Мой враг всегда напротив

      Не смотря на то, что на ней и живого места не было, Драко чувствовала себя победительницей, вынося Бамбардой часть гостевой и парадную дверь мэнора, словно отыгрываясь за все прошлые старания. Уже плевать что отношения безвозвратно разрушены, главное что Люциус лишился опекунства, и не имел власти над дочерью. Разве что он решит прибегнуть к радикальным мерам по возвращению непутевой дочери в семейное лоно, но цена этого слишком высока и воспользуется он этим способом только для того, чтобы выслужиться перед Лордом, поэтому маленькая мисс довольно улыбалась. Слишком уж большой откат его ожидает, если он решит насильно оспорить решения бывшего Лорда ради сиюминутного удовлетворения собственного эго.       Из нетронутого было только лицо. Спину, ноги, руки, грудь, шею, и кисти рук покрывали росчерки кнута и Драко по праву гордилась собой, потому что не проронила ни звука, ни слезинки, не смотря на то, что каждая клеточка билась в агонии. Это было незаслуженное наказание, как и все до этого. Кто же знал, что нужно было снять комплект наследника перед последним посещением мэнора, чтобы избежать скандала.       Маленькая мисс и правда планировала лишь забрать оставшиеся вещи в последний день Пасхальных каникул и камином отправиться в Хогвартс, но ей не повезло столкнуться с Люциусом, что хотел дать “наставлений” напоследок. Отец, только завидев знакомые украшения на дочери, за волосы оттащил ее в свой кабинет, не прекращая сыпать бранью, поминая “дорогую” сестру, которой этот комплект принадлежал, после чего начал пороть кнутом, костеря на чем свет стоит уже собственную дочь.       Драко довольно выдохнула, беря дедушку под локоть и они аппарировали прямо на крыльцо поместья, что было защищено даже от вторжения Люциуса, не смотря на то, что тот был главой рода. Переступив порог, блондинка рассмеялась во все горло, а Абраксас понятия не имел, как успокоить внучку, у которой случился нервный срыв. Она плакала и смеялась, сжимая израненные плечи изодранными в кровь руками и смеялась, смеялась, пока не сорвала голос. Довольная улыбка играла на губах, абсолютно безумный взгляд был направлен в никуда, и словно из глубины души доносился вой раненого зверя.       На следующий день не полегчало. И за ним тоже. На уроки она ходила по инерции, не забывая каждые четыре часа менять повязки. В этот раз раны заживали медленнее из-за их обширности, и что самое неприятное, постоянно кровоточили, пусть и постепенно затягивались. Драко уже наловчилась самостоятельно менять повязки, не прося о помощи Эми, а в туалет Плаксы Миртл и вовсе никто не захаживал, от чего гриффиндорка могла абсолютно спокойно запереться в кабинке, сменить бинты, а после этого сложить все это на подоконник и поджечь.       И Мерлин великий, ну сколько можно сталкиваться с персональным безумием буквально на каждом шагу!       — Воу, твое Величество, что это? — Фред от неожиданности выронил сигарету, увидев окровавленные бинты. — Неужто барсуки отомстили за сокрушительный разгром?       — Мне никто не мстил, — Драко провела рукой по шее, что безбожно чесалась. Последние два дня она ходила в водолазке и перчатках, не желая показывать свои ранения хоть кому-то. — Это скорее прощальный подарок.       — Да какому ублюдку может прийти в голову избивать девушку, — голос рыжего звучал задушено от накатывающего гнева. Старший близнец провожал взглядом бинты, которые блондинка сгрузила на подлокотник и подожгла, безразлично смотря на все это. — Думаю глупо спрашивать в порядке ли ты, учитывая количество бинтов. Тебе нужна помощь?       — Эми мне помогает, когда свободна, а так я в состоянии справится своими силами. И да, мой отец тот еще ублюдок, — с губ Драко сорвался нервный смешок. Фред неловко почесал щеку, протягивая раскрытый подсигар гриффиндорке.       Хах, сколько же прошло времени с тех пор, как она курила последний раз? Года два так точно. Если не изменяет память, то она попыталась избавится от этой пагубной привычки за несколько месяцев до переноса в прошлое, и даже не думала возвращаться к старой привычке в текущем промежутке времени.       — Ты серьезно даёшь двенадцатилетнему ребенку сигареты? — светлая бровь леди Малфой выгнулась, от чего лицо приобрело несколько издевательское выражение, однако взяла одну сигарету из протянутого футляра, поджигая ее от палочки.       — Тебе сегодня можно, — ухмыльнулся рыжий, так же прикуривая. — Могу притащить огневиски. Отпразднуем то, что ты освободилась от тирании.       — Пожалуй, обойдусь. Не переношу виски, — махнула рукой маленькая мисс, и с легкостью запрыгнула на подлокотник, отрешенно смотря в окно. — Да и не факт что этот ад полностью закончился. Поговорим об этом после первого совершеннолетия.       — Драко, — впервые обратился к ней по имени Фред, облокотившись на край подоконника и положив голову на сложенные руки. — У тебя все получится, потому что ты - это ты, и просто потому что ты самый стойкий и сильный человек из всех кого я знаю. Ты не обязана быть идеальной и самой лучшей только потому, что так тебе сказали родители в надежде вылепить идеальную наследницу. Они не имеют права отыгрываться на тебе за собственные ошибки и делать тебя тем, кем ты не должна становится.       — Спасибо, — блондинка искренне улыбнулась, все же потрепав по голове старшего близнеца. Впервые она действительно чувствовала себя по-настоящему сильной. И Фред прав, она действительно со всем справится. — Правда, я не особо верю в свою силу, но спасибо. Правда спасибо, эти слова много значат для меня.       — Я так понимаю, к родителям ты больше не вернёшься? — парень прикрыл один глаз, словно прищурившись от незамысловатой ласки.       — Надеюсь на это, — мечтательно выдохнула блондинка, всё ещё продолжая улыбаться. Почему-то чувствовала небывалая лёгкость от этого разговора, хотя вся ситуация определенно была странной и не вписывалась в привычную картину мира где старший близнец притворяется шутом на потеху публике. Было странно видеть его серьезным, с едва заметной улыбкой на губах.       — Приезжай к нам в гости. Может это и не изысканный мэнор к которому ты привыкла, но у нас по крайней мере никто никого не бьёт, и в целом весьма весело. Мама хотела познакомиться. Она готовит очень вкусные пироги. А, да, ты же не ешь сладкое… но мама в целом вкусно готовит, тебе обязательно понравится. А еще недалеко от дома есть большое поле над которым можно полетать, а дальше озеро, вода в нем холодновата, но летом купаться самое то. И роща. Там тоже очень красиво, — продолжал тараторить рыжий, словно боясь, что Драко непременно откажется. Но видя, что девушка все еще слушает его болтовню, довольно улыбнулся. — Грейнджер уже согласилась погостить недельку.       — Кто я такая, чтобы оставить Эми вам на растерзание. И я так понимаю, что Поттер пойдет комплектом ко всей этой вакханалии, — засмеялась маленькая мисс. Пожалуй, было бы действительно неплохо провести абсолютно свободную ото всех прежних заморочек неделю. Не строить из себя благородную леди, не оправдывать чьи-то ожидания, не ходить с высоко поднятым подбородком и ровной спиной, будто проглотила черенок от граблей. А просто весело провести время, будто ей и правда всего двенадцать. — Ближе к лету договоримся о конкретных числах.       — Я все забываю сказать что тебе очень идут заколки. Почему-то, ты ассоциируешься у меня с ландышами, поэтому решил подарить нечто подобное. — Фред неловко усмехнулся, словно смутившись собственных слов, и тут же сменил тему. — За напоминалку спасибо, кстати. Я действительно стал успевать делать все, что планировал, просто потому, что перестал забывать о делах.       — Почему ты ассоциируешь меня именно с ландышами? — уточнила гриффиндорка, не давая парню съехать с щекотливой темы, что смущала его.       — Я знаю, что Лавгуд считает, будто твоя аура приносит удачу, и думаю, что согласен с ней. — крайне обтекаемо ответил Фред, отводя взгляд в сторону. Так и подмывало подшутить над ним в издевательской манере, но это лишь оттолкнет, поэтому девушка выбрала немного иной курс.       — Раньше была традиция на празднование весны проводить так называемый “ритуал ухаживания”, — вмиг покрасневшие уши старшего близнеца словно раззадорили горячую кровь рода Блэк, и Драко просто не могла умолчать о традициях средневековой Англии. — Парень оставлял букет ландышей у двери своей возлюбленной, и если она отвечала ему взаимностью, то должна прийти вечером на танцы с ландышами, вплетенными в прическу. В основном подобные ухаживания заканчивались женитьбой.       — Оу… — лицо Фреда буквально вспыхнуло, затапливая краской румянца усеянные веснушками щеки. Он словно невзначай попытался прикрыть лицо рукой, но это слабо помогало скрыть смущение. — Я не знал о подобном.       Ответом ему стал звонкий смех Драко. Такой свободный и счастливый. Впервые за последние годы она смеялась так искренне и безмятежно, смотря на то, как от старой легенды смущается ее любимый. Пожалуй, она давно не чувствовала такого счастья.

