🎄🎄🎄
28 декабря 2021 г., 23:00
Гермиона отлично знает, что Драко Малфой предпочитает получать экстравагантные и изысканные подарки. Пусть это их первое совместное Рождество, но девушка наблюдала за его реакцией раньше — она даже специально следила за ним — на протяжении многих дней рождений и праздников, чтобы отличить плохую реакцию от хорошей. То, как он сужает глаза или как поджимает губы. То, как раздуваются его ноздри и вздымается грудь. Девушка достаточно хорошо изучила повадки Драко, чтобы понимать, что и как ему нравится.
Разумеется, его требования обусловлены множеством факторов. Но прежде всего это комбинация нескольких составляющих: аристократическое воспитание, потакавшие ему родители и богатое фамильное наследие, о котором большинство ведьм и волшебников даже не мечтают.
Поэтому подарки много значат для Драко. Она не может его разочаровать.
Что желает волшебник, способный купить себе весь мир?
Все, что заблагорассудится, — думает Гермиона.
Но девушке прекрасно известно, что желает он только ее.
Ее обнаженное тело освещено бликами огня камина и мягким мерцанием гирлянды на рождественской елке, и, несмотря на то, что это подарок для него, она не в силах отрицать чувство предвкушения и возбуждение, зарождающееся внутри нее.
Пламя камина обжигает голую плоть ее ягодиц, но девушка не обращает внимания на его жар. Розовые соски напрягаются, становясь тверже, а грудь вздымается от предвкушения. Прежде чем снять трусики и швырнуть их к остальной одежде, девушка уже была мокрой, но теперь ощущает, как ее возбуждение скапливается между бёдер.
От звука ожившего камина в соседней комнате у нее сводит мышцы живота. Чтобы скрыть волнение, она заводит руки за спину и судорожно сцепляет пальцы.
— Дорогая? — зовет Драко, едва выйдя из камина.
Его шаги все ближе.
— Я здесь, — успевает произнести она уверенным голосом, прежде чем он появляется в дверном проеме.
Он тотчас же замирает, выпрямив спину и приподняв подбородок.
Его взгляд заставляет ее ерзать на месте, сжимая бедра в поисках трения.
Он удивленно приподнимает бровь.
— Что здесь происходит? — спрашивает он, делая шаг вперед.
Драко приближается к ней, подобно хищнику, подбирающемуся к своей жертве — черты его лица расслаблены, но по блеску серых глаз она догадывается, что он точно все понял.
— Счастливого Рождества, — произносит она в ответ, выпячивая вперед грудь.
Его взгляд опускается ниже, и в этот же момент его язык скользит по нижней губе — единственное, что он не может контролировать. Затем его ноздри раздуваются. Он делает глубокий вдох, но не отводит глаз. Облегчение смешивается с желанием, тягучим и непреодолимым, в ее груди.
— Ведь сегодня только Сочельник, — уточняет он.
Она вздрагивает, когда он проводит большим пальцем по ее шраму, расположенному над сердцем. Именно этот шрам Драко любит целовать, когда во время занятия любовью Гермиона оказывается сверху, и достаточно лишь воспоминания, чтобы по ее венам пробежал новый всплеск жара.
Глаза девушки почти закрываются, когда он касается ее груди, нежно сжимая в своей ладони.
— Я хотела преподнести тебе подарок пораньше, — тихо отвечает Гермиона, закатывая глаза.
Она возвращается в реальность только тогда, когда он перестает прикасаться к ней, опуская руку.
— Ты уже приготовила мне несколько подарков, — говорит он, указывая взглядом на елку.
Под ней лежит множество коробок, аккуратно завернутых в серебристую бумагу и украшенных огромными бантами из красных лент.
Она одаривает его пристальным взглядом.
— Ох, ну раз тебе этого достаточно…
Девушка успевает сделать всего лишь шаг, прежде чем его ладонь оказывается на ее плече, а длинные пальцы легко охватывают ее руку. Его перстни холодят кожу, и девушке приходится сдерживать дрожь.
Так происходит каждый раз, когда Драко прикасается к ней.
— Ничего подобного, — он понижает голос, наклоняясь вперед, чтобы говорить ей на ушко. — У меня тоже есть кое-что для тебя.
Торжествуя, она непроизвольно улыбается, ее сердце учащенно бьется.
— Правда?
Драко обходит девушку и встает у нее за спиной, касаясь обнаженной кожи Гермионы лишь тканью костюма.
Но вместо ответа он отдает ей приказ.
