Вершина Эвереста

Утро началось с дикой боли в голове. И запаха сигарет. Виктория резко распахнула большие глаза. Это была не её комната. Слишком мрачно для неё. Со стороны ванной комнаты слышен шум воды. Девушка подорвалась с кровати. Она посмотрела на прикроватную тумбу. Часы показывали десять утра. Гирс попыталась встать, но ноги отказывались её держать. Упав на колени, она почувствовала ужасную боль во всём теле. Блондинка старалась вспомнить всё что вчера произошло. Виктория вспомнила как вчера пила с ребятами. Потом пошла в школу вместе с Блейзом. И тут в её голову врезалась картина, которая наверное на всю жизнь останется стоять перед её глазами. Слёзы предательски потекли из опухших глаз. Стекали на губы, на которых больно защипала царапина, подтверждая, что это был не кошмар. Вода в ванной перестала шуметь и через пару секунд из-за двери показался полуголый Драко с сигаретой в руке. Увидев плачущую Гирс, которая сидела на полу, сжавшись в комок, он бросился к девушке. Бросив сигарету в пепельницу, он приподнял Викторию и усадил на себя, крепко обнимая. — Чшш. Все хорошо, — Малфой пытался унять дрожь девушки, которая сейчас напоминала беззащитного воробушка. Услышав знакомый голос, Виктория повернула голову к Драко. Её взгляд полный ужаса заставил его насторожиться. — Что ты здесь делаешь? — девушка тихо спросила дрожащим голосом. — Живу, — парень усмехулся. — Тогда… тогда что здесь делаю я? — Так нужно. Драко отвернулся от девушки, показывая что не хочет больше отвечать на вопросы. Виктория вытерла слезы и встала. Парень встал следом. Она повернулась и только сейчас увидела в каком виде предстал перед ней Малфой. Его тело было полностью обнажено, за исключением полотенца, уже еле сидящего на бедрах. Еще не высохшие капли покрывали ключицы и грудь парня и скатывались на накаченный пресс слизеринца. Мокрые волосы хаотично спадали на лицо. Сквозь пряди на девушку вместо обычных глаз цвета стали смотрели темные грозовые тучи. Виктория отвела взгляд в сторону. — Ты куда? — На уроки опоздала. Надо собраться и идти. — Не нужно, — Гирс вопросительно посмотрела на слизеринца. — Я уже отпросил тебя у Снейпа на несколько дней. Тебе сейчас не до учебы. Если хочешь я сейчас соберусь и провожу тебя до комнаты… Раздался громкий стук в дверь. В комнату с криком ворвалась Паркинсон. — Малыш где ты ходишь?! Я уже заж…- Пэнси перевела взгляд на Викторию, — А эта шалава что здесь делает?! — Паркинсон. Сколько раз я тебе буду повторять не входить сюда без разрешения, — Драко прошипел и, подойдя к девушке, вытолкнул её за дверь. — Спасибо Драко что выручил, но дальше я как то сама, — голос Виктории резко погрубел. — Виктория, — парень подошел к ней и взял за руку. — Нет Малфой. Я сама доберусь до своей комнаты. Ты бы лучше свою псину дрессировал, чтоб поменьше лаяла, — слизеринка выдернула свою руку из хватки Драко и пошла в свою комнату. Паркинсон, стоявшая возле двери в комнату парня, злобно зыркнула на неё и вошла к слизеринцу. С трудом добравшись до комнаты, Гирс открыла теперь дверь. Войдя, она со всей дури захлопнула её и следом закрыла на замок. Виктория осмотрела помещение и её взгляд остановился на кровати. Девушка с яростью кинулась к ней и начала срывать постельное белье. Скинув все с кровати, слизеринка отпихнула все как можно дальше и упала на матрас. Сил плакать не было. Она просто лежала. Без каких либо мыслей. Без каких либо эмоций. Просто лежала посреди ненавистной ей комнаты, похожая на куклу. Прошла неделя. После того случая Виктория так и ходила приведением. Ни с кем не разговаривала. Длинные белые волосы на теперь вечно опущенной голове выглядели как ветви ивы. Черная одежда теперь, наверное, стала частью девушки. На уроках она старалась не подавать голос лишний раз, как будто боялась привлечь внимание со стороны какого нибудь парня. Гирс перестала общаться со всеми ребятами из компании. А Забини и вовсе обходила за милю. Видя разбитое состояние однокурсницы, Драко стал винить себя за произошедшее и перестал как либо тревожить девушку, лишь издалека наблюдая за её состоянием. Постоянным спутником так и осталась Дафна. В первые дни ей не удавалось никак вытянуть из Виктории хоть слово и они просто сидели в её комнате до отбоя. Сейчас же они могли обменяться хотя бы парой фраз. Но её состояние так и оставалось плачевным. Через несколько дней должны начаться каникулы. Виктория планировала уехать домой, но не знала как в таком состоянии покажется родителям. Хотя она хотела показать отцу до чего довело его предложение отправиться в Хогвартс. Она даже не хотела возвращаться в школу, но понимала что нужно завершить учебу. Гирс собирала вещи чтобы как можно раньше уехать из школы. Виктория старалась как нибудь взбодриться, чтобы не показывать свое состояние родителям. О своем отъезде девушка сказала только Дафне и попросила её никому ничего не говорить. Через пару часов, когда все лягут спать она отправится домой. В поместье раздался громкий