Вдова Ворона

-Ты, черт возьми, так и будешь молчать всю дорогу? -зло поинтересовался Иван, когда мы отъехали от дома достаточно далеко. Мой айфон, который я вертела в руках, зашелся в режиме вибровызова, высвечивая номер Каспера, но я машинально провела пальцем по дисплею, сбрасывая звонок, и со вздохом посмотрела на сына Владимира. Вот стоит ли мне вообще с ним разговаривать, тем более на тему, которая его вообще никак не касается? -И что ты хочешь от меня услышать? -устало улыбнулась я, пытаясь сгладить напряжение, которое между нами в последнее время можно было резать ножом. -Куда мы едем? К Симону. Зачем? Мне очень надо с ним поговорить. -Я все еще не понимаю, о чем тебе с ним разговаривать, -сквозь зубы отозвался Иван. Создавалось впечатление, что его мучает головная боль, которая мешает ему жить, и имя этой боли я могу прочитать с своем паспорте крупными буквами. Нет, ну тогда какого черта он со мной потащился, спрашивается, если я до такой степени его раздражаю? Иван мазохист? Идиот? Почему бы ему просто не увеличить между нами дистанцию и прикладывать максимум усилий для того, чтобы видеться как можно реже? Почему он, выражаясь Таниным языком, жрет кактус? Со мной бы прекрасно съездил Каспер! На худой конец, всегда можно было разбудить Владимира, который бы точно заставил меня сидеть дома! Я просто уже не понимаю, в чем прикол, честное слово! -О Господи, -простонала я, -у меня могут быть свои дела? Я не изменяю мужу, если ты об этом беспокоишься! Просто Симон может знать информацию о маминой подруге со старой фотографии, вот и все! Не надо искать подвох там, где его нет! -начала (а я прекращала вообще?) злиться я. -Зачем тебе подруги Эвелины? -не понял Иван. -Хотя бы затем, что я ни о каких ее подругах вообще не в курсе! -пожала я плечами. -А судя по фотографии, с этой Алей они были достаточно близки, мама бы с кем попало не стала фотографироваться, уж поверь мне. Но я в упор не помню из ее окружения ни одной женщины с таким именем! А они, судя по фотографии, учились вместе в нашей балетной академии! -Ну мало ли как бывает, -пожал плечами Иван, -может, поругались и дружбе конец. Не думала об этом? -Я уже не знаю, что мне думать, -помрачнела я, вспоминая Майю Викторовну. -Я даже съездила в академию, поговорила с директрисой, но она мне вот вообще ничем не помогла. Архив, из которого я могла узнать хоть что -то, оказался уничтожен в результате то ли пожара, то ли потопа. Если среди выпускниц и была некая Алевтина, или как там ее, то никаких исходных данных не сохранилось! -я перевела дух и уставилась в окно, за которым пролетали смазанные городские пейзажи. -Мама же из -за травмы обучение не смогла закончить. Я думала, что все, накрылись мои поиски, но тут Симон нарисовался и в открытую намекнул, что директриса мне врет, как сивая кобыла! Что архив тех лет уничтожен не просто так, а потому что так надо было, соображаешь? Ну я решила из него вытрясти побольше информации, он мне встречу в клубе назначил, а дальше уж ты в курсе, -саркастично заметила я. -Ну прости, -буркнул Иван, -я был не много не в себе. И вообще, ты бы видела, как это со стороны смотрелось! И вообще, это ничего не значит! Ты не должна была шляться по таким местам, да еще в таком виде! Как будто в этом чертовом городе других мест нет для приватной встречи! -Ну вот нашлось, как видишь, -хмыкнула я, глядя на навигатор, который все дальше уводил нас от городских улиц. -Я не понимаю, правда, каким образом этот Симон может тебе чем -то помочь, и зачем вообще ты землю роешь? Ну была сто лет назад у Эвелины подруга, что с того? Тебе легче станет, если ты узнаешь, что она давно умерла или вообще в маразме? Ей уж лет -то сколько должно быть, за шестьдесят? -Не знаю я, -ответа у меня и самой не имелось. Просто интуиция, что ли, которую к делу не пришьешь. -У нас с мамой были всю жизнь довольно натянутые отношения, о себе она вообще толком ничего не рассказывала, вот я сейчас и пытаюсь узнать о ней хоть что -то… -Ты уже о Леопольде узнала, -буркнул Иван, съезжая с ровного асфальта на разбитую грунтовую дорогу. -Понравилось? Может, не стоит ворошить чужое грязное белье? Не найдешь ведь ничего хорошего. Мое настроение, и так стремящееся к нулю, при упоминании мужа номер один ушло в глубокий минус. Нет, ну вот кто Ивана за язык тянул? Я, правда, не думаю, что мама по части темных пятен может составить Леопольду какую -нибудь конкуренцию, но тайны у нее явно имелись, и может Иван прав, не стоит мне в это лезть? Но с другой стороны, я еще толком ничего и не узнала, и вообще, это же мама… Ну что такого страшного я могу о ней узнать? Тем более, что меня интересует ее подруга, а не она сама. Ну скажет мне Симон, что она сто лет назад уехала куда -нибудь в Эстонию, и на этом все, я успокоюсь, честно. Мне главное сам факт подтвердить, что была некая Алевтина, что они с мамой дружили, а потом их дороги разошлись. Все, мне больше ничего не