Вдова Ворона

Я в полном шоке уставилась на Максима, отказываясь верить своим ушам. Моя дочь и наркотики -понятия такие несовместимые, что хотелось истерично рассмеяться, но в том -то и дело -весело мне ни разу не было. Не знаю, что случилось с услужливым смазливым мальчиком, с готовностью таскавшим Танину тяжелую сумку, но передо мной сидел обнаглевший щенок, которого хотелось ударить по лицу за то, что он вообще посмел свой рот открыть не в ту сторону. Правда, и проблема существовала именно в этом -то, что Максим говорил, могло нашей семье очень сильно аукнуться, поэтому пороть в данной ситуации горячку уж точно не стоило, хотя руки у меня буквально чесались. -Так, -я с трудом заставила себя оставаться спокойной, -давайте разберемся. Максим явно вляпался в некую… не очень хорошую историю. И мы должны вытащить его с минимальными последствиями, потому что это явно какая -то ошибка. -Рад, что мы с вами поняли друг друга, -одобрительно кивнул Максим, -нам ведь не нужны проблемы, Софья Алексеевна? Я резанула собеседника острым взглядом. Издевается, сволочь. Взял жену мэра за жабры и думает, что полностью контролирует ситуацию. И не поспоришь ведь. Пока есть теоретическая угроза в адрес Тани, разумеется, я не допущу обострения ситуации и постараюсь пойти этому мальчишке навстречу. Хотя, конечно, упрятать его за решетку было бы куда проще, но что уж теперь. Неизвестно, чем это обернется -мы редко общались, но впечатление идиота Максим не производил. Ни разу. А значит, если он идет со мной на конфронтацию, то страховка на случай моего непослушания у него есть -и вот даже знать не хочу, какая именно. Паршиво. Но лучше обойтись малой кровью. -Да что ты? -лениво усмехнулся Иван, о присутствии которого я умудрилась на несколько минут начисто забыть. -А миллион рублей тебе не дать впридачу? Так сказать, за причиненные неудобства? Что на него есть? -обратился он к Гаврилину, который потел, краснел и явно уже мысленно прощался или с головой или с должностью, смотря как события повернутся. -Кадры оперативной съемки. -То есть, вы заранее знали, кого останавливать и что искать? -приподнял брови Ворон -младший. -Ну да, -кивнул хозяин кабинета, -поступил анонимный звонок, что будет перевозка крупной партии кокаина. Разумеется, мы не могли не отреагировать. -Звонок, значит, -скрипнул зубами Максим, -подсуетилась, сучка. -То есть, мне это расценивать, как чистосердечное признание? -встрепенулся Гаврилин, давая понять, что он не просто так свою должность получил и работать с задержанными еще не разучился. -Слова больше без адвоката не скажу, -усмехнулся Максим. -А больше и не надо, -хмыкнул Иван. -Уж не знаю, кто тебя сдал, но влип ты, парень, по полной программе. Работай, -бросил он мрачный взгляд на Гаврилина и, поднявшись с дивана, подошел ко мне, помогая подняться на откровенно подгибающиеся ноги. -Аудиенция окончена. На связи, -не прощаясь, он потянул меня прочь из кабинета, пользуясь тем, что я воспринимала действительность как -то размыто. В голове не укладывалось, что Максим Малинин, хороший мальчик из довольно интеллигентной семьи -другого к Тане любящая бабушка бы и на километр не подпустила -способен вляпаться в такую грязную историю. Да как это вообще случилось? И как ему хватило наглости приплести сюда Таню? Иван вывел меня на улицу, цепко держа за руку чуть ниже локтя, и, оглядевшись, потащил на другую сторону проспекта, углядев вывеску какого -то кафе. Я не сопротивлялась, понимая, что совершенно не разбираюсь в людях. Максим всегда казался мне достаточно умным и не способным на такие грязные игры, и что в итоге? Наверное, надо было лучше к нему присматриваться и держать от Тани на максимальном расстоянии, но что уж теперь. Спустившись по ступенькам в полутемный подвал, едва не навернувшись на высоких каблуках, я заставила себя оглядеться, отмечая, что гид Мишлен это место обошел стороной -кафешка была самой завалящей, и уж нам с Иваном точно стоило пройти мимо нее, но в том -то и дело, хотелось просто посидеть вдали от чужих глаз и подумать, потому что я ровным счетом ничего не соображала. А встретить в этой забегаловке знакомых, ту же Марту Кравц, например, весьма проблематично. -Мне нужно выпить, -пробормотала я, падая на мягкий диван из потертой голубой замши, выцветшей на солнце. -Кто бы сомневался, -буркнул Иван, -у тебя всегда найдется повод для выпивки. -Как же ты меня достал, -я со злостью на него посмотрела, -я тебе не подружка, уясни уже наконец! И сама разберусь, что мне делать -искать бюджетную работу или литрами