Волшебство омелы

      Рейвен любила эту кофейню как минимум потому, что она объединяла в себе и вкусный кофе, и библиотеку. Как максимум — там работала Лекса Грин. Рейвен была тайно влюблена в нее с первого курса, то есть уже два года. Подруги давно подшучивали над девушкой, что та за это время успела выпить весь городской запас кофе, но с Лексой ни разу так и не заговорила.       Рейес каждый день приходила в кофейню, заказывала большую порцию карамельного латте и садилась в огромное кресло-мешок у окна. Подоконники, к слову, были низкими и широкими, за ними удобно было работать с ноутбуком. К тому же, оттуда открывался отличный вид на барную стойку, за которой работала Лекса.       Грин знала многих посетителей, у неё была хорошая память, а когда каждый день пишешь чьё-то имя на стакане, тем более запомнишь. Многие пытались подкатывать к ней, как правило парни, реже девушки. Лекса часто ловила на себе взгляд Рейвен и слегка улыбалась ей, чем абсолютно точно смущала посетительницу. Это даже забавляло. Конечно, Лекса догадывалась, что нравится Рейвен, но девушка не предпринимала никаких попыток даже заговорить, и Лекса приняла правила игры.       График Лексы был совершенно не щадящим, она работала почти каждый день. Но лояльное руководство позволяло сбегать на занятия посреди смены. Лекса была из приемной семьи, в которую попала уже довольно взрослой, поэтому отношения не сложились. Чтобы не зависеть от чужих людей, девушке приходилось работать практически без выходных. Поэтому в канун рождества Лекса не уехала к семье в Кросби, как другие студенты, а осталась в Ливерпуле.       Она любила свою работу, это место было очень уютным. Небольшой зал с высокими потолками, светлыми молочно-нежными стенами, вдоль которых стояли стеллажи с книгами. Большие панорамные деревянные окна. Кресла-мешки и небольшие диванчики. В центре зала стояло несколько столиков для посетителей, которым было удобнее есть и работать за столом. Над каждым рабочим местом висели лампы дополнительного освещения, потому что основной свет в кофейне был тёплым и приглушённым. В этой кофейне девушка чувствовала себя как дома, она даже иногда оставалась здесь на ночевки после долгого и трудно дня. Заботливые владельцы заведения, пожилая пара, поставили для неё в подсобке диван с постельными принадлежностями и небольшой шкаф для личных вещей.       Вот и сегодня Лекса решила не тащиться домой после смены, а остаться и украсить зал к Рождеству.       Рейвен возвращалась домой после тренировки. Когда она проходила мимо кофейни, заметила, что свет все ещё горит, хотя время было позднее. Девушка решила проверить, все ли в порядке, подошла к дверям, дёрнула за ручку, и та поддалась.       Лекса была в подсобке, доставала коробку с елочными шарами, когда звякнул колокольчик, и девушка поняла, что не закрыла двери. Когда она вышла в зал, на пороге стояла растерявшаяся Рейвен.       — Привет, — Лекса удивилась, но приветливо улыбнулась девушке. — Что ты здесь делаешь?       — Привет. Я... Эм... — у Рейвен начиналась паника, она не ожидала, что дверь откроется, и она натолкнется на Лексу. Хотя, нет, где-то глубоко внутри она надеялась на это. И вот они обе здесь, у Рейес отличный шанс наконец пообщаться с девушкой мечты, но вместо этого она мычит и не может выдавить из себя хоть что-то членораздельное, какой стыд. — Я шла мимо, увидела свет, решила убедиться, что все в порядке. А ты почему здесь? Уже довольно поздно.       — А, да я тут украшаю зал к Рождеству. Точнее собиралась, — пояснила Лекса, когда Рейвен огляделась по сторонам и не увидела ни одного украшения.       — Хочешь, я помогу? — выпалила Рейвен и тут же пожалела. Она не была уверена, что ее сердце выдержит находиться с Лексой наедине.       — Если тебе не нужно домой, то я с радостью приму помощь, — улыбнулась Грин. — Кстати, я Лекса, — протянула она ладонь.       — Да, я в курсе.       Лекса сжала ладонь девушки: «Теперь мы официально знакомы, Рейвен». И подмигнула.       Ладонь Лексы Грин была слегка прохладной, а кожа мягкой и нежной. Рейес ее такой и представляла. Не то, что у неё самой, из-за частых тренировок кожа на руках Рейвен огрубела, и смягчающие крема мало помогали.       — Ну что, давай начнем с елки, нарядим ее вместе? Вдвоём это будет не так тоскливо.       Девушки вынесли коробки, в которых хранилась ель, собрали ее, не без труда установили на подставку и принялись наряжать. Лекса залезла на табурет, а Рейвен подавала шары. Когда Лекса забирала очередной шар из рук Рейес, она не удержалась и слегка погладила пальцы девушки. Лицо Рейвен залило краской, она подняла смущенный взгляд на Лексу, а та лишь подмигнула и улыбнулась, забрала шар и, словно ничего и не произошло, повесила его на елку.       —Так чем ты занимаешься, Рейвен? — нарушила смущенную тишину Лекса. — На каком направлении учишься?       — На инженерном, — ответила Рейес.       — О, здорово. А я на архитектурном.       — Я знаю.       — Шпионишь за мной? — ухмыльнулась Грин и вопросительно изогнула бровь.       — Просто я наблюдательная. Видела тебя несколько раз за работой над графиками, подумала, что это курсовая, — пожала плечами Рейвен.       — Кстати, а ты что так поздно домой возвращалась?       — Тренировка, — Рейвен подала руку Лексе, помогла спуститься со стула. За разговором девушки не заметили, как елка оказалось наряженной. Они решили сделать перерыв на кофе: работы было еще много, не помешало бы взбодриться.       — Чем занимаешься? Только не говоришь, что футбол, — закатила глаза Лекса.       — Нет, баскетбол.       — Круто, — обрадовалась Лекса. — В детстве мечтала стать женой баскетболиста, а тут ты, это же судьба.       Девушка рассмеялась, заметив, что щеки Рейвен снова стали пунцовыми.       — Расслабься, Рейвен, это всего лишь шутка.       — Ага, — брюнетка издала нервный смешок. — Ты меня своими шутками сведёшь с ума.       — Этого и добиваюсь, — весело подмигнула Лекса.       После кофе девушки решили разделить работу. Рейвен закрепляла гирлянды на окнах и книжных стеллажах, а Лекса развешивала оставшиеся ёлочные украшения над барной стойкой и рабочими местами. Все было почти готово, но Лекса решила, что среди стеллажей стоит повесить омелу. Она вытащила стремянку, нашла отвертку и пару саморезов, в тёмной кладовой отыскала подходящую рейку.       Рейвен закончила с гирляндами и пошла проверять, как дела у Лексы. «Что делаешь?» — спросила она, наблюдая, как упорно девушка вкручивает саморезы.       — Хочу подвесить омелу, вдруг благодаря мне кто-то станет счастливее, — улыбнулась Грин.       Когда дело было сделано и омела заняла свое место на рейке, довольная Лекса начала спускаться со стремянки, но зацепилась штаниной за край ступеньки, полетела вниз и рухнула прямо на Рейвен. Чудом устоявшая на ногах Рейес помогла Лексе встать, проверила мимоходом, не поранилась ли девушка, потом подняла голову и поняла, что над ними висит та самая омела. Лекса тоже подняла голову и тихо улыбнулась.       — Может, она сделает счастливее меня, — почти шепотом спросила Рейвен.       — Давай проверим? — Лекса потянула девушку к себе.       Этот поцелуй стал новогодним чудом Рейвен.       — Как же долго я к тебе шла, — выдохнула Рейвен прямо в губы Лексы.       — Это уже не имеет значения, главное, что сейчас ты здесь. Со мной, — Лекса закинула руки на плечи Рейес, обняла ее и уткнулась носом в чужую шею. — Я тебя ждала.