И тебе вдруг стало жарко

В очередную субботу Маша сказала родителям, что пошла со знакомой в кино, а на самом деле собиралась к Лауре. Уже несколько дней они виделись только в школе, не имея возможности встретиться вечером у неё дома, так как у обеих были на то свои причины. Лаура под конец четверти была завалена всевозможными контрольным работами и сочинениями старших классов, которые нужно было проверить и не затягивать с этим. А Маша заметила ярый интерес родителей к своей личной жизни. Слишком часто они начали спрашивать, не появились ли у неё новые друзья или молодой человек, с кем она переписывается во время ужинов, и почему светится, глядя в телефон. Появились подозрения, которые были ни к чему, поэтому Маша пыталась максимально сдерживать свои эмоции, да и нужно было посидеть немного дома, чтобы родители успокоились. Сегодня они сами собирались в гости к старым знакомым и звали с собой Машу, но та отказалась, сказав, что уже давно построила планы с одноклассницей. Как только за родителями в три часа дня закрылась входная дверь, девушка в своей комнате уже вовсю наносила макияж, делая акцент на глаза. Последнее время ей нравилось использовать коричневые и чёрные тени, делая взгляд более выразительным. Надев тёплый свитер, ведь на дворе была уже почти зима, синие джинсы, Маша пальцами небрежно расчесала локоны и закрепила их небольшим количеством лака. С такой широкой улыбкой на лице, как сейчас, она ходила почти три месяца, и понятно, что родители подумали о появлении молодого человека в жизни дочери. Через десять минут блондинка уже стояла возле квартиры любимой женщины и звонила в дверь. Лаура поухаживала, повесив её пальто в шкаф, и тут же была чуть ли не снесена с ног, когда Маша бросилась её обнимать. — Я тоже по тебе очень соскучилась, котёнок, — Лаура сжала в руках тонкую талию, а после нежно прикоснулась к губам девушки. — Голодная? Я сделала греческий салат. — Мм, не голодная, но попробовать хочу, — Маша погладила подушечками пальцев щеку Лауры. — Безумно соскучилась. А после вновь прикоснулась к её губам, прижав к стене. — На кровати лежит одежда, можешь переодеться, малыш, — Лаура с трудом взяла себя в руки с остатками самообладания и мягко, без резких движений, отстранилась от девушки. — Спасибо. Маша по привычке прикрыла за собой дверь и, найдя на кровати уже привычные шорты и майку, начала переодеваться. Ей нравилось в гостевой комнате большое зеркало, в котором она видела себя с ног до головы. Сняв свитер, она повесила его в шкаф на плечики, а на соседнюю вешалку джинсы. В зеркале она видела красивую стройную блондинку с идеальными изгибами тела. Длинная лебединая шея, выпирающие ключицы, полная грудь в обрамлении чёрного кружева, подтянутый животик, в пупке которого идеально бы смотрелся синий камушек. Маша уже не в первый раз ловила себя на мысли, что хочет проколоть себе что-нибудь, но не решалась это сделать, так как ещё не до конца определилась, в каком месте. — Ты готова? — из-за двери спросила Лаура, не забыв постучать. — Я могу зайти? — Да, — ответила Маша, не пытаясь прикрыться. В отражении зеркала она видела, в какой ступор вогнала женщину. Лаура остановилась в дверях с приоткрытым ртом. Только она знала, насколько сильно сжала дверную ручку от такого открывшегося вида. За те тридцать секунд, что она стояла неподвижно, успела отметить длинные стройные ноги, которые плавно переходили в округлые ягодицы. Небольшой кусочек чёрной кружевной ткани еле прикрывал все интимные места девушки. — Оденься, — хрипло произнесла Лаура, уже готовая покинуть комнату. — Иди ко мне, — позвала её Маша, видя, как она хочет остаться и полюбоваться ею подольше и в то же время боится находиться с ней в одной комнате. Девушка не разворачивалась. Она продолжала следить сквозь отражение в зеркале за тем, как Лаура медленно подходит к ней, встает вплотную, и как сжимает ладони, чтобы не опустить их на оголенную талию. — Помоги расстегнуть. Маша действовала решительно, откинув волосы на одно плечо. Она обычно не снимала