Убийственное обаяние

— Господин Верховный Князь, призыв по всем правилам, — мелкий демон появился в дверях его кабинета. Ибо поморщился и все-таки поднял взгляд. Его новый секретарь вот уже две недели как, но имени он все никак запомнить не мог, да и не хотел. Приторная улыбка, то и дело возникающая на его губах, бесила. Ибо уже хотел его уволить. Ибо неопределенно махнул рукой и отпустил демона, с внутренним кряхтением поднимаясь на «призыв по всем правилам». Он не знал, что такого про него брешут во всех этих сатанинских книжках, что его пытается вызвать каждый второй, если не первый. Смотреть за их потугами бывало забавно, пока они не находили настоящее заклинание, по которому Ибо должен обязательно явиться. Иначе можно получить выговор. Не сказать, что Ибо боялся, но после одного раза повторять точно не хотел. От жертвы вообще мало что зависело, но когда ему жертвовали каких-нибудь козлов… Ох, Ибо явно был более доброжелательным, потому что козла можно было отдать повару, который точно превратит эту тушу в конфетку. Но почему-то почти все думали, что простое животное для Верховного Князя — пустой звук, поэтому Ибо обычно получал людей. Чаще всего живых, к счастью, потому что возиться с трупами ему нравилось меньше всего. Люди были не такими вкусными, чтобы он любил их трупы больше, чем трупы козлов… Но все же отдельной историей были живые люди. Кто вообще решил, что демонам нужны девственники? Чистота и непорочность жертвы. Ибо бы самолично плюнул в лицо каждому, кто решил, что это так. Потому что девственники ему были не нужны, да и недевственники тоже. Ему вообще нужен был покой, который эти полоумные призывающие обеспечить ему не хотели, постоянно подсовывая плачущих красавиц. Ибо отпускал их каждый раз и забывал, но чаша терпения начинала полниться. — Молитесь всем, кому вы там молитесь, чтобы это было что-то полезное, — прогрохотал Ибо, вылезая из врат. В своем демоническом прикиде он был устрашающим, но начал царапать рогами потолок. Они его в конуре что ли призвали? — а не очередной девственник или его труп. Кучка призвавших его так и застыла у начерченного круга, похоже с трудом веря в свою удачу…или неудачу, потому что на круге кто-то лежал, к счастью, живой и, к несчастью, не козел. Связанный парень смотрел на него большими влажными глазами, и Ибо впервые подумал, что его положение Верховного Князя не такое уж и безрадостное. — Ну, девственник, так девственник. Он подошел к лежащему парню и потянулся к его волосам. Тот не плакал, но боялся. Ибо даже с такого расстояния чувствовал, как его бешено трепещущее сердце перекачивает кровь. До волос он так и не дотронулся и, поднявшись, повернулся к горе-сатанистам. — У вас минута, чтобы сказать, что хотели, — глаза Ибо полыхнули красным. Иногда он не мог их контролировать, что поделать. Но сработало это безотказно. Один, похоже главный из них, начал блеять что-то про деньги. Ибо тут явно задерживаться не хотел, поэтому щелкнул им чемодан, полный купюр, и, забрав парня с собой, исчез. Обычно Ибо забирал таких жертв и высаживал где-нибудь недалеко. Развязывал и преспокойно отпускал в мир. Обратно. Но тут все было как-то наперекосяк. Врата выпустили его в собственную спальню. Он осторожно опустил парня на кровать и принялся развязывать. Отбросил веревки, в ласке коснулся натертых запястий и щиколоток и, наконец, снял скотч, заклеивающий рот. Взгляд сам прилип к маленькой родинке под губой, а Ибо бездумно потянулся к волосам, убирая прилипшую ко лбу челку. Парень дернулся, но прикоснуться к себе позволил. Ибо хмыкнул и отошел, позволяя ему немного…привыкнуть. Ибо стянул свою рабочую мантию и уменьшил рога до обычного