Момент, когда ты понял, что прав

***

Утро длилось нескончаемо долго, Дрим никогда не думал, что часы ночью тянуться так долго. За сном никогда не понимаешь, что пролетело 9 часов, думается, что прошло пару минут. Для кого-то эти «пара минут» являются красочной картинкой, где они видят друзей, семью и любимых. Где все отлично, и они занимаются всевозможными приятными вещами. Потом эти люди просыпаются, возможно, с улыбкой на лице, а может и со слезами, понимая, что это всего лишь сон, мечта. Есть люди, как люди. Их сон - это секунда с закрытыми глазами. Но закрыл ты уставшим, а открыл уже бодрым. Им ничего не снится и они этому очень рады. Дрим бы хотел, чтобы ему ничего не снилось. Он бы благодарил всех, кого можно. Но к сожалению, его мольбы никто так и не услышал, и каждую чертову ночь он просыпается в холодном поту, только потому что секунду назад он снова видел это. Она всегда говорила, что все будет хорошо. Выходила на сцену и выглядела так идеально, что взгляд оторвать было невозможно. Грация и эмоции в ее теле… Ни одна, даже самая профессиональная балерина не могла повторить этого. Она не играла, она жила. Длинные тяжелые постановки давались ей настолько просто, настолько идеально, как будто только что не она оттанцевала 4 часа в пуантах с перерывом на антракт в 15 минут, где ей все равно приходилось бегать и заниматься делами за кулисами. Клэй безумно любил свою маму, любил ее голос, ее руки, ее грацию и ее балеты. Когда находились проходники, Эстель, не задумываясь отдавала их сыну и тот всегда приносил цветы, купленные на личные карманные деньги. Ему было 9, когда он пришёл на последний. Она как всегда вышла на сцену. Шаг, шаг, плие. Поворот, шаг, прыжок. Падение Скорая приехала быстро, за пеленой волнения и слёз Клэй и не заметил этого. Зрители, суетясь, обсуждали происходящие, мальчик пробивался сквозь толпу людей и бежалбежалбежал туда. За кулисы. Когда он пришёл, люди в синих костюмах выносили ее на носилках. Дрима остановили несколько балерунов, что стояли рядом. Мальчик кричал и вырывался, просил отпустить его к матери, но парни держали крепко. На их лицах была горечь, девушки рядом плакали. Она скончалась через пару часов в больнице. Врачи говорили с отцом больше часа, пока Клэй молча залипал в стену напротив. Он крутил в руках ее диадему, что была надета во время спектакля. Украшение ему отдала одна из балерин, которая уходила в гримерку. Девушка потрепала его по голове и сказала: — она просто была уверенна, что ты сделаешь все верно. На коробке от украшения, которую дали позже с вещами было написано: «Если ты знаешь того, кто достоин этого украшения, то просто знай - что прекрасней танцора ты не найдёшь» Шли недели, месяца и года. Вместе с ними рос и Дрим. Росли и его навыки в балете. Клэй особо не был хорош в танце, но ему очень хотелось продолжить дело матери. Может, когда-нибудь он найдёт тот секрет, разгадает ту загадку ее величия и грации. Может, он поймёт, как его мама смогла стать такой идеальной балериной, откуда в ней столько правильности и эмоций на сцене. Его редко хвалили учителя. Особенно тот, который преподавал актерское мастерство. Он всегда говорил, что в парне нет никаких чувств, когда он танцует, есть только «знаю, как делать, но это потому что надо». Он знает, как танцевать и зачем ему это, но чувств вложить не может. Клэй злился, бил посуду и выкидывал в окно пуанты. Ему хотелось, чтобы диадема, что все ещё лежит на полке рядом со столом была по праву его. Он хотел быть лучшим танцором, как бы это эгоистично не звучало. Но Дрим считал это долгом.

