прятки

      Она бежала.       Знакомые коридоры смазанными кадрами мелькали перед её глазами, и она поблагодарила самого Дракона, что знала в замке каждый выступ и могла легко в нём ориентироваться.       Дыхание давно сбилось, впрочем, полагаясь на магию, она часто забывала о состоянии своего тела. И этот звук, рождавшийся внутри, и, как она думала, оглушавший всех, привлекал внимание преследовательниц.       От резкого шума позади (природа его осталось не известной, но в такой момент паранойя возросла до немыслимых пределов, что в пору думать, что им осталось всего-то пять шагов — или, в их случае, пять секунд полёта) она стиснула свёрток из дорогой ткани. Впрочем, информация сейчас эта была совершенно не к месту, потому как не решала ничего. Или скорее всё, потому как в свёртке в этом лежал младенец, который был для семьи и большой радостью, и огромной проблемой прямо сейчас. Маленькая принцесса, занятая своими очень важными делами — сном, — не ведала, что она и являлась причиной этого ужасного нападения на дворец. Ну и о нападении тоже, честно говоря. Счастливая, подумала Дафна. Счастливая в своём незнании, в своём недостаточном возрасте для появления отвественности за совершённые поступки. Дафне стало страшно. За себя, но больше — за сестру, которая не могла сама постоять за себя.       Блум только начинала свою жизнь, только познавала мир, а в этот миг её существование могло прекратиться, если Дафна ошибётся.       Она была одна. Никто бы не помог-пришёл-спас-защитил-уберёг-заслонил. На этот раз была только она и три сильнейшие ведьмы, пытавшиеся её поймать.       Принцесса старалась не думать о родителях, которые были заняты Валтором... Он был созданием трёх Древних ведьм, значит, слабее них. Король и королева не справлялись с ним, тогда что она, Дафна, может противопоставить его хозяйкам? Сердце забилось чаще, а в горле образовался комок.       Отчаяние, будто море в шторм, резко захлестнуло её с головой. Справиться с ним ей было не под силу. Ничего не получится. Они все умрут. Умрут-умрут-умрут-умрут.       В какой-то момент она поняла, что стояла (ноги отказывались двигаться, будто все мышцы враз исчезли) — не бежала, как ей следовало — около портретов предыдущих правителей Домино. Женщины, мужчины — все были облачены в доспехи, потому как не зря их считали лучшими воинами Измерения. Она знала их поимённо, все их истории. Даже их смелость, желание защитить дворец, людей, планету, которые приводили не единожды их, королей и королев, к смерти не могли встряхнуть её, заставить сбросить оцепенение, воспрянуть духом и наконец бежать — далеко, в самые темные углы замка, где жители — одни лишь зловещие пауки с тонкими ножками да их жертвы. В тот момент она тоже была жертвой. Только вместо пауков — страшные, грозные ведьмы.       Жалость, жалость, жалость-жалость-жалость — какое ненавистное слово! Но именно оно сейчас наполняло, кажется, её суть, заставляя мыслям о вымаливании пощады посещать её голову. Может... может...       Её судорожные размышления прервал плач. Не вовремя! Или как раз... Так или иначе, взглянув на крошечную, прямо-таки беспомощную сестру, которая смотрела на неё мамиными пронзительными глазами, она словно пришла в себя, будто её настоящее «я» вселилось обратно в это трусливое немощное тело.       Она не может сдаться! Не трусиха, но воин — нимфа Сиреникса. Держаться до последнего, защищать других людей — все стимулы сражаться вернулись по щелчку пальцев. Она снова побежала, старясь не возвращаться в коридоры, где она уже была, благо замок со своими разветвлениями, как ветви столетнего дерева, такое позволял.       Но через некоторое время она услышала их смех — он всегда холодил душу. Видимо, плачь привлёк не только её саму. Бежать быстрее. Вправо, вправо, пробежать немного и влево, право, влево, влево. С ужасом осознав, что коридор, больше не имеющий развилок, заканчивается и заканчивается тупиком (видимо, она всё-таки должна была свернуть минуту назад вправо) — заставили мозг работать в два раза быстрее.       Нужно спасти Блум. Нужно, чтобы она выжила. Из-за угла показались их фигуры, их движения стали обманчиво мягкие, она знала, что это очень похоже на хищника, который собирается схватить свою награду. Блум. Блум. Их грязные и потрёпанные одеяния чуть касались пола, волосы развивались как змеи, руки, неестественно длинные и костлявые, протягивались к ней. Убрать. Унести. Их глаза с бледными радужками жадно приковались к комочку из тканей. Портал. Создать портал. Одна из ведьм уже начала заносить руку с темной светящейся сферой, чтобы поразить Дафну...       А она со слезами смотрела, как её сестра скрывается в воронке, состоящей из её магии. Зато теперь та далеко. Очень и очень далеко.       Дафна обернулась и перевоплотилась. Магия щекотала кончики пальцев, поднималась с солнечного сплетения и была готова поразить её недоброжелателей. Но теперь она была спокойна и знала, за что, за кого сражается. Знала, что не могла сдаться или сбежать. Произнося первое заклинание, она знала, что сделает всё, что потребуется.