Леопард и Носорог

      У Веры внутри словно что-то оборвалось. В секунду она испытала все оттенки ужаса: боялась услышать слова Александра, страшилась того, что он выгонит её, испуганно вздрагивала от одной лишь мысли, что сказка под названием маска закончится для неё здесь, сейчас и бесповоротно. Да и боль в горле, ноге и голове начала вновь проявляться. Это знак?.. — Маску сегодня снимет белый орёл! — девушка потрясёно вздохнула. Неужели?.. Марк обнял её за плечи, пока Слава что-то там говорил ей, прошептал: — Я рад, что вылетишь не ты, — и отпустил закулисы. Жалко Марика, но шоу есть шоу. Наша героиня быстрыми шагами ушла за сцену, едва-едва дотащилась до гримёрки, слегка прихрамывая, и сняла эту дурацкую голову. Как же свежо! Тут Мартынова заметила маленькую записку с прикреплённой к ней алой розой и развернула сложенный вдвое клетчатый листочек…

Кошечка моя, если читаешь это, то наверняка ты либо уже завершила участие в проекте, либо жюри спасло тебя. Не важно. Просто приезжай домой поскорее, ведь там тебя ожидает приятный сюрприз;) Люблю тебя

***

      Вера вышла из машины, подошла к дому, ёжась от слабоватого мороза, и позвонила в дверь. Да, у неё были ключи, но они благополучно лежат где-то на тумбочке в спальне. Интересно, что ей подготовил Кирюша? Понятно, что это будет что-нибудь безумно романтичное, милое, страстное. Свидание на лоджии при свечах? Романтический ужин с вином и розами? А может просмотр любимого шоу вместе? В любом случае, это будет просто волшебно и незабываемо.       Кирилл открыл двери. Он был в каком-то чёрном пиджаке, и этот довольно официальный костюм мгновенно привлёк её внимание. Девушка вдохнула и вновь почувствовала ненавязчивый запах одеколона, на который она обратила внимание ещё в день знакомства. Лаванда с древесными нотками… Этот аромат определённо останется в её памяти. — Привет, — чуть улыбнулся Кир и, быстро поцеловав возлюбленную в щёку, провёл её в гостиную, захлопнув дверь. Он очень осторожно снял с неё кремовую парку, отложил чёрные шапку с шарфом в сторону, развязал шнурки на лакированных ботинках… — К чему такая забота? — спросила наша героиня. Уголки её губ слегка дрогнули. — К тому, что у тебя всё тело наверняка болит, я просто хотел помочь тебе, — конечно преувеличенно, но эта забота очень приятна. — Ты же ещё не вылетела? — Нет, — повела плечами Мартынова. — Я возможно покажусь наглой, но всё-таки хочется увидеть сюрприз. — Скоро увидишь, я тебе обещаю, — прошептал Туриченко. Он взял шарф, отложенный прежде им же самим в сторону, и ответил на нервно-молчаливый вопрос своей любимой. — Я обещаю, всё будет хорошо. Только надо завязать тебе глаза, чтобы эффект неожиданности был ярче. — Ну хорошо, — согласилась та и, взяв из рук парня чёрный лоскут ткани, сама завязала себе глаза. Это не Андрей, Кирюше верить можно. Он ни за что не причинит боль своему любимому человеку.       