Привет, я Питер... Питер Паркер

Питер. С поднятыми руками Человек-паук устремляется к дверям, пересекая площадь. -Как же легко меня подстрелить -шепотом проговаривает Питер, ожидая хотя бы какого-то движения. -Я же рядом- слышит отклик в своей голове. -Пошёл вон и не светись, даже если подстрелят- ещё тише проговаривает Паркер, остановившись в нескольких метрах от двери. Он опускает руки вглядываясь в темное стекло, замечает, что там начинают мелькать тени, в миг послышался еле заметный сигнал — дверь разблокирована. Питер краем глаза замечает, как Веном перемещается под костюмом, мелькая черными пятнами, его успокаивал только мрак и присутствует лишь блеклого сияние луны. Пока Питер пытался совладать с чутьем, непроизвольно двигая головой, словно пытался его выбросить, двери распахнулись. Из них строем вышли какие-то громилы в костюмах у одного под пиджаком Питер заметит пистолет, необычный, белый, он был похож на тот, из которого в него уже стреляли. Если бы не маска они бы заметили, как глаза Паркера стали бегать, рассматривая костюмы и считая их количество. В эпицентре этой проблемы появляется Гарри Озборн, раскидывая руки и расплываясь в улыбке, Питер сразу увидел его перевязанную руку и отсутствие оружия, после чего подняв подбородок, стал ожидать первых его слов, но он подходил всё ближе и ближе, делать шаг назад было бы опрометчиво и слабо, Питер оставался на месте, пристально следя за каждым его движением. -Здравствуй, Питер — еле слышно произносит Гарри, остановившись в полуметре от Паркера. Кто бы знал, что человека может так напугать собственно имя, но он оцепенел, в груди расколился ком переживаний, который до этого удавалось гасить и притуплять боль распирающая и прижимающую сердце к ребрам так и намереваясь его раздавить. — Где она? — молниеносно хватая Гарри за горло и поднимая над землей, произносит Питер. Как же приятно было ощущать, что приложив чуть больше усилий его шея сломается, даже миновав эту искривленную гримасу, синие губы с глазами наливающиеся кровью. Он сразу хватается за руку Человека-паука, в бесполезной попытке вырваться, чутьё Питера бьет тревогу, в него выстрелили из тех пистолетов, пытаясь усыпить, как животное. --Я задал вопрос — с той же интонацией произносит Питер, поймав первый дротит, при этом не сводя глаз с Озборна. -Дело дрянь — произносит Веном, и эти слова начинают кочевать в голове Питера, помогая осознать ситуацию, но в него попадают одним, развеивая сомнения. Веном не даёт распространиться лекарству, но и вывести из тела Питера он не может, они сразу поймут. Гарри уже перестает смотреть на Паркера закатывая глаза и явно отключаясь, но в эту секунду включают какой-то ультразвук и Веном оказывается вне тела Питера. Перебравшись на спину, он превращается в искривленную в судороге массу, вонзающую в затылок и поясницу иглы. -Ха-ха, его нет, а шею я тебе успею сломать- сквозь боль и ощущение слабости, произносит Питер и, не убирая руки с шеи Гарри, опускает его на землю, ощущая ещё один дротика бедре. Лекарства начинают побеждать и Озборн вырывается из рук паука. -Лишь потому что обещал я не раскрою твою личность при всех, урод- оттолкнув Питера, говорит Гарри, после чего ударяет Питера в голову и тот окончательно отключается. Эм-Джей. От слов Гарри осталось странное послевкусие, в какой-то степени ей стало его жаль, но она так устала от мыслей и размышлений, что несмотря на то где она сейчас и что может в любую секунду всё поменяться, Мишель решила хотя бы прилечь, расставить все воспоминая по местам. -Раз, два, три… — Эм-Джей начала считать, уповая на то, что не сможет думать о другом во время счёта, но всё было тщетно, каждое слово проносились на периферии восприятия и не сумев зацепиться умирало в пространстве. Главенствующим в голове Мишель был лишь запутанный моток мыслей и воспоминаний, а перед глазами всплывали эпизоды и картинки связанные с ними. Так хотелось, чтобы потух свет, кто-то перестал бубнить за стеной и можно было в полной мере всё ощутить и вернуться на уже существующие, но сокрытые тропы. В какой-то момент Эм-Джей отключилась, перестала слышать шёпот по ту сторону стены, свет померк и, закрыв глаза, она