размера, с которым ходил всегда. Вообще, он мог убрать их совсем, но начинать знакомство таким образом как-то не хотелось. — Вы…Что Вы собираетесь со мной делать? — парень звучал все еще испуганно. В голове Ибо вертелись сотни разных планов. От самого целомудренного — просто отправить парня домой — до самого развязного, который его демоническая натура одобряла на все двести процентов. И решить, какой он хочет больше, не представлялось возможным. Принято считать, что демоны жестокие и безжалостные. Им чужды высокие человеческие чувства и подвластны лишь отрицательные качества. Ибо был в корне с этим не согласен, особенно сейчас, пока смотрел в эти большие темные глаза и на красивые, подрагивающие губы. — Издеваться над тобой я точно не собираюсь, — Ибо примирительно поднял руки и подошел ближе, — как тебя зовут? — С-Сяо Чжань, — неуверенно ответил парень. — Хорошо, — Ибо улыбнулся, — хочешь чего-нибудь, Сяо Чжань? *** Впрочем, Сяо Чжань довольно быстро понял, что ему ничего не угрожает, и ощутимо расслабился. С аппетитом уплетал принесенную еду, смеялся над шутками и шутил сам. Ибо, буквально с каждой секундой переливов смеха Сяо Чжаня, был рад все больше и больше тому, что он забрал его с собой. А отдавать его обратно до эгоистичного хотелось все меньше. — А ты меня отпустишь домой? — спросил Сяо Чжань, когда их молчание затянулось. — Да, но... — Ибо запнулся. «Но не хочу» так и осталось невысказанным. У Ибо была и сила, и власть. Он без проблем мог оставить Сяо Чжаня рядом с собой, но испуг в темных глазах ему не нравился совершенно. — Но? — Сяо Чжаня же такая расплывчатая формулировка не устроила. Он придвинулся ближе, практически нависая над лежащим Ибо. — Но ты же моя жертва, как я могу так просто тебя отпустить? — Ибо ухмыльнулся. — Что же ты тогда от меня, как от своей жертвы, хочешь? — Сяо Чжань мягко коснулся основания его рогов. По телу пробежала дрожь, Ибо и в жизни бы не подумал, что может быть так приятно от простого прикосновения. Человеческого прикосновения. — Так я все-таки был прав, — Сяо Чжань вновь надавил на основания рогов, так, что у Ибо круги под глазами заплясали. Как он это делал, черт его возьми? — ты хотел меня зажарить. Такая формулировка Ибо не нравилась. То, что хотел сделать Ибо, одним зажарить (в переносном значении, разумеется) никак не определялось. Там было много пунктов, которые с каждой улыбкой добавлялись и обновлялись, превращаясь в огромный тянущий ком где-то в солнечном сплетении. Сяо Чжань чуть нахмурился. Ему не нравилось молчание на его предположения. Ибо это чувствовал, но что сказать все еще не решил. Он потянул Сяо Чжаня на себя, оказываясь близко-близко, так, что можно было рассмотреть едва заметные морщинки в уголках широко распахнутых глаз. Ибо не совсем понимал, но всем своим существом ощущал какое-то волшебство момента. Он медленно потерся о чужой нос. Сяо Чжань вздрогнул, но отстраняться не стал, лишь замерев рукой на рогах. В своем обаянии Ибо редко когда сомневался, но это был чуть ли не первый редкий раз. Сяо Чжаня хотелось утопить в чувствах к себе, а потом утопить в проявлении собственных. Рука, покоившаяся до этого на его рогах, скользнула вниз и мягко погладила щеку. — Господин Верховный Князь так добр к своим жертвам, — Сяо Чжань говорил на грани шепота. Губы обдало теплым дыханием. От этого обращения у Ибо растеклось тепло в самом низу живота. Сейчас ему почему-то казалось, что именно его стащили с жертвенного круга, потому что здесь точно было замешано поистине демоническое обаяние, причем не от него самого. В глазах Сяо Чжаня плескался интерес, даже несмотря на всякие нечеловеческие штучки Ибо. Типа рогов и