Кирилл встал за спиной Веры, положил ей на талию свои тёплые ладони и начал шептать отдельные фразы с направлением ей на ухо, опаляя кожу своим дыханием. Шли они очень медленно — девушка чуть прихрамывала. Но Кир всё равно не брал её на руки, словно чуть-чуть томя в ожидании. И пусть это было достаточно непривычно, но не слишком неприятно. Напротив, это даже заводило. Туриченко едва слышно сказал: — Дверь, — и остановился. Его ладони бережно оглаживали бёдра нашей героини, пока та на ощупь искала ручку. Найдя её, она вновь двинулась вперёд. Кажется, это ванная комната. Необычно. — Можно снимать повязку? — поинтересовалась Мартынова. Её волос коснулись горячеватые руки — это парень потянулся к небольшому аккуратному узелку, стягивающему чёрную ткань, но вскоре они исчезли вместе с повязкой, и зрение в секунду проявилось…       Ванна была наполовину наполнена чуть прикрытой пеной водой, которая пока ещё текла из крана. На поверхности плавали маленькие алые лепестки роз. Небольшой журнальный стол был перенесён сюда и теперь стоял рядом. На нём стояла чашка с клубникой, а рядом — бутылка хорошего вина и бокалы. Всё это освещали свечи, аккуратно расставленные по помещению. — Как ты успел? — поражённо спросила Вера. С каждой секундой оглядывания помещения она замечала всё больше деталей: вот несколько бутыльков с эфирными маслами, вот сердца из бумаги, прикрепленные к стенам, а вот и её любимый купальник, аккуратно сложенный на стуле. — Позвонил Толе, он всё купил, почистил и расставил. Потом я приехал домой и набрал ванну, — пояснил Кирилл. — Давай сначала сфотографируем тебя для инсты? — Ну окей…       Спустя минуту девушка уже сидела в тёплой воде. На ней был купальник, который заставлял Кира чуть дрожать, пока он трясущимися руками доставал телефон из сумки своей возлюбленной, открывал камеру и подыскивал лучший ракурс. Быстро набрав текст под диктовку нашей героини, Туриченко выложил пост в соцсеть и, чуть смущённо протянув: — Какая ты красотка! — начал раздеваться, предварительно отложив смартфон в сторону. Мартынова смотрела на то, как пиджак, рубашка и штаны друг за другом оказывались на стуле, не в силах оторвать взгляда. Она едва-едва заставила себя прикрыть глаза, когда парень переодевал нижнее бельё, хотя чего она там не видела.       Вскоре рядом с Верой послышался тихий характерный всплеск — это Кирилл залез в воду и сел рядом. Девушка открыла глаза и чуть улыбнулась, когда сильные руки оказались на её талии. — Тебе идёт эта улыбка, — подмигнул Кир. — Ты тоже очень красиво улыбаешься, — шепнула та и потянулась за поцелуем.       Через минут десять половины вина уже не было, а наши герои чуть раскрепостились. Уже не было той лёгкой робости и смущения. Они обсуждали план по завтрашнему вечеру, общались о музыке, просто целовались… Но тут Мартынова решилась сказать о том, что её тревожило всю неделю. — Скажи, а ничего не может нам помешать помочь Арсу с Шастом? — она бросила выразительный взгляд, по которому можно было понять, кого она имела ввиду. — У меня есть идея, — тут Туриченко чуть помедлил. — Может быть пойдёшь с Юлькой? Если вас будет трое, то рыжая бестия с его анонимным помощником не нападут. Ну и плюсом она знает про крысу в нашей гоп-компашке. — Можно и так, но… Ты уверен, что ему помогает не Марк, а Юля просто его подружка, а не коллега по криминалу? — нервно спросила Вера. — Да, — в голосе Кирилла было сомнение, но он всё равно согласился.       Ещё десять минут, и вино совершенно закончилось. Вскоре невнятные разговоры окончились, и наши герои абсолютно потеряли страх со стыдом. Пьяные поцелуи, от которых можно было задохнуться, горячие объятия в чуть тёплой воде, отлетевшие в сторону жалкие остатки одежды — кому они вообще нужны! Светло-розовые следы на коже, которые пройдут довольно скоро, нежные-нежные ласки, абсолютно ни с чем несравнимые. Они были только вдвоём, и никто им не мог помешать…

