Котики Дамиано

— Эй, привет, Эдгар, счастье моё! Я прилетел! Безумно соскучился, хочу тебя видеть! Хочу тебя! Обнимать, целовать, чувствовать!!! Приезжай, солнце моё, — возбуждённо кричит по видеосвязи Дамиано. Подмигивает, облизывает губы, специально распаляя Итана. — Я тоже соскучился, скоро буду. Джелато? — улыбаясь, спрашивает Итан, в предвкушении. — Было бы идеально! Я привёз белое калифорнийское! А ещё пиццу заказал, душу отдам за капричозу! — Дамиано закатывает глаза. Итан смеётся, смотрит на своего Дамиа снисходительно. — Жду, Эдгар! Приезжай скорее! — Дами отключается, послав воздушный поцелуй. ******* Дверь распахивается, и тут же на Итана обрушивается тушка Дами, обнимая, шаря руками по одежде, расцеловывая мимолётными касаниями губ, прямо на пороге. Безудержно вдыхая, морозный с улицы, родной неуловимо прекрасный запах Итана, с его шеи. — Этгар мой... боже, боже, какой ты вкусный. Невыносимо было без тебя в этой Америке. Зачем ты уехал? — А зачем ты остался? — парирует Итан, сверкнув глазами. — Ты же всё знаешь... — И ты всё знаешь. Накуксившись, Дамиано отстраняется. — Войти-то можно, или уже уходить? — ехидно интересуется Итан. Дами хватает его за лацканы пальто и втягивает в квартиру. — Я тебе, бля, уйду, — грозно ворчит, вновь затягивая в нетерпеливый поцелуй. Дамиано целует, расстегивает пальто, запускает руки под него, обхватывая такого теплого Итана, гладит руками по спине, прижимается голым торсом. У Итана в одной руке пакет с продуктами, а другую он кладёт на затылок Дами, переплетая растопыренными пальцами волосы и легко направляет голову, перехватывая инициативу, управляет поцелуем. — Ах, Эдгар, мой... сладкий... — выдыхает Дами в губы. Итан убирает ладонь, и отстраняется, ставит пакет на пол, снимает пальто, под которым красивая из тонкого белоснежного трикотажа водолазка и расклешённые книзу светло-синие джинсы. Бережно вешает пальто в шкаф. Волосы его забраны на затылке в пучок, который уже немного разлохматился, некоторые прядки выбиваются из причёски, небрежно, мило обрамляя лицо любимого. Итан такой весь уютный, домашний, тискальный. Дамиано не удерживается и вновь со всей дури сжимает его в объятиях так, что косточки хрустят. Впивается в податливые мягкие губы, страстно расцеловывая каждый уголочек. — Ух ты, Дамиа, и вправду соскучился, неугомонный, — Итан счастливо улыбается, гладя его голую спину, подушечками пальцев ощущая на ней мурашки от желания. — Где твои котики? — спрашивает, оглядываясь, когда Дамиано нехотя отступает от него. Итан садится на диванчик, стоящий в углу прихожей, и снимает ботинки, ставя их ровно друг к другу рядом. — Эти котики, чертяки, сильно провинились, и я их запер на кухне, — смешно хмурясь отвечает Дами. — Что ж они такого сделали? — интересуется Итан, приподнимая брови. — Смотри! Дами поднимает левую ногу, сгибая в колене, ставит её на диван между ног Итана, чуть раздвигая бедра голой ступней. Итан тут же порывисто дотрагивается до накрашенных в черный цвет ногтей, оглаживает идеальные пальцы. Дам от такой неожиданной ласки, издает довольный стон. Итан поднимает глаза на улыбающегося Дами, обхватывая лодыжку обеими руками, пальцами гладя выступающие косточки. — Ммм.. но, Эдгар, не увлекайся, смотри... — щурясь в удовольствии, мурлыкает Дами. Плавно крутанув своими бёдрами, и стрельнув кокетливо глазами, будто пытаясь соблазнить Итана, Дамиано медленно, томно приподнимает широченную штанину домашних штанов, демонстрируя длинные царапины на стройной волосатой ноге. Красные, ещё не зажившие полосы, простираются от середины бедра по икроножной мышце почти до лодыжки, перечёркивая татуировку с детским текстом. — Ух ты, — поражённо удивляется Итан. Указывает на ужасные, размера на три больше, непонятного коричневого цвета штаны, усмехается: — Как так-то? У тебя вон какие... хм... огромные шаровары! Весь кокетливый флёр тут же слетает с Дамиано, и он смеясь, запрокидывая назад голову, рассказывает: — Эдгар, бля, я из душа выхожу, а Лего, гад, подкрался из-за двери, и как набросится, пиздец, я взвыл сиреной. А они, видать, от этого воя, давай по всей комнате скакать, как обезумевшие! Соскучились, видать, по папочке! — Дами громко хохочет, совсем не злясь на котов, которых безумно любит. - Соседка только один раз в день