***

Выпив последние пару глотков кофе из термоса парень вздохнул и встал с кровати, чтобы наконец-то начать собираться в училище. Сегодня занятия проходили по другому расписанию и вечерний поток должен был смешаться с утренним ради обмена опытом и подготовки к будущему отчётному концерту. Дрима очень волновал это концерт, его безумно волновала его роль. «Щелкунчик». Ему нужна была одна из главных ролей постановки, чтобы наконец-то доказать, что он достоин украшения матери. Возможно, сны с достижением этой цели прекратятся и дадут Клэю возможность нормально жить. Вся утренняя рутина пролетела как стрела, выпущенная из лука с тугой тетивой. Парень пулей прилетел в училище с удручающим пониманием, что он все же опоздал. Дрим быстро зашагал в сторону раздевалок и кабинета, как его остановила до жути знакомая музыка. Нет, это не было чем-то новым, что в классе совсем рядом с ним играла музыка из щелкунчика. Просто из-за приоткрытой двери спускались на пол лучи и в этих лучах так прекрасно двигался чей-то силуэт. Клэй не удержал любопытства и тихо заглянул внутрь, чуть не уронив при этом челюсть. Парень внутри класса исполнял партию главной женской роли в спектакле. Без партнера ему приходилось выкручиваться с моментами с поддержками, но даже без этого его танец казался Дриму чем-то знакомым. Зелёные глаза блуждали от тонких, грациозно движущихся рук к спокойному выражению лица и прикрытым глазам. Аккуратная поступь брюнета поражала, его грации позавидовала бы любая девушка в училище. «Он такой маленький, просто миниатюрный.» Дрим поймал себя на мысли, что пялится на брюнета уже около двух минут и встряхнул головой. Он так же тихо приоткрыл дверь, кинул сумку на пол рядом, стянул с ног кроссовки, оставшись в одних носках. Он взглянул на парня снова и усмехнулся. Балерун танцевал в новогодних носках с пряничными человечками, и Клэю так хотелось смеяться, но законченность танца была гораздо важнее. Блондин тихо кашлянул, и парень удивленно открыл глаза, даже не прекращая движений. Поворот, за ним ещё один, но брюнет не отрывает глаз от молчаливого собеседника. Дрим улыбнулся, и что было крайне странно, мальчик улыбнулся в ответ, останавливаясь в ожидающей позе, как бы приглашая. Музыка сменилась на 71 оркестровый Ноктюрн из второго акта, и Дрим с ужасом понял, что отлично знает эту часть и уже стоит в похожей позе, что и брюнет. Они встречаются взглядами перед первым, вступительным тактом и не отводят глаз, даже когда танец начинается. Тела двигаются в такт музыке и все кажется таким правильным, даже руки Дрима во время поддержки, которые покоятся на талии парня и выглядят так идеально, что Клэй удивляется, что раньше не замечал этого. Музыка играет громче и подходит к красивейшей части, где эмоции обоих уже начинают зашкаливать и Дрим чувствует как движения льются из его тела сами, он не думает о них. Совсем. Он думает о карих глазах напротив, что так спокойно смотрят на него в любой удобный момент. Думает о руках, которые держат его собственные и о улыбке, которая играет на тонких губах незнакомца. Музыка подходит к кульминации, и финальный аккорд заставляет обоих остановится в позе, прижавшись друг к другу, переплетая ноги. Клэй чувствует на своей шее учащенное дыхание и понимает, что сам дышит так же тяжело. Они смотрят друг на друга ещё пару секунд, прежде чем со стороны раздаются аплодисменты. Негромкие, немногочисленные и парни со страхом в глазах переводят взгляд в сторону звука и видят там главного хореографа училища. Оба думают, что лучше бы им прямо сейчас объясниться, но голос руководителя звучит, как гром среди ясного неба: — ваши роли подтверждены, ждём вас на репетиции. Только попробуйте не танцевать так же. По правде говоря, я был поражён. А вы знаете - меня сложно поразить. На такой загадочной ноте учитель покидает класс, оставляя парней объяснятся уже друг с другом.

***

Через месяц они танцуют на главной сцене театра, так же смотря в глаза друг другу и не скрывая взволнованных улыбок, переплетают пальцы перед выходом к залу. Играют первые аккорды их совместного выхода, и Джордж поправляет диадему на голове. Клэй думает, что решил правильно. Она подходит ему, так же, как подходила его маме.