Сердца кивнул и быстро покинул кабинет. Ни к чему ему появляться в зале заседаний вместе со Главнокомандующим Дозора. Во-первых, они из разных миров, их просто не поймут, а во-вторых, помимо сотрудничества, между ними есть и былая неприязнь.

***

— Траффи-и-и-и! — на старшего йонко налетели со спины, чуть не сбив с ног. Трафальгар чертыхнулся, недовольно глядя на оплетающие его резиновые конечности. На Собрании Луффи в его сторону ни разу не посмотрел, всё витал в облаках с нетипично кислой миной. А теперь что? С чего решил прилипнуть? — Отцепись, — процедил хирург сквозь зубы. С всей этой утренней неразберихой, он и думать забыл о всяких Мугиварах, а теперь неприятные чувства снова сжали грудь. — Но, Траффи, я скучал, — промурлыкал Монки Ди, потираясь щекой о чужую спину. Ло поджал губы и выбрался из крепкой резиновой хватки, развернувшись к союзнику лицом. Внутри всё кипело и требовало расплаты. За что именно особо понятно не было, но острая нужда в язвительности разжигала привыкший к относительному спокойствию разум. — Я заметил, — холодно выдал он. — Так скучал, что когда я прибыл в Ватер Севен, тебя там не оказалось. — Прости, — Луффи виновато втянул голову в плечи. — Мне там надо было… Я хотел, но… — Забудь, — перебил его капитан Пиратов Сердца, сжимая кулаки. Разговаривать с Мугиварой не хотелось в принципе. — А? Траффи, ты злишься? — чёртова резиновая эмпатия сработала и в этот раз, заставляя Трафальгара внутренне сжаться. — Нет, — выдохнул хирург, — не злюсь. И вообще, тебя это не касается, как и меня не касается твоя личная жизнь. — Траффи, ты о чём? — Монки Ди непонимающе склонил голову в бок. — Наверное, стоить тебя поздравить, — обида и злость начали вытекать наружу под радостное улюлюканье совести, — Король Пиратов и Императрица Пиратов… Неплохо смотритесь вместе. — А при чём тут Хэнкок? — Мугивара либо действительно ничего не понимал, либо очень хорошо притворялся. — Траффи, пойдём лучше поедим. Мне столько нужно тебе рассказать… — Так расскажи Хэнкок, — Ло усмехнулся, — я тебе зачем? — Хэнкок уже уплыла, и я с тобой хочу, — Луффи поджал губы. — Траффи, ты какой-то странный… — Да, странный запасной вариант, я понял, — старший йонко окончательно начал капать ядом, всё сильнее сводя брови. — Знаешь, Мугивара-я, а не пойти бы тебе?.. — на выдохе произнёс он и развернулся в сторону пристани. Бесит. Раздражает. И это бесит! И раздражает! И пусть Луффи катиться к своей Императрице Пиратов, обжимается с ней и прочее! — Траффи! — Монки Ди схватил союзника за руку. — Почему ты злишься? Я сделал что-то не так? — Не трогай! — рыкнул Трафальгар, дёргая плечом. Рука выскользнула из чужой хватки и врезалась в резиновую щёку. Хирург замер, почти не мигая глядя на Луффи, который сгорбился, проводя пальцами по наливающемуся красному следу на своей щеке. Ло развернулся на каблуках и чуть ли не бегом ринулся к пристани. Он ударил Лу, ударил Лу, случайно, да, но ударил. А потом ещё и сбежал, сейчас бежит, потому что… потому что… Потому что это ужасно и отвратительно, и горько, и дурацкое чувство никчёмности, ведь Лу… Лу выбрал не его… И такие мысли настолько сильно сжимали грудь, что дышать было больно. Они были непонятными и странными, от них хотелось спрятаться, эти мысли ведь такие неправильные. И хуже всего то, что Трафальгар их совсем не понимает.

***

Вернуться на субмарину не получилось, потому что эта самая субмарина, как и Санни Го были только на пути к Сабаоди. Пришлось идти в гостиницу. Благо, Пенгвин, Санджи и Чоппер вышли прогуляться, поэтому у Хирурга Смерти было время на то, чтобы уткнуться лицом в подушку, распуская убийственную ауру. Он запутался. И это бесило также сильно, как и ничего не понимающий (или только делающий вид) Мугивара. Конечно, Ло отдавал себе отчёт, что он по-детски психанул, но разве он не имел на это полное право? «Не имел, — подсказала Совесть, которая всего пару часов назад чуть ли не кричала от восторга, когда капитан Пиратов Сердца вываливал всё своё недовольство на Монки Ди. — А ещё ты его ударил. Не стыдно тебе?» Трафальгар чуть не взвыл. Стыдно, конечно. Бить Лу в такой ситуации — это слишком, это неправильно. И вообще, Луффи такого не заслужил, потому что он на самом деле хороший и искренний. Да, идиот порой, но зато безотказно чувствует других людей. И хирурга, наверное, тоже бы почувствовал, если бы тот просто объяснил, что с ним происходит. Но Ло этого не сделал. А возвращаться во времени он, к сожалению, не умел. Когда через пару дней в порт причалил только Санни Го, капитан Пиратов Сердца сразу понял, что его в очередной раз сплавили на этот корабль безумия, что означало, что больше избегать Лу, отсиживаясь в гостинице, не получиться. Санджи и так уже начал подозревать, что что-то случилось, раз его друг наотрез отказывается покидать свою комнату. Да и сам Монки Ди, кажется, не горел желанием общаться, раз за всё время ни разу не зашёл к союзнику. Обиделся? Разве Луффи из таких людей, которые могут обижаться? Да, он может подуться пару часов, но это лишь жалкие крохи того времени, которое союзники не виделись. Трафальгар почти сразу перебрался на Санни, когда тот причалил. Мугивары хотели ещё пару дней провести на Сабаоди, значит, на корабле будет тихо и спокойно, и хирург без проблем сможет заняться дальнейшими самокопаниями в своей каюте. Но из своего укрытия всё же вылезти пришлось. Санджи разбушевался на тему того, что его хмурый друг ни в какую не хочет выходить из каюты даже на приёмы пищи, поэтому Трафальгара чуть ли не за шкирку вытащили на барбекю. К сожалению, укромных углов на палубе было не так много, точнее, их почти не было, поэтому хирург просто засел на шезлонге под тенью зонта, молча жуя онигири и глядя на весело проводящих время Мугивар и Сабо с Коалой, которых тоже позвали. Луффи вовсю крутился вокруг старшего брата, а после они и вовсе отошли куда-то в сторону. За всё время на Ло не было брошено ни одного мимолетного взгляда чёрных омутов, что обижало. Может быть, сделай Лу первый шаг, союзник бы и нашёл в себе силы чтобы извиниться… — Ло, не против? — к капитану Пиратов Сердца подошёл Джимбей и кивнул в сторону пустого шезлонга рядом. — Да, конечно, — старший йонко спешно кивнул и потянулся за своим кофе со льдом. Рыбочеловек грузно опустился на шезлонг, который тихонечко скрипнул под мощным телом. — Вы поссорились с Луффи? — через несколько секунд молчания спросил рулевой. — С чего ты взял? — хирург вжал голову в плечи, будто сейчас его собирались отчитывать, точно ребёнка, который треснул своего одноклассника палкой. Ну или подложил труп жабы на парту. — Вы не разговариваете, — Джимбей не смотрел на Ло, но тому почему-то казалось, что рыбьи глаза следят за каждым его движением. Капитан Пиратов Сердца только промолчал в ответ. Не отнекиваться же ему, в конце концов. Это было бы как-то уж слишком по-детски. — Полагаю, вы не в курсе, куда отлучался Луффи, — Джимбей глянул в сторону тихо переговаривающихся Монки Ди и Сабо. — И куда же? — нехотя спросил Трафальгар. Ему совсем не интересно, хоть убейте. Санджи прав, он забывает о трижды проклятом личном пространстве. Лу не обязан ему отчитываться. Совесть заскреблась под рёбрами: «А ты ему ещё и врезал. Случайно, но врезал». — Ло, наверное, вы уже не помните, но на днях была годовщина Великой Войны, — неспешно начал рыбочеловек. — Полагаю, Луффи и Сабо в компании Хэнкок посещали Маринфорд и могилу Эйс-сана. В груди тут же всё сдавило. Вот как… Выходит, Луффи просто хотел навестить погибшего брата. Но почему тогда ничего не