替代

Ши Цинсюань любит кофе с миндальным молоком и совершенно не переносит сладкое. Хэ Сюань обожает топинги и мороженное со вкусом манго. Ши Цинсюань носит на телефоне простой черный чехол, который ему купил брат. Хэ Сюань обклеивает свой ноут самыми разными наклейками: от дорогих, заказанных на Алике, и до тех, что на бананы или апельсины клеят. Ши Цинсюань на запястьях носит дорогие часы, которые подарил ему девятый бывший. Хэ Сюань увешан браслетами и фенечками, которые ему сплели ребята из лагеря, где он был вожатым прошлым летом. Ши Цинсюань носит черные рубашки и костюмы, которые брат заказывает из Италии. Хэ Сюань ходит в растянутой временем футболке с наитупейшей шуткой, которую ему подобрал Хуа Чэн. Ши Цинсюань всегда строг и элегантен: за каждым его шагом следит уйма людей. Хэ Сюань кроет всех матом, смеется громко и беззаботно, а шутит так, что Хуа Чэн поражается его развращенности. Ши Цинсюань все чаще ловит на себе странно-задумчивый взгляд Се Ляня, но, спросив о его причине, получает мягкий отказ. Хэ Сюань все чаще слышит разговоры Хуа Чэна о том, что что-то изменилось, что что-то пошло не так, но он старается не придавать этому значения. Ши Цинсюань иногда чувствует себя невероятно одиноким и обманутым, будто что-то или кто-то сделал что-то не так. Хэ Сюань иногда чувствует себя пустым и ничтожным, будто потерял что-то, что делало его счастливым. Ши Цинсюань невероятно одинок. Хэ Сюань невероятно пуст. Однажды Цинсюаню снится, будто он стал богиней ветров, которая беззаботно танцевала среди облаков. Однажды Сюаню снится, будто он стал демоном черных вод, который забился в угол и безмолвно кричал, когда буквально за стеной кто-то действительно страдал от боли. Ши Цинсюань просыпается от невероятной боли в руках и ногах и зовет, кричит, умоляет прийти брата. Тот прибегает и выводит младшего из сонного паралича. Хэ Сюань просыпается от сильного голода и плачет, плачет, плачет. Сестра старается понять причину рыданий, но так ничего и не понимает из невнятных бормотаний. - Мин-сюн, прости! - Ты зовешь не того человека... Ши Цинсюань не верит в мистику и перерождение. Но что-то странное в груди заставило его поискать в интернете хоть какую-нибудь информацию о богине ветров. И он находит. Хэ Сюань обожает мистику и верит в реинкарнацию. После того странного сна он садится за ноутбук и рисует, рисует, рисует. Он рисует того парня из сна, рисует очень красивую девушку с каштановыми кудрями и венком ромашек на голове. Все чаще Хэ Сюань замечает, что его посты лайкает один и тот же человек, который спустя месяц все таки оставил первый комментарий. Ши Цинсюань влюбился в работы этого художника. Этот парнишка как нельзя лучше выводил именно те образы, что приходят во снах. И однажды он все же решил предложить ему спонсорство. Вернее, Цинсюань заказал у него несколько комиксов по тому сценарию, который предоставит заказчик. Хэ Сюань откровенно ржал над обидевшимся Хуа Чэном, который, конечно, рисовал в разы лучше, но таких богатых заказчиков еще ни разу не получал. И вот, в тот самый день, когда ему прислали сценарий комикса, Хэ Сюань тупо пялился в монитор, даже особо не вчитываясь. Потому что он знал эту историю. Он видел эту историю, о которой никогда никому не говорил. Легенда о невесте Черных Вод. Ши Цинсюань проснулся после очередной попойки и с ужасом понял, что так и не отослал недописанный сценарий, но, открыв почту, он увидел отосланный файл со странным названием. Легенда о невесте Черных Вод. Через месяц Хэ Сюань выложил первую главу комикса и обложку