хвоста, планирующего оплести чужое бедро. На них Сяо Чжань вообще смотрел с каким-то неясным восторгом, который Ибо, как ни старался, определить не смог. Не хватало совсем чуть-чуть. Прибегать к этому методу было низко и подло, но Ибо потом обязательно загладит свою вину, а пока он хочет лишить Сяо Чжаня привлекательности для всяких нерадивых сатанистов. Да, странно, но он демон, ему такое и простить можно. Любовная магия всегда работала безотказно, особенно в больших дозах. Но эту самую дозу Ибо использовать совершенно не хотел, воспользовавшись лишь простеньким заклинанием. Как его в учебниках называли? «Усиление желания»? «Истинное желание»? Ибо закончил учебу кучу времени назад, чтобы помнить эти бесполезные названия. Взгляд Сяо Чжаня чуть подернулся дымкой, а дыхание сбилось. — Ты магию использовал, да? — он заговорил хрипло, заглядывая Ибо прямо в глаза, — на меня возбуждение никогда так быстро не накатывает. — Чуть-чуть, — сознался Ибо. Под этим внимательным, хоть и не совсем ясным взглядом врать не хотелось. Сяо Чжаню вообще врать не хотелось — Сам бы не справился? Хороший вопрос, подумал Ибо, но оставил его на потом, утягивая Сяо Чжаня в поцелуй. Он начался мягко, с нежных, почти бережных касаний губ, постепенно перерастая во что-то невообразимо жаркое. То ли магия усиливалась, то ли сам Сяо Чжань распалялся все больше, утаскивая Ибо в эти чувства за собой. — По-моему, те людишки меня обманули, — с усмешкой сказал Ибо, — но я совершенно не против. Сяо Чжань фыркнул и ничего не ответил. Он перекинул ногу и уместился на бедрах, сверкая из-под растрепанной челки глазами. Касаться его хотелось еще больше. Заставить заалеть щеки, зацеловать губы и укусить тонкую кожу шеи, чтобы заявить абсолютно всем и каждому, на кого Верховный Князь положил глаз. — Ты так смотришь, что у меня кожа мурашками покрывается, — Сяо Чжань надул губы. — Тебе не нравится? — Ибо коснулся его предплечья, ощущая поднявшиеся там волоски. — Не знаю, — пожал плечами Сяо Чжань и вновь потянулся к рогам. Похоже, они совершенно не давали ему покоя, — поверить не могу, что они настоящие. Он сначала пробежался пальцами, а затем коснулся языком, с усилием скользя по той самой части, где заканчивалась кожа. Ибо не сдержал стона. Касание бесхитростное, но отдалось колючим жаром в конечности. — Вот где ваше слабое место, господин Верховный Князь, — Сяо Чжань растянул губы в улыбке, — я его так быстро нашел. Ибо сухо сглотнул. Жар закипал в крови. Чувствовалось, как он заполняет каждый сосуд, заставляя плавиться и терять разумные мысли. Ибо быстро перевернул Сяо Чжаня, меняясь с ним местами. Чувство горячего, мягкого тела под собой пьянило, совершенно туманило голову. Ибо коснулся губами острой челюсти, шеи, кадыка. Кожа теплая и приятная, дотрагиваться хотелось вновь и вновь. Сяо Чжань под ним хрипло дышал и запрокидывал голову, позволяя все это, и прижимался ближе, сжимая тонкими пальцами плечи. Возбуждение лилось и лилось, словно из огненного водопада, кажется, готовое наполнить до краев. Ибо спускался ниже, оставляя наливающиеся цветом метки и касаясь тела под собой. На ключицы идеально легли губы, а руки прекрасно уместились на изгибе талии. Сяо Чжань был буквально создан, чтобы попасть к нему. Зубы сами сомкнулись на косточке ключицы, заставляя Сяо Чжаня простонать сквозь сомкнутые губы. Ибо едва не звенел как струна, весь напряженный от возбуждения, почти закладывающего уши. Сяо Чжаня хотелось сжать, прижать и снова укусить. У Ибо все нутро дрожало от этих невыносимых желаний, но Сяо Чжань был человеком. Отзывчивым и податливым, но хрупким до невозможности, что одергивать себя приходилось постоянно. Тонкие