бюстгальтер, когда была у Лауры дома, ведь каждый раз их поцелуи не заходили дальше положенного, но сейчас она видит, как ломается вся её уверенность. — Ох, Третьякова, — Лаура одним движением расстегнула застежку и помогла лямке соскользнуть с плеча. — Ты меня с ума сведёшь. В отражении зеркала два возбужденных взгляда встретились. Маша придержала рукой бюстгальтер под грудью, желая немного подразнить женщину, и шагнула назад, вплотную прижимаясь к ней. Вот тут уже Лаура не смогла сдерживаться. Ее руки легли на тонкую талию, а губы опустились на шею, заставляя Машу отклонить голову в сторону. — Мм, — тихо застонала девушка, ощущая болезненный спазм внизу живота. — Ты очень красивая. Не устану тебе это повторять, — еще один поцелуй за ушком, от которого тело ученицы задрожало. Лаура нашла её эрогенную зону. — Ты ждала, когда я зайду и увижу тебя раздетую. Так ведь? — Не понимаю, о чем ты, — Маша прикрыла глаза и откинула голову на плечо. Её руки перестали удерживать бюстгальтер и позволили соскользнуть ему и упасть на пол. — Ох, черт, — рыкнула Лукина, сжав сильнее талию. Она видела, как девушка млеет от её поцелуев, и была готова поклясться, что ее трусики увлажнились. — О таком теле можно только мечтать. Самообладание покинуло брюнетку ровно в тот момент, когда она заметила, как встали тёмные соски. Обе ладони легли на грудь, срывая с уст обеих девушек стоны. — Боже, — выдохнула Маша и вцепилась руками в бедра Лауры. — Девочка моя, — Лаура с удовольствием мяла пышные полушария, иногда сжимая пальцами соски с лёгкой силой. — Какая ты чувствительная. Маша повернула голову к Лауре и слилась с ней в страстном поцелуе, ощущая, как возбуждение не оставляет сил. Все тело начало пылать диким огнём и требовало разрядки. — Такая отзывчивая на каждое моё прикосновение, — зубки слегка впились в матовую кожу в изгибе шеи, а язык следом зализал место укуса. — Как ты меня заводишь. Ты не представляешь, что я хочу с тобой сделать. — Что же? — хрипло усмехнулась Маша. Её ноги согнулись в коленях, но Лаура вовремя удержала её за талию, вжимая в себя. — А лучше покажи. Лаура была готова начать материться. — Ты хочешь, чтобы я тебе показала? — пока одна рука удерживала за талию, другая опустилась на внутреннюю сторону бедра в опасной близости к чувствительному месту. — Очень, — она облизала пересохшие губы и распахнула глаза, наблюдая за движениями руки. — Моя малышка. Лаура накрыла промежность девушки поверх трусиков и надавила, срывая с её губ крик. — Сама сейчас кончу, — шепнула она и начала медленно массировать в зоне клитора. — Ты так возбуждена. Сквозь неплотную ткань трусиков Лаура ощущала влагу на своих пальцах, отчего дыхание окончательно сбилось. Было чертовски приятно осознавать, что от её манипуляций Маша так заводится. — Как же хорошо, — простонала Маша и чуть подалась корпусом вперед. На ногах было сложно стоять, но она не хотела менять положение. Боялась, что Лаура воспользуется этой заминкой и прекратит все действия. Блять, тебя только трахать и трахать, — подумала про себя Лаура, но не осмелилась это озвучить. Стоило ей немного сильнее надавить пальцами на клитор, Маша ещё громче застонала. — Я чувствую, как он напряжён, — Лаура убрала руку, встречая недовольство своей девушки. — Открой глаза. И Маша повиновалась. Её шея и грудь покрылись красными пятнами от напряжения. Хотелось свести ноги и получить долгожданную разрядку. — Не закрывай, — попросила Лаура и начала скользить рукой вниз по животу. Она провела пальцами по краю белья, зацепила его, а после немного нырнула за трусики, но не торопилась опускаться. Ей безумно понравилось ощущать гладкость юного тела. — Ты не представляешь, что творится в моем белье. Я настолько сильно тебя хочу, что могу получить оргазм, просто сжав ноги. — Я разберусь с этим позже, — Маша закусила нижнюю губу. — Нет, солнышко моё. Сегодня ты у меня кончишь, а я сниму напряжение ночью, вспоминая, какая ты на ощупь, — с этими словами Лаура скользнула ниже и ощутила под пальцами мягкость плоти. — Такая