Неожиданная встреча.

С момента последней встречи прошло два дня. Гарри никогда не был навязчив, он и вовсе не любил досаждать кому-то, поэтому Поттер терпеливо ждал. Не то, чтобы ему нечем было заняться, дел было много, одно важнее другого, но думаю, что каждому знакомо это чувство, когда впереди есть что-то, что заполняет до краёв всю твою голову, и думать ты, соответственно, ни о чём другом попросту не в силах. *** — Чёртова старая рухлядь. — После пятой увесистой книги, которая кирпичом свалилась ему на голову, Гарри, буквально, заговорил на парсилтанге. Гарри точно не знал, что он собирается найти в этой комнате, её трудно было даже назвать библиотекой: стелажы были расставлены друг на против друга, полки становились в бесконечные ряды, подобно горному хребту, который также, как и все эти книги, впитывал в себя всё, что происходило вокруг на протяжении долгих столетий. После нескольких шишек на голове, Гарри приостановил свой поиск, его взгляд наткнулся на чёрный как ночь фолиант, красивый корешок книги был украшен золотыми узорами, они пронзали друг друга, заканчивая свой путь где-то на лицевой части книги. Гарри знал, что библиотека Блэков была наполнена драгоценными книгами, но если одни несли в себе знания и свет, то другие могли таить в себе самые страшные секреты мира магии. Интерес взял вверх. Аккуратно сняв книгу с пыльной полки, Гарри устроился на одном из мягких кресел. Как он и предполагал, золотые узорчатые линии продолжили свой путь на лицевой её части, сливаясь в едином названии: «Тайны наитемнейшего искусства». Старинная книга, посвящённая самой тёмной магии. Изначально, она находилась в запретной секции библиотеки Хогвартса. Гарри прекрасно знал, что именно из этой книги Реддл почерпнул все необходимые сведения по созданию крестражей. Но после книгу из библиотеки изъял Дамблдор и хранил её в своём кабинете, Гарри был уверен, директор догадывался о тёмных замыслах Тома, но он никогда не поймёт, что заставило его проигнорировать это. После смерти Дамблдора им нужно было хоть что-то, что могло бы натолкнуть их на поиски крестражей. Ничего бы и не вышло, если бы не Гермиона и её манящие чары, только так они смогли получить эту книгу. Благодаря ей Гарри узнал, как уничтожить крестражи. Остальные воспоминания были словно туман над озером. Гарри прикурил ментоловую, магловскую дрянь. Ведь было в этой книге что-то, что так и тянуло заглянуть, словно воронка, она хотела затянуть каждого, кто притронется к ней. Посвятить во все свои страшные тайны, погубившие сотни жизней. Погладив корешок книги, едва подрагивающими пальцами, Гарри поглубже вдохнул едкий дым. Голова закружилась от количества никотина, воспоминания нахлынули новой волной, голова в миг оказалась свинцовой и Гарри поспешил левитировать книгу на её законное место. *** …Тонкий бледный серп луны смотрел вниз с ночного неба. Гарри впервые увидел Хогвартс. Спокойный и сонный, он раскинулся в центре широкого плато, окружённый со всех сторон причудливыми горными вершинам. Его стены и башни были выстроены из мертвенно — бледного мрамора, из того же мрамора были сложены его колонны. Тёплый воздух был прозрачен и недвижим. Гарри долго смотрел на замок и с каждой пройденной минутой, сердце прожигал отчаянный страх. И вот, острый месяц, опасно нависший над его домом резко покачнулся, горы грозно зашумели, громыхая острыми камнями. Температура ветра сменилась, он с бешеной скоростью вонзался холодными иглами прямо в лицо. Деревья жалобно застонали, беспомощно поскрипывая длинными ветвями. Грозовые тучи сгущались, закрывая собой единственный источник ночного света. Лунный серп скрылся за чёрной пеленой облаков и в этот же момент послышался крик. Душераздирающий, выворачивающий наизнанку, жалобный и отчаянный крик. С неба посыпались молнии, одна за другой, они подбирались всё ближе. Страх сковал тело. Всё, что он смог, это издать истошный вопль, когда самая яркая молния пронзила его насквозь, оставив после себя глубокую рану. И с каждым его вздохом она будет наполняться болью. *** Гарри проснулся от собственного крика. Постель была влажной от пота, подушки сброшены, одеяло вместе с простынью покоилось в ногах. Мокрая футболка неприятно липла к телу. Циферблат показывал без десяти двенадцать. Встав с кровати, он направился в душ, спать уже не хотелось. Капельки кристально чистой воды стекали с рельефного, но всё же худощавого тела. Душ не всегда помогал до конца восстановить ясность ума после очередного кошмара, но мог притупить неприятно ноющую боль глубоко в груди. Закончив с душем, он спустился в кухню. Вообще-то Гарри не имел привычки пить, но сейчас как-то особенно тяжело. Холодильник встретил его неприятным жёлтым светом и мерзким гудящим звуком, а также — пустой. В общем-то, ничего удивительного. Шагая по ночному городу, мимо спящих домов и редких машин, ему всё же удалось спастись от послевкусия ночного кошмара, рутина спящего города успокивала бесновавшее чувство страха. Зайдя в магазинчик, Гарри направился прямиком к витринам, где покоилось его любимое вино. Взяв бутылочку, а после ещё одну, он посчитал кощунством не купить что-то для закуски. Витая между витрин, наполняя тележку едой, Гарри уловил знакомый запах. — Не спится? — Грудной голос прозвучал где-то за спиной. — Вовсе нет. Вот, решил отдохнуть после тяжёлого дня. А ты? — Всё ещё находясь в некоторой прострации, Гарри не осознавал, насколько жалко прозвучала его попытка соврать. — Аналогично. И всё же, какие трудности заставили тебя выйти по среди ночи? — Профессор, а не хотели бы вы присоединиться? — Гарри оторвался от разглядывания очередного продукта. Наконец, томно карие глаза встретились, на этот раз, с болезненно — зелёным и потерянным взглядом.