плечи в веснушках

майки кошмары по ночам сняться. он в поту холодном просыпается, и глаза у него на мокром месте. глядит на доракена мирно сопящего, себя за плечи приобнимает и лицом в колени утыкается. — эй, чего не спишь? - руки у доракена теплые, майки вздрагивает от контраста с его привычно холодным телом, когда рюгуджи ладонь на плечо ему кладет. — да так, - майки отмахивается от него и выпрямляется, руки на шею себе кладет. — опять кошмары снятся? сано чутка усмехается. на деле, его отчасти напрягает тот факт, что доракен знает его вдоль и поперек - каждый сантиметр его тела и каждую его повадку. кен чуть позади него сидит, ладони на щеки кладет и капли соленые вытирает. знает же, уеба такой, что майки как девочка после кошмаров хнычет. — майки. мандждиро молчит, знает, что слов-то никаких не надо. голову ему на плечо кладет и в светло-карие глаза смотрит. до мурашек по всему телу майки нравится, когда рюгуджи его по имени зовет. — я тебя люблю, - майки в глаза пристальной глядит, а доракен толко смеется. тихо-тихо, как-будто только для него одного, -- знаешь же, да? рюгуджи в макушку целует и пальцами созвездия вывалит меж его веснушек на плечах, потом каждый из синяков на предплечьях выцеловывает и в плечо майки утыкается. — красивый такой, - шепчет доракен куда-то в ключицу сано. — курить охота, - внезапно манджиро после полутораминутной тишины выдает. — ты же не куришь. — все равно охота. кен усмехается и легонько так губы обкусанные целует, невесомо почти.

"я запомнил

сон, где мы вдвоем

пытали день,

морили ночь.

пускали кровь

свое мечте,

она не сохла на

ноже."