сказал. Хирург бы понял, лишних вопросов не стал бы задавать: он знает, что значит терять близких людей. Скорбь никуда не уходит, она всегда сидит где-то под рёбрами, время от времени напоминая, кого ты потерял. Будто читая его мысли, рулевой продолжил: — Думаю, Ло, вы и сами понимаете, что есть вещи, о которых сложно говорить. Луффи хорошо держится, но он всё ещё живой человек, который, как и мы все, чувствует печаль, горе и скорбь… Совесть начала прогрызать внутренние органы, охватывая чувством вины. Да, Лу живой человек, вечно улыбающийся живой человек, настоящее солнце. Только посмотри на него, и глаза начинают слезиться. Сложно поверить в то, что жизнь Короля Пиратов может быть обременена скорбью. Безумно хотелось спросить об этом, но из груди вырвалось совсем иное: — Меня так просто прочитать, да? — Что вы! — рулевой добродушно рассмеялся. — Для нас всех вы не проще понеглифа. За исключением Луффи, я полагаю. — Ты про его эмпатию? — Трафальгар искоса глянул на Джимбея. — Скорее про то, что есть у вас нечто общее, — рыбочеловек снова обратил взгляд в сторону своего капитана. — И что же это? — хирург поджал губы. — Вы мне скажите, Ло, — рулевой как-то по-отчески посмотрел на старшего йонко. — Что заставляет вас раз за разом возвращаться сюда? Капитан Пиратов Сердца невольно глянул в сторону Луффи. Что заставляет возвращаться? То, что его сюда буквально сбагривает его собственная команда? С другой стороны, если бы он сам не хотел гостить на Санни, то… Нет, ответа на этот вопрос точно нет. И навряд ли он когда-нибудь появится. Не потому что он слишком сложен, а потому что кажется, что стоит начать думать об этом, он, Трафальгар Ди Ватер Ло, столкнётся с тем, что навсегда изменит что-то в его жизни… *** Трафальгар долго стоял у двери в капитанскую каюту на Санни Го и гипнотизировал её взглядом. Совесть гложила изнутри, активизировавшись после разговора с Джимбеем. Было ясно, что извиниться придётся, чтобы хотя бы заткнуть чертовку. Хирург глубоко вдохнул и выдохнул. Он специально выбрал день, когда все Мугивары, кроме капитана, свалят с корабля по каким-нибудь своим делам, чтобы никто и ничто не могло его отвлечь, давая жалкие отговорки, почему извинения вдруг пришлось отложить. Ло постучал в дверь и заглянул в каюту. Луффи сидел на полу у своей кровати, покачивая кроватку, в которой спала Ольвия. Значит, Монки Ди сегодня за няньку? — Я могу войти? — капитан Пиратов Сердца мялся на пороге, больше всего на свете желая, чтобы его всё же прогнали. Ну не мастер он извинений, не по статусу было. Мугивара обернулся, скользнул чёрными омутами по союзнику, а затем кивнул: — Угу. Трафальгар мысленно собрал себя в кучу и прошёл в комнату. Пару секунд повтыкав в свободное место рядом с Луффи, он медленно опустился на пол, положив нодати на кровать. Воцарилось молчание, разбиваемое лишь сопением малышки. — Как думаешь, что ей снится? — вдруг спросил младший йонко, кивнув в сторону Ольвии, а затем сам же и ответил. — Наверное, мясо… — Скорее, детское питание, — союзник покачал головой. — Лучше бы мясо, — вздохнул Король Пиратов, после чего комната снова погрузилась в гнетущую тишину. Хирург набрал в грудь побольше воздуха. Ладно, по крайней мере это не так унизительно, как было на той же Дресс Роуз, когда Мугивара приземлился на чужое причинное место. — Прости, что тогда так резко… — тихо начал Ло, пытаясь подбирать слова, — и за то, что ударил тоже… — Всё хорошо, Траффи, — уголки чужого рта чуть приподнялись. — Это ты прости, что полез, а ты, наверное, и не хотел, я больше не буду, просто… — Эй, — капитан Пиратов Сердца перебил чужую тираду, — ты-то что извиняешься? Ты ничего не сделал, — он поджал губы. Луффи сдвинул густые брови, а затем упёрся лбом в плечо союзника, заставляя старшего йонко вздрогнуть. — Я был у Эйса, — сдавленно выдохнул Мугивара. — Хэнкок было по пути, и вот мы… — его голос стал тише. — Нет, ты не должен оправдываться, — хирург невольно пригладил чернявые вихры. — Я понимаю. Он был дорогим для тебя человеком. — Угу, Эйс был хорошим братом, — Монки Ди сжал рукав рубашки союзника. — И он бы злился, если бы я по нему грустил. Поэтому я не грущу. Но иногда… Иногда я думаю, что… — Что будь он жив, всё было бы иначе? — Угу. Ло поджал губы. Мугивара чувствительный. Наверное, очень чувствительный, когда дело касается тех, кто ему дорог. Особенно, если это старший брат, член семьи. Трафальгар бы сорвал, если бы сказал, что его самого не обуревает тоска в те дни, что стали самым трагичным временем в его жизни. — Траффи? — Луффи сильнее вжался в чужое плечо. — Да? — хирург вынырнул из своих мыслей. — Когда я умру, ты будешь плакать? — тихо спросил Монки Ди. — Нет, не буду, — без раздумий ответил Трафальгар. Слёзы — непозволительная роскошь, да и не помогут они. — Почему? Тебе не будет грустно? — чёрные омуты непонимающе глянули на союзника. — Будет, — капитан Пиратов Сердца кивнул. Кажется, что сейчас ложь не имеет смысла, потому что это Лу. Ему врать бессмысленно, поймет же. — Тогда… — Думаю, ты бы не хотел, чтобы кто-то оплакивал тебя. Поэтому… — Ло поджал губы, — я буду улыбаться. — Но Траффи, ты же не умеешь… — Мугивара шокировано уставился на союзника. — Засранец, — хирург беззлобно оскалился, несильно толкая Луффи в бок. — Ши-ши-ши, — тот фирменно захихикал и обнял союзника за руку. — Знаешь, а я тоже не буду плакать, если ты умрёшь. Ты ведь тоже не любишь, когда кто-то плачет… Наверное, я даже тебя забуду, потому что буду очень старым, — чёрные омуты странно заблестели. — Но однажды, думаю, я тебя вспомню. А потом буду долго плакать. — Я ещё не умер, а ты уже плачешь, — Ло потрепал чернявую макушку, чувствуя странное облегчение. Он важен, важен для Лу. В странном контексте, но сам факт уже будто сбрасывал с души тяжеленный камень. — Прости, просто… — Монки Ди усиленно начал тереть глаза рукой. — Я только подумал над этим, и мне стало грустно. Это странно, да? Иногда мне кажется, что меня два. Одному всё время весело, а другому нет. И я хочу улыбаться, чтобы никто не волновался. Но я как-то улыбнулся, и мне стало больно… — Это не странно, Лу, — в груди разливалось странное тёплое чувство. Безумно хотелось прижать к себе Луффи, вдохнуть запах чернявых волос. — Просто ты взрослеешь. — Мне не нравится… — Мугивара по-детски надулся, а затем вдруг перевёл на союзника удивлённый взгляд. — Траффи, а как ты меня сейчас назвал? Трафальгар вздрогнул, осознавая свою оплошность. Он же так Луффи называл только у себя в голове, а тут оно вылилось. — Никак, забудь, просто забудь, — буркнул хирург, отворачивая начинающее краснеть лицо. Странно, это странно, чертовски странно. — Не забуду! — Монки Ди схватил Ло за плечи, заставляя посмотреть на себя. Его глаза горели восторгом. — Траффи, зови меня так всегда! Пожалуйста! Нет, это странно, слишком странно и невыносимо! — Лу… — тихо выдохнул Трафальгар, не зная, что ему сейчас хочется больше: провалиться сквозь землю или прижаться к открытой шрамированной груди. Луффи улыбнулся во все свои тридцать две зубищи и обнял союзника, весело хихикая, пока чужое сердце разрывалось от кульбитов. Татуированные руки сами чуть приподнялись, сминая ярко-красную рубашку на широкой спине. Странно, странно, это всё очень странно, вдруг это болезнь, надо обследоваться, провести анализы и… «Забей и расслабься», — шепнула Совесть, и будь у хирурга хотя бы пропавший за долгое время общения с Мугиварами здравомыслие, он бы задумался, что для Совести чертовка слишком часто вмешивается во внутренние монологи своего хозяина.

