Вечер лжи

Юра не продумал дальнейшие действия, мысль была только собрать всех в студии, чтобы не казаться странным от таких вопросов. Он написал в общий чат и отправился к Саше. — Собирайся. — Сказал Музыченко максимально серьёзно. — В чём дело? — Щурясь спросил Кикир. — В студию, блять, нужно узнать кое-что у Личадеева. — В чём твоя проблема ему позвонить или написать? Блять, Юра, нахуя вообще всех созывать. Если нужно, встретиться с ним лично. Было еле видно что Анисимов не особо хотел чтобы их встреча состоялась, но запретить не мог. Кто я такой что-бы указывать как ему жить? Я для него никто. — Мне хотелось бы чтобы рядом кто-то был. Да и тем более, уже, блять, поздно, я написал чтобы все приезжали. И кстати, может ещё и рано, но пора потихоньку искать директора и тур-менеджера, начинать писать тексты и музыку. — Часть уже готова для новой песни, осталось доработать, но вот насчёт предпоследнего ты и правда рано загнул. — Лучше начинать сейчас. — Строго сказал Юрец. — Обговорим это со всеми, мои слова ничего не значат. — Произнёс Кикир с какой-то обидой, стараясь хорошо скрыть это. — Мне важно твоё мнение, Сань. — Юра посмотрел на его заспанное лицо и нежно улыбнулся, в глазах был холод, слегка с хитрецой. — Что-ж, обсуждать всё равно нужно со всеми, не будь дураком, принимать решения должны не мы одни. — Да. Ты прав, Саш. — Он задумчиво помолчал отведя взгляд в пол, но через считанные секунды посмотрел на Гитариста. — Почему ты всё ещё сидишь? Собирайся. Александр лениво ушёл в ванную. Музыченко проводил его взглядом и ушёл на балкон. Он достал из пачки Винстона сигарету и закурил, его мучали вопросы на которые он не знает ответа, хотел до ужаса разобраться со всем. Что же происходит? — Пронеслось в его голове, глядя куда-то далеко. Он так сильно погрузился в свои мысли, что и не заметил как сигарета кончилась. Смешанные вопросы в голове, начиная от группы — заканчивая вчерашней ситуацией. Он слега ударил подоконник, но кроме ушиба результата не было. Совсем не знаю что делаю последние пару дней, я и правда сам не свой. Кикир прав, дело скорее всего в Паше, но почему я конкретно не могу понять «что именно»? Что я хочу получить от него? Резко его облака размышлений нарушил Саша, зашедший на балкон к нему. Юрий вздрогнул от неожиданности. — Юрок. — М? — Нужно заканчивать и выпускать материал. — Ты не это хотел сказать ведь, да? — Верно. Думаю мы достаточно знакомы с тобой, что-бы рассказать про того парня. — Это было не так уж и давно, мы познакомились случайно. — Музыченко усмехнулся. — Даже не помню где, очень был пьян. Мы проснулись в каком-то офисе, или что это, блять, было, тоже не помню. Оказалось это было его помещение, важный тип, хотя я бы так не сказал. Я много не помню с того дня, мы вместе баловались запрещёнными веществами и вместе завязывали с этим. Но позже на время мы забыли про друг друга, вновь встретившись позже, я уже не надеялся на это, но очень ждал нашей встречи, и это тоже получилось случайно. Мы начали общаться снова, он узнал что я играю на скрипке и предложил задуматься над созданием группы, я не знаю почему, но посчитал нужным это сделать, я начал погружаться в эту сферу, а он помогать. Потом я почувствовал что он не просто приятель, друг, помощник, он что-то большее. В какой-то вечер я рассказал ему об этих чувствах, а он просто сказал что ему нужно время принять этот факт, обдумать и что то ответить. Через сутки он написал мне сообщение что чувствует тоже самое. Это ебать как меня обрадовало, вроде уже взрослые, но выглядело это по подростковому. Долго шло всё прекрасно, но потом он начал вести себя странно и от наших знакомых я узнал что он спит с кем-то другим. Я бы наслово не поверил, но доказательства виде фотографий убили во мне всё. Моё состояние сложно описать, когда твоя первая серьёзная любовь так просто ебёться с кем-то другим. Тогда я сильно напился и чуть не покончил с собой. Я хуй знает что мной двигало, скорее всего это безумно сильно задело меня, я доверял ему, отдал часть своего сердца, которое он, к сожалению, не уберёг. После этого я пытался отвлечься от этой ситуации, начал по полной