пальцы запутались в волосах. Сяо Чжань подтянул его выше и припал к его губам, будто стараясь вытянуть душу, которой нет. Ибо чувствовал через кожу, как желание пузырится в парне, как быстро его мысли оборачиваются лишь вокруг даримых ощущений. Руки вновь сжали талию, спустились ниже, коснувшись тазовых косточек. Сяо Чжань сорванно выдохнул в поцелуй и протолкнул язык, обнимая Ибо за шею. Он горел как самый настоящий фитилек, а Ибо хотел сохранить этот огонь как минимум на целую вечность. — Хочу.. — проскулил Сяо Чжань, разрывая поцелуй, и оттянул губами нижнюю губу. Его взгляд, совсем шалый, блуждал по всему Ибо, не задерживаясь нигде. Он сводил с ума, заставлял терять голову, совершенно забывая о мире вокруг. У Сяо Чжаня точно была пара магических тузов в рукаве, которые Ибо был совершенно не против на себе опробовать. Ибо медленно стянул с Сяо Чжаня одежду. Больше касаясь кожи под ней, чем именно снимая. Сяо Чжань извивался под ним, льнул к рукам. От одежды можно было избавиться в один щелчок, но сделать так казалось куда более заманчивым. Абсолютно нагой Сяо Чжань выглядел так, что Ибо не успевал сглатывать слюну. Он коснулся губами живота, втянул мягкую кожу у пупка, потакая своему ненасытному голоду. Сяо Чжань задрожал под ним и выгнулся, цепляясь за его волосы. От этой чувствительности Ибо словно заново повело, и он щелкнул пальцами. На кровать упал бутылек смазки. Сяо Чжань посмотрел на него мутным взглядом и потянулся, взяв его в руки. — Будь осторожнее, пожалуйста, — тихо проговорил он и отдал бутылочку Ибо в руки. Возбуждение перемешалось с болезненной нежностью в яркую густую смесь. Ибо и сам обещал себе быть предельно аккуратным и ни в коем случае не навредить этому человеку. Теперь он просто обязан был не оплошать. Растягивал он Сяо Чжаня долго. Тот весь изметался по постели, насаживаясь на пальцы и бессвязно умоляя о большем. Мышцы были тугими, они плотно обхватывали костяшки, заставляя Ибо уже от этого считать темные пятна под веками. Видеть распаленного Сяо Чжаня было сладкой пыткой. Касаться губами его плеч, ключиц — этого не хватало. Внутри словно зияла огромная дыра, с жадностью поглощающая любое взаимодействие и неустанно требующая больше. Ибо справлялся, как мог, полагаясь лишь на свою выдержку. — Ты в меня еще кулак засунь, — обреченно простонал Сяо Чжань, нетерпеливо дергая бедрами. Ибо шумно выдохнул и вытащил пальцы, глядя на судорожно сжимающиеся мышцы. Нетерпение заполняло голову, тяжело укладывалось в животе. Желание вжать Сяо Чжаня в матрас и затрахать до сорванного голоса не умолкало ни на минуту, заставляя вновь и вновь проявлять чудеса силы воли. — Давай сам, — Ибо щелкнул пальцами, избавляясь от одежды, и потянул парня на себя, заставляя подняться и устроиться на бедрах, — медленно. Сяо Чжань кивнул и начал осторожно опускаться на его член, придерживаясь за плечи. Мышцы охотно его принимали, Ибо невольно застонал в голос, чувствуя горячую тесноту. Он мягко придерживал Сяо Чжаня за талию, удерживая от возможных резких движений. Тот же часто дышал и закусывал губу. Ибо погладил его щеку, убрал мешающие волосы. Сяо Чжань был красивым, даже сейчас, когда немного хмурился — его хотелось трогать, дарить ласку, что кипела внутри. Сяо Чжань опустился полностью и резко выдохнул. Он не двигался, привыкая, и потянулся к Ибо, выдыхая на губы. — Больно? — так же в губы спросил Ибо, поглаживая поясницу. Сяо Чжань не ответил, а лишь впился в его губы. Да на чертовом солнце не было так же жарко и горячо, как Ибо сейчас. Руки Сяо Чжаня, до этого лежавшие у него на плечах, перебрались на рога. На них было как медом намазано, честное слово. Сяо Чжань