Иудин поцелуй

             

***

              Когда мы чувствуем себя одиноко, обычно наши близкие и друзья пытаются нас поддержать, но что делать тем, у кого действительно никого не осталось? Как они справляются с этим? Наверняка, продолжают копить все в себе до той самой точки кипения, а затем, словно взрываются.       Основную часть своей жизни мы находимся среди окружения общества. Любому нужно делиться с кем-то своими переживаниями, интересными событиям и так далее. Возникает вопрос: почему же среди большого количества людей человек может чувствовать себя одиноко?       Кто же такой одинокий человек? Может и общаясь каждый день со множеством людей, он все равно будет чувствовать себя одним. В этом и состоит главная проблема, которую ни один человек так и не смог понять до конца.       Аяка медленно шла по краю моста, расставив руки в разные стороны, чтобы сохранить равновесие, и заглядывалась на закат солнца, словно выискивая в нём хоть кадр из её собственного будущего. Надеялась на то, что стоит ей закрыть глаза и перед ней покажется будущее, раскрывая каждую мелочь. К примеру, что она будет есть завтра? А может, когда найдётся тот, что заставит позабыть о том самом «одиночестве» и сделает из неё прекрасную деву в белом платье. Но увы, за её душонкой полно грешков, пятнающих белую ткань кровавыми пятнами, да и те не последние.       Отбросив царство мечт на второй план, девушка вспомнила о важном поручении от Короля, поспешив на место встречи к старшему Хайтани, где они вот-вот должны были встретиться.                            