создавать группу, сначала один, потом с Аней, затем ты и Дима. Душевная рана, которую я закрывал тем что сплю с другими, это помогало мне, как бы, блять, это странно не звучало. — Юра без эмоций смотрел в даль, на лице грустная улыбка. — Он просил дать шанс, но я уже не был уверен в его чувствах. Не простил, он быстро нашёл замену, а значит и искренне любил только я, раз всё ещё один. Саша внимательно слушал его, история которая заставила его прочувствовать всё, что чувствовал тогда Музыченко, словно те события были с ним. Кикир приобнял его, а тот холодно глянул в его карие глаза. — Тебе больно вспоминать это? — Сейчас уже нет, но сильно повлияло тогда. — Ты справился с этим, это самое главное. — Печально улыбнувшись произнёс гитарист. — Нужно ехать. Музыченко закрыл окно балкона и отправился за Анисимовым. Через пол часа они встретились с ребятами на студии, не было только Павла. Аня читала черновики предложенных текстов песен, Дима и Саша слушали, иногда добавляя что-то новое туда. Юра же метался из стороны в сторону. — Что с ним? — Посмотрев на Кикира спросил Дима. — Ну не знаю, спроси у него. — Закатив глаза ответил Саня. — Блять, я думал ты знаешь, вы же вроде вст… Аня внезапно перебила Диму. — Замолчи, это не так. Да, Саш, просто он тебе больше рассказывает. — Не преувеличивайте, он много не рассказывает. — Юрок, заебал, сядь уже, помоги дописать текст. — Вечеринин не выдержал. Скрипач посмотрел на него широко раскрытыми глазами, Дима вопросительно сдвинул брови, но Юра просто развернулся и вышел из студии. — Это он из-за Пашки что-ли? — С интересом спросила Серговна. — Вероятно, Ань. — Ответил тихо Анисимов и начал перечитывать то что они написали на листе. — Неплохо получилось, текст доработан, осталось записать. — Саш, а у тебя то всё в порядке? Ты словно пытаешься уйти от темы касаемой Юры. — Анна смотрела на него с тревогой нежно положив руку ему на плечо. — Всё замечательно, правда, только надо выпустить трек в скором времени, иначе продвижения в группе у нас нету. — Он слегка выдавил улыбку. Кикир понимал, что всё то, что было связано с Юрой и Пашей ему не приятно, попытки уйти от разговора были нелепы, но от этого зависело его настроение. Музыченко вернулся обратно, в студии запахло табаком, было видно что тот не в настроении и что любая мелочь может вывести его из себя. Анна знала подход в такие моменты, поэтому беседу вела с Юрой она. — Юрочка, текст написан, осталась запись. Скрипач нахмуренно глянул на лист, исписанный и перезачёркнутый. Серговна наблюдала как его глаза бегают по строчкам, пытаясь понять по эмоциям что он скажет. — Отлично. Молодцы. Аня удивлёнными глазами пересеклась с Димой и Кикиром. — Где, твою мать, Личадеев? Он опять сука опаздывает. — Тихо но зло начал причитать Анисимов. Юра строго посмотрел на него. — Не знаю, без него нельзя начинать записывать. В дверях появился высокий силуэт. Паша стоял в проходе с ухмылкой смотря на них. — Простите, опоздал. — С равнодушием сказал аккордеонист, запустив руку в волосы. — Заебал опаздывать, мудак. — Яростно наехал на него Саша. Павел лишь отправил воздушный поцелуйчик. — Нахуй ид… — Его резко перебил Юрец. — Так, хорош. Сегодня пишем звук, Паш, надо поговорить. — Пошли. Юра целенаправленно пошёл к выходу, Паша отправился за ним. Музыченко сел на лесенки и достав сигарету зажег её, хоть и курить там было запрещено. Личадеев присел рядом и посмотрел ему в лицо. — Ты по поводу вчерашнего, я так понял? — Да, всё так. Дело в том, что на заднем плане я слышал кого-то, и голос до жути знакомый, скажи кто это был? Паша задумчиво посмотрел глубоко в глаза, Юра буквально тонул в его голубо-серых глазах. Но он тут же потянулся в сторону руки с сигаретой чтобы затянуться, прямо с руки он втянул в себя пар и через несколько секунд выдохнул. — Это мой друг, Александр, знакомься. Юру передёрнуло, в глазах была полный собранный пазл. Он истерично хихикнул и с ошалевшим взглядом посмотрел снова на Пашу. — Ёбанный в рот, Паша, с кем ты связался? — С наигранной усталостью спросил Музыченко. — Смотрю вы всё-таки знакомы, не про тебя ли он мне рассказывал. Музыченко стало