The Witcher Textual Ask - Ответы (Риенс)

Q: Если ваш персонаж получает увечье, как он с этим справится? A: Боль. Дикая, безумная, неописуемая боль вонзалась в тело тысячами раскаленных игл, и невозможно понять где начало, а где конец этого кошмара. Сквозь ощущение испепеляющего жара с другой стороны в кожу впивался холод гладко отшлифованного камня. Наверное, он лежал на полу. Сжавшийся в непередаваемой муке человек не слишком понимал где верх, а где низ, и в какой именно позе он сейчас находится, только пытался свернуться тугим клубком, что делало боль лишь сильнее, раскаленные иглы жадно приветствовали каждое движение своей жертвы. В ушах застыл чей-то пронзительный крик, почему-то не высокий и надрывный, а больше похожий на хриплый рёв тяжело раненого зверя. До судорожно корчившегося на полу человека далеко не сразу дошло, что кричал он сам. А через минуту он уже не кричал, а выл через сжатые до скрипа зубы – силы быстро покидали раненого. Буднично открытый портал вспыхнул посереди зала. Такой трюк ничего не стоил великому мэтру, найти нового компетентного исполнителя гораздо сложнее, поэтому Вильгефорц не бросал своих помощников. Не по доброте душевной, этой доброты не водилось там уже очень, очень давно, всего лишь прагматичное соотношение выгоды и затраченных усилий. Из портала выскочил крайне рассерженный и потрёпанный человек. А следом яркой вспышкой полыхнул тепловой заряд, заставив двух наёмников, уже готовивших пару ядовитых слов для прибывшего, бодро шарахнуться в стороны. Теперь они стояли рядом с одной из колонн и смотрели, стараясь даже не шевелиться. Термальный заряд ударил по левому боку мужчины, его отшвырнуло на пол. Левая сторона лица моментально превратилась в отвратительную смесь багрового и коричневого. Пятнами вспыхнула одежда на боку и левой руке, но огонь тут же погас, оставив тёмные пузырящиеся подпалины. В воздухе завис тошнотворный запах дыма и сожженной плоти. Никто из присутствующих не торопился броситься на помощь. Один из наёмников как-то кисло морщился, наверное, представив себя на месте корчившегося и орущего от нестерпимой боли неудачника. Но с места не сдвинулся. Не их ума дело. Не их право решать жить этому человеку или умереть. Может быть, в другой ситуации кто-то из их соизволил попытаться как-то помочь, просто из расчёта, что если их товарищ выживет, то в нужный момент оплатит той же монетой, пусть и не очень в это верилось. Две пары блестящих глаз устремились в темноту. Высокий, ухоженный мужчина подошёл к уже почти затихшему человеку. Несколько секунд стоял, глядя сверху вниз, цепкий взгляд пробежался по тяжёлым травмам. А затем он слегка взмахнул рукой и с кончиков пальцев бледным поток заструилась чистая сила. Скорчившийся на полу шпион обмяк, наконец-то перестал стонать и сделал глубокий вдох, оборвавшийся каким-то тихим хрипом. Исцеляющая магия делала своё дело. Вот только такие раны за один раз не излечить. Великий мэтр и не пытался. Достаточно просто позволить его неудачливому помощнику не сдохнуть на этих полированным камнях, а дальше вход пойдут зелья и старания кого-нибудь из обычных лекарей, среди наёмников вроде были такие. Удивительно, но ожоги тяжело поддавались магическому лечению. - Дерьмово выглядишь. – Высокий крепкий блондин бесцеремонно открыл дверь и вошел в небольшую комнату, бегло посмотрел на стрельчатое окно, словно не зная на чём стоило бы сфокусировать внимание. Ответом стало хмурое фырканье. Только сейчас Кеннет перевёл взгляд на лежавшего в кровати человека. Наверное, со времен цинтрийской тюрьмы Риенсу не было настолько паршиво. О том, что случилось после того, как он пересёк магический провал портала, он старался не вспоминать. Даже теперь боль грызла израненное тело, сбивая всю спесь, заставляя просить о снимающих боль зельях, получая в ответ короткие фразы о том, что больше просто нельзя, так и отравиться недолго. Половину лица закрывали льняные повязки, уже без следов крови. Грудь и рука туго перевязаны. Лечебная мазь приятно холодила быстро заживавшие раны, но полностью боль не снимала. Риенс, казалось, уже был готов на всё, лишь бы треклятая боль наконец-то его покинула. Отчаяние комом застревало где-то в горле, заставляя перекашиваться бледные губы. - Чего тебе? – Хотелось бросить короткую фразу дерзко, вызывающе, но голос предательски дрожал замученной усталостью. - Жратву твою притащил. – Кеннет явно было не в восторге от роли посыльного, но из-за такой мелочи возмущаться глупо. На стол рядом с кроватью встала тарелка с хлебом, сыром и вяленым мясом, а рядом большая кружка с каким-то питьём. Вильгефорц хотел, чтобы он жил. И чтобы как можно скорее вернулся к работе. Судорожно сжатые пальцы подтянули одеяло. Кеннет несколько секунд помялся, а затем было развернулся к двери, но остановился, услышав злой, колотящийся голос. - Меня рано списывать со счетов. Стрелок взмахнул рукой в сторону. - Ну, ты живой. Не вижу повода. Риенс словно не слышал его слов. - Она мне заплатит. Они все мне заплатят. Вот увидишь, я… - Тирада прервалась глухим кашлем, раненый откинулся на подушку, тяжело сглатывая слюну. Кеннет пожал плечами и опустил уголки рта в каком-то весьма забавном выражении лица. Но Риенс этого не заметил. Пара неосторожных движений и боль впилась в изувеченное лицо острыми когтями. Холод магического зелья быстро нашёл на неё управу, но полностью прогнать не смог. Мечты о мести были диво прекрасны, но своя собственная судьба в такие моменты волновала молодого чародея куда больше.