***

                                  Тонкие пальцы обдало прохладой, которые впоследствии согревал тёплый воздух из рта. На глаза попала вывеска «HK Club Q international Party Bar». Одно из неприятных мест. Но если Исикава пойдёт и дальше вверх по «преступной» лестнице, то придётся часто мелькать в подобных местах. Какой принц имел место быть, если в мечтах Аяки было самое главное — правление «преступным миром»? Если бы в Поднебесье услышали о подобном, то во всей округе можно было услышать заливистый смех. Девушка? И в преступном мире? Смех да и только. Её воспринимали всерьёз лишь по двум причинам. Первая: её признал сам Глава. Но вот, если бы не вторая…       — Нравится? Когда Изана будет править Токио… Не-ет… Всей Японией, тогда я куплю столько клубов, чтобы ты могла в каждом прекрасно провести время, а я, сидя на втором этаже и медленно попивая виски, мог наблюдать за тобой, — наигранные речи над ухом то и дело забавили Исикаву. Может, у Хайтани и были планы, но Аяка никогда в них не входила и не будет.       Скинув тяжёлую руку со своего плеча, девушка встала напротив, внимательно исследуя форму товарища, на которой виднелись засохшие пятна крови. Телескопка тоже не осталась без внимания, давно приняв новую расцветку. Времени было достаточно, неужели нельзя было зайти и сменить форму? Кстати, о форме. У Исикавы её не было. По этому поводу пару раз прилетали вопросы Курокаве, но тот лишь отмахивался «Ты работаешь из тени, значит и форма тебе не нужна». В такие моменты любой бы почувствовал себя игрушкой, которая то и дело выполняет грязную работу, а для другого и не нужна. Позади Хайтани стояли двое подчинённых, только вот их «тряпки» были в разы чище.       — Зайдём внутрь? Знаешь ли, к сожалению, на улице не месяц май, — процедил Ран с оскалом, приглашая жестом войти.       — Как прошло твоё задание? — из вежливости интересовалась Аяка, присаживаясь за столик.       В чем был главный плюс Исикавы, так это в том, что к своему поручению всегда относилась с ответственностью. Всегда готова пройтись по головам, вгрызаясь каждому в глотку, чтобы добиться желаемого. Первое задание ей поручили месяц назад, но выполнила Аяка его не без чьей-либо помощи. К её удивлению было то, что Кисаки повысили сразу после вступления. Как она рвала кожу ногтями от зависти и обиды.       — Потрясающе. Моя «малышка» тоже была рада спустя долгое время пройтись по головам врага, — снова он о своей телескопке болтает, да ещё и в таком возбужденном тоне. — Не знаю, знакома ли ты с Мицуей Такаши, но его голова приняла на себя особые удары.       — Который капитан второго отряда в «Свастонах»? — вскинув бровь, девушка смотрела на весь этот спектакль как-то не заинтересованно, словно каждый день видела подобное.       — Много же ты узнала в наше отсутствие, — протирая телескопку сухим полотенцем, что лежало на столе, ответил Хайтани.       — Давай ближе к делу, зачем позвал? — устало вздохнув, девушка начала кидать взгляд на выход из этого заведения. Пальцы агрессивно стучали по деревянной лакированной поверхности, но звук больше сливался в ритме с музыкой, чем и не привлёк внимание Рана.       — Так как у меня освободилось время, я бы хотел помочь тебе. Ты — девушка хрупкая, боюсь, что поколечишься. А вот мне было бы приятно провести с тобой время, — его лицо расплылось в ядовитой улыбке, а глаза словно заискрились от мысли, что тот может прибрать всю славу себе. Если бы Ран так и поступил, то после выполнения поручения в его горле мог торчать нож. Только вот потом пришлось бы принять всю ярость, злобу и ненависть от младшего Риндо. Кто знает, чем это может кончиться.       — Твоя помощь мне не нужна. И впредь, больше не суй нос в мои дела, — грубо выплюнула девушка, метнув взгляд на стол, поверхность которого уже была испорчена ногтями, под которые забилась чёрная краска.       Пока Аяка изучала каждый сантиметр его лица, не упуская хоть намёк на подобную пакость, парень заказал себе уже третий стакан виски, не выдавая ни единой эмоции. Время уже давно близилось к позднему вечеру, а девушка так и не приступила к поручению, неохотно составляя компанию своему товарищу. К счастью, оно было не связано с убийством, поэтому и времени придётся тратить по-минимуму, но чем быстрее Исикава сообщит обо всём, тем быстрее её похвалят. Признаться, в какой-то степени, была рада видеть перед собой самодовольное лицо Хайтани. Все они провели два с половиной года в исправительной колонии, оставив её совсем одну.       Ран допивал уже пятый стакан виски, который заставлял растекаться огнём по телу и полностью изменить поведение. Своим монологом о сегодняшней драке он довёл Исикаву до того, что через каждые полторы минуты девушка томно вздыхала и уже удобно устроилась на столе для короткого сна. Через некоторое время Аяка не увидела перед собой Хайтани, скинув на то, что тот пошёл за добавкой. Бармен, увидев, как та ищет товарища, качнул головой в сторону уборной. Ждать его было бессмысленно, да и без того потеряла время. Время… Неумение беречь свое и чужое время — это настоящее бескультурье. Покинув здание, девушка услышала шаги позади себя, что и привлекло её внимание.       — Зачем за мной увязались? — брови сползли к переносице, а в голосе были слышны нотки грубости.       — Извини уж, но Ран приказал не выпускать тебя из поля зрения, — послышались короткие усмешки.       — Мне кажется, в его-то состоянии, ему пригодится ваша помощь больше, чем мне, — выплюнула Исикава, уже намереваясь разминать кулаки.       На другой стороне здания послышался приглушенный смех, моментальная реакция позволила уловить проходящих мимо парней. Благодаря хорошему зрению, Исикава узнала свою цель по светлой макушке.       — Майки! — непроизвольно вырвалось с уст, которые уже прикрывала ладонь. Двое подчинённых лишь переглянулись и пожали плечами, не понимая, зачем Аяке понадобился Глава «Свастики».       — Значит так, если не хотите, чтобы гнев нашего «Короля» обрушился на вас, слушайте внимательно, — Исикава присела на корточки и напрягла зрение, дабы не потерять след Манджиро. — Сейчас мы разыграем сцену «нападения» и без лишних вопросов. Импровизировать разрешено.       Оба мешкались, боясь нарушить приказ Хайтани о неприкосновенности, но делать нечего. Понимали, что выгоднее будет отхватить телескопкой, чем не поверить Исикаве и уехать в больницу от рук Курокавы. Всё случилось слишком быстро. Пока те перешептывались, девушка выхватила у одного с ремня чехол с ножом и провела по горлу, оставляя неглубокие порезы. Она всегда относилась с ответственностью и погружалась с головой в важные задания, потому порой приходилось прибегать и к таким мерам. Вручив нож владельцу, рука уже была поднесена к её горлу. Сама Аяка уже заканчивала рвать колготки и водолазку. От каменных стен уже во всю отскакивал крик девушки.       — Эй, Майки, походу, там к девушке пристают, — первый заметил Баджи Кейске, остановившись и полностью заталкивая купленный дораяки. — Нужно помочь ей.       — Прожуй сначала, — произнёс Манджиро, положив руку на плечо другу. — На них форма «Поднебесья». Видимо, сейчас-то мы и вернём «должок» за наших поколеченных товарищей.       — Ты про девчушку-то не забыл? — уже скалясь, Кейске разминал кулаки, щелкая каждой костью.       — Ну, заодно и ей поможем, — с улыбкой произнёс Сано, уже взяв разгон.       — Если бы твои слова услышал Доракен, то неплохо бы отчитал, — усмехнулся Кейске, догоняя товарища.       Краем глаза уловив приближающиеся фигуры, Аяка выдавила пару слёз, пытаясь оттолкнуть «обидчиков». Не задавая лишних вопросов, Манджиро влетел в одного с ноги, заставив упасть в грязь лицом. Капитан первого отряда уже вбивал в землю второго, не упуская время светить клыками в расплывшейся улыбке. Исикава продолжала играть «жертву», попутно оценивая боевые навыки своих «спасителей». Закончив работу, оба подошли к девушке, предлагая помощь, но та лишь вытерла слёзы, перемешанные с тушью и поднялась с колен, отряхивая одежду.       — Благодарю, но думаю, что и сама бы справилась, — протягивая руку, процедила Аяка.       — Говоришь, справилась бы? — поинтересовался Манджиро, изучая её черты лица и выискивая раны на теле.       — Их нельзя оставлять в живых, — проигнорировав вопрос, Исикава забрала нож из рук подчинённого и, готовясь нанести удар, была схвачена.       — Что ты, блять, делаешь? — в грубом тоне спросил Кейске, выхватывая холодное оружие из тонких рук. — Оружие — детям не игрушка.       — Они напали на меня и пытались изнасиловать. Зачем жить таким отродьям? — приподняв бровь, Исикава уже стояла перед брюнетом, упираясь руками в бока.       — И что с того? Теперь убивать их? — они сошлись в зрительном бою, который прервал Майки.       — Баджи прав, — встал между ними. — Мы проводим тебя до дома.       Исикава цокнула и мотнула головой, нарушая свои же принципы. Она не понимала, почему они так поступили, почему не убили? «Король» давно уже приучил её к кровопролитию и безжалостности, а эти чем отличаются от членов «Поднебесья»? Та же группировка, те же гопники.       — Говоришь, Мучо и весь пятый отряд ушёл? — Баджи изредка поглядывал на Аяку, плетущуюся позади. Слух у девушки был потрясающий, поэтому некоторые фрагменты диалога могла уловить.       — «Скорее всего, сейчас они говорят о тех, кто присоединился к «Поднебесью», — Исикава уловила мысль о том, что сейчас подвернулась неплохая возможность разузнать много полезной информации.       — Извините, — девушка догнала обоих и потянула Манджиро за рукав. — Не могли бы вы представиться? Да и можем ли мы присесть где-нибудь?       Слышалась чёткая наигранность в её голосе, но к удивлению, этого не заметили. Аяке и самой было неприятно играть роль «жертвы», но ничего не поделать. Изначально и не планировалось показываться Сано на глаза и как-то вести с ним беседы, но такой исход может принести выгоду.                            