***

      Второе мая, день ее персонального траура, который первые несколько лет проходил в истериках и нервных срывах, потом это перешло в самоповреждение, а потом и вовсе в апатию. Подобную апатию она чувствовала и в прошлом году, это же чувство преследовало ее и в этом, не смотря на то, что Фред жив. Глупые панические мысли иногда нет-нет да проскальзывали, но благодаря терапии она могла вовремя ловить их, дабы этот камушек не стал дырой в плотине, которую она старательно выстраивает который месяц.       Драко с самого утра чувствовала упадок сил и упадническое настроение. Не хотелось есть, на занятия шла по инерции, и чуть было не ушла на опушку Запретного леса, где в прошлом-будущем располагалось кладбище. Конечно же сейчас там ничего нет, блондинка убедилась в этом еще в прошлом году, но она как зачарованная шла к выходу из школы, где ее и перехватил Поттер, затащив в библиотеку для совместных занятий, что уже вошли в привычку. На их привычном столике стоял аккуратный букетик в миниатюрной вазе, а картонная открытка, что крепилась к серебристой ленте доходчиво объясняла, кому этот букет предназначался.       Было немного… странно что ли, получать цветы. Не то чтобы их ей не дарили раньше, просто никто не делал этого просто так, без повода. Просто потому, что захотелось. Но почему старший близнец решил преподнести букет именно сегодня, в день своей смерти в прошлом-будущем? То, что это подарок от Фреда сомневаться не приходилось, старший из рыжих любил эти цветы, и именно он выбирал те заколки, поэтому логично предположить, что и в этот раз подарок был именно от него. Но Гермиона все равно помахала палочкой вокруг ландышей, после чего довольно и немного хитро улыбнулась.       Поттер тут же стал выпытывать, от кого именно этот букет, раз подруги так понимающе переглядывались, однако так и не получив внятного ответа, обиделся, уходя за учебной литературой. Зачем ему знать подобную информацию Драко не понимала, но тут скорее взыграло природное любопытство гриффиндорца, из-за которого он засовывал свой нос во все неприятности. Благо в этой ветке событий все разворачивалось достаточно мирно, а энтузиазм шрамоголового придурка был направлен на освоение магического мира, дабы прижиться в нем.       — И она мне еще говорила про “безнадежно”, — делано возмутилась Эми, в ответ на смущенную улыбку Драко.       — Ничего не говорила, — шикнула на нее блондинка. — Лучше расскажи откуда у сама-знаешь-кого появился букет полевых васильков на столе? Я знаю что ты стала изучать язык цветов чтобы завуалированно донести свою мысль до получателя, однако не думала что будешь использовать полученные знания таким образом.       — Что плохого в цветах? — задорно улыбнулась слизеринка, пользуясь тем что Поттера нет в зоне видимости.       — Ничего. Белые гвоздики были весьма красивыми. Васильки… “не могу навязывать чувства”, я правильно помню? — на самом деле, Гермиона уже давно занималась этой абсолютно романтической чепухой про язык цветов, просто до этого не оказывала подобные знаки внимания кому-либо, кроме Молли и Минервы. — Крестный сегодня менее мрачный, чем обычно, думаю, все благодаря вазе на его столе.       — Ну не смеши меня, — ударила ее в плечо шатенка. — Накануне вечером он выглядел очень… грустным? Хотя скорее отрешенным. Поэтому я решила, почему бы и нет. Мне двенадцать лет, никто не воспримет всерьез букет от малолетки.       — Пользуешься возрастом, — хмыкнула блондинка, посмотрев на букет снова. — Ландыши вроде символ удачи?       — Счастья, удачи, и нежной любви, — улыбка подруги стала ехидной. — Если ты только не собираешься бросить его на землю, что будет означать отказ от чувств дарителя.       — Не собираюсь, — в планы девушки входило засушить их, и сделать закладку, чтобы всегда помнить об этом моменте.       Постепенно в библиотеке стали появляться и другие. Рон, который пришел только ради помощи с эссе по Травологии, Джинни, которой просто было скучно и в женской компании, пусть и на год старше, она чувствовала себя лучше, Луна, что с мечтательной улыбкой села около окна наслаждаясь ярким солнцем, и близнецы, которым очень срочно понадобились какие-то книги, и Драко делала вид, что упорно не замечает того, как младший близнец косится то на букет, то на брата.       Спустя полчаса это пантомима надоела Джорджу, тем более что брат даже не собирался ничего объяснять, расположившись прямо на полу, и полностью погрузившись в чтение, игнорируя реальность, и в особенности младшего близнеца. Видя подобную несправедливость он решил отплатить тем же, уткнувшись в книгу, оставшись стоять рядом с братом.       — Слушай, еще немного и подснежники буквально загорятся от твоего взгляда, — лениво протянул Поттер, растянувшись на столе в библиотеке.       — Пиши свое эссе и не отвлекайся, — шрамоголовый состроил удрученную морду, не сводя взгляда с цветов. Драко на это только улыбнулась, вновь смотря на аккуратный букетик, перевязанный серебристой лентой. — И это ландыши. Подснежники в мае не цветут.       — Есть принципиальное различие? — подал голос Рон, что до этого молча смотрел в потолок, словно пытаясь собраться с мыслями, которые разбегались, словно майские жуки, что наводнили библиотеку сквозь открытые окна.       — Конечно, дурья твоя голова, — нахмурилась Джинни, смотря на тугодумного брата. — У них абсолютно разные цветки.       — Я ничего не понимаю в вашей девчачьей требухе, — скривился младший Уизли.       — А как ты Травологию собрался сдавать? — отвлекся от чтения Джордж, и чуть не уронил книгу на голову Фреда, что увлеченно что-то записывал в тетрадь, сидя на корточках около раскрытого фолианта.       — Как-нибудь, — пожал плечами Рональд.       — Ты подснежник от ландыша отличить не в состоянии, умник, — холодно бросила Драко, смотря на младшего из рыжих с приподнятой бровью. — Как собираешься лилию от мимикрирующей лианы отличать?       — Так это на пятом курсе проходят, еще рано. — бросил Фред, продолжая что-то чертить в тетради. Явно замыслили какую-то новую пакость и ведут расчеты. — Пока что не должно быть слишком уж сложных для различия растений. Ронни-бой просто никогда не видел весенних цветов так близко.       Рональд на это заявление бурно запротестовал, за что получил недовольный взгляд от мадам Пинс и озвученную просьбу вести себя сдержаннее и не мешать остальным учиться. Однокурсник смутился и вернулся к написанию эссе по Травологии, обиженно надув щеки на высказывания старших братьев.       Эми довольно улыбалась, стоило взгляду зацепиться за маленькую вазочку с аккуратным букетиком и подмигнуть подруге. Зубрилка сегодня выглядела более оживленной чем обычно, так же как и Луна периодически переводя взгляд на окно, и едва заметно улыбалась, прикрыв глаза.       — Думаю, стоит устроить небольшой пикник. — певуче произнесла Луна.

***

      — А я говорила, невозможно проклясть нематериальный предмет. Проклята не должность, а то, что с ней связано. — Грейнджер сделала максимально заговорщический вид.       — Ты сейчас серьезно? — Драко скептически выгнула бровь. — То, что второй преподаватель падает с лестницы и разбивает голову еще не доказывает твою теорию.       — Но и не опровергает! — возмутилась слизеринка. — Сама подумай, это уже второй случай. В первый раз была главная лестница, теперь это лестница в кабинете. При всем при этом, Локхард уже падал с нее однажды и сломал ногу.       — Может они просто невезучие идиоты? — вставил свои пять сиклей дремавший до этого джарви.       — Энсом дело говорит, — блондинка вытащила питомца из капюшона и переложила на руки, почесывая мягкое брюшко. — Вот если третий преподаватель голову разобьёт, то будем рассматривать твою теорию всерьез.       — Ди, ты не понимаешь! — раздраженно цокнула языком шатенка. — Мне нужны ответы сейчас, иначе я не успокоюсь!       — Ты в курсе, что подобные умозаключения требуют контролируемого эксперимента? — Драко чуть поморщилась от яркого света, что проникал сквозь раскидистые кроны внутреннего дворика.       — Как тяжело иметь дело со скептиками. — Гермиона явно выглядела расстроенной из-за того, что подруга не поддержала ее умозаключение.       — Я думаю Драко права, нам просто не хватает доказательных фактов, — улыбнулась Луна, сложив руки за спиной, и чуть поддалась вперед, будто хотела поведать страшный секрет. — На самом деле, я думаю что проклята не одна лестница, а все, просто в случайном порядке.       — Почему именно такой вывод? — нахмурилась Драко, краем глаза заметив как спешащий к ним Поттер растянулся на небольшой лестнице, проехав задницей несколько ступенек. — Учишься балету, Поттер?       — А ты сегодня прям источаешь радушие, — уныло выдохнул шрамоголовый, смотря на порванный подклад мантии.       — Вот, видишь?! — тут же оживилась зубрилка. — Я тебе точно говорю, что лестницы прокляты.       — То, что Поттер неуклюжий, еще не доказывает твою теорию. — припечатала Драко, даже не собираясь помочь однокурснику, что слушал их разговор и похоже, не собирался вставать. — Что уши развесил?       — Да я тоже думаю, что лестницы прокляты. — зеленые глаза были почти что круглыми, словно пытаясь потягаться размером с несуразными очками. — Уже не в первый раз падаю.       — Луна, ты хоть раз падала с лестниц? — блондика призадумалась и отрицательно мотнула головой, от чего послышался мелодичный звон колокольчиков, вплетенных в волосы. — Я тоже ни разу не падала. Эми?       — А вот я падала. — надула губы подруга. — И достаточно часто.       — Я думаю, это происки морщерогих кизляков, — со знанием дела произнесла Лавгуд.