Смарт-boy. Интриганство как стиль жизни

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

      — Снег почти заканчивается, а я думал, он будет идти до самого вечера, — остановившись напротив окна, высокий крашеный шатен с хмурым выражением лица уставился во двор. И констатировав факт резкого изменения погоды, попытался заранее составить свой дальнейший распорядок дня, расписывая его в своей голове по минутам.       В этом году весна выдалась необычайно холодной. Метели чередовались с проливными дождями, а солнце редко выглядывало из-за сизых облаков. До апреля было далековато, но такая погода уже никого не смущала. Кто-то подсознательно чувствовал, что скоро здесь грядут большие перемены, а кому-то подобные ожидания напоминали иллюзию, которым не суждено было сбыться.       Занятия ещё не начались, но в аудитории уже было шумно. Предыдущий преподаватель статистики и эконометрии уволился, перейдя в другой вуз, и, оставшись на какое-то время предоставленными сами себе, студенты бурно обсуждали предстоявший зачет и не только его.       — А мне кажется, Жан, он уже заканчивается, — высказалась вслух одна из брюнеток, тоже подходя к окну.       — Не факт, — отозвался её одногруппник, резко к ней поворачиваясь. — Похоже, он только усиливается, так что мне опять придется возвращаться домой по лужам.       Лишь пожав плечами в ответ, девушка от него отвернулась, вовлекаясь в беседу с остальными. И оставшись снова предоставленным самим себе, парень, в чертах лица сквозило что-то воинственное, перевел взгляд снова в окно, привыкнув разговаривать с одногруппниками свысока и в довольно грубоватой форме. Вместе с тем ему было свойственно несколько агрессивное выражение эмоций, отсюда и возникающие каждый раз на ровном месте конфликты, которые он предпочитал разрешать не словом, а кулаками. То была его излюбленная методика «наказания» оппонентов. И продолжая использовать ее всякий раз, как только ситуация выходила из-под контроля, пока что ему не посчастливилось столкнуться с тем, кто превзошел бы его в данном виде «искусства» наверняка, что его вполне устраивало, как старосту.       Мина Каролина, она же замстароста этой группы, являла собой полную его противоположность. Стройная, симпатичная кареглазая брюнетка с двумя косичками до плеч привлекала к себе внимание всюду, где бы не посчастливилось ей появиться. В ее глазах отражался томный блеск, а когда она начинала улыбаться, ее щеки окрашивал легкий румянец. Бросив на неё мимолетный взгляд, один из одногруппников судорожно сглотнул, и не оставив без внимания столь странное его поведение, Мина тут же поспешила заметить:       — Марко, ты чего?       Уставившись на неё так, будто хотел донести до ее ведома что-то очень важное, высокий веснушчатый парень прикусил свой язык, невероятно смутившись, и подозревая, что ничего нового она от него не услышит, Мина невольно улыбнулась, всматриваясь в его лицо:       — С тобой все в порядке?       Так и не дождавшись от него ответа, она тотчас развернулась и направилась в сторону своего стола, размышляя о причине странного поведения одногруппника. А тот… Как раз собирался пригласить её на прогулку, а после сходить с нею в кафе, но не сложилось. Не хватило смелости к ней подойти, а ведь столько было желания!       Борясь с собственными чувствами, он устал бросать в ее сторону восхищенные взгляды. Пришла пора переходить к решительным действиям, а на это у него пока не хватало запала. И причиной его неуверенности в себе, возникшей чуть ли не на ровном месте, послужил недавний разговор с ещё одной безнадежно влюбленной в него одногруппницей, чьих чувств он, увы, разделить не мог.       Саша Браус — полная, но довольно симпатичная девушка хотела тоже пригласить его в кафе, чтобы признаться ему во время ненавязчивой беседы в своей симпатии, считая Ботта своей «второй половинкой». Увы, первая в её жизни инициатива по отношению к парню оказалась провальной.       Насмешливую и немного наивную одногруппницу Марко не замечал в упор, а её приглашения куда-либо открыто им игнорировались. И чувствуя себя виноватым, он старался поменьше с ней пересекаться, отлично понимая, что не может поступить иначе. Ну, не нравилась ему Браус и все тут! Вот только врожденная деликатность не позволяла парня высказать ей свои претензии напрямик. Не понимая, как сильно она «достала» его своим вниманием, сталкиваясь с очередным его отказом, Саша только больше убеждалась в том, что Ботт к ней неровно дышит. Ей просто надо больше приложить усилий для завоевания его расположение и спустя время парень сам падет к её ногам. Увы, как ни старался Ботт разбить в пух и прах её надежды, увиливая от общества Браус, Саша по-прежнему продолжала видеть в нем своего поклонника, убеждая саму себя, что они просто созданы друг для друга, и по-другому быть не могло.       