увидела Питера. Он сидел напротив в каком-то кафе, Мишель стало так горько, что их разделял тогда столик и чашечки с горячим шоколадом, на секунду ей показалось, что она даже почувствовала как он взял её за руку и поднес к своим губам, поцеловал кисть и прижав к своей щеке посмотрел на Мишель, не произнеся ни одного слова, сердце девушки снова затрепетало, а по вискам стали скатываться редкие слезы, заставляя намокнуть волосы. Мишель поднесла руку к губам укусила тыльную сторону кисти, желая притупить переживания, в которые она стала проваливаться. -Не сейчас — рассматривая следы от зубов и порез на руке, произносит Мишель осознавая, что нельзя расслабляться. Проходит несколько часов, всё это время Мишель размышляла, как повернуть всё в нужное русло. Она стала цепляться за слова Гарри «Разве это плохо? Хотеть жить!». Эм-Джей видела этот лабиринт и не хотела, чтобы Питер угодил в него и стал предметом исследования, она сделает всё, чтобы ему больше не пришлось страдать. Гарри Гарри всё это время потратил на изучение биографии Мишель, но никакого упоминания о Питерах в её жизни не было, словно кто-то насмехался над ним, Озборну всё больше казалось, что она специально назвала это имя, перед этом разыграв сцену. Страх… он на многое уже подтолкнул Гарри, отступать было бы глупо и подтвердило вечные признательные взгляды отца, которые преследовали его на протяжении всей жизни. Сложно выбрать, что хуже жить с ним в вечно стерильном пространстве и наблюдать как он каждое утро уходит на работу с оправданием, что это высшая цель, не удостаивая сына вниманием, или в закрытой школе, где он провёл подростковые годы, наслаждаясь углубленной биологией и химией, параллельно, выводя каждого учителя и отбывая наказания. Всё это сделало его жестоким, саркастичным и умным, когда он прибыл обратно в Оскорб Гарри стал скитаться по этим этажам, он искал своё пристанище, всё не мог определиться со своей судьбой, ведь надеялся, что это будет его решение. Ключевым моментом его жизни стал сообщение отца, которое всё перевернулось с ног на голову, лёжа в постели окутанный полумраком и подключенный к различным приборам он ещё больше поселил в сердце Гарри беспокойства и страха, его исхудавшее лицо, покрытое красными пятнами и темными прожилками медленно перемещалось по подушке, а глаза бесцветные и безжизненные отравляли воздух так, что становилось сложно дышать под пристальным его взором. Его еле трепещущие губы ещё были в состоянии произносить слова, но в горле постоянно пересыхало и он часто кашлял, пачкая белые простыни кровью. Гарри старался выдавить из себя всё сожаление, заглянув во все закоулки души, но даже это было мало -Хотя бы попытался бы — подержав в кровати произнес Норман. — Если бы ты мне сказал раньше … Гарри даже примерно не представлял, что всё настолько плохо, отец присылал подарки и письма, где писал лишь несколько слов и ни разу даже не удосужился рассказать о своём состоянии. — Господи, как же странно в этом лице не узнавать собственного сына. -Это ты меня туда отправил не сказав ни слова, а сейчас я вижу тебя по смерти.Что. что это? — наметив, как меняется мимика отца, спросил Гарри, ловя его ускользающий взгляд. -Я не смог найти лекарство, я думал у меня больше времени- прикрыв глаза, сказал Озборн. -Лекарство? Что ты мне не договариваешь? — чувствуя, как отец всё дальше пытается увести разговор в свои неудачи, Гарри стал повышать голос, схватив его за воротник рубашки. -Это … сэр эта болезнь и у Вас. Мне очень жаль, она наследственная- вводя лекарство Норману, тихо произносит врач, поправляя рубашку, когда Гарри выпускает ткань из рук. -Это… как? — теряясь в темноте нахлынувшего отчаяния, произносит Гарри, продолжая смотреть на отца, не веря, что превратиться в это разлагающиеся при жизни тело. Неожиданно боль пронзает позвоночник, как часто бывало, когда Гарри сильно переживал, он чувствовал как начинает болеть спина и сразу вскакивал направляясь к окну и свежему воздуху. -Сэр, это амбивалентность вашей крови, она со временем меняет свою структуру разрушая, внутренние органы изнутри, мы могли лишь купировать её, останавливая атаку на мозг, но остальное, кожа… ткани. — Ты