горячая. Аккуратно раздвинув складочки, по которым палец скользил из-за обилия смазки, Лаура поднялась к набухшему клитору и обвела его. — Господи, — Маша согнулась, чуть ли не падая вперёд, но крепкие руки её удержали. — Я могу прекратить, — издевалась Лукина. Она знала, что Маша не позволит этого сделать, да и сама она не сможет сидеть оставшийся вечер рядом с девушкой и знать, что ее трусики настолько влажные, и она не кончила. — Нет, Лаура! — Маша схватила её за запястье, боясь, что слова сказаны всерьёз. — Не сейчас! — Тише, котёнок, — Лаура продолжила обводить круговыми движениями клитор, показывая, что она не будет останавливаться. — Уже не смогу остановиться. Она и не собиралась. Такое дикое возбуждение нельзя было оставлять без внимание, иначе у Маши весь оставшийся вечер ныл бы живот, а этого Лаура допустить не может. Она и так до победного держалась и сдерживала порывы своей девушки. — Лаура, — простонала Маша, ощущая приближение долгожданного оргазма. Все тело моментально напряглось, желая приблизить надвигающуюся разрядку, и Лукина это заметила, чуть замедлив движение. — Пожалуйста, расслабься, — шепнула она, но не ощутила результата. — Поверь, так будет в разы приятнее. И как только Маша расслабилась и выдохнула, Лаура начала быстро массировать её клитор, сильнее прижимая к себе тело. Оно вновь моментально натянулось, как струна, когда оргазм начал окутывать девушку. — Боже, да-а-а! — протянула Третьякова, зажимая бедрами ладонь своей девушки. Палец продлевал наслаждение, пока тело окончательно не ослабло в её руках, и Маша не попросила остановиться. — Невероятная, — Лаура оставила поцелуй на шее, а после аккуратно уложила девушку на постель, да и сама легла рядом. — Ты в порядке? Маша тяжело дышала и была не в силах открыть глаза, а про то, чтобы пошевелить хоть какой-нибудь частью тела и речи не было. — Слов не нахожу, — прошептала она. — Умудрилась же украсть моё сердце, — Лаура с улыбкой на лице наблюдала за послеоргазменным состоянием своей девушки, и было безумно приятно довести её до такого состояния. — Да, любимая, — Маша согнула одну ногу в колене и сжала бедра, что не укрылось от глаз Лауры. — Зачем бедра сжимаешь? — нахмурилась она. Действие Маши повторилось. — Ещё хочу. — А ты у меня ненасытная, — усмехнулась Лукина. — Раздвинь ноги. Маше понравилось то, как Лаура командует. Она почувствовала себя маленькой девочкой, которую сейчас ещё раз доведут до оргазма, и от этих мыслей низ живота вновь свело в приятном спазме. Лаура устроилась коленями на кровати между раздвинутых ног и, ухватив край последнего элемента одежды на своей девушке, потянула вверх по бедрам. — Это нам сейчас не понадобится, — и откинула трусики на пол. — Будет больно? Услышав тревожные нотки в голосе, Лаура поднялась к Маше и оставила поцелуй на её губах, усаживаясь на бедро. — Нет. Я буду ласкать только клитор, договорились? — попыталась она успокоить Машу. Сама Лаура не была готова к дефлорации. Она уже давно решила для себя, что сначала изучит её тело, поймёт, как Маше более приятно и где, а уже потом, когда девушка ей будет всецело доверять, сделает это неожиданно и безболезненно. — Хорошо, — Маша ей верила, как никому в этом мире. Она знала, что когда настанет этот момент, Лаура сделает всевозможное. Она видела это по ее отношению к ней, по взгляду и поступкам. Губы прочертили дорожку из поцелуев от шеи, минуя ключицы, к груди. От манипуляций языка, порхающего над сосками, Маша прогнулась в спине, запуская пальцы в короткие тёмные волосы. — После такого я буду к тебе каждый день приходить, — последнее слово потонуло в выкрике, потому что Лаура прикусила сосок зубами. — Милая моя, каждый день тебе будет много, — усмехнулась брюнетка с живот, а потом также поднялась поцелуями до покусанных и чуть припухших губ. — Посмотрим. Подушечки пальцев опустились к лону и собрали влагу, которой было достаточно, отчего Маша вздрогнула. — Не бойся. Лаура вспомнила тот вечер, когда Маша ей рассказала, что она девственница. Тогда она не боялась, но, возможно, это