***

Трафальгар недовольно глянул на почти крошечную чашечку чая. Чтобы из такой напиться, нужно штук двадцать осушить, не меньше. То ли дело его склад кружек на Полярном Тане. Это не кружки. Вёдра. — Что-то не так? — осведомился Смокер, устало плюхаясь на соседний стул. — Например то, что меня снова вытащили разбираться с проблемами Мирового Правительства? — хирург деловито изогнул бровь. У него, между прочим, были дела. Там Ольвии четыре месяца, подарки нужно купить, а его вырвали почти перед праздником, давай, Трафальгар, шуруй работать, раз позволил себя в это ввязать. — Кстати, возвращаю, — Ло положил на столик скандальную книгу. — Уже ознакомился? — Белый охотник, — откинулся на спинку стула и закурил. Капитан Пиратов Сердца отправился по делам один, поэтому временно стал гостем на корабле Дозорных. И от этого было чертовски тошно. — Как тебе? — Не сказал бы, что в этом что-то есть, — Трафальгар скривился. — Автор явно хочет обелить пиратство, только само пиратство в этом не нуждается. Потому что пираты спасают кого-то или делают что-то хорошее не потому, что они добрые, — хирург хмыкнул, — а потому что им это выгодно. — Дресс Роуз и Вано тоже были выгодой? — Смокер взял вторую чашку с чаем, одарив её недовольным взглядом. Видимо, он тоже не был ценителем маленьких габаритов. — Вполне, — Ло повёл плечами. Ладно, Дресс Роуз была прихотью, эгоистичной прихотью. Точнее стала ей после втыка со стороны одной ходячей катастрофы. А вот с Вано просто так получилось. Подумаешь, спасли страну. Это так, условности, совпадение. — Главнокомандующий, — к столику подошёл один из матросов, — на горизонте пиратский корабль и… — Чей именно? — без особого интереса спросил Смокер. — Кажется, Мугивар. Капитан Пиратов Сердца крупно вздрогнул. О нет. Нет, нет, нет, только этого ему не хватало. Если Лу узнает… Черт, если Лу узнает, то… — Разверните корабль, — Смокер помрачнел. Ему, кажется, тоже не очень хотелось встречаться с Королём Пиратов, — уйдем, пока они нас не заметили… — С ними ещё один корабль, — продолжил матрос. — И похоже, они сражаются… Громкий взрыв прогремел на всю округу, заставив даже судно Дозора закачаться от вспенившихся волн. Матрос обернулся и вжал голову в плечи. — Похоже, уже сражались… — выдохнул он. Трафальгар едва сдержал стон отчаяния. Оставалось только молиться, чтобы Мугивары не заметили просто огроменный корабль Морского Дозора… — ХЭЭЭЭЭЭЙ!!! ВАС НЕ ЗАДЕЛО?! — разнеслось по округе. Точно… Молиться бесполезно. Это же Мугивары! Хирург Смерти спешно встал из-за стола. Сбежать не получиться, они посреди моря. Может, спрятаться? Ну это как-то не… А хотя… — Эй, стой, туда нельзя! — послышались возмущения дозорных и звук приземлившегося на палубу резинового тела. — Да ладно, дайте пройду, — знакомый голос, наверняка приправленный солнечной лыбой, вверг Ло в ужас. Куда деваться-то? — О, Смоян! — соломенная шляпа пробиралась через матросов. Смокер напрягся, ему бы тоже было не выгодно, чтобы старшего йонко запалили. — Свали, — выдохнул Белый Охотник и двинулся прямо к ходячей катастрофе, буквально в пасть ко льву. И капитану Пиратов Сердца нужно только свалить. Осталось понять — куда?! Трафальгар начал оглядываться. Так, тут недалеко камбуз, можно поменять себя местами с чем-нибудь… Или вообще за угол просто себя перенести, и проблема решена, да точно, за угол, там как раз бочка, должно получиться. Стоп. Луффи же сразу пространство заметит… — Траффи? — Мугивара удивлённо смотрел на торчащую из-за стула пятнистую шапку, пока её хозяин внутренне проклинал всех и вся. Дно уже давно было пробито, однако снизу слышался отчётливый стук. Трафальгар стоял в углу капитанской каюты на Санни Го. Он влип. Чертовски влип. Особенно, если учитывать, как зыркали на него чёрные глазищи, чей хозяин сидел на кровати. И как тут оправдаться? И нужно ли? Не хочется, конечно, но, наверное, придётся. — Лу… — в груди всё сжалось, — это не то, о чём ты подумал… — А откуда ты знаешь, о чём я подумал, Траффи? — Мугивара недовольно нахмурился, а хирургу ментально поплохело. А ведь точно. Ему-то откуда знать о мыслях союзника? Это же Лу, он мог всё, что угодно надумать себе. Но от этого только сложнее. — И о чём ты подумал? — Ло сделал крошечный шаг из угла. По факту, это предательство, если так прикинуть. И по-хорошему Лу вполне может врезать союзнику, а потом разорвать все связи. Ну или просто выкинуть за борт, обмотав цепями из кайросеки. Капитан Пиратов Сердца так бы и сделал. — А вот не скажу! — Мугивара сильнее насупился и показал Трафальгару язык. — Сам угадай! У хирурга дёрнулся глаз. Так, ну это точно тупик. Определённо. Монки Ди явно не готов идти на контакт, так что, наверное, стоит самому взять цепи из кайросеки и сигануть ласточкой в воду. Есть ещё один вариант — честно во всём признаться, только не факт, что Лу оценит то, что союзник оказался настолько мнительным и слабохарактерным, что купился на глупый шантаж и теперь вынужден батрачить на Смокера просто потому, что где-то глубоко в душе (если она вообще есть у Ло) боится потерять одну ходячую катастрофу. «Свою ходячую катастрофу», — поправила Совесть, и капитан Пиратов Сердца отвесил той ментальный подзатыльник. — Я сдаюсь, — выдохнул Трафальгар и в два шага подошёл к капитанской кровати. — Сдаёшься? — Луффи непонимающе нахмурился. — Кому? — Тебе, наверное… — хирург робко пожал плечами. — А-а-а, — протянул Мугивара, — тогда ладно… Резиновые рук нагло оплели чужую талию. Ло весь сжался, ожидая расплаты. Однако вместо этого его живот обожгло дыханием сквозь тонкую ткань рубашки. Капитан Пиратов Сердца крупно вздрогнул, поражённо глядя на союзника. — Вы со Смо-яном… — тихо начал Монки Ди, — друзья? — М, нет, — Трафальгар поджал губы, с трудом удерживая себя, чтоы не запустить пятерню в чернявые вихры. Разве он и Смокер так похожи на друзей-приятелей? — А что вы тогда делали вместе? — Луффи потёрся щекой о чужой живот. По коже хирурга пробежала целая стая мурашек, а лицо почему-то начало гореть. Снова эти признаки мугиварной болезни! Пора уже найти время на глобальный осмотр самого себя! — Это… — дыхание начало понемногу перехватывать, — это сложно, Лу… Я не могу сказать, — пальцы всё же вплелись в россыпь чёрных волос. — Прости. Мугивара медленно выдохнул, зажмурившись. Затем отпустил союзника и кивнул. — Хорошо, — уголки резиновых губ чуть приподнялись. — Траффи, я тебе доверяю. Дыхание сбилось окончательно. Доверие — штука сложная, её надо заслужить невесть какими правдами и неправдами, и на месте Монки Ди капитан Пиратов Сердца бы себе не доверял, но… Луффи ведь такой искренний. И это подкупает, чертовски подкупает. Трафальгар медленно опустился перед союзником на одно колено. Он ничего не рассказал даже, а Лу так беспечен. Хирург взял резиновую руку в свою. Сухие губы коснулись горячего запястья. — Если я однажды подорву твое доверие ко мне, — прошептал Ло, поднимая взгляд на союзника, — убей меня. Это всё, что он сейчас может сделать. Поставить свою жизнь, использовать её как залог, как гарант того, что чтобы ни произошло, он всегда будет на стороне Короля Пиратов. Трафальгара резко стиснули в горячих объятиях, не давая шевельнуться. — Дурак, — старшего йонко несильно щипнули за бок. — Больше никогда так не говори, Траффи. Я знаю, что, даже если ты что-то