Ручной дворецкий

Кипа бумаг лежала на столе, ожидая своей очереди на проверку. Сегодня Асцелина отдавала свои отчёты госпоже, надеясь, что ничего не пропустила. — Так, это понятно, — будничным тоном прокомментировала Королева. — Вот тут постановление о соблюдении санитарии в Йорквиллском* отеле в Ист-Сайде*, — отчитывалась Крейц, пытаясь как можно чётче произнести слова. Сколько она спала? Сама не знает. После вчерашнего пикантного проишествия дворецкая пусть и отправилась в комнату, но в кровать не легла. Состояние было "варёным", хотелось спать, Асцелина физически чувствовала как усталость валит её, а тёмные синяки наметили себе место под глазами, дополняя образ замученного мертвеца. — Асцелина! Цисс, ты меня слышишь? — услышав только сокращённый вариант имени, девушка очнулась, как-будто вышла из транса. Она мотнула головой, стряхивая накатившее изнеможение, которое покрывалом опускалось на дворецкую, заковывая в свои цепи. — Простите... Я не знаю, что на меня нашло. — Вчера поражала меня выходками, а сегодня засыпаешь чуть-ли не на мне? — Королева строгим голосом отчитывала подчинённую. Асцелина, готовая провалиться под землю молчала, сгорая от стыда. Внезапно голос Нерейвы потеплел. — Кажется, ты переработала. Слишком много взяла на себя. Могла сказать Себастиану – он бы помог. Ну или хотя бы мне. В следующий раз не доводи себя до подобного состояния, поняла? — Угу, — Асцелина, было, хотела что-то сказать, но в глазах потемнело, силы покинули её окончательно. Девушка начала видеть весь мир через эффект "Негатив", силуэты в глазах поплыли в разные стороны. Через секунду Крейц лежала на холодном полу без сознания. Нерейва, практически с самого начала уловившая суть происходящего, кинулась к девушке, придерживая её за голову, чтобы та не ударилась. Паника, затем сменившее её желание помочь бедной девочке, так отчаянно рвавшейся принести пользу в делах госпожи. Огнева быстрыми движениями расстегнула пуговицы на рубашке Асцелины, освобождая шею, чтобы ей было легче дышать. Женщина приподняла ноги девушки. Исходя из правил первой медицинской помощи при обмороке, это нужно было для того, чтобы кровь начала приливать к голове. Очнувшись, Асцелина резко села, от чего в глазах снова потемнело. Она медленно помотала головой в разные стороны, разминая шею. Дезориентированная дворецкая наконец почувствовала тепло. Но это было не тепло её собственного тела. Когда Асцелина повернулась в сторону её сердце замерло, девушка безуспешно пыталась заставить его биться быстрее. Девушка практически сидела на руках Чёрной Королевы. Огнева бережно придерживала подчинённую за плечи одной рукой, а вторую положила девушке на ногу. Нерейва буквально заглядывала в глаза дворецкой,обжигая шею последней горячим дыханием. Обе дамы находились на полу, рядом с диванчиком, с которого рухнула Асцелина. — Как самочувствие? — тон Королевы был неоднозначен. Цисс не понимала, был он взволнованным или строгим, переживала женщина или злилась. — Я... — дворецкая сглотнула, несмотря на то, что во рту пересохло, будто сезон засухи в саванне. — Я в норме. — Ты бледная, как смерть. Я попрошу принести воды, — Королева оценивающе осмотрела подчинённую. — И позову Себастиана, пусть отнесет тебя в медпункт. — Простите... — сдавленно прохрипела Крейц. — Мне не стоило... — Не стоило что? Падать при мне в обморок? Ты не могла знать,когда потеряешь сознание. Данное обстоятельство зависит не от тебя. Тебе не стоило столько работать, вот, что действительно зависело от твоих поступков, — Нерейва поднялась и, подавая руку девушке, громко приказала: — Принесите стакан воды и Себастиана сюда. *** И снова вокруг снуют