»Бессонница. (сборник драбблов)

- Эй, голубчик! – послышалось из соседней комнаты. - Иду я, иду, - почти взвыл я, поднимаясь с кресла. Надо сказать, что позвал меня мой брат. Парень девятнадцати лет, но мы с ним почти одного роста тогда, как мне – шестнадцать. Я зашёл в комнату брата, и мой взгляд тут же упал на это чудное тело, что, бесстыдно раздвинув ноги и выставляя на показ своё очень даже немаленькое достоинство, которое, конечно же, ждёт ласки. Телосложению моего брата можно только завидовать: накачанный пресс, сильные руки, плавные изгибы. Да и на лицо вышел: причудливо подстриженные волосы, спускавшиеся по бокам на плечи в то время, как задняя часть головы была подстрижена чуть ли не налысо, большие и выразительные голубые глаза, тонкие губы и аккуратный овал лица. Ну, идеален. Если, конечно, не считать его скверного характера и любви поиздеваться. - Артём, - а именно так звали моего брата, - Давай не сейчас? У меня дела… - Я немного смущенно отвёл глаза, стараясь не смотреть на всё это предоставленное мне величие. - А отец скоро должен с работы вернуться, - подло хихикнув, надавил на больное парень. Вот и его любовь к издевательствам. Он вечно меня шантажирует тем, что расскажет всё родителям-гомофобам о моей нетрадиционной ориентации. То, что мои предки являются гомофобами, я узнал случайно, когда в новостях по телевизору говорили о том, что где-то там разрешили однополые браки. Дослушать мне не дали громкие споры отца с матерью на тему «Кто приведёт больше аргументов против гомосексуализма». Конечно, первое время я был напуган. Меня пугало понимание того, что я стал геем. У меня вызывали отвращение собственная тяга к своему полу и невозможность реализации некоторых моих желаний. Я чувствовал себя другим, мне казалось, что я чужой. Я смотрел на парней-одноклассников, а в голову лезли такие порочные мысли! Я был слаб, меня влекло к парню из параллельного класса, я чувствовал себя ничтожеством. С чего всё началось? Не знаю… Просто в один прекрасный момент я поймал себя на мысли, что меня тянет к одному парню. Весёлый, отзывчивый, улыбающийся – он казался мне ангелом во плоти. Но, конечно, у такого парня, как он, была девушка. Наверное, отсюда и пошла моя неприязнь к слабому полу. Девушки потеряли всю привлекательность на фоне представителей собственного пола. Как думаете, легко ли это, быть не таким, как и все, и молчать? Конечно, нет. Эти мысли терзали меня изнутри, разлагая собственную оболочку и ядом разъедая психику. Мало бед от этого, так я ещё и осознал, что мне нравится мой родной брат! Этот неотёсанный истукан притягивал к себе горой мышц, пронзительным взглядом и мыслями, которые рисовали в моей голове шедевры гомосексуального порно-искусства. Ловить себя на мысли, что хочешь почувствовать в себе родного брата – не из приятных ощущение. Конечно, я старался отвлечься от всех этих мыслей о собственной ориентации, проводя время с девушками с завидными формами, но ни одна из них не удовлетворяла моих потребностей. Но настал день, когда я просто не выдержал. Когда я увидел брата в одном полотенце, обёрнутом вокруг бёдер, тело само по себе среагировало. И это не осталось без внимания… Конечно, мой брат сначала, кажется, разозлился, но это оказалось лишь вершиной айсберга. Ранее искривлённые злостью, губы растянулись в довольной усмешке. Вот честно, мне сразу стало страшно. «А вдруг он всё родителям расскажет? Или одноклассникам? Или ещё что-нибудь?!» - тут же с панической скоростью завертелось у меня в голове. Но Артём в тот день оказался… Хм… Странным. Он предложил сделку: я делаю ему минет каждый день в любое время, когда он попросит или, естественно, он всё рассказывает предкам. Ну, я, конечно же, согласился. С тех пор и пошло. Знаете, а размеры у братца-то, что надо! Большой, сантиметров двадцать точно будет! Мы оба привыкли к нашим «играм», но, как бы я не намекал, всё ограничивается простым минетом. Ничего больше, представляете?! Мои мечты почувствовать эти двадцать сантиметров в себе рушатся с каждым днём всё быстрее! А Артёму – хоть бы хны. Ему похуй. Ну, а что? Пусть братик-гей мучается дальше, пока я дразню его, разрешая только поиграть языком с моим достоинством. Вот так и живём. Но, если вдруг я начну сопротивляться или ещё что, сразу начинается, как в детстве, «А я маме расскажу», «А я папе расскажу». Шантажист с примесью садиста. Вот он, мой «идеальный» брат. - Блин, ну, не могу я сейчас, - чуть ли не взвыл я. - Можешь. Можешь ртом, а можешь раком, - преспокойно пропарировал парень. - Что? – недопонял я, - Раком? - Ну, мне сказали, что иметь парнишку – очень даже ничего. Главное – не порвать, - вслух задумался юноша. Конечно, все мои «дела» бегом сбежали из моей головы, предварительно собрав вещи и помахав мне белым платочком. На их место пришли мыслишки, изображающие, как я буду стоять раком, а сзади в меня будет входить брат. Честно? У меня чуть слюни не потекли, а тело ответило брату за меня жестким стояком, что «выглядывал» даже через ткань домашних брюк. - А если предки явятся? – дал о себе знать последний остаток разума. Брюнет лишь посмотрел на часы. - Три с половиной часа нам хватит? Я тут же опустился над телом брата и поцеловал его, страстно и в то же время нежно. Первый поцелуй с братом… Эти телячьи нежности я мог продолжать ещё долго, но настойчивая нога между моих и жесткий стояк у обоих этому помешали. Естественно, нам этого хватит. Могу сказать только одно: это был самый потрясный секс в моей жизни. Никакие секс-игрушки не заменят мне этого твёрдого и большого члена. Конечно, инцест омерзителен, как и моя ориентация, но они вместе приносят с собой столько удовольствия… Брат пообещал, что пока я не найду себе постоянного партнёра, он будет меня стимулировать по ночам. Знаете, у меня лучший в мире брат.