Пара началась незамедлительно. В пустовавшей ранее аудитории были заняты все места, когда на пороге помещения появилась особа, которая в дальнейшем будет ассоциироваться у этой группы с такой дисциплиной, как «статистика и эконометрия», причем в самом плохом смысле этого слова.       В аудиторию ввалилась невысокая и тоненькая женщина в очках и одежде, чей стиль за километр отдавал нафталином. О том, что творилось в её голове, представить было несложно. Добравшись до своего места, она уселась за стол, и невольно проворчала, обведя хмурым взглядом аудиторию:       — А почему никто не встает в присутствии преподавателя? Не уважаете меня или что?       До последнего не веря, что эта очкастая мымра — их новый преподаватель статистики и эконометрии, большая часть студентов откликнулась на её просьбу без особой охоты. Остальные, отказываясь реагировать на бесцеремонную просьбу преподавательницы, предпочли остаться на своих местах, наблюдая за дальнейшим развитием событий. Эта женщина пробыла в аудитории каких-то пару минут, а успела им надоесть так, будто преподавала в этом вузе всю свою сознательную жизнь, заменяя им преподавателей и по другим дисциплинам, в том числе.       Оставшись в какой-то степени довольной их послушанием, Рико Брженска (так звали эту «низенькую женщину в очках»), покосилась по сторонам, и прежде чем начать перекличку, ещё раз обвела хмурым взглядом аудиторию. Обнаружив внезапно ещё пару свободных мест на задних рядах, Брженска сердито сдвинула брови. В её практике не было такого, чтобы студент мог позволить себе опоздать на занятие, а то и вовсе на него не прийти по неуважительной причине. Поэтому загоревшись желанием доказать этой группе, что на её лекции надо приходить вовремя, она хотела озвучить вслух свою речь относительно того, как плохо быть недисциплинированным, прогуливая пары накануне зачета, к которому ещё надо будет заработать пропуск, когда в следующий момент на пороге аудитории появился их куратор — высокий, статный блондин Эрвин Смит.       Прослыв самым амбициозным преподавателем вуза, этот мужчина успел завоевать уважение со стороны не только коллег, но и самих студентов. Именно по этой причине ему прочили великие достижения в карьере, чего он сам никогда не отрицал, претендуя на должность декана экономического факультета. И пока студенты, переглядываясь между собой, пытались понять, что происходит, подмигнув в сторону двери, Эрвин кого-то к себе подозвал. Спустя пару секунд в аудитории появилась незнакомая девушка, ловя на себе восхищенные взгляды парней и слегка завистливые — со стороны будущих одногруппниц.       — Знакомьтесь, Микаса Аккерман, — представил её куратор. — С сегодняшнего дня она будет учиться в вашей группе.       Нерешительно выступив вперед, стройная брюнетка с недоумением уставилась на новый коллектив. В её серых в обрамлении пушистых ресниц глазах вспыхнули искры затаенного испуга, а на лице мелькнула рассеянная улыбка.       — Я так и знала, что сегодня что-то произойдет, — еле слышно пролепетала курносая блондинка Хитч, наклоняясь к своей соседке — Энни Леонхарт, хладнокровной блондинке с высоко собранным пучком на голове.       — Ты была права, — согласилась та, с любопытством рассматривая будущую одногруппницу, в частности, акцентируя внимание на утонченных, почти азиатских чертах её лица. И чем дольше девочки наблюдали за ней, тем больше у них крепло внутри убеждение, что данная особа, несмотря на внешнюю отстраненность, обладает довольно своенравным характером, который даст о себе знать, как только представиться такая возможность и она получше познакомиться с новым коллективом.       — Прошу относиться к ней с пониманием. — Добавил после недолгой паузы Эрвин Смит, удостоверившись, что знакомство группы с новенькой прошло гладко и ему не о чем беспокоиться. Стоило незнакомке подойти поближе к переднему ряду, как сосед Ботта — Жан Кирштайн слегка отшатнулся, с любопытством скользнув по её фигуре и волосам.       В целом, образ девушки производил на окружающих впечатление какой-то эфемерности со скрытой внутренней силой и готовностью идти до конца в своих устремлениях. Её взгляд был чист и ясен подобно потоку горного водопада, в котором, набегая один на одного, плещущиеся волны устремлялись вдаль. Точеный овал её лица обрамляли длинные, почти до пояса, шикарные и пахнувшие чем-то приятным локонами. Малейшее движение головой и ниспадавшие вдоль плеч волосы вздрагивали, просвечиваясь стрелами лучей, устремлявшихся вверх подобно ярким молниям. Ее мягкая кожа цвета слоновой кости всегда была в прекрасном состоянии, а пухлые губы имели манящий вишнёвый цвет. В каждом движении этой девушки сквозило что-то кошачье и необузданное.       