первого тома. И он влюбился в образ главной героини. Веселая, чистая, живая, настоящая, она была его личным идеалом. К счастью, заказчик оставил полную свободу в выборе имен, и парень решил воспользоваться подобной возможностью, назвав героев... Ши  Цинсюань изумленно пялился в экран, смотря на главную героиню, котору зовут... Ши Цинсюань. Се Лянь, услышав о таком, сказал, что это просто совпадение. Хэ Сюань однажды по неосторожности и собственной глупости оставил ноутбук с открытой работой около Хуа Чэна, который... Он сказал, что в сюжете много дыр, да и главные герои... фиговые. А еще спросил про финал, но тут Хэ Сюань ему ничего не ответил, потому что даже сам заказчик еще не прописал последние главы, где главный герой, лже- Мин И, стоит перед выбором: любовь или месть. - Не думаю, что, отомстив, твой гг сможет быть счастлив,- Хуа Чэн скривился, смотря на отвратительную рисовку,- Херово рисуешь. - Ты нормально рисуешь только своего гэгэ, да и не пойти бы тебе нафиг! На середине выпуска второго тома Ши Цинсюань получил подарок, который тут же повесил на стену. Это была огромная, в человеческий рост, картина, где Ши Цинсюань в окружении сотен лент и разных цветов обнимает Хэ Сюаня или лже- Мин И, вокруг которого плавали скелеты огромных рыб. И настоящий Ши Цинсюань впервые за всю жизнь влюбился. В черный взгляд этих бездонных глаз, в тонкие губы, в неестественно бледный цвет кожи, в резкий изгиб бровей. Что-то в груди болезненно сжалось, будто напоминая о том, что любить нельзя. Хэ Сюань уже долгое время вынашивал эту идею и, заручившись поддержкой в лице Хуа Чэна и заказчика, начал работу над лимитированной коллекцией ханьфу по своему комиксу. Конечно, самыми первыми выйдут костюмы главных героев, потом- их друзей, а следом и всех остальных побочных персонажей. Когда Ши Цинсюань увидел эскизы коллекции, он сразу же попросил себе все костюмы. А потом, когда те уже были доставлены, его посетила идея о сходке, где он бы впервые смог бы познакомиться с тем человеком, который заставлял его улыбаться. Хэ Сюань сразу же одобрил идею сходки и долго не мог определиться , в косплее какого персонажа он хотел бы прийти. - Закосплей Ши Цинсюань,- сказал Хуа Чэн, выводя красные стрелки. - Закосплей Хэ Сюаня,- ответил на вопрос Се Лянь, видя метания друга,- Тебе же нравится его стиль. И вот Ши Цинсюань стоит, жмется к стенке. Черное ханьфу, расшитое скелетами рыб и чешуей, идеально легло на плечи, а собственноручно выпрямленные кудри закреплены лишь одной заколкой около уха. Золотые серьги-кисточки переливались на солнце, а браслеты с черными камушками позвякивали от каждого движения. И вот Хэ Сюань стоит, жмется к столу с едой. Белое ханьфу с бирюзовыми вставками, расшитое орнаментом ветров и волн, идеально легло на плечи, а завитые при помощи Хуа Чэна локоны закреплены в сложную прическу несколькими шпильками и огромным воздушным бантом. Веер с иероглифом ветра приятно лег в руку, а конская метелка покачивалась от каждого движения. Они обязательно встретятся взглядами. Они обязательно замрут, понимая, что что-то в груди потеплеет, найдя среди всего мира именно его. Они обязательно влюбятся в друг друга еще раз, обязательно изменятся и изменят все ради друг друга, обязательно будут жить так, как не жили никогда. Они обязательно будут счастливы. Но они поймут это немного позже, когда их взгляды встретятся. А где-то на заднем плане Се Лянь и Хуа Чэн праздновали победу по сведению этой странной парочки, которая на пути Сансары обменялась характерами и встретилась лишь благодаря судьбе.