скрываешь, ты всегда поступаешь правильно… Сердце бухнуло под рёбрами. Хирург поджал губы, невольно прижимаюсь к горячему резиновому телу. Лу такой… хороший? Нет, не то слово, должно быть какое-то другое… —…но иногда на тебя нужно покричать, чтобы ты делал это что-то правильно, — продолжил Луффи. Ореол очарования спал в мгновение ока. У капитана Пиратов Сердца привычно дёрнулся глаз. — Раздражаешь, — буркнул он. Нет, Лу не хороший, он жутко, просто до невозможного, до невероятного эгоистичный и совсем немного милый, вот! Именно поэтому он, Трафальгар, пока не будет отстраняться, чтобы его пообнимали подольше. «В кое-то веки правильная мысль», — довольно мурлыкнула Совесть. *** Трафальгар так и не понял, как в итоге Мугивара объяснил своей команде тот факт, что их союзник чудесным образом оказался на корабле Морского Дозора, однако старшего йонко приняли на Санни Го вполне радушно. Покормили, кофе налили и оставили откисать на камбузе вместе с Ольвией и Санджи. Малышка и повар были только рады, по крайней мере так было ровно до того момента, когда все покинули кухню. Нет, девочка была вполне довольна, а вот Винсмоук вмиг сделался каким-то нервным: всё кусал фильтр незажжённой сигареты и натирал и без того чистый сервиз. — Что случилось? — наконец хирург просто не выдержал ауры тоски и отчаяния, что распускал боевой кок. Санджи сделал глубокий вдох и поставил чашечку на стол. — Я ему отсосал, — выдал он, глядя на Ло так, словно союзник должен был отпустить ему этот грех. — Зоро? — на всякий случай уточнил капитан Пиратов Сердца, и, получив кивок, усмехнулся. — И как всё прошло? — Не знаю, — пискнул повар и взялся натирать блюдце. — Маримо… Ну… — он покраснел, словно приготовленный на ужин рак, — я вообще не знал, что он такие звуки умеет издавать… — будто бы в подтверждение слов накама Ольвия угукнула на руках у Трафальгара. — Так, ладно, — Винсмоук всё же взял себя в руки, — это нормально, когда парень после такого говорит спасибо, а потом ходит в прострации почти неделю? — Как бы тебе сказать… — хирург ухмыльнулся, — он в восторге. — Думаешь? — боевой кок с надеждой глянул на союзника. — Ладно, — он вздохнул, — одной проблемой меньше… Кстати, — Санджи вдруг оживился, — а с каких пор Дозор задерживает за сброс якоря в неположенном месте? Откуда в море вообще неположенные места? — В смысле? — Ло нахмурился. — Ну Луффи сказал, что узнал от Смокера, что тебя забрали с Тана за то, что вы не там встали. Вот я и хотел уточнить, — повар пожал плечами. Если бы на руках у капитана Пиратов Сердца не зевало маленькое чудо, он бы немедленно отправился сначала к Мугиваре, чтобы выяснить, что это за хреновое оправдание, а потом к Смокеру, чтобы убедиться, что это самое хреновое оправдание точно не было придумано Главнокомандующим Морского, мать его, Дозора. — Санджи-я, — нет, это срочно нужно было прекращать, пока Винсмоук не начал соображать, что тут дело нечисто, — а что ты делаешь сегодня вечером? — А что? Хочешь позвать меня на свидание? — боевой кок ухмыльнулся. — Ты учти, я мужчина дорогой, у тебя столько белли нет, чтобы выкупить меня у моего благоверного. — Значит, мне можно в одиночку попробовать то новое вино, о котором ты мне всю неделю болтал? — Трафальгар хитровато глянул на своего вечного собутыльника. — Так и быть, сам внесу за себя залог, — Санджи фыркнул. — Кстати, а ты с нами в Алабасту? Или тебя подберут где-нибудь? — Прошло уже полдня, — хирург поправил одеяльце на уже спящей Ольвии, — думаешь, если бы меня действительно хотели забрать, я бы тут прохлаждался? — Значит, Алабаста? — Значит, Алабаста.

***

Чем ближе Санни Го становился к Алабасте, тем сильнее Трафальгар расплывался на жезлонге под зонтиком, пытаясь восстановить водный баланс лимонадом со льдом от повара всея Гранд Лайн. И кто, скажите, придумал эту жару? Хирург бы сейчас отдал всё, чтобы оказаться во льдах Панк Хазард. Лучше замерзнуть насмерть, чем стать хмурой лужей. Мугивары же, кроме Чоппера, трагедию союзника не разделяли: носились по палубе, вооружившись водяными пистолетами и пушками. Ло тоже пытались затащить в это безумие, но, что удивительно, сам Король Пиратов вступился за йонко, прямо сказав, чтобы Траффи не трогали. И в этом была некая странность. После того, как капитана Пиратов Сердца забрали с корабля Дозора, Луффи вообще был каким-то странным. Вроде и лыбится, да только на Трафальгара даже не смотрит. Дуется? Так, они же вроде бы всё уже решили… Или нет? — Йо, Траффи, живой? — к хирургу подошёл Фрэнки. — Нет, — выдохнул Трафальгар, буквально распластавшийся на шезлонге в одних пляжных шортах. Но даже минимум одежды не спасал от перенагрева. — Слушай, мы тут бассейн хотим поставить, будет су-у-у-упер мокро. Хочешь охладиться? Мысль о том, чтобы из одного мокрого состояния перейти в другое, Ло как-то не прельщала. Да и народу в воде будет много, и та тут же нагреется. — Пожалуй, откажусь, — хирург повёл плечами. — Как знаешь, — хмыкнул киборг. — Но если что, подползай. Капитан Пиратов Сердца цокнул языком. Максимум, что он сейчас может сделать — это стать лужей. Мугивары довольно быстро поставили бассейн. Пираты уже переоделись в купальные костюмы и начали забираться в прохладную воду. Даже Ольвии выделили детский надувной матрасик. — Траффи? — перед Трафальгаром возникла чернявая макушка. — А ты не идёшь купаться? — Нет, — хирург хмуро глянул на Монки Ди. Надо же, смотрите, кто сподобился обратить на него внимание. — Не любишь воду? — Луффи чуть склонил голову в бок, расстегивая единственную пуговицу на рубашке, обнажая тем самым накаченную грудь. — Как и любой фруктовик, — Ло изо всех сил старался отвести взгляд от поджарого тела, но выходило как-то не очень. — Ши-ши, — Мугивара хихикнул. — Да ладно тебе, Траффи, — рубашка упала на газон, и во рту у старшего йонко стало сухо: блядская дорожка стала ещё темнее, а бедра… Вы вообще видели эти узкие бёдра, что так хорошо смотрелись с широковатыми плечами? — Сказал же, не хочу, — капитан Пиратов Сердца ещё ниже съехал вниз на шезлонге. Луффи поджал губы и глянул в сторону плещущихся в воде накама. Трафальгар тихо выдохнул. Давай, Лу, вали уже. Нечего тут над душой стоять. — Траффи, — пристальный взгляд Монки Ди стал уж слишком подозрительным, — ты только не ругайся, ладно? — На что мне ругаться? — хирург напрягся. Мугивара снял соломенную шляпу и положил её на край шезлонга. Чернявые вихры были влажные от пота. — Траффи, — Луффи нагнулся к старшему йонко, заставив того сползти ещё ниже. В нос ударил мускусный запах пота, заставивший едва заметно облизать нижнюю губу. — Пойдём купаться. — А? — Ло не сразу понял, что произошло, когда его схватили в охапку и молниеносно потащили к бассейну. Но щёки вмиг вспыхнули, когда под пальцами ощутилась бархатная кожа. — А?! — Поберегись! — заорал Монки Ди, подпрыгивая со своей жертвой в вверх. — НЕТ! — закричали Мугивары в ответ вместе с со старшим йонко, но уже было поздно. Шквал воды рванул ввысь. Капитан Пиратов Сердца оказался в воде. Мышцы тут же налились тяжестью, а сознание начало медленно уплывать. Смерть в бассейне. Как иронично. Но уже через пару секунд Трафальгара вытянули на поверхность, надев поверх круг. За ним вытащили и ходячую катастрофу. — Луффи, придурок! — на Монки Ди начала надвигаться разъярённая Нами. — Здесь