Отдых в саду вместе с Солнцем и Луной

      Тело постепенно немело, чёрная, словно тягучая и живая мгла постепенно тянула внутрь себя. Звуки мешались и ломались пока не осталась только стеклянная тишина лишь с далёким от тебя треском и механическим шумом. Пространство вокруг хоть и обрело очертания, но всё ещё казалось хрупким, ненадёжным… запылившимся? Тусклый неоновый свет давал надежду что всё осталось как прежде, что всё так как и должно быть, но это лишь обман, жестокая реальность была намного страшнее чем красочные воспоминания…

…

Протерев глаза и оглядевшись, постепенно привыкая к полумраку, в тенях, обломках, мусоре ты узнаёшь… главное фойе? В носу гадко осел запах пыли, грязи и чего-то жжёного. Что-то здесь не так, что-то странное… Почему весь Пицца-Плекс выглядит настолько заброшенным? Он ведь должен стоять совершенно новым, с блестящими мытыми полами, яркими вывесками, ботами активно снующими вокруг. Сколько прошло месяцев, лет или десятилетий, что некогда с иголочки сверкающий комплекс превратился в такие руины? Теперь он ничем не хуже тех заброшенных зданий в которые влезают подростки смеха ради. Точно… вот откуда все эти граффити на стенах. Слишком странно, что могло произойти с всеми любимым Плексом? Как будто всё сгорело дотла, обрушилось, было разорвано на куски. Но пожар никогда не случался в Пицца-Плексе… так ведь? Нет. Всё нельзя оставить как есть. Пепел будет не помеха. Нужно во всём разобраться. Нужно узнать что на самом деле произошло. Тяжело вдохнув загрязнёный воздух ты вновь обводишь глазами комплекс, по каждому разрушенному аттракциону, каждой двери, каждому этажу и еле работающей неоновой лампе, чем больше ты осознаёшь что могло здесь произойти и как могли пострадать те кого ты любишь, тем больше в сердце гудела пробитая дыра, всё больнее снедала тебя пустота. Стараясь откинуть эти мысли на второй план, ты делаешь первые шаги вперёд, слыша как они эхом повторяются по огромному помещению, как подошва твоей обуви громко стучит по затоптанной мутной поверхности. Идти было тяжело, пространство было липким, деформировалось на долю секунды от каждого движения, но решимость узнать правду безвозвратно двигала тебя вперёд. Времени и миру ничего не оставалось кроме как прогибаться под тобой, давая возможность изучить себя. Минуя ограждения, части золотых статуй, груды отходов и всех прочих отчаянно выглядящих вещей, ты выходишь к Атриуму. Пару раз споткнувшись о забытый на полу мерчендайз комплекса, тебе удалось приблизиться к двум лифтам. Один был закрыт и явно неисправен, а второй обрушился на пол шахты, к тому же, будто недавно. Было неприятно видеть когда-то работающую технику в состоянии хлама и полного металлолома. Отпрянув от шахты, ты собираешься с силами, слегка опуская голову. Уже собираясь уходить, твоя нога задела фонарик, который тихо покатился по полу от прикосновения. Вряд ли он будет рабочим, но попытаться всё же стоит. Поднимая с пола пыльный предмет ты отряхиваешь и протираешь его руками и подолом одежды размышляя «Должно быть, он принадлежал одному из ботов-охранников.», к слову частей таких бедняг в кучах прочего мусора было достаточно. Будто они боролись… Но были беспощадно разорваны. Сразу фонарик не собирался включаться, а вот после пары стуков и потряхиваний пришёл в себя, заливая небольшой участок перед тобой вполне полезным белым светом. Как только картинка вокруг стала наконец хоть чутка чётче, твой пытливый взгляд упал на плюшевую игрушку воспитателя, с одной стороны Солнце с другой Луна. Задумавшись на пару секунд, ты берёшь её с собой в одну руку, а второй освещаешь себе путь, теперь цель была логична — Звёздный Сад. Проходя мимо фото будок и каморок для рабочего персонала ты опираешься на две двери, всем маленьким весом наваливаясь на них, толкая их внутрь, к родному тебе холлу сада. Всё же тебя что-то тянуло именно туда, что-то будто потерянное и давно забытое, оно звало тебя тихим шёпотом безысходности, тихо просило на подкорке сознания, противиться было попросту невозможно. Плакаты Лунышка и Солнышка были сорваны и заброшены, всё больше тебе казалось что ты в совершенно другом промежутке времени, так не могло случиться с твоим детсадом и никогда не сможет. Кроме тихих потрескиваний мигающих вывесок издалека было что-то ещё… настоящий голос, он тоже звал, он заливался слезами горечи. Воспитатели… — ты шепчешь в неверии, воспоминания как цунами затопили тебя, не давая лишний раз втянуть в