плохо. — Рассказывал «что»? — Ну ты когда вчера бухой позвонил, он тоже сказал что голос знакомый. И рассказал мне интересную историю про своё прошлое. Всё таки тот самый любовник-алкаш и наркоман был ты. — Личадеев усмехнулся и с ахуевшим лицом посмотрел на Юру. — Это правда? Юрий сидел с подавленным лицом, его бросило в шок, он потерянно кивнул и закрыл лицо руками. — Не переживай, он сказал не так как я. — Паша резко схватил его за руку и сжал. Музыченко посмотрел на него с угнетающим взглядом, на лице парня была успокаивающая улыбка. — Я не стану осуждать за то, что было раньше, за то что ты принимал и с кем ты спал, щас ты другой. И блять, людям свойственно меняться, то что Саша рассказал, было давно и ему стыдно за тот поступок, который он совершил тогда. Я всё знаю, Юр. Он разбил тебе сердце, мне жаль, ты не заслужил такого поступка тогда. — Павел глядел в тёмные глаза скрипача, видно что глаза маленько покраснели и появились очертания слёз. Резко в голову ударило желание и Музыченко всё ближе и ближе начал приближаться к лицу Паши. И вот уже чуть-чуть и их губы бы соединились, но Личадеев оттолкнул его и резко вскочил. — Юра, какого хуя?! Я не дам пользоваться мной, не стану одним из твоих мальчиков на ночь, я просто поддержал тебя, без лишних мыслей. — Начал кричать Павел, нахмуренные брови и строгий взгляд. — Зачем тогда это всё? — Ты знаешь, сука, что бывает обычная поддержка, а не намёк на «потрахаться»? — Я не собирался с тобой трахаться, идиот. — Пробурчал Музыченко и, встав с лестницы, пошёл в студию, оставив Пашу одного. — Твою ж мать. — Зло сказал Паша и пошёл за ним. За день они записали несколько инструментов и договорившись на завтра закончить с инструментальной частью, начали собираться домой. Юра по большей части находился с Кикиром, в этот раз не обращая никакого внимания на Пашу, всем видом он пытался показать то что ему всё ровно на него, хотел в это поверить, но не получалось. Ведёт себя как ребёнок, на что он обиделся? — пронеслось в голове Личадеева. Может у него такая схема подкатов всегда работала, но со мной не прокатит Перед уходом Музыченко кинул короткий взгляд на Пашу, кивнул головой и ушёл вслед за только что вышедшим Сашей. В этот день студию закрывала Анна, Паша тихонько подошёл к ней, пока та искала ключи и спросил: — Слушай, а между Юрой и Сашей что происходит? — Думаю просто секс. — Просто секс значит… — Не знаю, Паш, но для Юры он довольно долгий партнёр, вроде как и Кикир его любит, но Юрец не будет заявлять о том, что чувствует он. — Бедняжка Александр. — Мне кажется наоборот, больше всего ему Юра доверяет. Даже я столько не знаю, сколько Кикир. — Ну и Музыченко не самый верный человек. Есть в нём что-то. — Обаяние, да и личность у него такая, публику точно покорить сможет. — С каждым фанатом спать планирует? — Сашка не позволит. — Анна тяжело вздохнула. — Когда уже эти двоя вместе будут. — Когда у Юры мозг появится, уж слишком легкомысленный. — Не делай таких выводов, ты просто ещё плохо знаком с ним. — Слышал от его первой любви истории, на которых ахуенные выводы сделать можно. — Это тот самый про которого он ничего не говорит? — Я без понятия, но похоже на то. — А откуда ты этого парня знаешь? — Анна с особым интересом стала слушать Павла. — Это мой, так скажем, хороший друг. Понимаю почему Музыченко именно его выбрал тогда, но а этот друг решил выбрать меня. — Не ты ли тот с кем он изменил Юре? — Сначала на её лице был шок, но позже сменилось на незаметную злость. — Я не знал что там такая ситуация. — Он виновато посмотрел ей в глаза, по которым было понятно, что он и в правду не знал про их отношения. — Лучше об этом знать только мне и не говорить другим, хоть и тут по сути ты не виноват. — Это понятно. Как думаешь, им есть что обсудить? Может им стоит встретиться? Сможешь спросить у него, Ань? — Слушай, Паш, спроси ты, можешь прям щас позвонить Юре, но кажется для него это будет очень тяжело смотреть человеку в глаза, который тебе изменил и которого ты любил всей душой. Делай так как считаешь нужным. — Поговорю с ним об этом вечером. — Паша развернулся и вышел из студии, по дороге закурив сигарету.