Свет Шарлотты

— Эван? — я повернул к нему голову. — Лежать, иначе словишь пулю в затылок! — он снова пнул меня. Начинает надоедать. — Я мог бы уже пристрелить тебя, но это было бы слишком просто. А это кто? Он подошел к телу Генри. — Эмили? — он открыл его глаза и посветил фонариком. Затем повернулся ко мне и прошипел. — Это ты его убил? — Да, — я уже знаю, что оправдываться бесполезно, поэтому отвечаю прямо. — Ублюдок! — он прислонил пистолет к моему затылку. — Знаешь, я не буду дожидаться остальных. Тебе есть, что сказать напоследок? Медлить было нельзя. Либо он, либо я. — Да. Я видел твою мать. — Что?.. — он ослабил давление на голову. Это мой шанс. Хватаю его за запястье и отвожу оружие в сторону. Прогремел выстрел, пуля попала в землю. Эван наносит удар левой, я парирую и бью ногой в колено. Афтон падает и роняет пистолет. Я бью ему в нос, откуда начинает идти кровь. Бью еще раз, Эван падает. Я чувствую голод. Во мне проснулась жажда крови. Седлаю Афтона и хватаю его запястья. Эван пытается вырваться, отплевывая свою кровь. — Знаешь, за четыре года под землей я ни разу не ел. Самое время восполнить силы. С этими словами начинаю прогонять по телу Эвана ремнант, от одной руки к другой. Темная субстанция забирала с собой кровяные тельца Афтона, принося мне дичайшее удовольствие. Эван начал кричать, захлебываясь в крови, он пытался вырваться, но я не отпускал его. Кожа парня постепенно начинала бледнеть, а затем и вовсе обрела темный фиолетовый оттенок. Местами она разрывалась, обнажая внутренности жертвы. Эван перестал сопротивляться. Возможно, он умер. Я даже не думал останавливаться. Я пребывал в состоянии эйфории, забыв о существовании остального мира. Постепенно поток крови остановился. Я пришел в себя. Я посмотрел на тело юноши, что лежал подо мной. Он потерял всю кровь. Его кожа будто была натянута на скелет, одежда обвисла. Казалось, что кости вот-вот выйдут наружу. Отвратительное зрелище. Я отряхнул руки и подошел к Марионетке. — Долго еще спать будем? Ответа не последовало. Я поднял аниматроника, перебросив его через плечи, и ушел прочь. Исходя из слов Эвана, скоро сюда прибудет полиция. Я знаю, куда идти. XXX *режим сна отключен. Восстановление системы…* Где я? Где-то в лесу. Знакомое место. Время 3:12. До рассвета пару часов. — Ты проснулась? — услышала я сверху. — Наконец-то. Поднявшись на ноги, я увидела Майкла. Дважды мертвого. Трижды живого. Я чувствую кровь. — Ты ранен? — спрашиваю я. — Где мы? Майкл осмотрел свою ладони и покачал головой. — Нет, я в порядке. Мы в лесу. В ТОМ САМОМ лесу. Я бегло осмотрелась. Всплывали события четырехлетней давности. Я видела люк, дерево, у которого остался Майкл, пелена перед глазами, боль в шее. Моя смерть. Я снова здесь. — Почему мы здесь? — подхожу ближе. — Единственное место, где мне себя не жаль. Где я вижу масштабы своих действий. Цену своего существования. Он замолчал, сел на траву и прижался к стволу мертвого дерева. — Я вспоминаю её. Я снова вижу её испуганное лицо, выражение смерти. Я хочу вернуться туда и остановить себя. Она не заслужила смерти. Никто из них не заслужил. Хотелось плакать. Хотя слезы у меня уже есть. Я села рядом, не зная, что ему сказать. — Почему ты спасла меня? — этот вопрос ввел меня в ступор. — Почему ты ввела ремнант мне, а не Генри? Ты же знаешь, что я могу сделать. — Я…не знаю, — медленно сказала я. — Я не думала в тот момент об отце. Тем более ремнант мог и не прижиться. Я читала записи твоего отца. — Для аниматроника у тебя слишком большой запас фраз. — подозрительным голосом сказал Майкл. — Хотя это не так уж и важно. Зато есть с кем поговорить. Повисла пауза. — Значит, ты читала те записи… — Ринн говорил в пустоту. — Ты смотрела кассеты? — Да. Я не знала об этом. — Я тоже. Лучше бы не знал. В тот день я убил Элизабет. Ни за что. Она помогла мне понять, кто я. И она умерла. Это должно было быть мне уроком, но я проигнорировал его. Затем была ты. Хоть я и не убил тебя, но отключил от системы, ты помнишь? — От части. — Ясно. Потом я убил Чарли. А затем я умер сам. И лучше бы я остался под землей. Навсегда. — Не говори так. — Я заслужил это. Если бы я не освободился сегодня, я бы сохранил три жизни. — Когда ты успел убить еще двоих? — Уильяма до встречи с тобой. Я пробрался в заброшенную пиццерию, в попытке освободить свой разум от Афтона, но что-то пошло не так. Он убедил меня, будто я скоро умру. А затем я его добил. Потом я убил Генри, случайно. Я не хотел, честно. Прости. Он впервые посмотрел на меня. — Он и правда был твоим отцом. Ты была сестрой для Чарли. Он отвел взгляд в сторону. — Потом пришел Эван. Он угрожал мне пистолетом, я не задумывал убийство. Все произошло спонтанно. В какой-то момент я словно отключился: я видел только Эвана, и ничего больше. Когда я пришел в себя, передо мной лежало иссохшее тело парня. — Что ты теперь будешь делать? — Я не знаю. Впервые в жизни я не знаю, что мне делать. Если раньше я жил местью, а до этого семьей, то теперь я… не знаю зачем я здесь. Я потерял всё. Родители, Чарли… Я больше не вижу цели. Скажи мне, Марионетка, зачем ты существуешь? — Я должна дарить подарки, — ответила я по протоколу, хотя хотела сказать другое. — Ты не откажешь мне в подарке? — прошептал Ринн. — Что ты хочешь? — Я хочу… я хочу, чтобы Чарли была здесь. Чтобы она услышала, что я хочу ей сказать. — Майкл, — я услышала свой голос. Без помех и треска. — Я все еще здесь. — Чарли, — он посмотрел на меня болезненным взглядом. — Это правда ты. Прости меня.