***

      Вера стояла на светофоре, поднеся к уху смартфон. Уже был понедельник, а значит день, в который нужно было помочь Арсу в отношениях с Шастом, к слову, с первым она прямо сейчас разговаривала. — Итак, что мы имеем, — начал её собеседник. — Сейчас ты встретишься со своей подружкой, потом вы захватите Антона и пойдёте вместе в забегаловку, в которой сейчас сидим мы с твоим Кириллом, прямо сейчас переливающим себе во фляжку для коньяка дешёвенькое винишко. После вы с подругой уйдёте в туалет, тут появляюсь я с букетом цветов, вручаю его Шасту и извиняюсь за то, что он назвал приставаниями. Потом предлагаю поужинать и в процессе признаюсь в чувствах. Так? — Всё верно, Арс, — усмехнулась девушка и, быстро попрощавшись, положила трубку.       Вскоре они с Юлей уже шли по улице, и наша героиня разъясняла ей план. Она в общих чертах уже расписала его подруге ещё при просьбе помочь, но ещё нужно было уточнить парочку деталей. — Слушай, а этот твой Арсений не думал, что Антон может быть гомофобом? — поинтересовалась Паршута, небрежно сдувая длинную светлую прядь с лица. — Мне кажется, что он всё-таки не гомофоб, — пожала плечами Мартынова. — А вот вероятность того, что он натурал… Она есть. — Обо мне шепчетесь? — спросил Шастун, возникая словно из ниоткуда. Юля в секунду взвизгнула, а Вера лишь усмехнулась и, чуть подняв голову, бросила взгляд на высоченного парня, стоявшего перед ней. — Ну конечно, мы знакомы с половиной звёзд, а шепчемся именно про твою ориентацию! — фыркнула она. — Кстати, Антон, вы с Юлькой знакомы? — Определённо видел по телевизору и слышал песни, но в жизни никогда не виделись, — тут Шаст подмигнул Паршуте. — Меня вы тоже наверное видели только там. — Ой, я прямо почувствовала себя старой, давно же ко мне не обращались настолько уважительно! — прыснула Юля. — ТНТ я иногда смотрю, поэтому знаю вас. — Ну раз мы оба не привыкли к такому обращению, может просто на ты? — после этой фразы Паршута с Шастуном почти половину дороги о чём-то болтали, шутили, смеялись. Наша героиня почувствовала себя третьей лишней, поэтому достала телефон из кармана, подключила наушники и включила одну из своих любимых песен, которую собиралась спеть в шоу маска на этой неделе…

It must be something that we call love Wherever I go I'm coming back And time cannot knock me off my track, Тhis resolution is final… It must be something that we call love It's when you're craving to say her name And my reality seems to break Аpart with her arrival…

      Такой знакомый текст. Близкий сердцу девушки настолько, что её можно было хоть ночью разбудить — споёт на русском или английском языке, да и во все ноты попадёт. Несколько повторов в наушниках — и Мартынова в красках смогла представить номер с отправленной хореографией. Традиция с Кирюшей в маске сохранялась, но в конце номера она должна была отлететь в сторону. Пусть гадают, кто бы мог танцевать с ним!       Внезапно Юля пихнула подругу в бок. На её лице было беспокойство, потому Вера вопросительно вскинула брови и, вытащив наушники, с сожалением посмотрела на экран. Так жаль выключать песню, но придётся. — К нам идёт Стас, который Пьеха, — шепнула Паршута. И действительно, Стас, явно заметив наших героев, шёл им навстречу. Ужас на его лице ни на каплю не напоминал актёрскую эмоцию. Это был искренний испуг, но девушка не обратила на это внимания, а зря… — Привет, я, — тут Пьеха, покосился в сторону Антона. — Понял, у вас какой-то свой разговор, — хмыкнул тот и, достав из рюкзака наушники, погрузился в музыку. — В общем, мне нужно сказать вам кое-что, — Стас вновь замялся. — Дело в том, что одна рыжая бестия смогла достать довольно провокационные фото и начала шантажировать меня ими. — И для чего ты нам это говоришь? — чуть прищурила глаза Юля. — Дело в том, что он решил взять тебя в заложники! — выпалил Пьеха. — Я решил тебя предупредить, чтобы ты ни в коем случае не пыталась срезать через переулок! — Интересно, почему я должна верить, что ты не лжёшь? — подозрительно фыркнула наша героиня. — Знаешь, ты хороший актёр, поэтому мог бы сыграть страх. — Но послушайте! — воскликнул Стас, но было уже поздно — девушки уже сворачивали в узенький переулок, таща за собой чуть обескураженного Антона. — Вот чёрт, не успел!       В голове Пьехи промелькнули сотни мыслей, но он в секунду выбрал лишь один план — бежать в сторону ресторана. Стас помчался по обходной дороге, ведь спасти их напрямую от Андрея он не успеет…       Тем временем полутёмный переулок неслабо пугал Веру, но она упорно продолжала идти прямо, хотя Юля с Шастом отговаривали её. — Я не думаю, что нам стоит идти дальше, — заявил последний и резко остановился. Девушки повернулись к нему. — Просто я слышал краем уха этот ваш разговор. Я догадываюсь, о какой рыжей бестии идёт речь, и если я прав, то… — Ты как всегда прав, — послышался прямо за спиной нашей героини тихий голос, после чего она почувствовала, как металлическое лезвие ножа коснулось её шеи. Какого?.. — Если хоть кто-то из вас сдвинется с места, попытается убежать или ударить меня, то я убью её.       Паршута в нерешительности замерла — она как раз хотела помчаться в сторону кафе или позвонить Марику, но слова Андрея её переубедили. Антон мгновенно побледнел, ведь хотел уже заступиться силой за давнюю подругу. Не посмеет ведь эта мразь убить свою бывшую! Хотя… — Вот и отлично, — хмыкнул рыжий и, свободной рукой расстегнув пальто Мартыновой, отбросил его в сторону, а потом достал из кармана шприц и, засунув руку под горловину кофты, воткнул иглу в плечо. В голове девушки пролетела тысяча мрачных и ужасных мыслей, после чего она отключилась…