чёртов монстр! Не разу за всё мою жизнь ты не удостоил меня правды и просто так уходишь?! — бросившись к его кровати выкрикивает Гарри, но прислушавшись слышит, как пищат аппараты. Озборн нависает над ним, рассматривая лицо и чувствуя подступающие к горлу слёзы отчаяния и злости, но они остановились у горла заставляя его щипать. Выдержав паузу и наблюдая за Гарри врач продолжил: -Проводились оплаты с ядом пауков, но пока никто из зафиксированных не выжил. -Зафиксированных? — подняв на него взгляд произнёс Озборн и отшатнулись снов сел на стул, поднеся кисть к переносите и закрыв глаза. -Во время взрыва в лаборатории было утеряно несколько экземпляров, мы предполагаем, что Человек-паук единственный подопытный показавший положительные результаты, но это могут быть и не наши пауки, нам не удалось заполучить его кровь или образец мышцы для подтверждения. — огибая кровать произносит доктор. -Вы вернулись и настало время Вам показать нижний этаж и продолжить дело отца — протягивая белую карту, говорит врач, кладя руку на плечо Гарри. Эм-Джей Она потерялась во времени, так хотелось спать, что ей казался весь день ночью. Она сидела на краю импровизированной кровати, петляла по кабинету и прислушалась к голосам по ту сторону стены, каждый раз как за дверью мелькали тени она могла разобрать слова, только они не складывались в одну структуру, всё было несвязно и расплывчато. Эм-Джей облокотилась о стену и скатилась на пол, разместившись у двери, считая людей проходивших к выходу. По прошествии часа она слышала одинокие шаги, видит, как кто-то дёргает дверь. -Ты же помнишь, что в прошлый раз не получилось убежать- смело открыв дверь, сказал Гарри, проходя вперёд. -Я не так умна, как ты… -даже не двинувшись, произносит Эм-Джей, переводя взгляд с все еще открытой двери. -Питер, Питер настолько тебя обрек, а информации о нём нет никакой -не сводя с Мишель глаз, тихо говорит Гарри. — У тебя не получится- закатив глаза от слишком откровенной манипуляции, произнесла Мишель. — А как же попытаться, тебе всё равно на свою жизнь? — садясь посередине кабинета, напротив девушки, спрашивает Гарри. -А тебе? -Не делай вид, что всё про меня знаешь -Метр восемьдесят, брюнет с очевидной манией и одержимостью Человеком- пауком — ухмыльнувшись сказала девушка. — Ха, смешно.Он скоро прибежит и угодит в ловушку, я не злодей. Мне лишь нужна его кровь и образец мышцы — высказывает Гарри, намекая на послание Питера. — Просто бы попросил- начиная нервничать, говорит Мишель. — И что же? Он бы дал? Не смеши меня, скоро это всё закончится. Он будет гоняться за преступниками, ты работать в совет задрипанной кафешке, а я получу луч надежды. Все в выигрыше — встав, произносит Гарри. --Ты считаешь, что я поверю, в наше вызволение? Ты говоришь о том, что отпустишь его, но это ложь- преграждая путь Озборну, произносит Мишель, еле укрощая свое желание вскрыть ему сонную артерию. — Неповторимо, ты так за него переживаешь, хорошо. Если я лишь намекну своим людям он пойдет на опоры весь, но пускай…личность остается неизвестной. Пока я добрый, ты должна ликовать, ведь я позаимствую лишь кровь и ткань- взяв Эм-Джей за плечи произносит Гарри, после чего отодвигает ее от выхода и захлопывает дверь. -Если только он не свернет тебе шею раньше! — выкрикивает Мишель ему вслед. В ту же секунду дверь открывается и снова в кабинете появляется Гарри, и закрыв её идет к Эм-Джей, он толкает девушку к стене и движется к ней. Мишель успевает выставить руки, но Гарри хватает их, сжимая запястья и зафиксировав их над головой Эм-Джей. Девушка хочет его ударить, но он второй рукой обхватывая талию прижимает её к стене, не давая сдвинуться. -А если бы это был Питер? — шепчет Гарри, поглаживая талию и прильнув губами к шее, после чего захватив зубами кусочек кожи, оставил красный след. Его рука проходит между стеной и поясницей девушки, он забирается под футболку и пододвигает ее ближе к себе. -Если я не вскрою ему шею у тебя на глазах- возвращает Гарри, отпуская руки девушки и сразу перемещает их на заднюю сторону шеи, притягивая лицо девушки к своему -Если бы я был таким же плохим, как ты обо мне думаешь, я бы и не подумал останавливаться…