же Ольвия! Ты вообще думаешь… — Идиот! — хирург сам не понял, как его рука поднялась вверх, а после треснула ребром ладони по чернявой мокрой макушке. Мугивары замерли, а Кошка-воровка тихо охнула. — Траффи? — на Ло глянули огромные удивлённые глазищи. А вокруг их обладателя, побойтесь Кайдо, летали звёздочки восторга. Это ещё что за мазохизм? — Сказал же тебе, что не хочу в воду! — старший йонко принялся безжалостно топить союзника, но безуспешно из-за надувного круга последнего. Монки Ди зафырчал, а после начал фирменно хихикать. — Траффи, давай играть, — резиновые ручищи принялись толкать капитана Пиратов Сердца в воду. Неизвестно, чем бы закончилась эта баталия, но Зоро и Санджи всё же оттащили капитанов друг от друга. — Заканчивайте, — навигатор недовольно посмотрела на «водных бойцов». — Больше в бассейн ни ногой. Ни один, ни второй, — уничтожающие взгляды были брошены в обоих. — А теперь марш отсюда в ванную! — Ну блин, — Луффи шмыгнул носом. Трафальгар же облегчённо выдохнул. Всё, больше никаких водных игрищ, хотя, стоит признать, что теперь он уже не чувствовал себя расплавленной лужей. В общую ванную Мугивара пошёл сам. Что уже было странно, потому что где Король Пиратов, а где стандартная гигиена? Да, Гранд Лайн удивителен. И беспощаден, потому что, придя в свою каюту, Трафальгар обнаружил, что сменной летней одежды у него не осталось. Из-за жары её приходилось менять слишком часто, а влажность не давала вещам нормально просохнуть. Залазить в мокрую одежду не хотелось, как и тусоваться несколько часов в банном халате. Конечно, можно было ходить голым… А ведь это вариант! Хирург задумчиво начал развязывать узел на халате. Он в своей комнате, все отдыхают на верхней палубе и точно пробудут там ещё часа два. Можно спокойно провести время с книгой… Ло снял халат и повесил его на спинку стула. Взгляд упал на собственное отражение в зеркале, что висело на стене. Трусы, наверное, всё же стоит надеть. — Траффи! — дверь шумно распахнулась, а капитан Пиратов Сердца только и успел, что развернуться. — О, чё ты голый? — Монки Ди, стоя на пороге в одном нижнем белье, чуть склонил голову в бок и держа руки за спиной. — А… — смущение накатило огромной волной. Трафальгар тут же прикрыл пах руками. Щёки вспыхнули. — Ты, блять, стучаться не умеешь? — рыкнул он. — Отвернись! — А? — Мугивара удивлённо захлопал глазами. — Да ладно тебе, чё я там не видел… — Ну да, теперь ты всё видел, — хирург вжал голову в плечи. И чего его так накрыло? — Сказал же, отвернись! — Ладно, ладно… — буркнул Луффи, отводя взгляд в сторону. — Траффи, я тебе тут рубашку принёс, — он вытянул руки, протягивая Ло смятый цветастый предмет одежды. — Она чистая. Наверное. Капитана Пиратов Сердца перекосило. И ему вот это носить? Эти дурацкие подсолнухи? Ну уж нет! Её точно с Дресс Роуз не стирали, так и кинули в шкаф, сто процентов. С другой стороны, ходить голышом желания больше не было. — Положи на стул, — старший йонко спешно завернулся в халат. — Я потом постираю (точнее Шачи постирает) и верну. — Да не надо, — Монки Ди положил рубаху на край стула. — Оставь себе. — Тогда куплю новую. — Не, не надо. Это подарок, — Мугивара хихикнул. Вот вам и потный подарочек с королевского плеча. — Ладно я пойду. Ещё поплаваю, если Нами разрешит. Хирург проводил взглядом мощную спину. Нет, нужно точно узнать у Санджи, чем он кормит своего капитана. Это ж надо так вымахать-то! Ло коснулся мятой ткани и поморщился. Огромные подсолнухи так и рябили в глазах. Кто вообще отвечает за гардероб ходячей катастрофы? У него же точно есть нормальные вещи. Да, кажется, это ещё одна загадка Санни-берегите-свои-нервы-Го. Капитан Пиратов Сердца снова стянул с себя халат и с самым недовольным видом надел рубашку. В нос тут же ударил мускусный мугиварский запах с нотками солнца и моря. Сильнее всего он чувствовался в районе воротника, впитавшего в себя пот с шеи и волос. Трафальгар прикрыл глаза и сделал высокий вдох, утыкаясь носом в ткань. Внизу живота чуть потяжелело, а дальше произошло что-то из ряда вон выходящее. Проснулся тот, кого хирург считал давно мёртвым. Причём так резко и внезапно, что Ло сначала не понял сути проблемы, утопая в смеси ароматов. Рука сама скользнула вниз живота, касаясь привставшей головки члена. Старшего йонко будто окатило холодной водой. Он с ужасом уставился на вниз, где его поприветствовал некогда боевой товарищ. — Ну нет… — во рту пересохло. — Нет, нет, нет… Да быть такого не может, чтобы у него встало только из-за запаха. Из-за запаха Лу, между прочим! Ну на что там может встать? На плечищи и ручищи? На подтянутый пресс? На трижды проклятую блядскую дорожку, которая наверняка пахнет также, боже, только ещё сильнее, концентрированнее… А ниже член, наверняка большой, и он может стать ещё больше, потому что Лу резиновый, он и не такое может, особенно в Пятом гире. И вот это всё вполне может завалить Трафальгара вжать в кровать, всю душу выбить, Лу ведь выносливый, он справится, он хороший, хороший мальчик, который сделает так, как его попросят, будет шептать своим хриплым голосом, стонать и брать, брать много и жадно, потому что, как человек ест, так и трахается, а жрёт Лу за десятерых… Белая вязкая жидкость испачкала руку прежде, чем Хирург Смерти смог всё осознать. Это была тихая и быстрая мастурбация, возвращение к подростковым истокам, когда ты познаёшь своё тело и молишься всем богам, чтобы Шачи или Пенг не услышали твой позорный скулёж. Ло пару минут смотрел на испачканную руку, пытаясь понять и принять произошедшее. Он подрочил. Подрочил на Лу. Это мерзко. Это неправильно. Но чертовски хочется ещё. Маленькое преступление было вытерто о халат. О маленьком преступлении никто не узнает, все сейчас на палубе, до ужина преступника не тронут. Значит, можно лечь на кровать, вжаться носом в мятую ткань с дурацкими подсолнухами, снова коснуться себя внизу, медленно водить рукой по члену, сжимая зубы, представляя, как чужие горячие руки грубовато ласкают тело, шепчут имя, его, Ло, имя, дурацкую кличку, хрипло, чуть с надрывом. Траффи… Рецидив. Халат нужно будет выкинуть как улику. Умыть лицо в крошечной ванной комнате. А потом можно повторить. Снова и снова. Нагло, мерзко и неправильно. Да, с ним точно что-то не так. И это «что-то» начинает сводить с ума, окончательно и бесповоротно. Ведь рубашку можно забрать, чтобы потом в своей каюте на субмарине найти запас лубриканта и добавить пальцы туда, где уже ничего не было. И так рецидив за рецидивом. И это точно не остановить, потому что тем и опасны рецидивисты, что чем больше они берут, тем больше им хочется. И причина всему этому сам Король Пиратов. Монки Ди Луффи. Союзник. И недодруг. Потому что под друзьями не хочется стонать и извиваться, когда их член грубо втрахивает тебя в грёбанный матрас… Трафальгар пришёл в себя примерно через час. Рука болела с непривычки, а шум в ушах заглушал почти все мысли. Он хочет Луффи. Он, Трафальгар Ди Ватер Ло, только что несколько раз мастурбировал на образ Мугивары. Тихий крик отчаяния был заглушён в подушке. Неправильно и стыдно. Всё это жутко неправильно и невероятно стыдно. А ещё чертовски непонятно, потому что ещё никто не вызывал у хирурга такого желания обладать чьим-то телом. Или не только телом? Здесь точно что-то не так…