***

      Очнулась Вера уже в маленьком помещении. Как же тут было холодно! Тут она поняла, что из одежды на ней лишь бельё, пригляделась к деревянным стенам и поразилась вновь. Ошейники, наручники, ножи, плети, пистолеты, кляпы, вибраторы… М-да, видимо после расставания Андрей подрабатывает в секс шопе. Девушка почувствовала, что не может пошевелить ни руками, ни ногами, осмотрелась и чуть было не закричала: она была пристёгнута наручниками к двум шестам. Страшно. Тут она ещё и разглядела Юлю с Антоном, которые были связаны и сидели в углу спиной к спине. На их лицах был шок, страх и какая-то тень печали. — Ну что, удивлена? — хмыкнул рыжий, выходя к ней из темноты. — Случайно нашёл этот маленький подвальчик и, сперев у хозяев ключи, получил доступ ко всей этой хрени. Но вот только кляп тебе не нужен, ведь я хочу слышать твои стоны.       Андрей усмехнулся и коснулся губ Веры. Как же ей хотелось укусить его, вырваться, убежать, но… Не получится. — Зачем я вообще тебе нужна? — прошипела она. — Сначала я просто хотел досадить тебе, — признался Симпупкидзе, чуть царапая щёку бывшей. — Но потом я узнал, что ты меня променяла на третьего из иванушек. Серьёзно, разве он может принести тебе столько удовольствия, сколько приносил я?! Нет-нет, я просто обязан был напомнить тебе о том, что такое настоящий экстаз. — Тогда тебе было лучше вскрыться. — Не умеешь ты шутить, — криво ухмыльнулся Андрей. Он продолжал царапать своими длинными нестриженными ногтями бледную кожу.       Грубый и требовательный поцелуй накрыл губы Мартыновой. Так и хотелось отстраниться, но не получалось. Как же больно эта рыжая мразота покусывала язык, вжимала руками в стену, либо со всей силы шлёпала по бёдрам. — Нравится? — усмехнулся парень. Вера решительно помотала головой. — Неужели уже отвыкла от настоящей мужской брутальности с этим твоим Кириллом? — Это не брутальность, это жестокость!       На шее, ключицах и плечах девушки вскоре были багрово-синие следы, а на спине прочертились восемь алых полос — Андрей не церемонился. Глаза девушки уже опухли от слёз, а вся пергаментная кожа была в мурашках — в этой деревянной клетушке было безумно холодно. — Ну как тебе? — очередной раз спросил Андрей, и Мартынова в очередной раз промычала нечто, похожее на «нет». — Тогда стоит наказать тебя, — тут рыжий взял со стола пистолет и направил его в сторону угла, в котором сидели Шаст с Юлькой. — Смотри, в этой пушке три патрона. Один в сердце пидорковатому дылде, другой для блондиночки, а третий… Ну пускай будет на всякий случай. Я же стрелять не умею.       Несколько агрессивных ударов с помощью одной из плетей. Вера закусила губу. Так хотелось, чтобы это прекратилось. Хотелось вырваться из наручников, ударить по смазливой роже этой рыжей бестии и, освободив друзей, убежать из этого подвала. Тем временем Андрей и сам начал раздеваться. Вид его чуть подкачаного тела мог бы соблазнить, но девушка с отвращением и ужасом вперемешку смотрела на эти кубики пресса, сделанные с помощью пластики. Тварина… — Ну что, начнём? — ухмыльнулся Симпупкидзе. Его рука уже потянулась было к белью нашей героини, а та приготовилась к худшему, но тут…       Покосившаяся деревяшка, заменявшая дверь, вылетела с петель и упала. За нею была целая толпа людей, которые в секунду вбежали в помещении. Сердце Мартыновой радостно забилось: она узнала всех этих людей. Тут был и Джонни в забавной жёлтой куртке, и испуганный Марк, и Батр, в глазах которого был немалый шок, и Славка, вопреки обычному не улыбавшийся, даже и Юсиф, сжимавший в руке телефон. Толик тоже был тут — он был неслабо напуган и прятался за спиной Славы, держа в ладони какой-то револьвер. Да что уж там, Арс стоял на пороге и выискивал глазами своего возлюбленного коллегу. А во главе всей этой компашки был Кирилл. На нём была не верхняя одежда, а тёмно-синий официальный костюм. Рядом притулился Стас. — Вот они! — выпалил он. Но вся эта орава не успела ничего сделать — Андрей схватил пистолет и трижды выстрелил. Одна пуля попала в проход и вылетела наружу, другая прострелила стену, а вот третья… Вера затаила дыхание от дикого ужаса, когда увидела, куда она попала…