клокеры-медбратья. Уже полчаса Асцелина сидит у окна, вдыхая свежий летний воздух. Сюда её принёс Себастиан, поднял на руки и, не обращая ни малейшего внимания на протесты Крейц и её утверждения в способности дойти самостоятельно, насильно транспортировал по коридорам замка и положил на односпальную кровать с нахкрахмаленой простынью. Самым неожиданным стало то, что Королева пришла к ней лично, а не отправила письмо с пожеланиям поправляться, как то было в прошлый раз. — Сознание больше не теряла? — спросила она у персонала на входе. Получив отрицательный ответ, Огнева подошла к дворецкой. — Ты что скажешь? — Я в порядке, правда. — Физически ты может и в порядке, но с головой точно проблемы. Кто тебя просил работать несколько суток подряд? Ты за это время поела четыре раза от силы. Я очень зла на тебя. И разочарована. Не люблю разбрасываться рабочим персоналом. — Зато я сделала отчёт по сумме на новые шестерёнки, — буркнула дворецкая себе под нос. Но слух у её госпожи оказался на редкость хороший. — Это мог бы с лёгкостью сделать даже механик, — отрезала Королева. Асцелина стыдливо опустила глаза в пол. — Зачем? Просто скажи мне почему ты так поступила? Хотела быть полезной? Или обратить на себя внимание? Последнее предположение жутко задело девушку. Не потому, что оно было верным, вовсе нет. «С чего она взяла, что мне нужно её внимание?! Не слишком ли высока её самооценка?» — Нет. — Что нет? — Нерейва, пытаясь утихомирить эмоции сжала край подола своего прекрасно расшитого золотыми нитями платья. — Я не нуждаюсь в вашем внимании, — обиженно промолвила дворецкая. — И вообще, разве у вас нет дел, более важных, чем я? Королева резко изменилась в лице. Доселе расслабленные, приветливые эмоции сменились на холод в глазах и безразличное выражение лица. — Действительно, ты права. Сегодня как раз переговоры с феями. *** Нерейва быстро шла по коридорам, освещённым факелами, загорающимися при появлении движения. Нет, девушка вовсе не задела стойкое эго Огневой. Всё немного иначе. «Опять двадцать пять. Снова я о ком-то забочусь и снова это не требуется. Как я могла наивно думать, что ей это действительно нужно.» Сердце неприятно сжималось, ком подкатывал к горлу, заставляя задыхаться. Гадко. Тошнотворно. Глаза щиплет от жжения, которое вызвано накапливающимися слезами. Картинки в голове возвращаются к аналогичным событиям, оставляя после себя отвратительный осадок, едким дымом заполняющим сознание. *** Асцелина уже жалела, что натворила. «Отец, ну чем я провинилась!? За что ты так учтиво поделился со мной этой вспыльчивостью!?» И всё-таки крупица её души была обижена на столь необоснованное, как ей казалось, заявление. Нужно внимание Огневой, ха! Какой вздор! Плотно поев впервые за четыре дня Асцелина решила заглянуть в библиотеку. Проходя мимо огромных, высоких полок девушка получала истинное наслаждение от опрятного вида книг, красивых переплётов, идеального порядка и запаха старых, и не очень, страниц. Крейц не то чтобы была взыскательным человеком, стремящимся к совершенству, перфекционисткой, но подобная аккуратность всегда безусловно радовала её. Да и кому могло не понравится совершество? Оно встречается далеко не всегда, оттого наблюдать его ещё приятней. «Приятней, но не интересней, — думала девушка. — Неидеальное куда занятней. Что вещь, что человек.» Неидеальная Асцелина хотела извиниться, загладить вину за на эмоциях сказанные слова. Девушка всеми фибрами души ненавидела бросаться словами, особенно обидными для тех, кого оскорблять не хотелось. Извиниться. Как бы не противилось сознание, мозг подсказывал — нужно извиниться перед Королевой, да так, чтобы простила.