***

                                  — На вас интересная форма… — Исикава с заинтересованностью разглядывала двух товарищей, болтая ногами со скамьи. — Вы из опасной группировки и творите ужасные вещи, а при девушке «белые и пушистые»?       «Свастоны» рассмеялись на первое впечатление о них и более ничего не сказали. Она знала их «от» и «до». Баджи Кейске — проницательный человек с необузданным характером. Капитан первого отряда и один из основателей «Тосвы». Манджиро Сано — беззаботный, словно дитя. Но как лидер «Тосвы» достаточно властный и холодный. Возможно, люди идут за ним, благодаря харизме. В одного подобное не получилось бы, поэтому не обошлось без сведений и информации от Кисаки.       — А тебя-то как звать, смешная дама? — откашливаясь от долгого смеха, поинтересовался Майки.       — Исикава Аяка, — отчеканила девушка, пронзительным взглядом исподлобья намекая на то, что ничего больше о себе не скажет.       — «Сомнительная девчушка. Можно ли ей доверять?» — Но Баджи скинул всё на состояние после нападения «поднебесовцев».       — Майки, мы ещё не отомстили «Поднебесью». Нахоя и Мицуя всё ещё без сознания в больнице. Они не отделаются двумя ранеными товарищами… — брови Кейске сползли к переносите. — Ещё и на девушек руки поднимать удумали. Ублюдки.       Манджиро кивнул на слова товарища и погрузился в собственный мир. Внимание Кейске привлекла старая детская площадка, обшарпанная и полностью потерявшая свои бывалые яркие и запоминающиеся краски. Тема уже сама сменилась на воспоминания из детства и смех их, словно пролетал эхом в каждом безлюдном квартале. На что Исикава сжирала гневным взглядом маленький сугроб снега, скрипя зубами и понимая, какой разговор ей предстоит с Курокавой.                            