хлопок. Затем грохот чего-то тяжелого. Владимир и София подорвались с кровати. Схватив палочку с тумбы, Гирс направился к источнику звука. Его жена же шла следом. — Черт. Каждый раз натыкаюсь на эту деревяшку! — шепотом возмущалась Виктория. — Кто здесь? — прозвучал голос отца, от которого слизеринка вздрогнула. — О. Папуль, привет. Извини что разбудила. Не поможешь мне выбраться, — девушка усмехнулась. В комнате включился свет. К Гирс сразу подбежала мать. — Виктория! Что ты тут делаешь? — София помогла ей встать. — Ну как же мам. Каникулы. Я просто решила приехать чуть пораньше, — блондинка мило улыбнулась родителям. Отец Виктории хоть и был рад приезду дочери но был недоволен её ранним отъездом из школы. Наобнимавшись с матерью и поговорив с отцом, успокоив его, что всё в порядке, слизеринка легла спать. Прошла неделя. Все друзья Виктории уже отпраздновали рождество. Подарок от Дафны не заставил себя ждать. Через два дня должен был наступить Новый год. Гирс вместе с домовыми эльфами украшала поместье к празднику. Огромная ёлка стояла в гостиной и уже была украшена множеством гирлянд и шаров. Вся красота праздника грела сердце Виктории и выводила её из состояния так называемой депрессии. Скоро настанет новый год и возможно в нём жизнь слизеринки изменится и пойдет в лучшую сторону. Сегодня девушка планировала отправиться в центр Петербурга и купить подарки родителям и друзьям. Виктория спустилась в гостиную где она надеялась найти родителей. -Мам, пап. Я сейчас уеду. Возможно меня не будет минимум до вечера. Так что… Не скучайте, — она радостно улыбнулась и побежала обратно в комнату. Поискав в гардеробе, Гирс нашла то что ей нужно и, одевшись, отправилась на прогулку по городу. К вечеру слизеринка вернулась домой. Зайдя с огромным количеством пакетов, чем она немало удивила родителей, Виктория убежала в комнату с криком «Не смотреть!». Гирс забежала к себе и закрыла дверь. Осмотрев все пакеты, она, с детским озорством, принялась всё доставать. Для девушки подарки всегда были важным или даже необходимым ритуалом праздника и она любила держать всё в секрете до самого конца. Через несколько часов все содержимое пакетов было разложено по коробкам и празднично упаковано. Виктория встала и, сдернув розовый скотч со лба, довольно посмотрела на груду подарков и, прыгая от радости, пошла ужинать. Наконец настал день праздника. С раннего утра с кухни доносились запахи различных вкусностей. Собственно это и заставило Викторию выползти из своего укрытия. Она добралась до источника запахов и, тихо подкравшись, стащила блинчик. Засунув его в рот, слизеринка попыталась так же тихо улизнуть, но её голову настигла поварешка. — И что мы тут делаем? — строгий голос матери не заставил себя ждать. Виктория изо всех сил постаралась впихнуть блинчик в рот. — Нифефо, — девушка была похожа на хомяка. — А ты не изменяешь своим традициям, — София громко рассмеялась. Виктория подхватила смех матери. Через полчаса семья уже сидела за столом и уплетала те блинчики, которые пыталась утащить слизеринка. День прошел незаметно за приготовлениями. Наступил глубокий вечер. До курантов оставалось пара часов. Домовики накрывали стол. Владимир читал газету, изредка посматривая телевизор. Виктория и её мать решили покорить отца своей красотой и побежали наряжаться. Последние штрихи в макияже и девушка, надев белоснежное платье и бежевые лодочки, вышла из комнаты. Родители уже ждали дочь для ежегодной фотографии. Виктория спустилась и сразу подошла к ёлке. София и Владимир улыбнулись дочери и встали побокам от девушки. Они обменялись улыбками и посмотрели в камеру. Через несколько минут должны были забить куранты. Гирс старший разливал шампанское по бокалам. София бегала в поисках бенгальских огней. А Виктория сидела и по детски улыбалась этой суматохе, которая не меняется из года в год. Наконец мама нашла ту самую коробку и вернулась к семье. Владимир включил обращение президента. Все тихо слушали, кроме Виктории. Она была погружена в надежду, что с началом нового года все изменится. Она так ждала этого момента. Забили куранты. Крики радости матери и смех отца окружили девушку. Они зажгли огни и дали один дочери. Слизеринка, смотря как радуются её родители, загадала желание. Загадала чтобы в её жизни всё пошло по другому. Двенадцатый удар прозвенел и в окно постучали. Виктория открыла окно и в гостиную поместья влетел темно-коричневый филин. Он приземлился на кресло рядом с Гирс и протянул лапку, к которой было привязано письмо. Девушка отвязала пергамент с лапки птицы и она тут же выпорхнула обратно. Виктория осмотрела конверт. На нем не было ни единой подсказки от кого оно. Даже печать ей была не знакома. Она вскрыла конверт и достала оттуда пергамент и кулон с рубиновой подвеской. Положив кулон на стол, Гирс села в кресло и пробежалась по строчкам, выведенным аккуратным почерком. «Виктория. Почему ты уехала ничего не сказав? Я беспокоюсь… И скучаю. С Новым Годом. Драко М.»