Я тебя слышу

Две бутылки вина остались в комнате Доло ждать своего часа, поскольку на одного Камило, ранее не пробовавшего алкоголь, это слишком большая порция. А это что значит? Правильно, что есть вероятность того, что мамочка может пойти проверять комнату среднего сына на наличие остатков алкоголя, и изъять их. В любом случае с подельником совершать преступления легче, хотя это скорее шалость, подростковое любопытство, которого сам Доло еще не лишился. Репутация работает на него. Старший все думал, насколько быстро младший брат может опьянеть и как это будет выглядеть. Сам он под шумок на праздниках ранее пробовал алкоголь даже при условии, что ему в его годы все еще нельзя. Но мальчики есть мальчики, за ними нужен глаз да глаз, особенно за тихими и правильными. Пока Камило отвлекает на себя внимание взрослых, Доло может делать почти тоже самое, только тихо, за что он и благодарит судьбу за такого брата. Милого, со скверным характером в некоторых аспектах, такого харизматичного, который несмотря ни на что может выйти сухим из воды, и безумно любимого младшего брата. Доло никогда не скажет, почему и как сильно он любит брата. Иногда поможет, иногда промолчит, поддержит, хоть и не удержится от шантажа. Они же братья… Хотя старший давно заметил, что к Камило он относится гораздо теплее, нежели к сестрам или Антонио. Камило похож на яркую звезду. Может даже путеводную. За ним хочется наблюдать, с ним никогда не соскучишься, его хочется слушать. Еще пару лет назад, когда Камило был ребенком, он делился с братом всем, чем только можно; безумными идеями и планами на жизнь, планами следующих своих приключений, рассказывал о том, что уже натворил, не предполагая о том, что любимый братик может пожаловаться маме. Доло всегда был рядом, всегда наблюдал, и даже когда был далеко, он прислушивался. Он знает брата настолько хорошо, что помнит, как слышались его первые шаги и первое слово, ведь когда у Доло родился первый младший брат и первый парень в семье помимо него из младших, это вызывало безумный интерес и восторг! И какой же у этого парня красивый голос. Он был красивым даже когда ломался, пускай над Камило тогда и подшучивали. И не только Доло, всё последнее поколение Мадригаль не забывало говорить о том, как это и смешно и мило звучит. Было совсем недавно, чувства свежие. Уже тогда Камило эти шутки сильно раздражали, реакция была бурной; парень смущался, топал ногой, сбегал, и даже тогда не терял своего шарма, улыбался, шутил, и его было не заткнуть. Доло помнит, как однажды проболтался матери о том, чего ей знать не следовало, а именно о том, как младший брат отлынивал от работы в лесу, собирая ягоды. После этого доверие между братьями пошатнулось, и все равно Камило остается для Доло самым близким членом семьи, пускай старший для младшего теперь стукач. А он ведь все еще хочет вернуть все как было… И быть ближе… А куда еще ближе, чем было? Доло не знает, и не понимает, что именно он чувствует к родному брату. Эти мысли не давали покоя последние дни. С тех пор, как Доло поставил это условие, после которого жизнь встала с ног на голову. Казалось, прошло всего два дня, а уже столько всего произошло. И вот этим вечером двое братьев решили впервые в жизни обоих выпить как следует у Доло в комнате. В его комнате слышимость хуже, чем в любой другой. Да, не полная звукоизоляция, но если они на пьяную голову перестанут следить за громкостью своего голоса, их не услышат… Разве что в соседних комнатах… Но одна из соседних, комната Камило, будет пустовать, а в другой будут крепко спать. Ужин проходил вполне спокойно. Тучи не сгущались, никто не ругался, бабушка была довольна проделанной за день работой. Семья обсуждала планы на завтрашний день, предстоящие в скором времени праздники, Камило передразнивал будущего жениха Изабеллы, за что был осыпан незабудками. Доло не отводит глаз от брата, и почему-то именно сейчас, подмечая каждую деталь его поведения, он подумал, что Камило…красивый? Доло тряхнул головой, не понимая, почему эта мысль мелькнула в голове.  — Все в порядке? — Рядом сидящая Мирабель заметила задумчивость двоюродного брата и легонько тронула того за плечо.  — А? Да, просто задумался. — Парень отмахнулся от этого комментария, стараясь смотреть куда-то в сторону. Почему-то возникло ощущение, что его мысли слышали, и за них стало стыдно.  — Точно? Вы двое последнее время ведете себя странно. — Девушка посмотрела сначала на Доло, за тем на Камило, привлекая тем самым внимание обоих братьев.  — А я здесь причем? — Камило состроил недовольную мину. — Это все наш… — Вместо продолжения фразы всем, кто присутствовал на ужине, предстал образ Доло с перекошенным лицом, на котором явно виднелась потерянность.  — Неужели влюбился? — Тут уже Джульетта вступила в разговор. Мечтательная женщина сразу подумала о том, как в скором времени они будут играть свадьбу ее племянника, когда тот приведет в дом миловидную девицу.  — … — А вот Доло с такого заявления чуть не подавился, хорошо, во рту ничего не было. На пару секунд на лице застыл испуг, а после парень постарался отмахнуться. — Да нет…я не думаю, что это можно так назвать… — И все-таки в глубине души парень понимает, что тетя права. Но не может же он сказать, что влюбился в родного брата. Да и он сам себе этого говорить не хочет. Надеется, что это не так. — Если мне кто-то понравится, вы узнаете об этом на знакомстве… А пока говорить рано… — Доло посмотрел на брата, мол, спасай, меня ведь женят прямо сейчас, если женщин не остановить.  — Кстати о помолвках, Изабелла, как там твой рыцарь? — Камило понял намек и поспешил переключить внимание на сестру. Мельком парень видел, как Мариано клеился к Изабелле с букетом роз, так что ей точно терять нечего на семейном застолье… После ужина все разошлись по своим комнатам, и спустя полчаса Камило уже шебуршал на кухне в поисках закуски. Сыр, колбаса, печенье, лепешки, все было собрано на одну тарелку, с которой парень отправился в комнату брата. Камило еще не знает, почему алкоголь лучше закусывать, но раз Додо сказал, значит нужно. Да и зачем отказываться от возможности лишний раз перекусить? Разложив все на кровати, парни тихо радовались безнаказанной шалости. Доло налил вино в чашки, заполнив каждую до половины, а после поставил первую бутылку на пол.  — И все-таки ты должен признать, что это была замечательная идея. — Доло взял свою чашку, сначала принюхиваясь, что именно в ней находится, сухое, сладкое или полусладкое красное, и естественно не смог ничего определить на запах.  — Ты про что? Это ведь я в подвал залез. — Камило сделал точно также, но он скорее пытался понять, развезет ли его от одного запаха, ибо о том, что вино бывает разное на вкус, он не знал.  — Если бы я не сказал, что ты это уже сделал, ты бы не рискнул. — Первые пара глотков были сделаны, а привкус был заеден сыром. Парень чуть поморщился, надеясь, что скоро он к этому привыкнет.  — Ты плохо меня знаешь. — Камило улыбнулся, делая только один глоток и сразу прикрывая рот рукой. Он сравнил вкус сухого вина с кислым компотом, не понимая, как взрослые могут это пить.  — Я как раз знаю тебя лучше всех в этом доме. — Доло взял кусок сыра и пихнул его в рот брата. — В первый раз всегда не очень.  — Ты откуда знаешь? — Камило и не собирался оставить идею пить дальше, в конце концов он уже получил за это, а значит идти надо до конца и использовать возможность.  — Ты отводишь от меня стрелки. Ты ведь не думаешь, что я идеальный ребенок? Такой тут только один. — Доло сделал еще глоток и снял резинку с волос, распустив кудри по плечам и отбрасывая их рукой назад на манер Изабеллы.  — Хах, да. Это точно, двух идеальных мы бы не выдержали. — Только после второго глотка парень заметил разливающееся по груди и горлу тепло. Вино прогревало изнутри и это было достаточно приятно. — А ты не думаешь, что я тоже могу мамочке настучать?  — Нет. Ты ведь не я. — Казалось парень признал себя стукачом, но таким его считали многие, тут спору нет. — Да и что ты ей скажешь? Что ты пил в моей комнате и слушал пьяные байки?  — Я за это уже огреб. А вот ты спаиваешь ребенка~ — Победная улыбка от уха до уха красовалась на смазливом лице. Но естественно он ничего не расскажет. Брат прав, Камило тайны не выдает, да и мстить ему не за что, он признает, что несмотря на мелкие ссоры старший брат ему ближе всех, а в остальном Камило виноват сам.  — Какой из тебя ребенок? — Эта фраза была произнесена с наибольшей иронией в голосе. Ну как можно так нагло врать человеку, который знает все и про всех?  — Невинный. — Камило театрально похлопал глазками, все также улыбаясь. Как же выгодно, однако, быть подростком; пить мы взрослые, а получать за это, мы дети.  — Я слышал. Кстати, я смотрю, остальные ночи у тебя были скучными? — Роли поменялись, и уже Доло чувствовал свою победу в словесной перепалке, видя, как его брат резко краснеет и отводит взгляд. — Кто снился с утра?  — Ты… — Как только Камило понял, что ляпнул, он закрыл рот обеими руками и выронил уже пустую чашку. Заесть без помощи брата он забыл, ведь надо было продолжать спор. Алкоголь развязывает язык, сначала говоришь, а потом думаешь, это первая стадия, о которой парень не знал. Старший лишь ухмыльнулся, поднимая с пола чашку и наливая в нее еще вина.  — И что же я в твоем сне делал? — Если издеваться, то издеваться до конца. Доло понимает, что сны это вещь, которая иногда никакой логике не поддается, но в этот раз не будет странным, если гормональный взрыв и сильнейший раздражитель так вот смешаются в голове. — Закусывать не забывай, а то я тебя с утра выносить отсюда буду.  — Угу… — Камило притих, запихнув в рот кусок колбасы. Он все еще не поднимал глаза на брата, глубоко вздохнув и пытаясь найти, что ответить. Даже если бы он выпил больше и мог позволить себе рассказать обрывок сна, парень понятия не имеет, как это возможно описать…и откуда вообще в его голове такие вещи, если он о них даже не слышал…или слышал? Может когда-то мельком еще в детстве, но благополучно об этом забыл. После первой бутылки братья уже сидели в обнимку, вспоминая детство. Как когда-то давно Доло позволял себе обнимать брата за талию, а тот положил голову старшему на плечо, щекоча пышными кудрями чужую шею. В комнате слышался смех, ощущался уют, и не скажешь, что еще недавно они ругались, и Доло был причиной слез Камило. В их жизни слишком много эмоций, но зато некогда скучать. Доло мог рассказать Камило любой секрет, естественно, чужой. То, что слышал мельком. Конечно он знает о том, что Изабелла не хочет замуж и часто размышляет об этом по ночам вслух; знает о том, как плачет Мирабель из-за отсутствия дара и бабушки, которая просто не подозревает о том, что задела чувства младшей внучки; знает о том, что происходит за пределами их дома, каждую причину, по которой люди не могут уснуть. Доло не разносит сплетни, но хоть кому-то хочется об этом рассказать. Кому-то, кто умеет хранить тайны. До конца их посиделок Доло так и не сказал Камило, что он ему нравится не только как брат. А Камило не сказал, что ему эта игра и условие даже нравится. Да, парень признал это. Раз уж в голове витают извращенные мысли, можно развратить ситуацию еще больше. И когда алкоголь успокоил нервы, Камило признался сам себе, что ему интересно, насколько это далеко может зайти. Он будет выполнять условие, пускай не без стеснения, но по крайней мере Доло тоже парень, он знает каково это…а может и сон сбудется. Последнюю фразу Камило произнес вслух шепотом. По тихому смеху брата парень понял, что ляпнул и попытался сесть нормально, подальше от старшего, но тот его удержал.  — Я-я не… — Камило дернулся в попытке освободиться и придумать оправдание этой фразе. Что бы соврать, что бы соврать…  — Да успокойся, все в порядке. — Доло поцеловал брата в макушку, не снимая улыбки с лица. Ему уже все равно, о каком именно сне идет речь, и он прекрасно понимает, что Камило любит такие риски, даже если имеет в виду сон с участием старшего брата. Да, младший признает это далеко не сразу, но все равно делает каждый раз все более удивительные вещи, пускай доселе и приличные. Доло тоже когда-то не сразу принял свою ориентацию, долго пытался себя пересилить, хотя и благодаря своему слуху знал, что он далеко не единственный такой и это нормально. В комнате все постепенно стихло, и ближе к утру они оба спали в обнимку на кровати старшего, не заметив, как пришел сон…