Чернильная Катастрофа или По Прихоти Судьбы

      Наверное, не нужно говорить, что потребовалось какое-то время, пока Бенди не исчерпал все вопросы, которые возникли у него. А их было достаточно много. И да, он был в какой-то степени поражён тем, что Кира оказалась не первой, кто переродился и выжил. Хоть и тот факт, что какая-то девчонка смогла столько времени скрываться и быть незамеченной даже им, больно ударил по его самолюбию. Ну, наверное, тут любой бы негодовал, узнав, что его дурили несколько лет, притворяясь каким-нибудь жителем студии.       В целом, он довольно легко принял новость, что теперь на студии живёт ещё одна личность, что не могло не радовать саму «новую» обитательницу. Ведь если бы её снова попытались утопить в чернилах – и в этот раз это бы взаправду случилось, так как лимит возрождений исчерпан, – то не особо это и поднимало бы настроение, верно? Так что факт остаётся фактом: Лиза могла выключить режим «невидимки» и облегчённо вздохнуть. За все несколько лет.       Сейчас демон сидел за столом, сложив руки на груди, и, немного хмурясь, напряжённо переваривал всю полученную информацию, слегка подергивая хвостом. Девушки не мешали ему и беседовали между собой, обсуждая в основном события цикла, пока появилась возможность. — Ну, по моим наблюдениям, я точно уверена, что у Генри возникают кошмарные видения на пентаграмме, в начале, потом в архивах, длинном коридоре и в самом конце, при проигрывании бобины, — Лиза смотрела на сделанные ею надписи на листах, что были развешаны на стене. — Так-то ещё видения появляются при нападении Бенди на Нормана и при убийстве Бездушного Бориса, — добавила Кира и приподнялась на носках, читая заметки. — Ну, и ещё в некоторых других случаях, но это уже только при выполнении определённых действий. Только вот я не пойму, зачем они нужны? Только самое первое что-то, да говорит, а остальные вообще не ясны. — Это, скорее всего, из-за цикла. Возможно, просто работает, как дежавю, — та пожала плечами. — Но если даже не ясно, для чего они, то последнее имеет свое значение. — При смерти Бенди? Какое? — Я никогда не умирал от этого «Конца», — вдруг вмешался в разговор демон, который всё это время немного, да слушал. — Я всегда остаюсь на том же самом месте. — Но ведь Штейн как бы видит твою... недо тире смерть, — не особо поняла Воронова. — Он наблюдает видение. Но никак не то, как я испаряюсь.       Подросток все ещё недоумевала, не въезжая в их поток мыслей. — Ты же знаешь, что видения когда-то, да кончаются, верно? И из-за них восприятие реальности искажается? — решилась взяться объяснить ей Лиза. Кира кивнула. — Так вот это последнее кончается только тогда, когда цикл уже, так сказать, перезагружается, и аниматор оказывается в самом начале. Технически, он не видит того, как Бенди просто стоит и смотрит на него, цел и невредим.       Чертенок на её слова лишь утвердительно кивнул. — Офигеть не встать, честно говоря... — наконец-то догнала Воронова. — Что так запутано-то? — Вот так и получается – ничего не поделать. И да, Кир, тебе бы следовало уже быть рядом со Штейном. А то, мало ли, ещё какие-нибудь сбои произойдут... — Первая многозначительно посмотрела на неё, слегка покосившись на демона. — М-да, тут не поспоришь... Тогда я пойду, — девушка повернулась к выходу, но на полпути остановилась и развернулась назад, встретившись с двумя взглядами, выражающими «Ты серьёзно собралась идти, не зная куда?». — Эм... — Ох, лучше молчи! - пресёк мультяшка на корню глупый поток слов, что хотел уже слететь у неё с языка. — От тебя так больше пользы будет и меньше каких-нибудь сумасшедших идей выдашь. — А, так по-твоему, я сумасшедшая? — немного возмущённо проговорила она. — Нет. Ты безумная и чокнутая вплоть по самое «невозможно», — он не обратил на её гневный взгляд никакого внимания и спрыгнул на пол, направившись к выходу.       Воронова, как только он прошёл мимо, посмотрела на Первую, что сразу спрятала улыбку, вызванную этой перепалкой. Слава чернилам, подросток этого не заметила и жестом высказала своё возмущение, через плечо указав на демона пальцем, мол, «нет, ты видела?!». Лиза лишь пожала плечами, уже еле сдерживая смешки и смотря ей за спину. — Коротышка мультяшная, — прошептала она и развернулась на пятках, сразу же врезавшись в «кого-то» и мысленно пожалев о своих словах. — Я доведу тебя до нужного места, — Кире пришлось запрокинуть голову назад, чтобы увидеть лицо демона, а точнее его ухмылку и насмешливый взгляд не залитого чернилами левого глаза. В голове сразу возник вопрос: «Как он успел так быстро, буквально за секунды, вымахать на два метра в высоту?!» — Мне и самому пора. Спасибо за помощь, Лиза. — Ага, не за что, — кивнула та, подавив смешок, так как было забавно видеть резкую растерянность и злобу подростка. И эту картину в общем. Да и кому будет неинтересно понаблюдать за подколами между неугомонной девушкой и коварным демоном, когда оба не лишены чувства юмора?       Бенди пошёл на выход, а Вороновой ничего не оставалось, как махнуть на прощание Лизе и последовать за ним, пуская из ушей пар от вскипающей ярости вперемешку с негодованием. В мыслях она уже совещалась с таракашками по поводу того, как отомстить рогатому «за всё хорошее».