была заслуга алкоголя, гуляющего в тот момент в ее крови. Женщина сделала себе в голове заметку: перед первым полноценным сексом обязательно немного напоить Машу. Так она будет более расслабленной и раскрепощенной, а также алкоголь притупит боль. А ещё надо будет перед этим воздерживаться несколько дней, чтобы желание девушки было в разы жгучее. Указательный палец вновь заскользил по набухшей головке клитора. Стоило Лауре чуть сильнее нажать на горошину, Маша отрывала спину от кровати, заполняя комнату громкими стонами. Она сжимала в руках покрывало, которым была застелена кровать, и до крови прикусывала губу, пока Лаура не прекратила эти действия поцелуем. Маша хотела как можно скорее получить оргазм, но от медленных поглаживаний своей девушки хотелось закричать. — Быстрее, — взмолилась она и взмахнула бедром вверх от чуть сильного давления. — Черт! — рыкнула Лукина и склонила голову вперёд, прекращая какие-либо движения. Бедро Маши, на котором она сидела, вжалось в её промежность, а шов её чёрных джинсов, в которых она была, надавил прямо на набухший клитор через мокрые трусики. Как же сейчас это было необходимо. По всему телу пробежали мурашки от накатившего удовольствия. Лаура прильнула к губам Маши в немного грубом поцелуе и начала быстро очерчивать клитор двумя пальцами, а сама в это время терлась о бедро девушки, получая не меньше удовольствия. Громкие стоны двух девушек тонули в поцелуе, пока оргазм не начал одновременно накатывать. — Котёнок, — прохрипела Лаура. — Я сейчас кончу вместе с тобой. — Мм, — от сказанных слов Машу будто выкинуло на финишную прямую, и она ещё громче застонала, а этот дивный звук уже подействовал на брюнетку. Лаура легла на кровать, тяжело дыша. Она не припоминала, чтобы в жизни ощущала что-то подобное, а это с учётом того, что была полностью одета, и Маша к ней не прикасалась. Перед глазами до сих пор мерцали круги и звезды, пока Лаура полностью не пришла в себя, а Маша в это время прижалась к ней, тоже отходя от оргазма. — Ты тоже? — еле слышно спросила девушка. — Да, малыш, — выдохнула Лукина, глядя в потолок. Приятная истома наполнила тела обеих девушек, отчего улыбка расплылась по лицам чуть ли не до ушей. — Чудесно. — Да, Лаура Альбертовна, — у Маши будто открылось третье дыхание, раз она нашла в себе силы подняться и сесть на бедра своего учителя. Ее разгоряченная плоть соприкоснулась с холодной пряжкой ремня, отчего девушка еле слышно заскулила. — Вы умеете возбуждать. Маша не понимала, откуда у неё взялось такое необузданное желание, ведь сейчас она была не против ещё одного раунда. А может, и не одного. Лаура с лёгким прищуром наблюдала за тем, как девушка пытается незаметно доставить себе удовольствие, слегка двигая бедрами, и сама задавалась вопросом, откуда в ней столько страсти и похоти. — Третьякова, — Лаура сжала её бедра, останавливая какие-либо движения. — Мне так нравится твоё «Третьякова». — Малыш, перерыв, — Лукина резко подмяла под себя девушку и нависла над ней. — Сейчас мы по очереди сходим в душ, а потом пойдём есть. — Ну Лаура, — заканючила Маша. — Если я узнаю, что ты к себе прикасалась, я лишу тебя себя, поняла? — Угу, — немного надуто произнесла Маша. — Люблю тебя. Она чмокнула девушку в губы и поспешила покинуть комнату. Перспектива доводить Машу до очередных оргазмов была впечатляющей, но нельзя так резко бросаться в омут с головой. Как бы не хотелось. После ужина блондинка пыталась сорвать их совместный просмотр фильма горячими поцелуями и возбуждающими прикосновениями, но благодаря выдержке Лауры дальше они не заходили. Она не могла оттолкнуть девушку и не целовать её, но смогла удержать свои руки на хрупкой талии, когда Маша вновь сидела на ее коленях, и не опуститься дальше положенного. Ночью, когда Лукина постепенно погружалась в приятные сновидения, она поняла, что нет ничего прекраснее в жизни, чем ощутить безудержную страсть и любовь в ответ. Когда-то чёрная полоса, которая сопровождала всю её личную жизнь, должна была стать взлётной. И она стала.