***

— И всё-таки пиджак жалко, — протянул Тимур. Он сидел за рулём машины и вёл её, изредка говоря некоторые фразы. Правда в машине были лишь Вера, которая всхлипывала, уткнувшись в тёмно-синюю ткань пиджака возлюбленного, отданного ей, да Кирилл, прижимавший к себе любимую. Остальная компашка уже разбежалась — после дачи показаний для полиции, вызванной Юсифом, они вышли из участка лишь к полуночи. Многие уехали в отель, находящийся поблизости, Арс с Шастом отправились на съёмки шоу, почему-то снимавшейся именно ночью, а вот Батр не успел уйти и решил довезти нашу влюблённую парочку до дома. — Зато ты жив, — чуть хрипловато прошептала девушка. — Знаешь, Кирюш, как же иногда полезно бывает вино за пятьсот рублей! — Ну недаром я взял с собой фляжку для коньяка, — отстранённо хмыкнул Кир. Он едва сдерживал слёзы, но старался не показывать этого.       Следующие минут пятнадцать они просто ехали. Вскоре Тимур открыл дверь, и Туриченко вышел из машины, стараясь не сделать больно нашей героине, которая обмякла в его руках, словно тряпочка. — Мне отпереть замок? — поинтересовался Батрутдинов. После молчаливого кивка он достал из кармана пальто ключи. Мартынова чуть поёжилась — на улице было всего лишь начало апреля, поэтому холод неслабо ощущался. Да и после столь долгово нахождения в прохладном помещении в одном лишь белье можно было что-нибудь себе отморозить.       Через некоторое время Тимур ушёл, а Вера лежала на кровати и просто плакала. Слишком сильный шок она сегодня пережила, поэтому душевные терзания ещё нескоро отступят. Кирилл куда-то отошёл, скорее всего, за аптечкой, а девушка всё вновь и вновь прокручивала у себя в голове смазанные отрывки того, что происходило сегодня…       Вот пуля попадает в левую часть груди Кира, и на синей ткани пиджака расплывается тёмно-красное пятно. В глазах нашей героини мелькает ужас. Неужели она сегодня потеряет ещё одного близкого человека?.. — Арс, а ты ещё спрашивал, зачем я наливал себе во фляжку из-под коньяка дешёвое вино! — горько усмехается Туриченко и, достав из кармана пробитый с одной стороны кусок железа, отбрасывает его в сторону…       А вот Андрея уже прижали к полу Батр со Стасом. Марк с Арсением помогают встать своим вторым половинкам, Джонни фотографирует для того, чтобы были доказательства, Толик со Славой стоят рядом с Симпупкидзе, направив на него пистолеты, ну а Юсиф звонит в полицию. Кирилл же стоит рядом со своей девушкой и пытается отстегнуть её от этих столбов. — Чёрт, где же ключи? — бурчит он и окликнул рыжего. — Слыш ты, мразь недоделанная, ключи гони! — Какие мы дерзкие, — ухмыляется Андрей в этой своей привычной манере хамла. — Странно, ты представлялся мне тихим скромным интеллигентом, а тут такой резкий мальчик. Но трусливый, ведь даже не попытался побить меня за даму сердца. Забавненько. Неужели ты и после этого меня не ударишь, трусишь…       Его слова прерывает звонкий удар. Это Кир даёт ему неслабую затрещину, не выдержав этих нападок. — Ещё раз назовёшь трусишкой — пожалеешь, — Мартынова абсолютно не узнаёт парня. Сейчас его голос звучит неожиданно зло и жёстко. — Ключи отдал! — Да подавись!..       