***

Всё оставшееся время до Алабасты Трафальгар старательно избегал ходячей катастрофы. Стоило ему только глянуть в сторону соломенной шляпы, как в голову тут же лезли воспоминания о его маленьких преступлениях. И это сводило с ума. С другой стороны, почему-то не смотреть на Монки Ди тоже было сложно. Взгляд так и искал лучезарную улыбку, а тело на автомате тянулось за протяжным «Тра-а-а-аффи-и-и». К прибытию в страну песков хирург стал настолько дёрганным, что едва не уронил Ольвию, когда его в очередной раз позвали на что-то посмотреть. — Всё хорошо? — негромко спросила Робин, вовремя подхватившая дочку у самого пола своими выращенными конечностями. — А? — старший йонко крупно вздрогнул. — Да, нормально, я в порядке, в полном… — Уверен? — от Нико сложно было что-то скрыть. Она не Санджи, который сделает вид, что его совсем не волнует друг, который то и дело во что-то впечатывается, будто не замечая преград перед собой. — Да, да, всё нормально, — Ло зажмурился на пару секунд. А если Лу вдруг узнает, что он сделал? Что тогда? Как объяснить? И нужно ли объяснять? Может, стоит свалить и исчезнуть лет так на десять? Найти далёкий остров, обосноваться там, желательно в полном одиночестве, чтобы всякие ходячие катастрофы не возбуждали (интерес, конечно же) одним своим присутствием? И обязательно забрать из-под подушки проклятую рубашку. (Авторка: Охуенный план, надёжный как швейцарские часы) — Хорошо, — археолог кивнула, прижимая к себе Ольвию, которая радостно угукнула при виде матери. — Мы скоро будем сходить, так что будь готов. — Может, мне всё же не стоит идти? — капитан Пиратов Сердца поджал губы. Всё же он знаком с Виви заочно. Точнее, он про неё только слышал. Скорее всего он будет лишним на долгожданной встрече. — Расслабься, — Робин хитровато улыбнулась. — В конце концов, ты не пытался разрушить её страну и убить… — она поцеловала малышку в лоб и двинулась в сторону штурвала, где стоял Фрэнки. Трафальгар проводил её непонимающим взглядом. Кажется, он только что стал дальше от ответа на вопрос, что столь умная и жуткая женщина нашла во взбалмошной команде… Как и предполагал Хирург Смерти, на вечере встреч давних друзей ему особо было делать нечего. Мугивары во всю лезли к Нефертари, чтобы та услышала об их приключениях из первых уст. Да, из вроде как познакомили, но дальше дело не зашло. Виви лишь хихикнула, когда Монки Ди назвал Ло своим другом, а тот скривился в своей привычной манере, но вот отрицать не стал. Да и как тут отрицать, когда тебя приобнимают за талию? Только впадать в ступор и стараться не думать о том, что будет, если резиновая рука опустится чуть ниже. Встреча, естественно, продолжилась пьянкой с музыкой, смехом, байками и криками. Привычный мугиварский хаос. Только вот капитану Пиратов Сердца на весь этот балаган было плевать. Его взгляд был прикован к яркой улыбке одного Короля Пиратов, что вовсю веселился со своими накама. С накама. Не с Трафальгаром. И от этого было неприятно настолько, что к середине вечера хирург просто ушёл. Он там лишний. Он там неправильный, почти чужой. Раньше он вполне терпел и даже вливался, только теперь всё стало сложнее, потому что в голове только Лу, его рубашка и похабные мысли. «Ужасные похабные мысли», — подсказала совесть, заставляя своего хозяина всё глубже уходить в незнакомый ему дворец. Ноги принесли Ло в просторную пальмовую оранжерею. В центре стоял мраморный фонтан, тусклые фонари освещали помещение внутри, а яркие звёзды проглядывались сквозь стеклянную крышу. — Траффи? — знакомый голос заставил капитана Пиратов Сердца вздрогнуть. — Нами-я? — Трафальгар нахмурился. Он и не заметил, что до него кто-то покидал пьянку. — Что ты тут забыл? — навигатор прожигала союзника недовольным взглядом. Хирург только хотел открыть рот, как его перебили. — Так, ладно, неважно. Свали. И быстро. Куда и зачем ему валить Ло спросить не успел. Со стороны коридора послышались тихие и быстрые шаги. — Быстрее, — Кошка-воровка начала буквально выталкивать йонко в заросли пальм. — Ты мешаешь. Капитан Пиратов Сердца нахмурился. Два и два никак не складывались. Что и с кем Нами забыла здесь в самый разгар веселья? Это не похоже на привычную кражу, которые то и дело проворачивала девушка. Тогда бы она сделала всё сама, в этом она профи. Дверь в оранжерею тихо скрипнула, и Трафальгара буквально пнули в густые тёмные заросли. Тот хотел было возмутиться, но ещё один голос буквально пригвоздил его к земле: — Прости, я задержалась. Нефертари? А она-то почему здесь? Там, наверху, между прочим, праздник почти в её честь. — Ничего, — отозвалась навигатор. И этот тон голоса настолько отличался от привычного командирского, что хирург даже выглянул из своего временного и вынужденного укрытия. И весьма вовремя, чтобы поймать взглядом робкий поцелуй. А вот теперь два и два вполне могли сложиться в четыре. Нет, Ло, конечно, предполагал, что среди Мугивар не только Зоро и Санджи резвятся в голубых полях, но… Но Нами не ощущалась настолько трепетным человеком, который может вот так миловаться с кем-то, держаться за руки и смущённо хихикать. Хотя, если вспомнить, что Робин вышла замуж и теперь является матерью… Нет, Мугивары всё же все поголовно имеют свои маленькие и не очень скрытые стороны. Портить встречу девушек показалось сверхнеправильным, и капитан Пиратов Сердца в тихую выбрался по кустам к противоположному выходу из оранжереи. Двери вывели его на длинный балкон, который соединял ещё несколько комнат. Прохладный воздух заставил поёжиться. Вот тебе и жаркая пустыня днём и холодина ночью. С другого конца дворца доносились музыка и смех. А Виви явно подготовилась ко всему: ни стражи, ни слуг… Трафальгар упёрся руками в балконные перила и поднял голову вверх. Ночное небо было усеяно звёздами. Не такими яркими, как в море. В море вообще всё по-другому. Может, поэтому тогда, очень давно, Коразон и хотел отправиться туда? Потому что когда отправляешь на Гранд Лайн, будто рвёшь прочную связь со своим прошлым? Как жаль, что Кора-сан был неправ. Море не залечило раны, а лишь разорвало их сильнее, насыпало соли. И они гнили, гнили долго, пока один человек буквально не заставил сделать первый свободный вдох, простить самого себя и… — Траффи? Хирург крупно вздрогнул, выныривая из вороха мыслей. Чёрные омуты с любопытством разглядывали его, будто хотели пролезть под кожу и выведать всё самое потаённое. — Траффи, ты чего ушёл? — Мугивара сделал пару шагов к союзнику. — А ты? — голос внезапно просел. — Я искал… — Нами? Она занята. Вроде как. — Нет, тебя. Сердце пропустило удар. Лу искал его? Но зачем? Разве тогда Король Пиратов не пропустит всё веселье в компании накама? Монки Ди подошёл к союзнику. Ло тут же попытался отвести взгляд, но не вышло. В очередной раз. — Зачем тебе меня искать? — капитан Пиратов Сердца повёл плечами. Но Луффи не ответил. Вместо этого он поднял голову вверх, заглядывая в ночную черноту. — Здесь по-другому… — вдруг выдохнул он. — Не так как в море. — Да, есть такое, — Трафальгар кивнул. Разговор явно не клеился, но в то же время в этом словно не было необходимости. Молчание, которое воцарилось между йонко, не ощущалось тяжестью, а наоборот было даже приятным. Это было новое чувство. Тихое и комфортное. — Траффи, — Монки Ди первый нарушил тишину, — а почему ты тогда меня спас? — Я уже