Привет, я Питер... Питер Паркер

Питер «Минута решения, я не знал, что нужно делать. Шагнув вперёд, Гарри изображал мученика, став между пистолетом и ей, я злился, чувство холода от оружия стало ползти по руке, ядовитыми прикосновениями, причиняя боль и приближаясь к горлу, я хотел всё бросить, кричать. Смотрел на их страх, а видел свой, это не я, меня захватило желание перестать притворяться. Я даже не понял, как пистолет выскользнул из руки, он упал у моих ног, оглушительно и излишне просто, я представлял это, как свой триумф и победу, обеспечивающую воскрешение Человека-паука, но я знал, что Гарри сейчас не опасен, я даже не смотрел на него. Она приковывала взгляд, в тот миг, когда оружие выскользнуло из моей руки она сделала осторожный шаг к Гарри, протягивая к его плечу свою руку, я слышал, как бежит охрана, мне кажется, я даже почувствовал, как пуля уже пробила мою груди, а я всё это выдумал и лежу на сцене в окружении камер, захлебываясь собственной кровью, кашляя и хрипя, с меня стягивают маску, а я ничего не могу сделать. Мне вспомнилась тетя Мэй. Это всего пару секунд, они тянулись целую вечность, свет падал на нас, ограничивая и сужая существующий мир, я что-то почувствовал, увидел, как на её запястье мелькнула чёрная вена, Гарри повернулся к ней, словно меня нет. Я слышал множество голосов со сцены, люди, сталкиваясь, пытались подобраться поближе, сорвавшись с места, я сбил его с ног, мы попали в холл, я запер дверь. Я слышал, как Гарри старается снова начать дышать, ударившись спиной о стену он сполз вниз, подняв на меня глаза и сжав ткань рубашки в ладони. Ловушка, с одной стороны множество шагов и шипение рации, оно меня раздражало и не давало собраться. Я не мог сегодня просто умереть, пытаясь остановить охрану, нет свидетелей в этом узком и темном коридоре, а за спиной петли двери скрежетали и уже не выдерживали, она была готова сломаться. Гарри почти встал, опираясь о стену, я взял её за руку, выдернув наверх и поведя за собой, сквозь тёмный коридор к неопределенности. Он окончательно пришёл в себя, вырвав руку и решив закричать, я его ударил, по губе потекла кровь, голова упала на грудь, а ноги подкосились, подхватив его я почувствовал, что с каждым шагом голова начинала гудеть всё сильней, словно мне было уже не выбраться. Охрана была совсем рядом, я чувствовал, их шаги, казалось, что это настоящий лабиринт, бесконечно извивающийся в глубине здания и заканчивающийся неисчислимым количеством кабинетов, я снова услышал, как по стеклу разбиваются капли дождя и проскользнул в незапертую дверь, опустив Гарри я прислонился к стене, внутри всё дрожало, словно от холода, казалось, что если сейчас куда-нибудь не деть этот адреналин, я просто сойду с ума. Подняв голову, я сразу понял где оказался, большая оранжерея, с деревьями и цветами, совсем ненужная для людей науки, но это было отличное место, чтобы перевести дух и вслушиваться в звуки из коридора, изредка отвлекаясь на раскаты грома и на миг освещенный пейзаж, мелькнувшей на небе молнии. Я судорожно достал телефон, руки совсем не слушались, стали деревянными и неподъемными, пальцы еле попадали по маленьким кнопкам. Короткое сообщение было отправлено, в каждый миг меня могли найти, я надеялся, что все в безопасности и меня с Гарри могут вывести отсюда, чтобы операция не была столь оглушительно провалена. Убирая телефон, моё сердце бешено забилось, мельком бросив взгляд на Осборна, я отошёл от стены, был слышен лишь дождь и моё собственное дыхание. Я поднял глаза, все шаги и голоса прекратились, всматриваясь в темноту, старался увидеть то, что почувствовал, дверь у противоположного угла открылась, было ощущение, что это мне мерещится, едва заметный силуэт прошел через проем, так медленно и аккуратно, поглощённая чернью продвигалась в середине оранжереи. Она была совсем другой, тонкие и длинные руки, когти напоминающие лезвия, узкие плечи, она намного меньше прошлого воплощения, опустившись к земле они словно начали охоту, медленно крадясь ко мне. В свете молний, я увидел, как перекатываются под её кожей мышцы, словно уже зверь, она была готова броситься на меня, я сделал несколько шагов назад, снова желая прикоснуться к стене и уже от неё оттолкнувшись начать бой. Отходя и не делая резких движений, я потянул Гарри за собой, ступая, чувствовал, как под ногами хрустят ветки и попадаются камни, но в секунду мы переместились в квартиру. Я вдыхаю знакомый запах, продолжая смотреть на угасающий портал, и делаю шаг вперёд, оказываюсь лицом к лицу с ней, портал за моей спиной перестал отбрасывать еле заметный тусклый свет. Я не желал медлить, каждая секунда казалась безумно важной, но первый удар был за ней, врезавшись в стену я почувствовал, как по ней поползли трещины, казалось, что я сражаюсь с тенью. Она положила руку на моё плечо, в один миг я ощутил, как когти вонзились в мышцы, она потянула меня наверх, когти упирались в кость, по спине потекла кровь, а кожа стала рваться от собственного веса, стиснув до боли зубы, и схватившись за её предплечье, оторвал руку от себя. Встав на ноги, ударил её в голову, сделав шаг, она хотела меня остановить, не дать выйти из угла, я ощутил, как её рука прошла в сантиметре от лица, оставив на стене длинный след. Ещё один удар, толчок, она оступилась, помедлив, я снова поймал момент, в голове родилась надежда выбраться самому и желание показать её людям. С помощью паутины я переместился на стену к стеклянному куполу, состоящего