Утренние драбблы к "Долгу крови"

Франция, 2003 Сквозь сон Билл ощутил лёгкое прикосновение. Кто-то водил пёрышком по его лицу, щекоча лоб, нос, губы. Хм, и кто бы это мог быть? Он приоткрыл один глаз и улыбнулся Люциусу. - Привет. Чего щекотишься? - Ты предпочитаешь лязганье проклятого артефакта, который ловко маскируется под наш будильник? – Люциус отложил пёрышко. – Кстати, напомни, почему мы сегодня встаём в такую рань? - Я разве не говорил? – Билл зевнул. – Флёр просила нас побыть с Вики. - А что такое? - Няня заболела, Габриэль уехала. Или наоборот. А у Флёр сегодня какой-то важный показ. Надеюсь, ты… - …не против, не против. Сколько раз можно говорить: иначе я бы не согласился на переезд во Францию. - Да, но просто… - Просто ты у меня зануда, - Люциус прилёг рядом, и Билл вновь улыбнулся. - Но тебе же нравится? - Пожалуй. Особенно когда ты вот так потягиваешься… - рука Люциуса скользнула под одеяло. - М-м… Не надо, они же сейчас придут… - Ещё рано, - Люциус прервал возможные возражения поцелуем, и Билл сдался: нежно укусил его за губу, прижался всем телом. Но тут по коридору рассыпался дробный топот маленьких быстрых ножек, и дверь спальни распахнулась. - Папа! Люциус! – белокурая пятилетняя девчушка кинулась к застывшим в интересной позе мужчинам, но, к счастью, была перехвачена подоспевшей Флёр. - Да сколько же можно… - начала она, но осеклась. – М-м… Извините, - пряча улыбку, Флёр сгребла в охапку недовольную Вики и поспешно вышла из спальни. Люциус глянул на замершего Билла. - Интересный оттенок красного. Бордо тебе к лицу. Тот не нашёлся что ответить, лишь вывернулся из его рук и наградил гневным взглядом. - Снова ты… - возмущённо начал он. – Чёрт! Мне нужен душ. Холодный. - Ну так иди, - Люциус изо всех сил старался сдержать улыбку. – Увидимся за завтраком. Он перекатился через кровать, успев мимоходом поцеловать рассерженного Билла в плечо, выскользнул в коридор и там уже получил право смеяться сколько угодно. В конце концов, без маленьких шуток жизнь была бы скучной. В холле Флёр энергично вытрясала из кого-то душу через камин. Вики сидела на софе, и судя по тому, как чинно были сложены пухлые ручки, ей здорово влетело от матери. Завидев его, Флёр прервала каминную экзекуцию и улыбнулась. - Люциус! – она с чисто французской непринуждённостью расцеловала его в обе щёки и затараторила: - Ох, мне жаль, что я вновь вас зат`удняю, но мне так нужно, этот показ… - Всё нормально, - Люциус с удовольствием оглядел её. – Прекрасно выглядишь. - Je suis couturier*, мне положено, - расцвела Флёр. – Это, кстати, из новой коллекции, фасон я назвала… - тут из камина донеслась многоголосая французская брань, и Флёр, метнулась к нему, успев на бегу крикнуть: - Не давайте ей шоколад, как бы не просила! И пусть поспит днём! - Удачи! – пожелал Люциус и обернулся к Вики. – А мы пойдём завтракать, да? Она ответила до боли знакомым взглядом исподлобья. - Нет. О-о, здравствуйте, мистер Уизли. Ничего, мы умеем с вами обращаться. К счастью, склонность к Малфоям тут тоже фамильная. Он взмахнул палочкой. - Акцио, Вики! Та с восторженным визгом влетела в подставленные руки. Люциус охнул, нарочито покачнулся, и превращение насупленного волчонка в девочку было успешно завершено: Вики залилась довольным смехом и обняла его за шею. - Скоро вырастешь совсем большая, - заметил Люциус. - «Акцио» уже не возьмёт. - Да! - А чтобы вырасти побыстрее, что нужно делать? - Что? - Есть! Так что поехали в столовую. - Поехали! ***** - Ваш тост, мадемуазель, - Люциус отлевитировал Вики щедро намазанный апельсиновым джемом кусочек. Та старательно отгрызла поджаристый уголок, сморщила носик и, явно кому-то подражая, заявила: - Пересушен. - Ах, простите… - …но раз его мазал ты, значит, съем! Люциус только глаза закатил. По-английски Вики говорила на удивление чисто, но в остальном – француженка до мозга костей. Маленькая кокетка. Улыбаясь своим мыслям, он взял ещё один тост, и пропустил момент, когда аппетитное похрустывание на другом конце стола сменилось опасной тишиной. - Люциус, - задумчиво, – а как вы это делаете? - М? - Ну, вы с папой… как вы делаете это? Люциус в панике смотрел на неё. В своём любопытстве Вики была неумолимее всех великих инквизиторов вместе взятых. Надо отвечать. Сам виноват - дошутился, навёл на мысли. И даже про пестики и тычинки-то не расскажешь. Чёрт. - Как вы… целуетесь? - Э-э… А… А что с этим не так? – Люциус не мог поверить своему счастью. - Ну, - Вики смущенно поёрзала на стуле. – Вам разве носы не мешаются? - Хм, - Люциус нахмурился, демонстрируя глубокую задумчивость. – Полагаю, нужно немного наклонять голову. Вот так. - О-о… - протянула Вики. И это было совершенно великолепное «О-о» - многообещающее, дающее понять, что в ближайшее время полученные знания будут применяться на практике. Люциус покачал головой, усмехнулся. Бедный Билл, ему уже можно тренироваться в отваживании её поклонников. - О ты, истинная дочь Франции, - позвал он. - А? - Не говори папе, что я тебе об этом рассказал, хорошо? - Хорошо, - послушно кивнула та. В этот момент в столовую вошёл полусонный Билл. - Папа, а Люциус научил меня целоваться! - А-а… Чего??? Билл ошеломлённо уставился на них. Вики с Люциусом одарили его совершенно одинаковыми лисьими усмешками и в унисон пропели: - Хочешь тост? * "Я же модельер".