вновь надавил на чувствительное основание, заставив протяжно застонать. Выучил слабость и бессовестно ей пользовался. Он мягко отстранился и начал медленно двигаться. Ибо скользнул руками вниз, придерживая его под бедра, так приятно напрягающиеся в ладонях. А себя же в руках он едва держал. Голова шла кругом, а темные шепотки желания становились все громче. Сяо Чжань смотрел на него чувственно, будто расплескивая всю свою скопившуюся страсть, и продолжал трогать сраные рога. — Сяо Чжань, — предупреждающе рыкнул Ибо, — оставь их. — Тебе разве не нравится? — невинно спросил Сяо Чжань и сжался, заставляя его зашипеть. — Ты же не встанешь завтра, — глухо проговорил Ибо, удерживая его за бедра. — Ну почему, — Сяо Чжань чуть надул губы и погладил уже кончики рогов, — у тебя очень красивое выражение лица, когда я на них нажимаю. Ибо подмахнул бедрами, впечатываясь в его с громким шлепком. По телу прокатилось удовлетворение, а Сяо Чжань коротко застонал и уронил голову к нему на плечо. — Когда ты нажимаешь, я хочу сделать вот так очень много раз, — Ибо погладил его по волосам, — пожалей себя. — Я понял, — Сяо Чжань поднял голову и посмотрел ему в лицо. — Хорошо, — Ибо улыбнулся и чмокнул его в нос, — продолжим? — Да, — ответил Сяо Чжань и вновь коснулся его рогов. То, что он окажется такой заразой, Ибо почему-то даже не предполагал. Верил в какую-никакую благоразумность, но, похоже, совсем немного зря. Он опрокинул Сяо Чжаня на кровать и навис сверху, чувствуя, как едва ли не бурлит внутри от этого зрелища. Хитро поблескивающие глаза, раскрасневшиеся щеки. Ибо уже зубами хрустел, но все еще сдерживался. Он медленно скользнул внутрь желанного тела, чувствуя, как берет дрожь. Внутри все узлом сворачивалось, заставляя захлебываться в жгучем удовольствии. Сяо Чжань принимал его всего без остатка, так, что в нем хотелось раствориться, совершенно потеряться. Он выгибался навстречу и дрожал, захваченный в плен наслаждения. Красивый до невыносимого трепета, оплетающего внутренности. Ибо не двигался быстро, но этого хватало, чтобы Сяо Чжань постепенно терял связь с реальностью. Он горячо сжимался на члене и вновь и вновь что-то бессвязно шептал, заставляя переворачиваться все внутри. Ибо стискивал его бедра, сжимал несильно, но точно знал, что останутся отметины. Неизвестно, какая часть в нем говорила, но она точно была довольна. Сяо Чжань всхлипнул и сильно выгнулся. По его стоящему колом члену струилась смазка, призывно поблескивая на коже. Ибо потянулся к нему, смыкая пальцы вокруг. Сяо Чжань громко вскрикнул и легонько ударил его по руке. — Что такое? — Ибо, конечно, руку убрал, вновь возвращая ее на талию. Заласканный Сяо Чжань ничего ответить не смог, лишь всхлипнул вновь и подмахнул бедрами. Ибо ухмыльнулся и чуть ускорился, с особым наслаждением наблюдая, как чужое тело отзывается на каждый толчок. Надолго Сяо Чжаня все же не хватило. Он быстро коснулся собственного члена и с протяжным стоном излился на живот, расслабляясь и прикрывая глаза. Ибо смотрел на него во все глаза, откровенно упивался зрелищем, чувствуя собственный приближающийся оргазм. За несколько движений он излился внутрь и утянул Сяо Чжаня в поцелуй, заглушая его скулящий стон. — Как же так случилось, что тебя, такого красивого, еще никто не украл? — спросил Ибо, когда взгляд Сяо Чжаня вернул ясность. — Ты украл, — улыбнулся тот и поерзал, удобнее устраиваясь в объятьях, — но мне все понравилось. — О-о-о, тогда тебе придется меня терпеть очень долго, — Ибо поцеловал его в висок, — согласишься? — Конечно, у Вас же убийственное обаяние, господин Великий Князь. — Ну не так. — Ну ладно, — Сяо Чжань усмехнулся, — Ибо.