И вот последняя сцена. Уже приехал полицейский и собирается скрутить Симпупкидзе. Но тот решается на отчаяннейший поступок: он вырывается из захвата и, подбежав к Толе и выхватив у него револьвер, вставляет его себе в рот и выстреливает… — Кошечка моя, ты в порядке? — тут Вера очнулась. Кирилл стоял на пороге комнаты с аптечкой в руках. На его лице было беспокойство, а уголки глаз чуть покраснели, выдавая то, что он плакал. — Не совсем, — буркнула девушка и двинулась чуть назад. Кир осторожно сел рядом с ней и прошептал: — Можешь снять с себя пиджак, чтобы я посмотрел и немного подлечил тебя?       Вместо ответа наша героиня с усилием села и начала расстёгивать пуговицы. Наконец она смогла снять и отложить в сторону эту синюю ткань. — Пиздец, — не выдержал Туриченко. — Он видимо совсем поехавший. — Это точно, — выдохнула Мартынова и чуть выгнулась, когда парень коснулся засоса пальцами, на которых была ледяная мазь. — Больно? — тут же встревоженно поинтересовался он. — Холодно, — призналась та. — И больно.       Пять минут — и все засосы, следы от ударов плети и царапины были обработаны. От каждого прикосновения Вере хотелось кричать — было неприятно физически, но Кирилл успокаивал её, уговаривая потерпеть. Наконец он прошептал: — Всё, — и, встав с кровати, подошёл к их общему шкафу. — Ты у меня самая настоящая героиня. Немногие смогли бы вытерпеть то, что ты сегодня пережила. Ты умничка. А сейчас тебе нужно надеть что-нибудь тёплое и попить горячего чая. — А ты самый-самый заботливый, — уголки губ девушки дрогнули, но это нельзя было назвать настоящей улыбкой. — Держи, — Кир протянул толстовку со штанами, явно принадлежащие ему. — И да, могу я тебя кое о чём попросить? — Конечно, — она постаралась надеть эту одежду. Было больно, поэтому худи изнутри было чуть мокрым — наша героиня плакала, пока натягивала его на себя. — Просто понимаешь, мне очень больно видеть слёзы на твоих глазах. Они мне напоминают о том, что я не смог уберечь тебя от этой рыжей бестии, — Туриченко чуть вздрогнул. — Не плачь, прошу тебя. — Постараюсь, — вздохнула Мартынова и с удивлением заметила, что и по его щекам стекают капли. Она наклонилась и обняла парня. — Ну что ты, мне тоже больно видеть, как ты плачешь! — Мы оба выстоим, ведь есть друг у друга.       В эту ночь Вера долго не могла уснуть. Всё тело болело, а мозг так и кричал о том, что происходящее сегодня ещё долго будет приходить в кошмары. Но Кирилл так ласково, нежно и бережно обнимал её, что девушка всё же смогла заснуть — пускай под утро, пусть это были тёмные сны без сновидений, но зато они не были жуткими, ведь Кир это тот человек, который может успокаивать, помогать и влюблять в себя одним лишь прикосновением, голосом, взглядом. Как же ей повезло с ним… И ему с ней.

