История первой любви

      Шли годы, Святослав рос не по дням, а по часам, ратному делу обучался и с отцом на охоту и в поле ходил. Несмотря на говор волхва, мальчик рос в строгости, как и все дети. Как время ремесло изучать пришло выбрать сложно было, но решился на кузнечное.       Да быстро, слишком быстро, для человека, освоил работу. А обучится всему хотелось. Так и пошло то у летописца грамоте учится, то ювелирное дело постегает и украшения делает, а то и вовсе у купцов в подмастерье. На работу все брали, каждый хотел знания умелому ученику передать, и про божью милость не забывали. Вдруг именно в их деле предназначение мальчика и слава земли родной.       И всё хорошо, работа любая по зубам, в семье, любящей рос пять братьев и три сестры разного возраста, трое уже семью создали, сестры две на выданье. А у самого не семьи, не покоя. Сердце найти место не может, а волхвы молчат. Говорят, узнает, как время придёт, а когда и как оно придёт молчат. Как только не просил он узнать у богов правду, сам даже спрашивал, ничего нового не узнал. А время шло…       Святославу уже семнадцатый год. И как говорят беда не приходит одна, раздор меж братьями-славянами посеян, нападают на друг друга, к миру прийти не могут, а сам он с хворью слёг, не один лекарь, иль знахарь с травниками вылечить не могут. И ведь то отпустит и как хорошо станет, беги и радуйся, то прихватит, что встать с лавки невозможно. А люд волнуется, что же это с посланником божьим делается.       И вот решили мужики совет держать. Святу полегчало потому и сам пойти решил, а на сборище решение проблеме найти не могли. Правитель нужен, так кто подходит? Каждый из них в своём деле хорошо, но сравнимо их дело с тем что предстоит? Достойны ли?       Тут в центр волхв-старец выходит, тот что Святославу великое будущие пророчил, и ответ держать стал: -Коль сами меж собой договориться не можем, пусть боги нас рассудят. Так правильней и честней будет.       Здесь возражать не стали, кто ж против слова божьего пойдёт. И начал старик ритуал свой, с богами говорить, а все стоят в ожидание и слова молвит бояться. Тут старец поворачивается, указывает на Свята и молвит: -Ему боги ответ держать велели.       Все на него смотрят, а он и не знает, что сказать, кого не выбери всё не то. Сердцем чует не потянет люд местный власть столь большую, и себя не назначь, хоть один да обвинит во лжи. Идеи других вспоминать стал, вот одна и приглянулась, поразмыслил над ней ещё немного да молвил: -Коль боги мне держать ответ велели, то выслушайте да не обвините. Пусть варяги нами правят, ведь пока они правели мир меж племенами был, и коль приплывут они в чуждые земли знать нас, не зная справедливо нас рассудят.       Покумекали, покумекали мужики да на том и порешили. Спозаранку гонцов на кораблях с просьбой и дарами в путь отправили, и ждать стали. Кто с радостью, кто с тревогой, а кто с горем. ***       Долго ждать не пришлось, через две недели корабль с дальнего плаванья воротился. А с него на землю варяги сошли, весть мигом разлетелась и не успели все глазом моргнуть толпа людская собралась, среди этой толпы, в первом ряду Святослав был.       К гостям заморским старый человек вышел, один в деревне речь варяжскую понимал. Да разговор они вести начали, а Слава диву даваться начал. У человека этого он не обучался, да и других знающих сию речь не было, сам еже ли где услыхал, но не понял бы. А тут пуд то на одном говорят, а по лицам остальных видно, что не шиша им не понятно.       Задумавшись о странности происходящего, Свят не заметил, как главный варяг с переводчиком подошли к нему. Опомнился только, когда заговорили с ним: -Понимаешь ли ты меня русич? Да как величать тебя?       Ну и как тут реагировать: -Понимаю, но языка твоего варяг увы знать не дано, а величать меня Святослав. Сам как зовёшься? И пошёл разговор варяг, представился как Рюрик, и Свят задавали вопросы и отвечали, а старец переводил как мог. Под конец диалога Рюрик молвил: -Значит не знаешь кто ты… Так позволь свет пролить на тайну сию, таких как ты воплощениями величают. Вторые люди после князя, хоть и не люди вовсе. Мало вас, на страну всего одно, потому и землю свою чувствуешь, да хворь твоя от раздора на землях. М-да… к такому жизнь мальца не готовила.

Продолжение следует…