приходила кормить. Озверели, маленькие мои чудовища, без общения и ласки! Он наклоняется к Итану и заговорщически в висок сообщает: — Хорошо, хоть в полотенце был... а то, кто знает. — Дамиано хватает себя между ног. — И не звал бы я тебя больше никогда. Дами ржёт во всё горло, а Итан, в притворном ужасе, округляет глаза. — Какой же ты идиот, Дамиа! Можно подумать, я люблю тебя только за твои причиндалы! Итан опускает взгляд на ногу, подушками пальцев невесомо ведёт по царапинам. Дамиано от этой тёплой ласки сладостно урчит. Итан прикасается губами, нежно целуя каждый сантиметр повреждённой кожи. — Больно было? — сочувственно спрашивает. — Очень! — Дами немного морщится, — но уже легче. Твои губы самое лучшее лекарство, любимый. Дамиано наклоняется и целует Итана в макушку, задохнувшись столь знакомым запахом волос. Убирает ногу с дивана, обхватывает Итана за предплечья, поднимая. Шепчет в предвкушении, с желанием глядя в кофейные глаза: — Пойдём, будешь лечить меня более основательно. Итан целует мягко в губы. — Я всегда только за! Только джелато уберу в холодильник, — вспоминает про продукты Итан. — Да, ок. Осторожнее там, — подмигивает Дамиано и уходит вглубь квартиры. Итан опасливо открывает дверь на кухню, осматривается. Коты развалившись, лежат на шкафах под потолком, при шорохе открывающейся двери, они настороженно приподнимают головы, смотрят немигающим взглядом на Итана. Вроде всё хорошо, решает он, заходит, открывает холодильник, загружая нехитрую снедь на полки, выпрямляется, захлопывая дверцу и тут внезапно на него сверху со шкафа приземляется Лего. Расшиперив лапы, когтями впивается в грудь Итана и под собственным весом съезжает вниз, оставляя обжигающие царапины, которые кроваво-красными подтёками живописно разукрашивают белоснежную водолазку. — Блять, — со всей мочи орёт Итан, когда вторая кошачья морда, точно так же пикирует на него сбоку. На шум прибегает Дамиано, и видя котов, повисших на Итане, и его ошарашенный, зАмерший вид, неожиданно сгибается пополам от безудержного смеха. Через пару секунд, взглянув в обезумевшие от боли глаза Итана, Дами приходит в себя, шикает на кошачих засранцев, разгоняя их: — Прости, Эдгар, — со скорбным выражением лица, часто моргая ресницами, просит извинений. Итан лишь подрагивает, и часто-часто дышит. — Но, я тебя предупреждал! Чуешь, каково это, да? — Дами, винясь за свою бурную реакцию, жалобно оправдывается. Хлопая дверцами шкафов, достает бинты и перекись водорода. Бережно берёт шокированного Итана за запястье и ведёт в спальню. Он усаживает Итана на кровать, стягивает безнадёжно испорченную водолазку, откидывает её на пол, тщательно обрабатывает раны, приговаривая: — Потерпи, солнышко. Ещё немного. Терпи, терпи! Вот чудища, такое красивое тело испортили, но ничего-ничего всё заживёт, потерпи, мой котик, — Итан стискивает зубы, не столько от щиплющей боли, сколько от прозвища, каким Дами его назвал. — Не хочу быть больше котиком, — по-детски надувая губы, бурчит Итан. — Хорошо, не хочешь быть котиком, будешь зайчиком, — хитро улыбается Дами. — Да хоть кем, лишь бы не котиком! Когда с процедурами всё закончено, Итан облегчённо откидывается на спину. — Да... бля, не так я представлял нашу встречу, — сетует он в пространство. Дамиано на руках нависает над ним. — Не волнуйся, я всё сделаю сам. Можно? — умоляя шепчет Дами, широко лижет языком по родинкам на щеке, порывисто дыша в висок. — Я что зря готовился? Итан лишь едва уловимо кивает головой. Дамиано этого достаточно. ******* После... развалившись на огромном диване в гостиной, объевшись капричозе и джелато, они смотрят баскетбольный матч. Ну как смотрят, Итан полусидит, с бокалом калифорнийского белого в одной руке, а второй нежно, боясь спихнуть, гладит Лего, нагло устроившегося у него на коленях, явно не чувствуя за собой никакой вины, в отличие от Биде, которая затихарилась в кресле, свернувшись клубком. Итан с интересом наблюдает за Дами, который яростно болеет за Лейкерз. Из-за хорошей игры любимой команды, на лице Дамиано отражаются перемежаясь, чудесные, радостные восторги и эмоции. Итан завораживается и запоминает каждую, любовно складывая все переживания Дами в коробочку в своей голове. Особую коробочку, на которой золотистым курсивом выгравировано: ДАМИАНО.