Линия жизни

*** Время неумолимо мчалось вперёд с момента выхода Ольги на работу прошло уже четыре года. Старшим дочкам почти семь лет, а Богдану через полгода исполнится пять. Ольга Кирилловна по-прежнему заведует подстанцией скорой помощи, а Павел Дмитриевич Рыков всё так же ездит на вызовы к пациентам. Паша и Богдан на кухне готовят завтрак, девчонки и Оля спят. – Пап, а им точно понравится? – Я уверен. Паша снял ароматные вафли из вафельницы и выложил на тарелку. – Богдан, дело за тобой! – ласково сказал он. Богдан положил на готовые, ещё не успевшие остыть вафли, варёную сгущёнку. – Готово, сэр! Павел быстро скрутил вафли трубочкой и принялся варить кофе для Ольги. – Ну вот и всё, спасибо, без тебя я бы не справился. Богдан дал отцу пять: – Отлично сработано! Павел отправился будить дочек, а Богдан сервировал стол. – Просыпаетесь, засони. Девчонки сладко потянулись и бросились в тёплые ладони отца. Они хохотали, не хотели его отпускать. – Папка!!! – Тише, мама ещё спит... – ласково попросил он Стаську с Ясей. Девочки умылись, подошли на кухню и подговорили брата отправиться в родительскую спальню. Втроём они забрались на кровать, легли рядом с Олей, которая проснулась от объятий родных детских рук. – Вставайте, Ваше Величество! – кушать подано! – вдруг сказал Богдан. – Дааа? – с восторгом спрашивала Оля, вставая с постели. – и что у нас сегодня на завтрак? – А мы не скажем, да Богдан? – Так точно. Не скажем. Оля вышла на кухню и от изумления не знала, что сказать. – Разбудили всё-таки, баловни? – спросил Паша. – Рыков, не рычи... Оля и дети прошли к столу. – Какая вкуснотища – Оля уплетала вафли за обе щёки. – Аааа, ты об этом... Мы вместе готовили, да сынок? – Да-да, я отвечал за раскладку сгущёнки – гордо сказал Богдан. Оля чмокнула сына в лоб. – Спасибо большое, мне очень приятно! – Кому добавки? – поинтересовался Паша. – Нам – хором ответили дочки. Когда все до единой вафли были съедены, Яся вдруг спросила: – Мамочка, ты никуда не уйдёшь. – Все дружно собираемся и едем в парк гулять. – Господи, думала Оля, им не хватает меня. День и ночь я торчу на подстанции, лишая детей любящей матери. Невыносимо. – Ура!!! – Я хочу вооооот такую сладкую вату – Стася развела руки в стороны. – А я хочу покататься на аттракционах с папой – добавила Ясмина. – А я... я... – Что ты хочешь, сынок? – Оля присела на корточки и ожидала ответа. – Потом придумаю. Семья Рыковых быстро собралась и отправилась гулять. Поздним июльским вечером они вернулись домой. – Идём мыть руки, чистить зубки и будем ложиться спать. – Ну мааам... – канючили дети. – Хорошо-хорошо, но ручки помойте. – ласково сказала Оля. – Кто за то, чтобы устроить пятерные обнимашки на ковре? – спросил Павел. – Мы! – хором ответили дети во главе с мамой. – Тогда прошу – Паша пригласил всех упасть на мягкий ковролин, что лежал в гостиной на полу. Семья до ночи обнималась друг с другом, они щекотали друг друга, тёрлись носами — так выглядит счастье. Оля и Паша осторожно перенесли спящих малышей в кроватки и вглядывались в ночное звёздное июльское небо. Паша протянул Оле ключи. – Пашка, что это? – Ключи. Оля вопросительно посмотрела на мужа. – Арефьева, ой, то есть, Рыкова-Арефьева, это ключи от нашего нового дома. Оля вытаращила глаза, потому что ей казалось, что всё, что сейчас говорит ей Пашка, сказка или розыгрыш. – Ты не веришь мне что ли, Оль? – Верю-верю. Всегда.