— На колени, дорогая.
Ее бедра сами собой сжимаются от твердости его голоса. Даже не поворачиваясь, она догадывается, что глаза Драко потемнели.
Они играли в эту игру несколько раз раньше, и девушка надеется, что он вознаградит ее за инициативу.
С бешено колотящимся сердцем она опускается на ковер, усаживаясь на пятки, а ее колени погружаются в мягкие волокна. Пульс гулко стучит в венах, и его темп неуклонно растет, чем дольше Драко медлит. С каждой секундой стук сердца раздается в ушах и трепещет на шее, заполняя тишину между ними. Драко проявляет чудеса выдержки, но она никогда не была терпелива.
Сжимая пальцы на коленях, она почти не замечает шороха ткани за спиной.
Он не дал ей больше никаких указаний, — например, закрыть глаза или не поднимать голову, — но она не оборачивается. В конце концов, отсутствие инструкций не означает отсутствие ограничений, а ей не хочется преждевременно испортить свой и его подарки.
— Раз уж ты была такой хорошей девочкой, я лишь немного подразню тебя.
Она не уверена, это обещание или угроза, но тем не менее его слова пронзают ее тело сильным импульсом возбуждения. И когда он отходит в сторону и аккуратно кладет свой пиджак на спинку кресла, она понимает, что скорее всего речь идет о первом. Закатанные до локтей рукава и расстегнутый воротник — верный признак того, что он тоже долго не продержится.
Девушка слышит тихое «Акцио», и один из десятков подарков летит к ней. Он приземляется на ковер между ее раздвинутыми коленями, а Драко встает рядом с ней. Когда его рука касается ее щеки, она не может удержаться, чтобы не прижаться к ней. Бедро Драко упирается в ее плечо, и она даже не пытается скрыть, насколько ей нравится их энергетический обмен.
— Открой его, пожалуйста. Будь аккуратней с лентой.
Гермиона, не теряя даром времени, аккуратно развязывает красный бант и проводит пальцем под краем бумаги, прежде чем отклеить ее. Тем временем он продолжает поглаживать ее, его пальцы погружаются в волосы девушки, нежно распределяя локоны, снова и снова. Несмотря на то, что она обнажена и стоит на коленях перед ним, его прикосновения наполнены благоговением.
Серебряная оберточная бумага скрывает простую белую коробку, но таинственность только разжигает пламя ее возбуждения. Его рука замирает, когда она поднимает крышку. Гермиона вздрагивает, когда понимает, что за предмет находится в ее руках.
Внутри лежит изумрудно-зеленая секс-игрушка в форме буквы С, один конец которой длиннее и толще другого. Гермиона ощущает мягкость материала вибратора кончиками пальцев.
— Ты купил мне... — медленно выдыхая, она теряет дар речи.
Она чувствует, как Драко опускается на пол позади нее. Он обнимает ее за плечи, и прижимается грудью к спине девушки.
— Я знаю, как сильно ты любишь мои руки, — начинает он, — и мой язык, и мой член. Но это...
Она может только смотреть в полном восторге, когда он берёт коробку из рук девушки и достает игрушку из упаковки. Вытащив палочку, Драко трижды касается ею вибратора. Он увеличивается, начиная громко вибрировать. Один конец игрушки расширяется, а другой сплющивается, и нет никаких сомнений в том, насколько сильную стимуляцию с их помощью она получит.
— Надеюсь, соседи услышат, как ты выкрикиваешь мое имя, пока я играю с тобой.
Гермиона пытается заговорить, но в горле пересохло.
Девушка лишь на мгновение мешкает, и Драко в ту же секунду вкладывает игрушку в ее руку, та пульсирует с равномерным гулом, и Гермиона почти стонет от прилива жара внизу живота.
— Соседи... Но…
У них не было соседей. По крайней мере, поблизости.
Несмотря на шок, она замечает его ухмылку.
— Думаю, тебе стоит серьезно отнестись к моим словам, любовь моя.
Игрушка все еще вибрирует в ее ладони, Драко протягивает руку вперед и хватает отброшенную ленту. Быстрым заклинанием он удлиняет ее и наматывает на кулак.
— Выпрямись, — быстро коснувшись бедра девушки, приказывает он, совершенно не обращая внимания на то, что ее челюсть все еще отвисает от шока. Гермиона не сразу подчиняется, но более резкий тон побуждает ее двигаться. — Руки за спину.
