Предначертанное#6 (Ночной Мир Вампирш)

Холли шевельнулась. Как она тут очутилась и что она тут делает? Но затем вспомнила. Машина! Она ехала к Чарли! Её глаза мигом распахнулись. Холли успела отъехать довольно далеко от дороги. Её тачка затерялась в прерии, где, исключая полынь и перекати-поля, ничего не было. Она уткнулась передним бампером в большой кактус, согнув его почти до земли. Оглядевшись вокруг, Холли увидела, что вдали, чуть правее, светятся окна в доме Чарли. Девушка повернула ключ в замке зажигания, однако двигатель только чихнул и заглох. ≪И что теперь? Оставить ≪форд≫ и пойти пешком? ≫ Холли попыталась вспомнить, что же с ней случилось после того, как на неё напала Тереза и она выпила её крови. Она прислушивалась к себе, стараясь обнаружить любые изменения. Но чувствовала только какое-то странное и лёгкое головокружение. ≪Можно идти. Я в норме≫. Холли прижала к себе обломок деревянного засова, выбралась из машины и пошла в сторону светившихся окон. Девушка почти не ощущала под собой земли. Уже пройдя пару сотен ярдов, она вдруг услышала вой волка. Этот звук был ей так знаком и раздался он так внезапно, что Холли остановилась. Это, несомненно, была волчица — такая же, как и те, что напали на неё у Паулины. Однако сейчас у Холли не было никакого оружия, и серебра тоже не было. ≪Необходимо просто идти дальше≫, — решила она, вообще не нуждаясь сейчас в советах хладнокровного голоса внутри. Только, вспомнив о хищных длинных клыках и невероятного размера когтях, Холли испугалась. К тому же та часть её существа, которая была Холи из Двуречья, чувствовала глубокий инстинктивный страх перед хищниками, о которых цивилизованная Холли Снай даже не знала. Она стиснула палку в холодной влажной ладони и упрямо продолжала идти дальше. Вой послышался опять, так близко, что Холли вздрогнула. Её взгляд заметался, пытаясь определить, что скрывается в темноте. Ей показалось, что сейчас её зрение обострилось, чем обычно бывало по ночам… Возможно, это из-за крови вампирши? Но даже этим новым зрением она не приметила ни единого движения. Всё пространство вокруг было пустым и неестественно спокойным. Небо казалось необычно высоким. И звёзды сверкали на нём ледяным синим светом, словно показывая, что им нет никакого дела до всего, что творится на земле. ≪Я могу тут умереть, а они всё так же будут сиять≫, — подумала Холли. Она ощутила себя настолько маленькой, настолько незначительной… и настолько одинокой. Вдруг за собой девушка услышала чьё-то дыхание. Странно… Вой был очень громким, а этот звук — вообще тихим… и это ещё сильнее испугало Холли. Этот звук был хорошо ей знаком. Он явно принадлежал кому-то, и это означало, что Холли была тут не одна. Девушка быстро обернулась, держа палку наготове. По её коже поползли мурашки, но она приготовилась биться за собственную жизнь. Сейчас она была заодно со своим невозмутимо-спокойным голосом внутри, и её сердце стало холодным и твёрдым как сталь. Перед Холли возникла высокая персона. Её светлые блондинистые волосы отражали свет звёзд. Тереза! Холли подняла палку. — В чём дело? Тебе мало, что-ли? Холли удовлетворённо обнаружила, что её голос звучит уверенно. Правда, немного хрипло, однако уверенно. Она выразительно погрозила ей палкой, демонстрируя, что подразумевает под словом ≪мало≫. — С тобой всё нормально? — спросила Тереза. Она выглядела… по-другому, нежели в последний раз. Её светлые глаза опять были печальны. Они были бы похожи на звёзды, если бы в глубине их не таилась безграничная тоска. — А тебе то что? — Холли вдруг ощутила головокружение. Она справилась с ним и увидела, что Тереза приближается к ней, протягивая руку. Холли взмахнула палкой всего лишь в дюйме от её ладони и сама поразилась тому, как быстро ей удалось отреагировать. Её тело двигалось инстинктивно и размеренно — как тогда, когда она билась с волками-оборотнями. ≪Возможно, в какой-то из своих жизней я была воительницей, — подумала она. — Может, оттуда ко мне и приходит невозмутимый голос внутри — так же, как тот кристальный голос приходит от Холи из Двуречья≫. — Мне есть что. — По голосу Терезы было заметно, что она вообще не надеется, что Холли поверит этому. Холли рассмеялась. Головокружение