хлестать коньяк! -Пока ты жена моего отца, дорогая, исключено, -прошипел Ворон -младший, -делать будешь только то, что положено! Я втянула носм воздух и потянулась за тяжелой керамической солонкой, намереваясь спустить пар и швырнуть ее в самодовольное лицо собеседника. Холодная керамика легла в ладонь приятной тяжестью и я неосознанно замахнулась, но Иван легко перехватил мою руку, сжимая почти до боли, и без особенного труда забрал метательный снаряд, буквально прожигая меня бешеным огнем синих глаз. -Сдурела? -ледяным голосом поинтересовался он. -Я -то? -прорычала я, резко выдергиваясь из его хватки. -Это ты берега попутал! Еще раз посмеешь до меня дотронуться… -угроза прозвучать до конца не успела, и хорошо, потому что я не знала, чем вообще могу угрожать Ивану. Официантка, приблизившаяся к нам и увидевшая, кого предстоит обслуживать, чуть толстую папку с меню не выронила, явно привыкнув к тому, что люди, подобные нам с Иваном, обходят это кафе десятой дорогой. -Коньяк, -мстительно произнесла я, -двести граммов. -Минеральную воду и кофе, -скрипнул зубами Ворон -младший. -И я отцу позвоню. Хватит по конференциям шляться, пусть сам с тобой развлекается, у меня уже зла не хватает, -процедил он, как только официантка нас оставила. Я фыркнула, демонстрируя, что с удовольствием сменю осточертевшее общество Ивана на что угодно, даже компанию гремучей змеи, и уж мой супруг в этом списке идет под первым номером. -Я тебя вообще не заставляю развлекаться, тем более со мной, -не выдержав, отпустила я едкий комментарий, откидываясь на спинку дивана, -сам виноват. Таскаешься за мной, как щенок беспородный, -я и в самом деле не понимала, какого черта Иван вечно торчит в моей зоне комфорта. Ему что, платят за то, чтобы трепать мне нервы? Потому что я в упор не вижу другого объяснения! На счастье, принесли коньяк и кофе, и мы смогли взять смысловую паузу, смакуя каждый свой напиток. Алкоголь, который мне достался, был неплохим, по крайней мере, некие нотки благородства в нем прослеживались, хотя, конечно, до «Хеннесси» он никак не дотягивал. С другой стороны, какая уже разница? Не все ли равно, чем наливаться? Сделав несколько глотков, я прикрыла глаза, чувствуя, как коньяк горячей волной падает в мой желудок. Я вообще сегодня завтракала? Потому что пить на голодный желудок, знаете ли, может быть чревато. С другой стороны, какая разница? Я имею полное право пить без закуски, большая девочка уже. И повод имеется, пусть и невеселый. -Что с Максимом будет? -не выдержав, я открыла глаза, устремляясь на Ивана, сидящего напротив, чуть расфокусированным взглядом. -А тебе не все ли равно? -буркнул Ворон -младший, не отрываясь от своего айфона, в котором активно с кем -то переписывался. -Не думай об этом. Все под контролем. -В деле, пусть и косвенно, моя дочь замешана, -напомнила я, -так что извини. Ну? -Соня, черт возьми, -Иван одарил меня взглядом, в котором ясно читалось, как же я его достала, -не лезь в это, ладно? Мы без тебя разберемся. Таня никак не пострадает, гарантирую. Успокойся уже и займись чем -нибудь полезным -вязанием, что ли, -посоветовал он. Я мысленно призвала себя к терпению. А что мне еще оставалось? Иван не может не трепать мне нервы -манера общения у него такая. Такое ощущение, что он мне за что -то мстит. Знать бы еще, за что именно. А идея с вязанием, кстати, не такая уж и плохая. Может и впрямь заняться? Хотя я спицы сроду в руках не держала. В отличие от мамы -она как -то связала совершенно потрясающую шаль из бело -голубой ангорской пряжи. Интересно, где теперь эта вещь? В «Метелице» точно нет, а значит, на маминой квартире, в которую мне неплохо бы заехать. И почему бы не сейчас? Заберу шаль, проверю счетчики и вообще хоть как -то отвлекусь, потому что в наш с Владимиром дом меня не тянет вот совсем. Озвучив Ивану свое желание, я не встретила сопротивления, хотя была к нему готова. Ворон -младший просто закатил глаза, залпом допил чуть подостывший кофе и кивнул, приглашая меня на выход. Я влила в себя коньяк, ощущая приятный туман в голове, и потянулась за курткой, вспоминая, взяла ли с собой ключи или запасная связка есть у консьержа. Узкая юбка движения несколько сковывала, поэтому Ивана, скривившись, пришлось взять под руку -да и чувство равновесия после коньяка меня слегка подводило. В машине я беззастенчиво отрубилась, позволяя стрессу, усталости и недосыпанию утащить меня в свои объятия, поэтому дорога до маминой квартиры в памяти не отложилась. Глаза открыла лишь в момент, когда на мое колено легла мужская рука