***

— И он оставляет меня посреди пустого, полу залитого чернилами коридора! — Кира раскинула руки в стороны.       Сейчас она и вправду находилась одна в тёмном коридоре, на досках, плавающих в чернилах. Хотя нет, она стояла по колено в этой вязкой субстанции, так как была чуть ли не выпнута демоном из портала со словами: «Дальше ты сама найдёшь дорогу. Адьос, амиго». И да, последние слова были сказаны с огро-омнейшим сарказмом.       Конечно, девушка приукрашивала всё у себя в уме из-за злости. Чернильный поскорее выкинул её из портала, чтобы ей не стало плохо, а ему не прибавилось забот. Да и ему нужно было торопиться – он и так прилично задержался. — Чтоб на тебя тонны чернил шлёпнулись, чёртов гибкий прохвост, — тихо процедила она сквозь зубы, вылезая на сушу, являющуюся досками, после чего осмотрелась. — Ну вот и где я теперь?! Занёс в какую-то неизвестную местность, а куда – не сказал! Да какого-       Сзади неё раздался размеренный стук по чему-то железному и короткое, хриплое подобие «кхем». Воронова ме-едленно развернулась и первое, что увидела – лезвие топора, слегка приподнимающееся и опускающееся на механический протез руки. — Оу, То-омас... — протянула она как можно дружелюбнее, но вышло как-то по-идиотски. — Какая встреча! Знаешь, я рада тебя наконец-то увидеть! Ну, как жизнь, приятель? Познакомимся? Я – Кира Воронова.       Она протянула ему руку. Но её улыбка кисло так сползла с лица, в фантазиях быстро ушлёпав по чернилам, когда суровый взгляд волка буквально отчеканил одно короткое, но понятное слово «нет». — Я-я-ясно... — Воронова опустила руку и отступила на шаг назад. — Ну, думаю, у тебя просто плохое настроение, поэтому пойду-ка я отсю-...       И не вышло. Крепкая хватка не дала ей уйти, и Том мощным, но удивительно ловким для такой личности движением взвалил её на плечо, несмотря на громкие протесты.       Зря он так.

