Сжигая себя дотла

      Боль познаёт каждый кусочек тела. Больно? Да, но не физически. Сердце разорвано, проткнуто тысячами мелких игл. В душе бушует гнев и ненависть. Сейчас она готова разорвать его в клочья. Причинить ему любую физическую боль.       Её когда-то живые глаза, больше не искрятся, не желают жить. Они пустые, опухшие от слёз не смыкаются уже несколько ночей подряд.       Девушка за один миг потеряла всё, что заставляло улыбаться каждый день. Того, кто был для неё садистом и нежным подарком судьбы. Он был тот, кому она отдала не только тело, но и всю себя.       Как же тяжело ненавидеть, когда остаёшься одна, но любить, увидев его глаза. Утопать в них, камнем лететь вниз к самому дну. Задыхаться в той тьме, что обжигает не только легкие. Любить даже если это опасно для собственной жизни. Любить мужчину властного и грубого. Жадного и ненасытного в сексе. Проявляющего нежность только в постели, и то в мелких дозах.       Он будто наркотик для тела и сердца, которого всегда мало. Он не спеша разрушает разум и тело. Так же затрагивает сердце и душу.

***

      Ночь. Луна разлилась по комнате, своими холодными лучами света. Комната молодой леди в полном беспорядке. Где-то в темном уголке комнаты сидит хрупкая фигура. Изящные плечи подрагивают. Тихие всхлипы разносились по комнатке. Девушка за эти пару часов истерики обессилела, настолько, что нету сил даже плакать. Её грудь пылала от боли. Что-то сдавливало всё внутри.       В голове девушки всё прокручивались недавние события. Из-за чего она все сильнее сжимала свои худые ножки. Ненависть и любовь боролись внутри.       - НЕНАВИЖУ! – по комнате раздался охрипший голос девушки, после вчерашнего визита мужчины.        Слёзы с новой силой потекли с глаз. Светлые аметистовые глазки стали похожи на темный кристалл. Тело пробирала дрожь, то ли от холода, то ли от истерики, которая набирала новые силы и готова выплеснуться наружу, как бушующий тайфун.       - Я… - голос девушки сильно дрожал, - не буду реветь из-за тебя… Р…Ран…       Как только девушка промолвила это имя, слёзы хлынули. Она зажала нижнюю губу между зубами, чтобы не закричать от внутренней боли, которая сдавила сердце своими ежовыми рукавицами. Из алой губы потекла, такая же алая кровь.       Девушка потихоньку начала подниматься. Дрожащими руками она опиралась об стенку и не уверенно шагала в ванную. Нащупав включатель, девушка зажгла свет. Яркий свет будто впивался в раздраженные глаза. Немного привыкнув, девушка подошла к зеркалу.       В зеркале виднелась невысокая и худощавая фигура. Темные волосы были растрепаны. От укладки нечего не осталось. Они спадали на хрупкие плечи, покрывая ярко выраженные ключицы. Тонкие руки, на которых одеты черные перчатки, опирались на раковину.       Девушка смотрела на своё отражения поникшим взглядом. Её тошнило от этого тела. Тела, которое вчера ласкал её садист. Тела, которое так любило его грубую хватку. То, которое любило его фетиши и садистские наклонности.

«Мерзость!»

      Включив воду, чтобы искупнуться, так и продолжила стоять и смотреть в зеркало. Всё больше ненавидя и себя и любимого. Она медленно расстёгивала пуговицы на оверсайз рубашке. Всё больше виднеется белое тело, от которого становиться ещё хреновее. Оставшись только в кружевном белье, которое подчеркивало белизну тела, и перчатках. Худоба тела, которая до этого была скрыта под рубашкой, и привлекала больше всего того мужчину. А она теперь презирает её. Ей хотелось уничтожить это тело. Тело, которое покрыто ссадинами и синяками, от грубых рук Рана Хайтани. Тело, на котором полно меток и следов от зубов мужчины.

«Мерзость!»

      Девушка стянула из себя и белье. Теперь стоит обнаженная и никак не может решиться снять перчатки. Ведь под перчатками, запястья укрытые яркими цветами красного и розового. Перчатки скрывали главный фетиш партнера. Это наручники, ну или веревка на тонких запястьях девушек. Вчера было отдано предпочтение наручникам, которые сильно исцарапали бледную кожу.       Осилив себя, девушка всё-таки сняла их и тут же плюхнулась в горячую ванну с головой. Настолько горячую, что вода обжигала тело. На миг забылось всё, пришло не большое облегчение. Но неприятное чувство в запястьях, предательски напомнило всё.       Юная леди обняв свои ноги, как будто пытаясь спрятаться за ними, зарыдала. Крича так как ей позволял охрипший голос. А в голове только та последняя ночь с любимым, его ложь, которую он шептал ей на ухо, доводя до оргазма. Она всё больше сжигает себя изнутри, вспоминая как он проговаривал в порыве страсти её имя: «Азуми…».       - Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Какая я дура! Самого же начала было понятно, что от меня ему нужно только тело! А я… Дура! – с каждым словом крик переходил в шепот, - Зачем тридцатилетнему мужчине такая наивная девчонка, как я… Ненавижу… но люблю.       Захлебываясь в слезах, девушка нырнула с головой в уже холодную воду. Её тело дрожит. Оно кажется, таким тяжёлым и болезненным.       Азуми, укутавшись нагишом в теплое одеяло, ещё некоторое время рыдала. Но от моральной усталости в скором времени уснула.       

***

      Будильник предательски возвращал в реальность. Приоткрывши свои глазки, девушка почувствовала неприятную сухость в глазах. Последствия непрерывных рыданий. Как же хуево она себя чувствует, как будто пережила нескончаемые пытки. Голова раскаливается, тело тяжелое, внутри опустошение, но работу никто не отменял. С большими усилиями, но девушка поднялась с постели.       Спрятав своё опухшее и покрасневшее лицо за макияжем и выпивши крепкого кофе, которое хоть немного взбодрило девушку, она поторопилась на работу. Закрывая входную дверь, Азуми услышала, как в соседней квартире открылась дверь. Сердце ушло в пятки. Ведь её садист живёт именно там. Услышав женский смех и его голос, злость и ненависть нахлынули ещё сильнее чем вчера. Но пересекшись с его взглядом и заглянув в его глаза, ноги стали как ватные. Сердце вмиг раскололось на двое, увидев около Рана особу женского пола. Собрав всё остатки силы и воли, девушка пошагала на работу.       Как же сложно сдерживать боль и улыбаться коллегам и клиентам, когда внутри сердце бьётся в агонии.       Проходили дни, недели, месяца, но сердце не отпускает того любимого садиста. Каждую ночь слёзы текли, а сердце каждую ночь ныло от боли. Каждое утро видеть лисью улыбку и новую женскую фигуру невыносимо. Невыносимо ненавидеть ночью, а утром утопать в его глазах. Азуми приняла решение, что нужно переехать и подальше от мужчины.       Сегодня день переезда. День, когда Азуми порвет с прошлыми отношениями, которые всё ещё не отпустили её. Девушка закрывает эту чертову квартиру, где всё кричит и напоминает о Ране.       Дверь соседней квартиры открывается и с неё выходит Ран Хайтани, но сегодня один.       - Переезжаешь?       - Да… - голос предательски дрожит, - Забуду всё…       - А сможешь ли? – с ухмылкой на лице говорит парень.