Получив разрешение сесть, Микаса устремилась к столу, за которым сидел застенчивый блондинчик Армин Арлерт. Заметив, что новенькая хочет сесть именно с ним, он машинально отодвинул в сторону свои вещи. Сев рядом, Микаса поправила свои волосы, после чего устроив на своей половине стола сумку, принялась вынимать оттуда тетради, отключая звук на смартфоне.       После исчезновения куратора в аудитории снова начался галдеж, так что Рико Брженской пришлось приложить немало усилий, чтобы угомонить разбушевавшихся студентов. Вот только на её окрики и постукивания кулаком по столу уже никто не реагировал. И едва с обсуждением личности новенькой было покончено, женщина снова продолжила перекличку, уверенная, что больше никто не осмелиться опоздать на её занятие. Таким образом, вновь оставшись вновь предоставленная сама себе, Микаса уставилась в свою тетрадь, чувствуя на себе посторонние взгляды.       Пока что у неё не было доверия к новому коллективу, и, предпочитая пока держаться от всех в стороне, она была уверена, что со временем у неё получиться здесь с кем-нибудь подружиться. И пока в аудитории шла перекличка, в этот момент к воротам вуза подъехал автомобиль. Покинув место рядом с водителем, невысокий брюнет рывком схватил свои вещи, и, захлопнув за собой дверь салона ногой, с презрением уставился на здание университета.       В его темно-серых глазах, под которыми залегли едва заметные тени как следствие бесконечных гульбищ с огромным количеством спиртного и употребления крепких веществ сквозил полный и тотальный пофигизм к окружающему миру. Его до сих пор мутило после бессонной ночи, о чем свидетельствовал его неестественно бледный цвет лица и немного остеклевший взгляд; идти на занятия в таком состоянии ему не очень-то хотелось. Только деваться уже было некуда. Устроив ему накануне хорошую взбучку, отчим снова погнал его на занятия, с условием — в этот раз ни шагу из университета, иначе он перестанет вносить плату за его обучение. Поэтому парню не оставалось ничего другого, кроме как собрав свою волю в кулак, ринуться вперед, инстинктивно взлохматив нависшую над глазами челку. Сидевший за рулем шофер Ханнес пожелал ему удачного дня, но тот, лишь поджав свои тонкие губы в ответ, ускорил шаг, не обратив на его напутствие никакого внимания.       — Марко Ботт есть? — осведомилась Рико Брженска у присутствующих, окидывая взгляд аудиторию. Кто-то поднял вверх руку. — Прекрасно, — отозвалась преподавательница, поставив точку в пустом квадрате графы напротив указанной фамилии. — Саша Браус?       Кареглазая пышка не только подняла вверх свою руку, но и соизволила встать с места, показывая себя новой преподавательницей во всей красе.       — Хорошо. Поплыли дальше. — Рико Брженска скользнула взглядом ниже по списку, останавливаясь напротив следующей фамилии, после чего поправив на переносице свои «иллюминаторы», посмотрела поверх стекол на студентов, слегка прищуриваясь. — Эрен Йегер?       В ответ — тишина.       — Эрен Йегер!!! — повторила она, повышая голос. — Не слышу! Ты есть или тебя нет?! Чего молчим?       В какой-то момент в помещении прекратились все разговоры. Повторив свой вопрос, однако так и не получив на него ответа, Рико Брженска попыталась добиться у старосты хоть какой-то информации по поводу отсутствовавшего студента, с трудом сдерживая свой гнев. А сам Йегер, тем временем, преспокойно спал себе дома, умудрившись каким-то образом вновь прослушать звон будильника на своем телефоне. Лишь перевернувшись на второй бок, он соизволил открыть глаза, тут же потянувшись рукой к прикроватному столику. И едва злосчастный гаджет оказался в его руках, взглянув на циферблат электронного будильника, парень едва сдержал вопль ужаса, который был готов сорваться с его уст при виде высветившихся там цифр.       Прошло ровно полчаса занятий, а он до сих пор был дома, пообещав накануне куратору, что такого больше не повторится. Времени на полноценные сборы у него не оставалось, но если он поторопится, то возможно успеет. К концу занятия.       Не мешкая, парень сбросил с себя одеяло и, поставив перед собой цель добраться до универа во что бы то ни стало, он со всех ног помчался в душ, споткнувшись о собственный рюкзак, брошенный им накануне прямо напротив двери его собственной комнаты.