говорил, что у меня не было особых причин, — хирург пожал плечами. — Робин говорит, что у всего есть причины и следствие, — Мугивара нахмурился. — Надо же, какие слова ты запомнил, — усмехнулся Ло. — Но у меня, действительно, не было причин. Считай это внезапным порывом. — Сан-тян сказал, что это потому что ты добрый. — Пиратские сердца в Маринфорде с ним бы не согласились… Луффи задумчиво вытянул губы трубочкой, будто мысленно что-то взвешивал. Затем он повернулся к союзнику и едва заметно кивнул. — Ты добрый, Траффи, — Монки Ди улыбнулся, но не лучезарно, как обычно, а по-другому, иначе, даже по-новому. Похожую улыбку старший йонко пару раз видел у родителей и Коразона. И от неё всегда почему-то внутри было тепло, прямо как сейчас. Сердце снова пропустило удар. — Кхм, — капитан Пиратов Сердца прокашлялся и отвёл взгляд, — не думаю, что это слово подходит. Это был просто эгоистичный порыв и… Чужие руки мягко обняли его талию. Горячее резиновое тело прижалось к нему. Трафальгар замер. Внутри всё скрутило, дышать стало трудно, почти невыносимо, а лицо начало гореть. — Я рад, что я жив, — тёплое дыхание обожгло шею. Кажется, Лу стал ещё немного выше. Хирург зажмурился. Что ему ответить? Что ему сказать? Как вообще реагировать, если одновременно хочется сбежать и ответить взаимностью? — Я тоже, — прошептал Ло, касаясь кончиками пальцев чужой спины. Лу будто давал ему время, чтобы привыкнуть. Не ломал кости своими домогательствами, как обычно, а делал всё мягко, стоял, не шевелясь. Через пару минут Трафальгар чуть осмелел: он прижал союзника к себе в ответ, утыкаясь носов в чернявый висок. Тишина снова повисла над ними, даже звуки пьянки не прорывались сквозь неё. Хирургу даже начало казаться, что их дыхания синхронизировались, как и биение сердец, будто они одно целое. Ло прикрыл глаза, впитывая запах Луффи, ощущение его кожи под рубашкой. Нет, пару лет назад он точно спас не будущего Короля Пиратов, а самого себя. Потому что тогда он сохранил жизнь человеку, что выбил из него первый вдох после долгих годов страданий, промыл разъеденные горем и морской солью раны проточной водой, заново научил смотреть на звёзды, что так напоминали снег Миньона. Спасти жизнь намного проще, чем вернуть её тому, кто утопает в отчаянии, подарить надежду. И всё это — мечты, стремления, смыслы — сконцентрировано для него, Трафальгара, в одном человеке. Великом, сложном, пахнущим солнцем и морем. Только в одном. И это чувство такое большое и многогранное, столько эмоций связано в нём в запутанный клубок. И кажется, только прикоснёшься к нему, и всё уже не будет так, как раньше. Нырять в воду, если не умеешь плавать — самоубийство. Остаётся только быть в этом безумном и безграничном состоянии между страхами и чаяниями.

***

Мугивара светится. Нет, он в принципе всегда яркий, но в последнее время вокруг него стали появляться… звёздочки? Искры? Пайетки? Да, Трафальгар знает, что это такое, спасибо Нами за экскурс в женскую моду. Но факт оставался фактом: Лу сиял, стоило хирургу коснуться его взглядом, а потом залипнуть, ничего не видя и ничего не слыша вокруг. Вот и сейчас Ло сидел на камбузе на Санни Го, наблюдая за тем, как Монки Ди с удовольствием пожирает кусок мяса на полдник. Звёздочки. Много звёздочек. Может, это какая-то болезнь? Ещё одна в копилочку странных явлений, связанных с ходячей катастрофой. Хотя, наверное, Лу уже можно считать ходячим апокалипсисом… — Спасибо за еду! — Луффи вытер рот рукой. — Сан-тян, было очень вкусно! — Тарелку в раковину убери, — фыркнул боевой кок, закуривая. Словно послушный ребёнок, Мугивара спешно убрал посуду в мойку и вылетел с камбуза. Как только дверь хлопнула, с капитана Пиратов Сердца будто спало наваждение. Нет, это уже через чур. Он только смирился с тем, что теперь его лучшие друзья перед сном — это рубашка с подсолнухами и рука, так теперь добавилось ещё и это. — Траффи, кофе подлить? — Винсмоук чуть сощурился. — А? — Трафальгар мотнул головой. — Да, давай… Повар помолчал пару секунд, прожигая друга пристальным взглядом, а затем вдруг резко ударил руками по столешнице, заставляя хирурга вздрогнуть. — Подлить куда? — Санджи навис над Ло. — У тебя полная кружка, ты к ней даже не притронулся. Я, думаешь, ничего не вижу, а? — О чём ты? — капитан Пиратов Сердца нахмурился. — Ты не выпил свой кофе за завтраком, — начал перечислять боевой кок, — ты в принципе без кофеина почти живёшь. Ты вчера съел онигири с умебоси и даже не поморщился. — Не было такого, — Трафальгар невольно вжался в стул. Да что к нему пристали-то? — Было, — Винсмоук выдохнул сигаретный дым. — Ничего вокруг не замечаешь. И вот что странно, ты, блять, светишься, Траффи. — Свечусь? — хирург скривился. — Да, светишься, как северное сияние! — повар раскинул руки в стороны, будто хотел показать масштаб природного явления. — Что? — Ло окончательно запутался. О чём вообще речь-то?! — Переливаешься, блять, всеми цветами радуги. И знаешь, когда? — Санджи прикусил фильтр сигареты. — Когда Луффи оказывается в поле твоего зрения, — он скрестил руки на груди. — Признавайся, что этот негодник снова натворил, потому что, если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты, Траффи, влюбился по уши в нашего капитана… — боевой кок вдруг запнулся. В его глазах промелькнуло осознание. — Траффи, — он затушил сигарету в пепельнице, — ты влюбился в Луффи? Трафальгар замер, пару раз моргнул, переваривая сказанное Винсмоуком. Влюбился? Он? В Лу? Нет, конечно, это же бред! Где он, а где пресловутая любовь? — А ведь сходится… — пробормотал боевой повар себе под нос. — Ты бесился, когда он умотал с Хэнкок. Даешь ему себя трогать, даже не возмущаешься. Залипаешь на него… — Это не показатель! — хирург повысил голос, сам от себя такого не ожидая. Сердце разрывало грудную клетку, дыхание вмиг сбилось. Любовь? Нет, это же Лу, просто Лу, да и не способен он, Ло, на такие чувства. Да и с чего бы им взяться? Подумаешь, приревновал немного, залип, да, есть ещё дрочка, но это ничего не значит, просто у него секса давно не было… Секса не было. А ведь его не стало, потому что Лу везде чудился. Капитан Пиратов Сердца тихо выдохнул. Холодок пробежал по спине. Нет, у него не может быть таких чувств. Это Зоро и Санджи могут, Шачи и Пенг, Робин и Фрэнки, Нами и Виви, его родители, не он, он от этого далёк, чертовски далёк. И весь этот клубок обжигающих чувств совсем не любовь. Ведь любовь — это… это… — Нет, я не… — лицо буквально пылало. — Я не… не… — Эй, эй, — Санджи тут же начал суетиться вокруг друга, — Траффи, всё нормально. Это же хорошо, это значит, что ты не чёрствый сухарь, а живой человек, ну. — Я не могу, — внутри всё сжалось, — я не могу его… Эти чувства. Я не могу так, — Трафальгар рвано поймал ртом воздух и схватил повара за запястье. — Не смей ему говорить. — Конечно, — Винсмоук нахмурился. — Я не скажу Луффи, обещаю, — он осторожно высвободил свою руку. — Может, хочешь поговорить об этом? — Нет, — резко выпалил хирург. — Я не буду это обсуждать. Я… — он запнулся, — как от этого избавиться? — Что? — боевой кок непонимающе посмотрел на союзника. — Зачем избавляться? Я же сказал, что это хорошо. — Это не хорошо, — в груди кипела злость, смешанная с отчаянием. — Это отвратительно. — Отвратительно? — тихо выдохнул Санджи. — Траффи, это же