***

                                  — Уже месяц прошёл, а мы так и не нашли ни одну зацепку, — томно вздыхая, говорил Чифую, сжимая в руках горстку сырого снега.       — Мы не отпустим руки! Ещё немного и нам удастся раскрыть это дело, — вскрикнул Такемичи, ударив кулаком в зону сердца.       Парни сидели на скамье у пристани и наблюдали за оранжево-алым закатом, но каждый думал об одном и том же, да и в голове у обоих стоял один и тот же вопрос.       — Майки сейчас тяжелее всех… — Ханагаки опускает голову вниз, а руки его свисают, дотрягиваясь до холодного песка. — А Доракену…       — Они не оставят подобное на «произвол судьбы». Майки, как главе, сейчас нужно думать о предстоящей битве, — Мацуно сам не особо верил в свои слова. — Мы должны помочь им, как и договаривались… Не верится в то, что Мучо кинул нас и перешёл на сторону врага.       — Майки это никак не прокомментировал? — Такемичи кидает взгляд на друга, ожидая иного ответа, но Чифую отворачивается. — С чего вообще «Поднебесье» решило напасть?       — А? — Мацуно кидает удивлённый взгляд, призадумываясь. — Ты ведь не в курсе, так?       — Чего не в курсе? Я в «Тосве» полгода, — Ханагаки усаживается поудобнее на холодной плите, вслушиваясь в рассказ друга.       — Дело было около двух с половиной лет назад, — Мацуно зажмурил глаза, пытаясь вспомнить события того дня в мельчайших подробностях. — Мы столкнулись с «Поднебесьем» совершенно случайно. Вернее, их натравили на нас… Ты ведь знаешь Баджи. В тот день он снова нарвался на драку с парнями из группировки «Нонгниан». Вроде в переводе это значит «вечные годы». Лидер их сразу же слинял, после того, как до него дошли известия о том, что вся «Тосва» собирается отмудохать их шайку. В тот момент о «Поднебесье» уже знал каждый. Хоть и обосновались, на тот момент, не так давно, но шумиху они наводить умеют. Глава «Нонгниана» решил воспользоваться их авторитетом, предложив своих людей в ряды, чтобы смахнуться с нами. Не думаю, что только из-за этого Изана согласился на эту авантюру… В общем, в назначенный день, когда битва уже разгоралась, какой-то дебич разбил витрину недалеко от места битвы и на нас вызвали полицию.       — Успели свалить? — интересовался Такемичи, внимательно слушая каждое слово, не упуская ничего мимо ушей.       — Не перебивай, забуду же, — буркнул Чифую, продолжая. — Мы-то свалили, а вот «поднебесовцы» нет. У них за спинами полно преступлений… У каждого «Небесного Короля» можно насчитать около четырёх убийств. Так они и поднимали себе авторитет в то время, хватаясь за «грязную работу». В общем, в тот день их загребли на два с половиной года и вот, совсем недавно они вышли.       — Слушай, Чифую, — Ханагаки провожал взглядом скрывающееся за горизонтом солнце. — А если кто-то из «Поднебесья» убил Эму?       — Это невозможно. Никто из них не успел слинять, — Мацуно прятал рукой глаза от слепящих лучей.       — А если есть кто-то, кто работает из «тени»? — брови сползли к переносице, выдавая в голосе нотки злобы.       — Если так, то рано или поздно мы об этом узнаем. «Всё тайное становится явным»…                                                 

Есть бытие; но именем каким Его назвать? Ни сон оно, ни бденье; Меж них оно, и в человеке им С безумием граничит разуменье...