и инстинкты, пробудившиеся в ней, ввели её в особое состояние. Она чувствовала себя дерзкой и, может, чересчур самоуверенной. ≪Возможно, так чувствуют себя пьяницы≫, — подумала она, и её мысли вновь начали путаться. — Холли… Девушка принялась размахивать палкой, не позволяя ей приблизиться. — Ты что, психичка? — проорала она. На её глазах выступили слёзы. — Ты думаешь, что можешь напасть на меня, а затем запросто вернуться и сказать ≪прости≫ и всё будет нормально? Как бы не так! Если между нами что-то и было, то всё завершилось. Второго шанса у тебя не будет. Холли видела, как напряглось её лицо, как окаменели мышцы стиснутых челюстей. Но самым неожиданным было то, что — она могла бы поклясться — в её глазах тоже заблестели слёзы. И тут Холли разгневалась. Как смеет Тереза притворяться, что обижена, после всего, что натворила? — Я презираю тебя! — Холли выпалила эти слова с таким гневом, что даже сама испугалась. — Ты мне не нужна. Я не хочу тебя видеть. И я в третий раз говорю тебе: держись от меня подальше! Вали на хрен! Тереза хотела уже было что-то сказать, но после её слов ≪ты мне не нужна≫, тут же решила промолчать. Когда Холли замолкла, Тереза отвернулась и посмотрела в сторону прерии. — Возможно, это и к лучшему, — невнятно пробормотала она. — Держаться от меня подальше? — То, что ты меня презираешь. Она снова взглянула на Холли. Такого взгляда Холли ни у кого никогда не видела. Взгляд вампирши был невероятно отрешённым, безнадёжным и… спокойным. Такой покой наступает после войны, в которой гибнут все. — Холли, я пришла сообщить тебе, что ухожу, — продолжила Тереза. Её голос, как и взгляд, был безжизненным и погасшим. — Я уезжаю домой. Больше я тебя не потревожу. И ты права: я тебе не нужна. Ты можешь прожить долгую и счастливую жизнь без меня. Если она надеялась, что эти слова произведут впечатление на Холли, то ошиблась. Та больше не верила ни одному её слову. — Но есть одно… — Она нерешительно помедлила. — Прежде чем я свалю, ты разрешишь мне посмотреть на тебя? На твою шею. Мне надо быть уверенной, что… — ею снова овладело мимолётное колебание, — что я не навредила тебе особо… Холли снова рассмеялась коротким и отрывистым смехом. — Неужели ты считаешь меня такой дурочкой? Я подразумеваю, настоящей дурочкой? — Она снова рассмеялась, и Тереза услыхала в её смехе нотки истерики. — Если ты хочешь сделать что-либо для меня, то лучше всего повернись и свали. Свали навсегда. — Я свалю. — Её лицо напряглось сильнее. — Обещаю. Просто я переживаю, хватит ли у тебя сил добраться домой. — Я могу сама о себе позаботиться. Мне не надо от тебя никакой помощи. — Холли ощутила очередной приступ головокружения, однако постаралась не подавать виду. — Если ты просто свалишь, мне уже будет нормально. В действительности она знала, что нормально ей не будет. Перед глазами вновь заплясали серые пятна, и она ощутила, что вот-вот рухнет без чувств. ≪Как бы добраться до Чарли? ≫ — подумала она. Для этого ей необходимо пройти мимо Терезы, что было сродни безумию… Но ещё большим безумием было оставаться на месте, дожидаясь, пока она без сознания упадёт возле её ног. — Я сваливаю, — произнесла Холли, стараясь, чтобы её голос прозвучал ясно и чётко, а не как у человека, близкого к обмороку. — И я не хочу, чтобы ты шла за мной. И девушка направилась в сторону дома Чарли. ≪Я не рухну в обморок, я не рухну в обморок≫, — не переставая твердила себе Холли. Она размахивала палкой и старалась глубоко вдыхать прохладный воздух ночи. Только с каждым шагом её ноги всё больше путались в густой траве, а стоило ей поднять глаза, как перед ними всё расплывалось. ≪Я… не… рухну… в обморок…≫. Холли была уверена, что от этого зависит её жизнь. Земля казалась вязкой, словно болото. А где же окна? Каким-то образом они переместились влево… Холли попыталась изменить направление и споткнулась. ≪Я не рухну в обморок…≫. Однако ноги отказали ей. Она их больше не чувствовала и стала неторопливо оседать на землю. Ей удалось лишь одно, — это смягчить падение, выставив вперёд руки. А потом её окутали тьма с безмолвием. Только сознание Холли угасло не всё. Она лежала на земле и плыла в этой темноте, словно одурманенная, как вдруг