***

      Реакция Штейна, да и также Эллисон, была неописуема. Нет, ну а как бы вы отреагировали, если бы увидели, как мультяшный волк с протезом вместо левой руки и непреклонно-суровым взглядом тащил за шкирку отбивающуюся от него девушку, которая так и норовила его пнуть или ударить кулаком, что ей в какой-то степени удавалось?       Надо отдать должное Тому – парень не сдавался. Он добросовестно протащил подростка весь путь до убежища, не ведясь на её уловки, угрозы и сопротивления. Он даже сохранил своё каменное выражение лица, не поменяв на нём ни единой эмоции. Даже бровью не повёл!       Механик, не отпуская до сих пор заложницу из мёртвых объятий, поставил топор у стены и подошёл к импровизированной тюрьме, где сидел аниматор. Взглядом заставив того отойти, он железной рукой выдернул несколько досок и довольно аккуратно затолкнул туда пленницу. После чего он вновь вставил доски на прежнее место, закрепив парочкой ударов, и, жестом показав, что следит за ними, отошёл и сел на стул. Весь его вид так говорил, мол, «вы просили – я нашёл и привёл. Но доверять пока не желаю». — Кира! — наконец-то отошёл от увиденного Штейн и чуть не подлетел к ней, крепко обняв. — Ты живая! — Ну конечно живая. С чего бы я должна уже быть в мире ином? — утешающе похлопала та его по спине. — Я ещё не всех тут достала, моя миссия не выполнена. — Точно ты. Только Воронова такие идеи выдаёт, — усмехнулся он, отстраняясь. В его взгляде появились тревога и вина. — Я переживал за тебя. После того, как Борис запустил в тебя вагонетку, и ты отлетела в гору ящиков... Честно, даже не знаю, как ты пережила такое... Да и я не смог потом после битвы пойти искать тебя... — Ой, да и не с этим справлялась! — махнула она рукой, перебивая его начинающуюся исповедь. — Не надо так из-за меня убиваться! Ты же не виноват, что тебя, как я вижу, под руки подхватили и привели в эту темницу класса «люкс», — она кивнула в сторону Эллисон и Тома. — А я уже на своей шкуре испытала, какая у этого волка железная хватка.       Мужчина улыбнулся. Он сейчас испытывал огромное облегчение, что с ней всё в порядке, и она теперь вновь рядом и шутит, как и всегда. Да, он сильно переживал за неё. Как за кого-то близкого, родного. В который раз возникает вопрос: почему? Что такого особенного в Кире, чтобы аниматор так заботился о ней? Он сам не задумывался об этом и не знал ответ. Впрочем, трудности ведь сближают людей, верно? Может, это и есть причина? — У-у-у.... Генри, ты где боевых ранений заработал? Борис на память оставил? — заметила только сейчас девушка повязку на его голове и предплечье левой руки. — Можно и так сказать. Приятель и мне оплеух надавал, — горько усмехнулся он с ноткой боли в голосе. — Ничего, всё нормально. Ты не виноват, что мы не спасли его и нам пришлось добить его. Как бы это не звучало... — Воронова неловко потёрла заднюю часть шеи. — Ну, в любом случае, я думаю, что нам стоит набраться сил, пока мы в более-менее надёжной обстановке. Я вот, к примеру, не прочь отдохнуть. — Да, ты права... — он кивнул, а потом указал на кушетку. — Иди, поспи. — Ага, конечно. А ты куда? Тем более раненый! — Я уже выспался, пока тут находился. Не волнуйся, я уже знаю, чем займусь, — он взглядом указал на чистые листы бумаги на полу. — Хм, ну... Как скажешь, — немного нехотя согласилась девушка и подошла к кушетке, устраиваясь на ней. Но потом строго глянула на мужчину. — Но если ты меня обманул и специально этим заставил занять место, то... — Я понял, понял, — слегка посмеялся Генри. — Возьму на заметку.       Кира пристально посверлила его взглядом, но потом успокоилась и легла. Она чувствовала тяжёлую усталость – ей всё же нужно отдыхать, тем более после стольких происшествий.       Подросток какое-то время думала о чём-то своём, наблюдая, как Штейн плавно выводит карандашом линии на листке бумаги. Вскоре, так и витая в мыслях, она уснула.