Она может только стоять неподвижно, пока он обвязывает лентой ее ребра и приподнимает вверх грудь, а затем быстро обматывает плечи, чтобы удержать их в нужном положении. Ее руки, сцепленные за спиной, надежно фиксируются лентой на запястьях.
Одного вида ее перевязанной груди, еле удерживаемой атласной тканью, достаточно, чтобы она покраснела. Гермиона уверена, что выглядит очень развратно, будучи обнаженной и скованной простой рождественской лентой.
Драко обвязывает ее бедра, а затем заводит ленту между девичьих ног и затягивает концы, сдавливая ее клитор.
— Теперь , — он делает паузу, чтобы сильнее обхватить пальцами концы ленты, — сядь обратно.
Она садится, как было велено, но он переместился вперед настолько, что ее задница оказалась у него на коленях. Извиваясь в его крепких руках, девушка наслаждается восхитительными ощущениями от удерживающих ее пут. Он молчит, перекладывая оба конца ленты в одну руку, а другой забирая игрушку. Она не может не раздвинуть бедра шире, когда его пальцы просовывают вибратор под ленту.
Учитывая, как сильно она мечтала об этом, — планировала свой сюрприз и ждала с замиранием сердца весь день, — игрушка легко проникает в нее. Толстый конец скользит внутрь, а более плоский и тонкий прилегает к ее клитору.
— О боги, — стонет она от внезапного всплеска ощущений, с всхлипом запрокидывая голову назад.
Игрушка пульсирует: один конец вибрирует на клиторе, а другой посылает импульсы по чувствительной точке G. Она изгибается от этих ошеломительных ощущений, и в качестве награды Драко крепче стягивает ленты.
— Ты такая хорошая девочка, Гермиона.
Он вводит игрушку еще глубже, сильнее прижимая ее к клитору, и Гермиона вздрагивает от удовольствия. Его твердый член упирается ей в задницу, расположившись прямо между ягодиц, и это лишь усиливает желание, затуманивающее ее разум.
Прежде чем она успевает выпустить сдавленный стон, он нежно целует мочку ее уха.
— Готова?
Не дожидаясь ее ответа, Драко ослабляет ленты, обхватывающее ее бедра, настолько, что игрушка начинает выскальзывать. Он медлит мгновение, вибрация усиливается, восхитительно стимулируя внутренние стенки у самого входа во влагалище. А затем быстро стягивает ленты, вновь вводя игрушку и прижимая ее к клитору, и девушка вздрагивает.
— Черт, Драко...
Он повторяет свои действия снова и снова, трахая ее игрушкой с помощью ленты. Он дает и берёт, прижимаясь и отстраняясь от нее при каждом движении. Заставляя ее принимать вибратор глубже, он удерживает игрушку на месте и затягивает ленту, когда девичьи стоны становятся хныканьем. Драко наматывает концы ленты на руки и с легким касанием проводит ими по ее бедрам, отчего по коже девушки пробегают мурашки, а затем вновь ошеломляет ее сильным рывком.
Она чувствует, как пульсирует его член, а ткань его костюма неприятно натирает кожу ее ягодиц. Но она не может остановиться — она не хочет останавливаться — и старается как можно сильнее тереться о его колени, насаживаясь на вибратор.
— Вот так, — успокаивает он, когда ее бедра начинают двигаться хаотично, а покачивание становится содроганием. — Ты близко?
— Да, — выдыхает она.
Оргазм стремительно зарождается внизу живота, и он почти накрыл девушку.
В ответ Драко отстраняется, ослабляя ленты, так что игрушка больше не касается ее клитора.
— Что... нет... — восклицает она, извиваясь в его руках в попытке вернуть трение.
Драко посмеивается, проводя губами по ее челюсти.
— Я думал, что это представление для меня? Мне кажется, бестактно указывать кому-то, как ему следует наслаждаться своими подарками, дорогая.
Ответом Драко служит разочарованный стон, и она запрокидывает голову назад. Грудь слегка подрагивает, и соски выскакивают за край ленты. Руки скованы за спиной, а ей так хочется погладить, потянуть и подразнить соски.
— Прости , — неохотно извиняется она.
Лишь когда ее дыхание выравнивается, он возобновляет свои манипуляции, мучительно медленно усиливая и ослабляя натяжение ленты. Неспешно, почти вальяжно, но даже такое мягкое трение оказывает достаточный эффект, и ее бедра снова начинают подрагивать.
— Знаешь, — размышляет Драко, — если бы мне не приходилось удерживать тебя на месте, я мог бы сделать игрушку больше, или длиннее, или толще...