ощутила, что возле неё кто-то есть. ≪Нет… — подумала она. — Возьми палку. Она укусит тебя. Она убьёт тебя≫. Однако она не могла даже пошевелиться. Тело больше не слушалось её. Девушка почувствовала мягкое прикосновение руки, осторожно убирающей волосы с её лица. ≪Нет…≫. Рука прикоснулась к её шее. Но это было только осторожное прикосновение пальцев, легко пробежавших там, где остался след от укуса, — будто прикосновение доктора, пытающегося поставить диагноз. Холли услышала облегчённый вздох, и пальцы перестали дотрагиваться до её кожи. ≪Всё будет хорошо. — Голос Терезы еле долетел до сознания Холли. Девушка поняла: вампирша думает, что она не слышит её. Она думает, что Холли в отключке. — Если в течение следующей недели держаться подальше от вампирш≫. Что это, угроза? Холли не поняла. Она уже готовилась к тому, что сейчас ощутит пронизывающую боль от укуса. Вампирша опять прикоснулась к её лицу одними только пальцами, ласково… и нежно. ≪Нет≫, — подумала Холли. Она хотела подняться и отпихнуть её. Однако не могла. А ласковые пальцы гладили её лицо, исследуя каждую его чёрточку. И эти лёгкие прикосновения вызывали у Холли беспомощный озноб. ≪Я презираю тебя≫, — думала она. Пальцы пробежали по изгибу брови, спустились вниз, к щеке, — туда, где была родинка. Холли внутренне содрогнулась. Потом пальцы проскользнули по подбородку и прикоснулись к губам. Кожа тут была так чувствительна. Пальцы Терезы обвели её губы. Внутренний озноб Холли перешёл в трепет. Её сердце переполнялось любовью с желанием. ≪Я не должна это ощущать… Я презираю тебя…≫. Однако она услышала шёпот… шепчущий голос внутри, которого она уже давно не слышала. Кристально чистый, тихий, однако звонкий: ≪Прикоснись к ней. Разве ты не чувствуешь, что она сейчас не такая, как тогда? Иной аромат, иной голос…≫. Холли не имела понятия, что означают эти слова, да и не хотела знать. Она лишь хотела, чтобы Тереза остановилась. Её пальцы прикоснулись к ресницам Холли, погладили нежную кожу век, словно придерживая их, чтобы они не раскрылись. Холли ощутила, что Тереза наклонилась ниже. ≪Нет, нет, нет…≫. Тёплые губы прикоснулись ко лбу Холли. Только прикоснулись. И больше ничего. ≪Прощай, Холли≫, — прошептала Тереза. Она почувствовала, как сильные нежные руки подняли её и понесли. Сейчас она старалась не лишиться чувств, чтобы насладиться ощущением необычного покоя и безопасности. И она изо всех сил пыталась раскрыть глаза. Она хотела увидеть её руки. Ведь ещё не прошло достаточно времени, чтобы рана, нанесённая карандашом, полностью затянулась. Если эта рана вообще была. Но она не могла раскрыть глаза… до тех пор, пока не ощутила, что её опустили на твёрдую землю. Только теперь ей удалось поднять тяжёлые веки и кинуть взгляд на её руки. Никаких следов раны не было! Это открытие буквально обожгло Холли… но у неё уже не оставалось сил. Её ресницы вновь начали смеживаться, и, как через туман, откуда-то издали она услышала слабый звук дверного звонка. А потом у неё в голове тихо прозвучал голос: ≪Тебе не надо больше ничего бояться. Я сваливаю… и он тоже≫. ≪Не сваливай. Постой. Мне надо поговорить с тобой. Мне надо спросить тебя…≫. Однако ответом ей стало только дуновение прохладного ветра, и она поняла, что осталась одна. Затем Холли услышала, как открылась дверь и раздался изумлённый возглас отца Чарли, который увидел подругу дочери, лежащую около их порога. Сбежавшиеся люди теребили её, звали… Но Холли всё это было неинтересно. Она позволила темноте окутать себя. И когда она провалилась в забытье и полностью освободилась от реальности, то стала грезить. Она опять стала Холи из Двуречья и увидела конец собственной жизни. Она увидела, как грязная, окровавленная Тереза встаёт, чтобы убить своих мучительниц. Она знала, что пришёл и её черёд. Подняв глаза, амазонка увидела её свирепое лицо, увидела животный блеск в её глазах. А затем она увидела, как всё завершилось. Промелькнувший коридор времени, встреча со своей супругой по духу… Прощение и обещание… А потом её сознание заполнили призрачные тени. И в этом полумраке Холли мирно и спокойно проспала до самого утра. *** Первое, что увидела Холли, проснувшись, это серые, сияющие глаза, уставившиеся на