Жестокие Ангелы

Январь. Несмотря на щадящий климат, погода сегодня выдалась холодной. Белые руки женщины покраснели от сильного мороза, а пушистые ресницы покрылись тонким слоем инея. Яо Тин. Так звали одинокую женщину, вид которой был наполнен мраком и загадочностью. Несмотря на миловидное личико, присутствие девушки ощущалось подавляющим и морозным, намного холоднее нынешней температуры на улице. Всякий прохожий сторонился пугающей незнакомки, чей взгляд лединил душу. Однако она не могла сравниться с только что пришедшим юношей, чья аура была подобна тихой гавани. Неизвестная и необузданная. Чувство неизбежного появлялось, стоило задержать взгляд на странной парочке, хотя бы на секунду больше. — Кого я вижу, — слова казались оглушительными после затяжной тишины, — Не прошло и года. Юноша никак не отреагировал на гневные слова женщины. — Довольно, — сладкий голос парня ласкал любые уши, — Лучше объясните, как так вышло, что вы вновь вернулись одна. Чужой тон был полон любопытства, сравнимого с маленьким и наивным ребенком. С невинной улыбкой на лице юноша смотрел в глаза напротив. — Я в няни не нанималась, поэтому не обязана следить за каждым, — негодование было слышно в каждом слове. Ранее нежная улыбка юноши приобрела некоторую жестокость, ускользающую от чужого взгляда. — Вот как, — пауза казалась невероятно долгой, — Тогда ничего не поделаешь. Смотря на хрупкого парня, женщина мысленно насмехалась над чужой наивностью. Эти большие люди были действительно глупы. Она уже вторую неделю работает в их организации и убивает каждого своего партнёра, однако она даже не подозревает о беспроглядной тьме в глазах другого. — Да, поэтом- Неожиданно её сердце пронзило что-то тонкое и острое, от чего она не смогла закончить свою мысль. Алая жидкость стекала с её подбородка, окрашивая светлое пальто незамысловатыми узорами. Стон, наполненный болью, наконец нашёл выход и вырвался из горла умирающей. Поток крови стал ещё сильнее, закрашивая в красный все вокруг. Глаза Яо Тин были полны ужаса и боли, но юноше было плевать на чужие мучения. — Яо-цзе, я не люблю убивать полезных людей, — губы, подобные розовым лепесткам, сомкнулись в дружелюбной улыбке, — Однако убытки твоей последней миссии превысили твою пользу, поэтому не сердись на А-Сяо за такую жестокость. Длинные алые волосы приобрели свой обычный вид, а мягкая улыбка исчезла с юного лица. Он действительно не любил убивать, но каждый раз люди разочаровывали её больше и чаще. Видимо, таков их удел, порочные и жалкие.