***

— На прошлой неделе мы могли попрощаться с этой маской, — начал Слава, неизменно улыбаясь незменно аплодирующим зрителям. — Но благодаря Александру Ревве мы можем продолжать наслаждаться её выступлениями. Встречайте, леопард!       Вера вышла на сцену. Даже лишним будет сказать, что она вновь опёрлась на Макарова, поздоровалась и бросила очередную шуточку. Почти неделя прошла с одного из самых жутких дней в её жизни, а значит тело уже почти не болело. — Леопард, а у вас случайно нет музыкального образования? — поинтересовалась Валерия. — Музыкальная школа была, а вот большего никогда не было, — призналась девушка. — Это лишний раз доказывает лично для меня, что там Вера Мартынова, — отметил Филипп. — Если это действительно ты, то я тебя обожжжаю. Ты моя фаворитка! — Мне сейчас страшно, ведь те, кого вы называете своими фаворитами, уходят отсюда! — воскликнула наша героиня. — Не хотелось бы улетать так, как улетали птицы и убегать, как убегали кони! — На самом деле у меня есть ещё один вопрос, — начала Регина. — Это вопрос «Кто вы?» — усмехнулся Ревва. — Кирилл Туриченко! — после этих слов Мартыновой зал засмеялся. — Вот видишь, Кирюх, ты уже это сам признал! — Нет, у меня другой вопрос, — возразила Тодоренко. — Вы девочка? — Шёл десятый выпуск, а вы только сейчас это поняли! — фыркнула Вера. — Хорошо, а вы считаете себя милой? — Да, возможно я милая, но не для всех, — уклончиво ответила девушка. — Всё, хватит, — оборвал Тимур. — Давайте лучше послушаем подсказки!

Профайл

      Всем привет, с вами вновь леопард! Ну что же такое, уже десятый выпуск, а вы всё ещё не верите, что я могу быть тихой и спокойной кошкой? Ну правда, хватит меня уже бояться!       Знаете, я даже и не задумывался о том, как известен. Считал, что знают меня лишь в узких кругах, но потом оказалось, что моё имя было на слуху в нашей стране ещё тогда, когда многое казалось сверхъестественным для нас.       Что-то я заболтался, как бы лишнего вам не наговорить. Пойду-ка я лучше на сцену. Встречайте, леопард!

      Полутёмная сцена, на которой стоит декорация в виде тоненького окошка с подоконником. На нём сидят, свесив ноги, Вера с Кириллом. На них падает луч прожектора, а за спиной и где-то впереди стоит балет в тёмных костюмах, сливаясь с чернотой окружения. Вот звучит знакомый проигрыш. Девушка наизусть знала его, ведь смотрела евровидение в две тысячи восемнадцатом году. Ей тогда полюбилась лишь одна песня, которая сейчас звучит здесь. И пусть её исполнитель не прошёл в финал, но всё равно эта песня прекрасна…

It must be something that we call love Wherever I go I'm coming back And time cannot knock me off my track, Тhis resolution is final…

      Секунда — и вот Кир уже помогает встать нашей героине. Декорация достаточно устойчивая, поэтому упасть с неё не возможно, но всё равно страшновато. Люди в чёрном начинают подходить ближе, но всё равно не заходят под лучи прожектора.

