в честь путешественника Ганса

Солнце и ясное небо, мне кажется, взяли в Мондштадте тайм-аут. Третьего дня, я забыл написать, с гор сошла небольшая лавина. Лагерь отчистили, справились быстро, чудесная вышла картина, Всех энергичней была быстрокрылая юная девочка-скаут. Точно, так письма не пишут. Привет. У меня всё неплохо, сойдёт. В старой таверне, где много котов, говорят, рассыхаются доски. Местный художник с утра раздаёт детворе забесплатно наброски — Полный порядок, да будет счастливым свободный мондштадтский народ. Как у тебя? Как стихи, как мечта, как болячка на левой щеке? Я не забыл о твоём обещаньи закончить те грустные песни, Даже на лире играть научился, при встрече исполним их вместе. Я покажу тебе небо — и звёзд отраженье в бескрайней реке, Я отведу тебя в город у моря, торгующий нашим вином. Люди — из крайности в крайность — там сплошь либо жулики, либо педанты, Там корабли есть, и праздников множество разных, и горы-гиганты, Если б мы встретились, я показал бы, как здорово в городе том! Я показал бы, как наш лунный город велик и величествен стал, Я показал бы, как счастливы люди, как радостен птичий полёт — В небе свободном, высоком, безоблачном время течёт, будто мёд, Я показал бы… Но некому. И, если честно, я очень устал.