Чтобы подчеркнуть свою мысль, он натягивает ленту, вибрирующий кончик снова упирается в ее клитор.
— Ахх...
От удовольствия по спине Гермионы пробегают волны наслаждения.
— И у нее поистине невероятное количество режимов.
— Мммм, — бормочет Гермиона, не в силах понять какой-либо подтекст сказанного.
Драко может делать с игрушкой все, что ему вздумается, при условии, что он больше не остановится.
— Могу заставить ее вибрировать быстрее или сильнее, — продолжает он. — Я даже могу управлять ей издалека.
Когда он возобновляет движение, покачивая бедрами, чтобы побудить ее прижаться к игрушке, она чувствует, как стенки ее влагалища вновь начинают сжиматься.
— Может быть, однажды утром я отправлю тебя на работу с этим вибратором в трусиках и посмотрю, смогу ли заставить тебя кончить, пока всё еще лежу в постели.
Мысленного образа достаточно, чтобы подтолкнуть ее ближе, к самому краю, и она вздрагивает. Она представляет, — чувствует, — как игрушка пульсирует между ее ног точно так же, как сейчас. Но вместо того, чтобы быть связанной перед камином, она будет чинно сидеть за своим столом в Министерстве. Именно такие непристойные выходки ей по душе.
— Ты прекрасно справляешься, любимая , — хвалит он. — И поскольку я обещал, что не буду мучить тебя слишком долго, теперь ты можешь кончить .
Драко не заставляет себя долго ждать и снова натягивает ленту, с силой вдавливая игрушку. Он берет прежний темп, быстрый и действенный, чередуя толчки с вибрацией кончиков. Драко натягивает ленту, — один конец игрушки прижимается к ее клитору, в то время как другой скользит по чувствительным стеночкам, — когда слышит вибрацию, и ослабляет хватку, когда она стихает.
Вскоре Гермиона снова оказывается на грани оргазма. Она стремится к нему, ее бедра дрожат, а лента впивается в кожу рук, ног, груди. Атласная ткань сжимает ее грудь, создавая восхитительное трение сосков при каждом вздохе.
Как раз то, что было нужно ей, и девушка сжимает игрушку в тот самый момент, когда срывается с обрыва.
— О боже мой, Драко! — выкрикивает она его имя, как он и обещал. Она стонет, ее тело напрягается, глаза закатываются, а веки трепещут от удовольствия, которое разливается по ее венам. Оно струится по телу девушки, охватив ее, и наполняет конечности легким, искрящимся чувством. Гермиона сжимается сильнее, стенки ее влагалища пульсируют в такт продолжающимся вибрациям. — Драко!
Она извивается в путах, но удовольствие лишь усиливается. Накатывает вторая волна оргазма, и Драко позволяет девушке насладиться ею, продолжая тянуть за ленту, пока тело Гермионы не начинает подрагивать. Как только ее голова наклоняется вперед, он отпускает один конец ленты и прижимает ладонь между девичьих ног, удерживая игрушку. Последняя вспышка удовольствия пронзает девушку, и она лишь смутно осознает, что он отодвигает ткань, чтобы вынуть игрушку. Драко не убирает ленты полностью, лишь интенсивно массирует ее бедра, пока она окончательно не приходит в себя.
Откинувшись назад, она поворачивает голову к нему и пытается сфокусировать зрение. Драко продолжает ухмыляться, когда целует ее, а его руки блуждают по девичьим бедрам и сжимают талию.
— Готова продолжать? — спрашивает он, отстраняясь.
— А как же лента? — спрашивает девушка, сопротивляясь путам, но Драко лишь невинно смотрит на нее.
— Я разверну свой подарок, когда буду готов, Грейнджер.
Он помогает ей приподняться, магией призывает подушку и кладет перед Гермионой, а затем наклоняет девушку, прижимая щекой к мягкой поверхности. Находясь в новой позе, Гермиона широко расставляет колени и приподнимает задницу вверх. Драко удерживает ее бедра с помощью ленты в удобном для себя положении и шире разводит ягодицы девушки. Гермиона едва успевает уловить звук расстегивающейся молнии на его брюках, прежде чем чувствует, как член прижимается к влажным складочкам.
— А сейчас я хотел бы насладиться своим подарком в полной мере.
Гермиона счастливо вздыхает в подушку, ощущая, как восхитительно растягиваются стенки влагалища, когда он погружается в нее одним плавным, сильным движением.
— С Рождеством, Драко.
— Счастливого Рождества, дорогая.
