Сын Луны

Смуглому цыгану, в ночь смутную. Родил цыган сына в бурю. Малыша с глазами, лунными большими, маленький альбинос... С кожей цвета снега, и порывам ветра счастье их унеслось... - Аа!- заорал омега, в последний раз тужась и напрягая все тело, чтобы родить на свет малыша. Рядом сидела какая-то ворожка из поселения, в которое они вот недавно переехали, чтобы сбежать ото всех любопытных и недобрых глаз. Они сбежали, сумев обрести счастье в виде малыша в животе омеги. Тогда столько радости было у Тэхена и Хосока, что альфа устроил пир в новом поселении. Тогда вся деревня праздновала, а омега получал поздравления и лишь добрые слова в след. Был лишь один человек, который стоял в стороне и смотрел на счастливую пару. Та самая ворожка, которая сейчас принимает роды у молодого омеги. Она тогда подошла к Тэхену и взяла его за руку, заставив его наклонится к лицу старому и услышать, то что она ему скажет. Ворожка лишь прошептала: «Это сын Луны, дурень.» Тэхен знал. Знал все и помнил о той судной ночи, но со временем счастье и любовь ослепила его и он совсем забыл. Только сейчас держа на груди малыша, он смотрел на чадо и молчал. В его глазах ничего, кроме безразличия и отчаяния не было. - За этот грех сам расплачивайся,- прошептала ворожка, смотря на омегу и вытирая руки от крови. - Грех?- бледными губами спросит омега, еле привставая и смотря на ворожку, которая вытирала его ноги.- Это… - Не твой сын,- грубо перебила его ворожка, смотря безразлично на омегу. Она вставала и, уходя прочь, сказала:- Он прийдет. Двери закрылись. Тэхен повернул голову на ребёнка и смотрел в большие глаза, которые смотрели в ответ. Худая рука поднялась и сразу легла на белоснежные пряди волос, зарываясь в них. Чадо с бледной кожей и белыми волосами, большие светло-карие глаза и красные губки. Луна. Сын Луны. Губы омеги задрожали, а на глаза накатились слёзы. Он не похож ни на него самого, ни на отца своего, у которого волосы чернее ночи, как и глаза. - Как?- одними губами прошептал Тэхен, чуть ли не впадая в истерику. Он прижал к груди малыша, а губы свои разместил на макушке, целуя и плача. Но в комнате раздался звук отрывающей двери. Судный момент. Омега повернул голову в сторону двери. Глаза в глаза. Перед ними стоит его муж, его альфа, отец чада-альбиноса. Хосок с улыбкой на устах тихо подошёл к кровати и встал над ними, заглядывая в свёрток, который покоился на руках омеги его. Тэхен сразу прижал чадо к груди, закрывая тканью личико и волосы ребёнка и перепугано смотря на мужа, который смотрел в ответ. - Покажи,- рыкнул Хосок, садясь на кровать и нависая над омегой и чадом своим.- Покажи! - Хосок,- одними бледными губами шепчет Тэхен, худой рукой держа альфу своего за плече, не подпуская его к себе.- Прошу он спит. Я… - Тэхен,- альфа вскочил с кровати и сжал кулаки, смотря на омегу, который смотрел на него.- Я понял. Омега выдохнул, думая, что муж его понял и уйдёт, оставив отдыхать, но свёрток вырывают из его обессиленных рук. Тэхен упал на вторую часть кровати, сворачиваясь в клубок и громко плача. Хосок держал в руках чадо своё, смотря прямо в большие светло-карие глаза и вдыхая запах душистых белых волос малыша. В комнате повисло молчание. О луна в звёздном небе, ищешь тщетно любовь, хочешь отцом стать. Расскажи мне поведай: для чего, для чего тебе это дитя?