и, вздрогнув, ошарашенно уставилась на Ивана, который равнодушно убрал свою конечность с моей голой кожи, словно ничего и не случилось. -Приехали, -равнодушно буркнул он, заглушая двигатель. Я, увидев знакомый двор, и сама это поняла, поэтому из машины торопливо выбралась, стремясь проветрить свою бедовую голову. Внезапно накатила тоска. Во что превратилась моя жизнь? Ни минуты покоя. И новое замужество вот вообще ничего не изменило. И зачем я в это вляпалась? Кто бы ответил. Хотела как лучше, а получилось как всегда. Иван с неохотой шел за мной следом, явно уже жалея, что вообще на это дело подписался. Я же, на ходу роясь в клатче, быстрым шагом достигла дверей, которые услужливо открылись, и, кивнув консьержу, остановилась у лифта. Настроение было хуже некуда. -Отец подъедет через час, -проинформировал меня Иван. Я невнимательно кивнула, заходя в кабину лифта и поднимая глаза на свое усталое отражение. Прическа растрепалась, под глазами круги, губы потрескались -что со мной происходит? Я отвратительно выгляжу. Надо срочно записаться в СПА -салон, чтобы привести внешность в порядок, потому что положение обязывает быть безупречной везде и всегда. Марта Кравц, например… Зарычав, я сцепила зубы. Ну вот давайте еще о Марте подумаем! Как будто мне заняться нечем! -Ты чего? -удивился Иван, когда я, задев его плечом, из лифта буквально вылетела. Не ответив, я загремела ключами, проходя в темную прихожую и наощупь находя выключатель. Квартира встретила меня тишиной и запахом пыли, потому что про приходящую домработницу я начисто забыла, не желая видеть в этих стенах посторонних. Мама бы меня убила за такое пренебрежительное отношение к ее собственности, но вот мне сейчас было решительно плевать. В поисках шали я направилась в мамину спальню, махнув Ивану в сторону кухни. Не знаю, как там с продуктами, но кофе точно есть. Мне нужно хоть пять минут побыть одной, потому что нервы уже просто не выдерживают. Мамина спальня, отделанная в мрачных графитовых тонах, произвела на меня угнетающее впечатление. Темно -серые стены, полупрозрачные занавески им в тон, даже ковер на полу и тот был цвета мокрой мыши. Яркими пятнами служила модульная картина над изголовьем кровати, изображающая полураспустившиеся бутоны розовых пионов, и несколько подушек в шелковых наволочках оттенка малины. На тумбочке стояла тяжелая лампа на бронзовой подставке и узкая хрустальная ваза с мумифицированной белой розой. Рядом красовалось фото в узорчатой рамке. Вздохнув, я опустилась на серо -розовый плед из мягкой пряжи и потянулась к изображению, на котором мама, молодая и красивая, чинно сложив руки на коленях, сидела на стуле с высокой старинной спинкой. Интересно, сколько ей здесь лет? Кажется, она еще не замужем, кольца на пальце я не вижу, а значит, не больше двадцати. Может, на обороте хоть год указан? Перевернув фоторамку, я вытащила из нее снимок и удивленно нахмурилась, обнаруживая, что моему взору была доступна лишь часть фотографии. Фото было сложено пополам и на второй половине, положив тонкую руку на спинку маминого кресла, стояла изящная девушка с тонкими чертами лица и светлыми волосами, распущенными по хрупким плечам, что на фоне строгой мамы делало ее похожей на ангела. Нежная улыбка, искры в глазах -удивительно красивая девушка, хотя маме тоже хоть сейчас на обложку какого -нибудь «Вог». Лучшая подруга? Потому что эта блондинка кажется мне смутно знакомой, хотя я в упор не помню, чтобы у мамы были подруги. Перевернув снимок, я обнаружила на нем дату, выведенную выцветшими фиолетовыми чернилами, и поняла, что это предвыпускной год в балетной академии. Мама тут и впрямь едва ли совершеннолетие отметила, чуть старше Тани, даже не верится, что она когда -то была такой же юной и, возможно, немножко легкомысленной. По крайней мере, у нее водились подруги, иначе что это за девушка на фото? Прищурившись, я подошла к окну, чтобы лучше рассмотреть полувыцветшую надпись. «Эля и Аля». Эля, это мама -свое имя, Эвелина, она сокращала то до Евы, то до Эли, зависело от ситуации. А кто такая Аля? И почему она кажется мне такой знакомой? Я в мамином окружении такой девушки не помню. И почему фото сложено пополам? -Ты где там? -на пороге спальни появился Иван, отвлекая меня от ненужных размышлений. -Пять минут одной побыть нельзя, -буркнула я, торопливо кидая фотографию в клатч и оглядываясь в поисках шали. В конце концов, я сюда вроде как по делу приехала. Какая уже разница, с кем мама общалась еще до моего рождения? Это не имеет ровным счетом никакого значения.