В следующей жизни

Девушка со змеиным хвостом и ярко-алыми губами тыкала в него пальчиком: — Это вы виноваты! Он ушел за вами! Если бы… — Чжао Юньлань! — крикнул он и проснулся. Сердце колотилось, как бешеное, в глазах застыли слёзы, воздуха не хватало. — Чжао Юньлань? — повторил он удивлённо. Имя казалось совершенно незнакомым, но почему—то осталось ощущение, что этот человек был очень важен. Он закрыл глаза, медленно вдохнул и выдохнул, нестерпимо захотелось чупа-чупс, где-то послышался радостный смех. Казалось, ещё одно мгновение, и он вспомнит, поймёт что-то важное, но зазвонил телефон, и момент был упущен. — Да? — Доброе утро, господин Ван, такси будет подано через пятнадцать минут. — Спасибо. — Такси, конференция! Он, Ван Дэшэн, прилетел во Франфуркт-на-Майне, чтобы принять участие в гётевских чтениях, и, если не поторопится, то опоздает. Всё из-за дурацкой разницы во времени, сначала проснулся в три часа ночи и никак не мог заснуть, а теперь, стоило закрыть на секунду глаза, как тут же вырубился. Он размял затёкшую шею. Жаль, на кофе времени не осталось. В такси Ван Дэшэн попытался ещё раз пробежать доклад глазами, но не смог сосредоточиться — странный сон не давал покоя. — Чжао Юньлань, — повторял он на разные лады. — Что? — спросил таксист, пожилой турок с пышными усами. — Ничего, простите, — Ван Дэшэн смущенно улыбнулся и уставился в окно. Самое интересное в подобных конференциях — кулуарные разговоры, где порой выдвигаются смелые идеи, порой даже реализуемые впоследствии, да и общение с коллегами всегда приносило радость. Но сегодня не получалось сосредоточиться на докладах. — А вы что думаете? — спросил директор дома Гёте. — У вас всегда необычный взгляд на проблему. В другой раз подобная похвала польстила бы самолюбию Ван Дэшэна, но сегодня голова была занята другим. Хорошо, что свой доклад он знал наизусть и уже прочитал. Он извинился, сослался на больную голову, в чем даже почти не соврал, и удалился. До самолёта оставалось ещё добрых восемь часов, он вдоволь побродил по старинным улицам, где когда-то гулял великий Гёте, и зашел в кафе выпить бокал вина, возможно, это поможет расслабиться и успокоиться. За окном какой-то парень в громоздком пуховике перебирал пластинки, Ван Дэшэн скользнул по нему взглядом и потянулся к телефону, но что-то заставило всмотреться пристальнее. Парень улыбался и едва заметно качал головой в такт какой-то мелодии. Взяв в руки очередную пластинку, он улыбнулся, и Ван Дэшэн дёрнулся, как от удара током. Он вспомнил. Вспомнил эту улыбку, эти лукавые глаза, голос. — Чжао Юньлань, — прошептал он. В голове калейдоскопом мелькали картинки — спецотдел, расследования, он сам в черном плаще и маске. И улыбающийся Чжао Юньлань с неизменным чупа-чупсом. За его улыбку Ван Дэшэн — Шэнь Вэй, тогда его звали Шэнь Вэй — готов был отдать весь мир. Вспомнил, как закрыл его от удара брата, фантомная боль отозвалась в груди. И, словно вспышка, обещание, что они дали друг другу — обязательно встретиться. Ван Дэшэн разом вспомнил все прошлые жизни, у него закружилась голова, он уткнулся лбом в ладони. Он искал! Искал каждый раз! Иногда не находил, и встречал смерть без сожалений, иногда казалось, что судьба насмехается над ним. Историк Ле Яозу — специалист по империи Хань и генерал Хо Цюйбин, погибший задолго до его рождения. Репортёр Ци Мин и внук его родного брата. Едва взяв двухнедельного Ли Шэна, понял, что нашел. Ли Шэну было четыре, когда Ци Мин тихо умер во сне. Когда Ван Дэшэн снова выглянул в окно, Чжао Юньланя уже не было. Он вскочил, порываясь начать искать, но тело вдруг охватила слабость, ноги подкосились, он грузно опустился на стул и устало закрыл глаза. Быть так близко и упустить шанс! — С вами всё хорошо? — Над ухом раздался знакомый голос. Ван Дэшэн поднял глаза и неверяще уставился на говорившего. Чжао Юньлань стоял рядом и с тревогой смотрел на него. Показалось, что время остановилось, мир вокруг исчез — не осталось ни гула голосов, ни приглушенной музыки, только родные, бесконечно любимые глаза, глядящие с тревогой. — Всё в порядке, — улыбнулся Ван Дэшэн. — Меня зовут Бай Шу, я доктор, а вы так внезапно побледнели. — Ван Дэшэн, — он понял, что продолжает сжимать протянутую руку, когда Бай Шу с удивлением посмотрел на него. — Простите. — Всё в порядке, — он отодвинул соседний стул. — Вы позволите? — Ван Дэшэн, Ваше лицо кажется мне удивительно знакомым. — Скажите, доктор Бай, вы верите в прошлые жизни? — Я верю, — он вдруг стал серьёзным, — в родственные души. И, если людям суждено встретиться — они обязательно встретятся.