из звеньев, словно соты. В один прыжок она настигла меня, сорвавшись я оказался на мощенной дорожке, камни раскололись и впивались в кожу, я мгновенно встал, но потерял её из виду, стал пятится, отходя к деревьям, прислушивался. Выйдя из темноты мы снова встретились, выпустив паутину я успел разрушить звено купола, капли дождя вместе со стеклом обрушились на нас, в тот миг я оставил внимание, хотел уйти, ещё в прыжке перехватив, меня бросила на те же плиты, перед глазами на миг всё пропало, голова пульсировала, я ничего не видел, по лицу стала стекать кровь, пришлось стянуть маску, за секунду до удара получилось подставить руку, на предплечье появилась красная полосы, оно вмиг онемело, я почувствовал как с кончиков пальце стали срываться капли крови падая на траву, я прижал руку к телу, отступая к стене. Стараясь отдышаться, рассчитывал каждое движение, она стала промахиваться словно ведомая слепой злостью, каждый был вымотан. Казалось, что мы не выйдем отсюда, хотелось остановиться, подумать, я не слышал собственные мысли, словно всё было инстинктом, смешавшимся с безумной спешкой. Я был у двери, приковав её паутиной смог схватиться за раму, подтянуться и оказаться снаружи, ноги сводило от потери крови и усталости, я опустился на колено, стараясь успокоить дыхание, медленно вдыхая холодный воздух, пока сильный ветер пытался его столкнуть с купола. Всего минута, я увидел, как ещё одно звено раскололось и она встала передо мной. Мелькнувшая молния показала лицо с красными синеками, которые на моих глазах пропадали, Веном скрылся. — Наверное, ты на что-то надеялся. Просто так ворвался сюда и забрать Венома, серьезно? — Согласен, планы изменились — впервые было сложно даже выговорить слова, они путались в голове, но натянув мокрую, пропитавшуюся кровью маску на лицо, я словно собрался, был готов к новому бою, знал, что не отступлю. —Всегда можно решить соглашением, вы отдаёте мне Венома и прекращаете деятельность лаборатории, а я молча отдаю Гарри и забываю обо всем. Он тебя не спас, если я бы выстрелил. Не откажусь от благодарности. У вас один день на раздумья — она молчала, словно ждала ответа, только не от меня. В этот миг я сорвавшись с места, столкнул её вниз, никогда не видел трансформацию так близко, казалось, что и мои руки начинали чернеть, в метре от земли я, зацепившись паутиной за здание, избежал удара, проносясь над оставшейся на площади прессой. Она была раскрыта. Паника, от головы стала распространяться по телу, отдавая жаром, я не мог поверить, не хотел двигаться, только сидеть здесь, ведь и руки не мог поднять, словно весь адреналин в миг испарился из организма. Я считал собственные вздохи, они всё ещё напоминали неполноценные хрипы, холодный воздух обжигал горло, откинув голову назад, я медленно стянул маску и закрыл глаза. Казалось, что прошли часы, пока я сидел на этой крыше, возможно я смог бы и уснуть так, но нужно было идти, я неспешно поднялся, даже не зная, что нужно сделать сначала, кровь из располосованного предплечья остановилась, голова жутко гудела. К онемевшему плечу вернулась чувствительность, прислонившись к холодной стене лбом, я достал разбитый телефон, но входящих сообщений не было, я отправил второе. От голода начинало тошнить, но почему-то усталость стала уходить, словно открылось второе дыхание и через пару минут появился портал, я обернулся, чтобы посмотреть на озаренный светом Оскорп и прошёл через портал. Яркий свет, по сравнению с тьмой опустившейся на город, ослеплял, я поднес руку к глазам, щурясь, старался разглядеть собственную квартиру, но холодный мраморный пол сразу выдал храм, пока я даже не поднял голову, чтобы увидеть огромный и пустой зал с лестницей и камином. Почему-то здесь было даже прохладней, чем на улице, гуляющий между комнат сквозняк, дарил ощущение настоящего холода, сразу хотелось укрыться чем-то тёплым или подползти к камину, сесть рядом, согревая руки и ноги, смотря на трепещущие и извивающиеся языки пламени, над потрескивающими дровами и угольками. Я бросил маску, старался пригладить волосы, смешавшиеся с кровью и прилипшие к лицу, слышались чьи-то шаги, но я не мог даже понять кто это. Направляясь через холл и попав в узкий коридор, я прислушивался к звукам, поворачивая и всё больше теряясь в храме. Они были так близко, я остановился у старого зеркала, словно украденного из средневекового замка, опираясь на маленький столик, поднял глаза, посмотрев на это, уже даже не стараясь стереть кровь, стал стягивать грязный костюм, остановившись на торсе, и дав голове упасть на грудь, словно отключился, провалился в вихрь мыслей, которых сегодня еще не слышал. Я даже не заметил, как шаги прекратились и за моей спиной появилась Эм-Джей, я смотрел на её через зеркало, тёплый свет от множества ламп в коридоре обрамлял её силуэт, локоны спадающие ей на плечи пропускали свет, были видны все завитки и кудряшки, выбивающиеся из тёмной копны волос, небрежно собранных тонкой и маленькой резинкой. Приподняв руку, она схватилась за собственное предплечье, и прислонилась к стене, её взгляд застыл, в нём читался не страх или злость, скорей сожаление и понимание, даже не знаю, что хуже, глаза были уставшие и сонные, она медленно моргала, отойдя от стены сделала несколько шагов ко мне. Мишель остановилась у меня за спиной и обняла, её пальцы сплелись в замок на груди, а голова лежала на моём плече. Я снова опустил голову, не зная, что сказать, мне кажется и она не хотела говорить.