неё. — Ну как ты? — спросила Чарли. Холли лежала на её кровати. Из окна лился солнечный свет. — Я… пока беспонятия. — Неясные образы парили в её голове, не складываясь в целую картину. — Мы нашли тебя вчера ночью. Ты кинула машину далеко от дороги, но всё-таки сумела добраться сюда, прежде чем вообще свалилась. — О… да. Я помню. Она правда помнила; обрывки воспоминаний, как в головоломке, соединились вместе. Майонис. Тереза. Нападение. Машина. Опять Тереза. И наконец, её сон. Её собственный голос, произносивший: ≪Я прощаю тебя≫. А теперь она ушла. Она ушла домой… туда, где был её дом. Холли впервые в жизни была в смятении. — Холли, что произошло? Ты заболела? Вчера мы не знали, отправлять тебя в больницу или нет. Но у тебя не было температуры, и ты нормально дышала, поэтому мой папа сказал, что тебе надо только выспаться. — Я не заболела. Пожалуй, сейчас самое подходящее время рассказать обо всём Чарли. В конце концов, ведь именно поэтому она и мчалась к ней вчера ночью. Однако сейчас… сейчас, ярким солнечным утром, ей не хотелось ничего рассказывать. И совсем не потому, что Чарли могла оказаться в опасности — опасности, грозившей ей со стороны Терезы или вообще со стороны обитателей Ночного Мира. Просто Холли не нуждалась в этой беседе. Она могла сама со всем справиться. Эта проблема не касалась Чарли. ≪И к тому же я ещё не знаю всей правды, — подумала Холли. — Но, кажется, она начинает проясняться≫. — Холли, ты хотя бы слышишь меня? — Угу. Прости. Я в норме. Вчера у меня ужасно кружилась голова, но сейчас мне лучше. Я могу воспользоваться твоим телефоном? — Можешь что? — Мне надо позвонить Паулине… ну, ты знаешь, психиатру. Мне надо побыстрее с ней встретиться. Холли вскочила и, переждав, пока предметы перестанут плыть перед её глазами, вышла из комнаты, сопровождаемая недоумённым взглядом Чарли. *** — Нет, — отрезала Паулина. — Об этом даже и речи быть не может. — Она взмахнула руками, а затем нервно похлопала по карманам, ища несуществующую сигарету. — Паулина, прошу! Я должна это сделать. И если ты не захочешь мне помочь, я попытаюсь сама. Думаю, что самогипноз сработает. Во всяком случае, у меня недавно довольно хорошо получилось увидеть сон о прошлом. — Это… очень… опасно. — Паулина произнесла каждое слово почти по слогам и опустилась в своё кресло, прижав руки к вискам. — Ты разве забыла, что случилось в прошлый раз? Холли было жаль её. Однако она жёстко проговорила: — Если я сделаю это сама, последствия могут оказаться ещё хуже. Правильно? А если ты загипнотизируешь меня, то будешь рядом и вытащишь меня. Ты можешь снова плеснуть на меня водой. Паулина быстро взглянула на неё: — Вот так вот? А что, если на этот раз это не сработает? Холли отвела взгляд. А затем посмотрела Паулине прямо в глаза и спокойно сказала: — Не имею понятия. Но я всё-таки попытаюсь. Я должна узнать правду. Или я просто чокнусь. Паулина застонала. Схватив ручку, она принялась нервно её грызть, бегая по комнате. — Что же такое тебе хочется узнать? Допустим, если я соглашусь… — Её голос звучал подавленно. Холли облегчённо вздохнула: — Я хочу узнать об этом мужчине, который всё время предостерегает меня. Его зовут Майонис. И я хочу узнать, как я умерла в других жизнях. — Отпадно. Ты что, шутишь? — Я должна это сделать. — Холли глубоко вздохнула. Она не мигая глядела на Паулину, хотя уже чувствовала, как её глаза наполняются слезами. — Я знаю, что ты не понимаешь этого. И я не могу объяснить тебе, насколько это важно для меня. Только это… Важно. Настало молчание. — Ладно. Хорошо, — вздохнув, согласилась Паулина. — Но лишь потому, что для тебя безопаснее, если кто-то будет находиться около тебя. — Благодарю, — прошептала Холли. Затем она смахнула слёзы и развернула бумажный лист. — Я записала пару вопросов для тебя… чтобы ты задала их мне. — Превосходно. Отпадно. Я уверена, ты скоро получишь учёную степень по психологии, — попыталась пошутить Паулина, но бумагу взяла. Холли пошла к дивану и устроилась на нём. Закрыв глаза, она приказала мышцам расслабиться. — Так, — начала Паулина. В её голосе не было прежней уверенности, как в первый раз. — Я хочу, чтобы ты вообразила себя плывущей в волнах красивого фиолетового оттенка…