себя воздух, осталась только грызущая затылок паника за любимыми аниматрониками. Им срочно нужна помощь! Ты бросаешься вперёд, быстрыми, уверенными шагами направляясь к территории сада пока сам пол даже не успевает подстраиваться под тебя, расплываясь, но ноги твои не грязнут в его зыбучих песках, да и воздух хоть и плотен, но не в силах остановить тебя, на пару секунд всё становится ещё тоньше, хрупкое как хрусталь, один лишний шаг и всё рассыплется, растворится полностью будто его никогда и не было. Прорываясь через полумрак ты прислушиваешься к голосу, чувствуя тоску каждой фиброй своей души. Голос механичен, он раздваивается, затихает, затем начинает говорить громче: «Свет… Вернуть свет… Он погас навсегда… Вечная ночь… Оставили… Одиноко… Больше никого… Ошибка… Нужен свет… Прошу… Кто-нибудь…» Он будто был на своей самой последней капле здравомыслия. Чем понятнее и ближе становились слова тем быстрее шагали твои ноги по пыльному ковровому покрытию. Тебе хотелось кричать «Я уже здесь! Я помогу! Дождитесь меня!», но голос твёрдым комом застрял где-то в горле. Спешно продвигаясь по холлу, мимо стойки регистрации, поваленной на пол статуи двух воспитателей, перевёрнутых столов и стульев для ожидания, но вход через горку на зло был перекрыт. Кидая найденную плюшевую игрушку прочь и хватая ближайший стул, ты перелазишь через ограждение слегка неуклюже приземляясь на ступеньки лестницы и вихрем спускаясь вниз. Кинув беглый взгляд на сломанные детские городки или скорее то что от них осталось, сердце в груди забилось только сильнее. Толкнув двери детского сада, ты даже несмотря под ноги несёшься внутрь, как можно быстрее стараясь перелезть через каждый кусок пластиковой горки, порванный мат или сетчатую стенку лабиринта. Воспитатель находился в плачевном состоянии, одежда порвана и сожжена, через внешний корпус был виден эндоскелет, лучи и часть лицевой пластины сломаны и деформированы. От него исходила тихая сломанная колыбельная которая когда-то раньше проигрывалась для детей на Сон Часу. Сандроп? Или всё-таки Мундроп? Это было неважно. Всё внутри сжалось только от одного вида пострадавшего смотрителя. Аниматроник слегка подрагивал с металлическим треском, на лицевой пластине отсутствовали внешние элементы, только два глаза, будто прожекторы, горели алым и жёлтым светом. Фонарик с бесшумным стуком выпал из твоей руки от потрясения. Сделав шаг, затем ещё один, с каждым разом всё быстрее ты бежишь к роботу обхватывая узкий холодный корпус руками и прижимая к себе, будто стараясь успокоиться и успокоить себя. Он здесь, он жив, он в порядке. Аниматроник резко дёрнулся от прикосновения, тщетно пытаясь осмотреть тебя светящимися глазами. Я здесь, всё хорошо… — шепчешь ты в слезшую краску, стараясь держать как можно крепче, несмотря на бездушный металл. Кэссэди? — спросил скрепящий, то раздваивающийся то сливающийся вместе голос аниматроника. — Ты пришла чтобы спасти меня нас? — проговорил он с надеждой. «Кэссэди? Кто это?» — прозвенел вопрос в твоей голове. «Неважно, важно только то что ты больше не одинок.» Воспитателей разделили в разные тела уже столько времени назад, но вот оба голоса снова вместе, прорезаясь друг через друга. Будто это был совершенно не твой воспитатель, по крайней мере не тот которого ты знаешь… Через пару мгновений ты чувствуешь как холодные руки притянули тебя ближе, еле работающая система вентиляции издала звук похожий на вздох облегчения. Я не знаю Мы не знаем кто ты, но… Спасибо тебе, звёздочка… — произнёс голосовой модуль Затмения воспитателя будто с прежней нежностью и добротой, которая всегда была тебе знакома. — Прошу… Не бросай меня нас. Я не брошу… Никогда не брошу. — отвечаешь ты, прислушиваясь к гулу механического процессора, биению сердца намного человечней всех остальных.

…

      Со временем холод ржавчины стал теплее, мягче, приятнее… Веки грел яркий свет и просил открыть глаза. Нет, пожалуйста… Только не сейчас… Нужно узнать чем всё закончилось. Требовательный знакомый голос прозвучал из-за двери. — Просыпайся! А то в сад опоздаешь! — твердила твоя мама, стараясь вытащить тебя из любящих «объятий» утреннего сна. Что-то недовольно проворчав ты переворачиваешься на другой бок, из-под ресниц смотря на свой шкаф у стены. «Это был всего-то сон… Хотя… Наверное так даже лучше. Я же знаю что такого никогда не случится.» — всплывают мысли перед глазами. К чему бы такой странный сон? Как-то неясно. Что же… пора собираться.