It must be something that we call love It's when you're craving to say her name And my reality seems to break Аpart with her arrival…

      Сцена всё ещё не освещена до конца, но зрителям уже видны руки танцоров, которые будто бы пытаются стащить наших героев с подоконника, но они помогают друг другу не упасть. Иллюзия дождя возникает, Туриченко достаёт из-за спины зонт, а значит начинается припев…

No need to worry, rain falling down It's our happiest story and there's no one around We will go for it and I know you'll be mine Forever… Windows wide open, flying so high Both of us roaming through a magnificent sky Rain keeps on falling and I know you'll be mine Forever…

      Второй куплет. Голос Мартыновой становится эмоционально ярче, она будто бы начинает «страдать», переходя от тихого нежного пения к громкому звуку:

It must be something that we call dream When all you told me, I know by heart The type of beauty I call supreme And how it's driving me crazy…

      Повтор припева звучит как обычно. Но во время него происходит важная вещь: Кирилл всё же оказывается среди балета. Вера словно тихо обращается к нему со словами:

You'll always sing me something new I will always follow When I first saw you here I knew That I was blind before you…

      На последней фразе Кир сбросил с себя маску и последний припев буквально потонул в оглушительных овациях зала. Во время короткого финального проигрыша девушка спрыгнула с имитации подоконнику и, подойдя к возлюбленному, дала ему себя обнять. — Леопард! — объявил Слава, выходя на сцену. — И Кирилл Туриченко в качестве танцора! — Кирилл, вас двое? — со смехом спросил Александр. — Ты и в маске, и рядом? — Саша, благодаря тебе меня завалили вопросами а-ля: «Скажи, ты в леопарде?» или «Ну колись, я уже понял, что ты носорог!» — признался Кирилл. — Теперь меня не спросят про леопарда. — Слушай, а наш леопард действительно такой высокий? — поинтересовалась Регина. — Ну то, что выше меня, так это точно! — отметил Кир. — Я бы хотел сказать нашей кошечке, что болею за неё и надеюсь, что наша лав стори в номерах продолжится и на следующей неделе. — Конечно продолжится, если меня не выгонят! — воскликнула наша героиня и, напоследок обняв его, проводила взглядом за сцену. — Никто тебя и не подумает выгнать, ведь все ждут тебя в финале! Обожжаю! — нетрудно понять, что говорил это Филипп.       Наконец Мартынова ушла со сцены, но через полчаса она вернулась на голосование. И вновь её отправили в номинацию! Хотя Стас, безусловно, выступил круто, и жюри можно понять.       Прошло ещё несколько часов. Вера прошла закулисы — через пятнадцать минут финальное голосование. Она увидела, что на сцене стояли носорог с ламой и заинтриговано подошла поближе. — Любопытничаешь? — раздался знакомый голос за спиной. — Ну конечно, зайчишка, надо же мне знать, с кем я буду в номинации! — фыркнула девушка и, развернувшись, пожала руку зайцу. — Со мною ты будешь, хищная, — по голосу было слышно, что Батр под этой маской закатил глаза. — И со мной, — добавил Кир, неслышно появившийся сзади. — Юся очень круто выступил, поэтому жюри даже не допустило мысли отправить его даже на финальное голосование. — То есть кто-то из нас действительно покинет проект? — наша героиня никак не могла поверить в этот факт. — Неважно, когда мы уйдём, главное то, что мы на этом проекте все нашли себе друзей, а вы с Кирюхой — любовь, — философски отметил Тимур, с чем наши номинты согласились.

***

— И с результатом в сорок четыре процента участие в конкурсе продолжает, — сердце Веры чуть не замерло. Они с Тимуром и Кириллом уже стояли на сцене. Интересно, кого могли спасти зрители? — Заяц! А это значит, что мы с ним увидимся через неделю. — Удачи вам, голубки, — прошептал Батр, обнимая на прощание товарищей. Девушка проводила его взглядом и прижала к себе Кира — Можно нам не голосовать?! — воскликнул Родригез. — К сожалению нет, — Слава напрягся, и это было неудивительно — нашу героиню он знал с детства, да и Туриченко был ему другом. — Каждый из вас должен назвать лишь одно имя. — Постойте! — в голову Мартыновой пришла безумная мысль. — Я не хочу, чтобы носорог уходил с проекта, поэтому хочу снять маску здесь и сейчас…