твои чувства… — Нет никаких чувств! — Ло окончательно закипел. Он и Лу? Любовь? Любовь к Лу? Ха! Нет, никогда, только не к Лу. Это же всё разрушит! Для Лу он друг, союзник, может, даже накама, но не… Не это самое! Худшее поколение не способно на любовь. Трафальгар не способен. Луффи не способен. Они оба, блять, грёбанные эгоисты. Чувства? Ха! Было бы чем чувствовать! — Траффи… — чужие руки легли на плечи капитана Пиратов Сердца, немного его заземляя. — Все хорошо. Успокойся, — повар мягко погладил союзника по спине. — Ничего хорошего… — голос просел. — Поговори с Луффи. — Это всё разрушит… Винсмоук поджал губы и тихо выдохнул. — Траффи, думаю, тебе лучше вернуться на субмарину, — тихо сказал он. — Тебе нужно подумать обо всём. И успокоиться. Я знаю, что тебе сейчас страшно. Я сам проходил через подобное. Это пугает, да. Но, Траффи, — боевой кок чуть улыбнулся, — ты живой. И ты чувствуешь. И это нормально. Да, жутко. Да, непонятно. Да, я знаю, тебе хочется откреститься от всего, но это так не работает, — он покачал головой. — С первой любовью всегда так. Трафальгар закусил нижнюю губу. Первая любовь? В двадцать семь? Ещё и к Королю Пиратов? Это же сумасшествие какое-то… — Я позвоню на субмарину, — боевой кок подошёл к ден ден муши. — А ребятам скажу, что тебе нужно отлучиться ненадолго. Хирург рассеянно кивнул и запустил руку в волосы. Значит, его ревность, желание обладать и это тепло, эта зависимость, всё это… Это любовь? К Лу? Но разве может один человек претендовать на Солнце, которое светит всем? Скорее всего, нет. Это слишком эгоистично. Особенно по отношению к Лу. *** Трафальгар не подавал признаков жизни уже третий месяц. Его каюта на субмарине стала местом отчаяния и непонимания того, как он смог вляпаться во что-то вроде Монки Ди. Ден ден муши заранее был отдан Шачи и Пенгвину, чтобы те всеми правдами и неправдами отмазывали своего капитана от резинового бедствия. Потому что хирургу не до этого, он запутался, он скучает, ведь если Лу только позвонит и попросит приплыть, он же сорвётся, понесётся на всех парах, потому что рядом с Лу ему… хорошо? Да, пожалуй, хорошо. Иногда, конечно, Лу его бесит, но в то же время с ним так… нормально. Лу будто всё понимает и чувствует, знает, когда нужно коснуться, чтобы стало легче. Но делает это Лу не потому, что у него внутри комок из чувств, облачённых в натянутые нервы, а потому что Лу хороший и эмпатичный. Не то, что Трафальгар. В конечном итоге пучина самокопания засосала хирурга настолько, что у него не было сил, чтобы встать с кровати. Команда, конечно, всё сразу подметила, даже попыталась выяснить, а что это с их капитаном, но капитанская морда только хмурилась, бурчала и прогоняла всех прочь. В полнейшем одиночестве и ворохе мыслей, куда уже не забредала даже Совесть, ментальное состояние поехало по наклонной. Ло будто вернулся в самые свои худшие времена, где дни тянулись медленно и мучительно, а ночи были сотканы из ночных кошмаров, где Лу раз за разом касался его, шептал на ухо, брал нежно и грубо одновременно, так сладко, так правильно, а затем пропадал где-то в море, оставляя своего союзника в полном одиночестве. Трафальгар просыпался в холодном поту, рвано глотал ртом воздух, пытаясь унять бьющую его дрожь, а затем снова возвращался в мучительные сновидения, которым не было конца… Так было и в эту ночь. Во сне хирург снова держал Мугивару за руку, обнимал его, вжимал в себя обнажённое не сопротивляющееся тело, истязал его грубыми ласками, пока Ло тихо и с мольбой не сказал заветные слова. И тогда Монки Ди изменился, отстранился, стал холоден, смотрел, как на пустое место, пока Трафальгар хватался за него, бормоча в бреду, чтобы Лу его не покидал. Быть с Лу — мучительно, но без него ещё хуже. — Траффи, — холодный взгляд чёрных омутов заставил замереть, — больше никогда не попадайся мне на глаза. Это отвратительно. Отвратительно? Но почему? Почему?.. Хирург шумно подорвался на кровати. Его снова трясло, снова нечем было дышать, страх наполнил лёгкие, точно ввода. Лу считает его отвратительным, если он от него отвернётся, если… если… — Траффи! — Ло сжали в крепких и мягких объятиях. Знакомый запах ударил в нос. — Тебе плохо? — горячее дыхание обожгло кожу под ухом. — Лу… — капитан Пиратов Сердца позорно заскулил, вжимаясь в горячее резиновое тело. Лу не ушёл, он здесь, он не отвернулся, не бросил. — Всё хорошо, Траффи, это просто плохой сон, — Трафальгара начали гладить по спине, будто убаюкивая. — Прости, что выломал дверь, просто ты так давно не появлялся… Дверь? Выломанная дверь? Да, Лу точно выломал дверь в его душу. Хирург закусил нижнюю губу и зажмурился. Он больше не сможет без Лу, он привязался, позорно привязался к тому, к кому лучше не привязываться, не любить, но… Ло уже сделал это. И обратного пути нет. Капитан Пиратов Сердца проснулся с тяжёлой головой. Казалось, что по нему будто прошёлся лапан. Трафальгар неуклюже сел на кровати. Кажется, вчера его так сильно накрыло, что даже Лу привиделся… — Проснулся? — раздалось рядом. Хирург вздрогнул и повернул голову в сторону того, кто каким-то образом пробрался через закрытую дверь его каюты. — Санджи-я? — Ло нахмурился, глядя на усевшегося в его рабочем кресле повара. — Что ты тут делаешь и как… — он перевёл взгляд на дверь и запнулся. Железный люк был буквально вырван с корнем. — Когда я говорил, что тебе нужно отдохнуть и обдумать всё, я имел в виду не впадать в самобичевание, — Винсмоук покачал головой и тоже посмотрел на выбитую дверь. — Луффи надоело, что ты ему не отвечаешь, вот мы и сменили курс. Ты не открывал дверь, так что наш капитан её немного сломал. Не волнуйся, Фрэнки всё починит. Капитан Пиратов Сердца шумно втянул носом воздух. Так ему не привиделось? Лу был здесь? Лу его касался и успокаивал? — Он… — Трафальгар вжал голову в плечи, — злится? — Кто? Луффи? — боевой кок усмехнулся. — Нет, но он беспокоится о тебе. Как и я. Как и мы все. Почему ты не выходил на связь? — Я… — хирург посильнее закутался в одеяло. — Я не знаю, что мне делать, — он закрыл лицо руками. — Траффи, — Санджи подошёл к кровати и сел на её край, — давай поговорим. Что именно ты чувствуешь? — Много всего, — Ло поджал ноги к животу. — Слишком много… Он бы и сам хотел понять все те эмоции, что разрывали его изнутри. Но рыться в них было жутко. Чем глубже капитан Пиратов Сердца пролезал в них своими татуированными пальцами, тем запутаннее всё казалось. — Тра-а-а-аффи-и-ии-и! — разнеслось по субмарине. Через пару секунд в комнату ворвалась ходячая катастрофа. — Траффи! — Монки Ди нагло запрыгнул на чужую кровать. — Ты как? Ещё болеешь? Хочешь чего-нибудь? Там Сан-тян суп приготовил, тебе принести? Трафальгар во все глаза уставился на союзника, а боевой кок тихо чертыхнулся. Лу здесь. Он пришёл. Он не бросил. — Траффи? — резиновая ладонь осторожно коснулась щеки. Она была тёплой, даже горячей. Хирург тихо выдохнул и завалился на чужое плечо. Он так устал за эти дни, просто невыносимо. — Траффи, всё хорошо, — Мугивара коснулся губами чужого уха. — Ты отдохни, ладно? Я могу посидеть с тобой, хочешь? Ло угукнул и прикрыл глаза, чувствуя на себе пристальный взгляд Санджи. Он потом разберётся с этим, а пока можно позволить себе совсем немного побыть вот так, прижавшись к человеку, что, кажется, стал для него всем…