надо. Решив немного отвлечься, я мазнула взглядом по окружающему пейзажу, пока Иван, матерясь сквозь зубы, пытался не угробить нашу роскошную иномарку на в хлам разбитой дороге. Нет, ну реально, местечко то еще. Замороженная стройка, окруженная высоким бетонным забором с ржавой колючей проволокой сверху. Судя по всему, лет пятнадцать назад это должен был быть двухэтажный универсам или что -то в этом роде, район явно собирались застраивать и заселять, но что -то пошло не в ту сторону. Ряды гаражей с разноцветными дверями, крыши которых были залиты жирным слоем битума, из которого даже умудрились вырасти молодые деревья; остовы ржавой строительной техники, какие -то закопченные бочки, горы строительного мусора…. Мы вообще в нужное место приехали? Потому что я в упор не понимаю, зачем бы Симону назначать мне встречу в таком антураже! Я адрес вообще правильно запомнила? Ряды гаражей закончились пустырем, за которым виднелись остатки какой -то деревни. По крайней мере, вросшие в землю деревянные дома с мутными окнами наводили именно на такие мысли. -Дальше не проедем, -констатировал Иван, заглушая двигатель. -Звони своему информатору, пусть сюда топает, -распорядился он. Испытывая стойкое недоумение, я потянулась за айфоном, смахивая с дисплея несколько пропущенных вызовов от Каспера. Волнуется он, что ли? С чего бы? Я ж не сама по себе уехала, а с Иваном, и вообще, мы перед ним вроде как отчитываться не обязаны. «Аппарат абонента выключен или...» -не став дослушивать, я поймала взгляд Ивана и покачала головой. -Ну и к черту, -кивнул Ворон -младший, заводя двигатель, -сам виноват. Поехали отсюда. -Да какое поехали! -возмутилась я. -Давай хоть его поищем! Какой там дом, восьмой? Не думаю, что поиски затянутся, я вижу всего четыре, -покосилась я в сторону деревни. Господи, как это место хоть называется -то? И вообще, оно на картах хоть указано? С другой стороны, навигатор нас сюда как -то довел… -Ты всерьез собираешься шляться по пустырю в своих брендовых джинсиках? -закатил глаза Иван. -Не смеши меня, жена мэра. Поехали отсюда, -повторил он, но я решительно отстегнула ремень безопасности и выбралась из машины. Я что, зря сюда тащилась? Симону придется со мной поговорить, даже если ради этого мне придется обойти все это поле вдоль и поперек! -Дура ненормальная! -Иван догнал меня, когда я, сцепив от злости зубы, переступала через какую -то ржавую железяку, пробираясь в нужном направлении. С балетками можно будет смело попрощаться, джинсы тоже недолго сохранят свой белый цвет, но в данный момент меня это как -то не слишком волновало. -Господи, сил моих больше нет! Все отцу расскажу! Пусть на цепь тебя сажает, идиотку! -пропуская его слова мимо ушей, я упорно шла к цели, взвизгнув и подпрыгнув лишь тогда, когда из кустов выскочила крупная крыса прямо мне под ноги. Сердце бешено колотилось, спина противно вспотела и сделать следующий шаг я просто не могла себя заставить. -Это кошка, идиотка! -закатил глаза Иван. -Тощая, правда, как я не знаю. Я перевела глаза на грызуна, убеждаясь, что Иван прав -и впрямь кошка. Точнее, кошачий скелет, обтянутый свалявшейся шерстью. Неудивительно, питаться ей здесь явно нечем. В сердце остро кольнула жалость. Присев на корточки, я протянула руку в сторону несчастного животного, но кошка, злобно зашипев, исчезла в сухой высокой траве. Пытаться догнать ее явно не стоило. -Господи, свалилась же на мою голову, -простонал Иван, протягивая мне руку и помогая подняться в вертикальное положение. -Может уже как -то побыстрее решим этот вопрос, Симона имею в виду? Мне тут целый день торчать не улыбается, прививку от столбняка делать замучаешься, -он пнул ногой сдутый и грязный мяч, бывший некогда футбольным, и ускорил шаг, таща меня за собой как на буксире. Дома на первый взгляд казались необитаемыми, поэтому три из них мы даже не удостоили своим вниманием, а вот четвертый выглядел немного получше, на окнах даже виднелись яркие занавески, явно вручную сшитые из дешевого ситца. Замок, довольно новый, висел на дверной ручке, да и сама дверь была довольно крепкой, не прогнившей от старости. Крыльцо тоже выглядело устойчивым и я могла не бояться сломать себе ногу или напороться на гвоздь. Переглянувшись, мы с Иваном поднялись на пару ступенек вверх, явно ощущая резкий контраст после нашего огромного особняка, и я наконец -то выдернула свою руку из пальцев Ворона -младшего. Он что, все это время держал меня за руку? И я была не простив? Идиотизм какой -то, Соня! -Симон! -позвала я. -Извини, если опоздала, дорога отвратительная… И я не одна, ты же понимаешь… -говоря все это, я нетерпеливо толкнула приоткрытую дверь, проходя внутрь и щурясь, чтобы после солнечного дня привыкнуть к полумраку и запаху сухой травы, пучки которой, явно старые, висели по стенам. -Стой, идиотка! -зашипел Иван, хватая меня за руку и пытаясь остановить, но я уже шагнула в единственную комнату, размерами уступающую даже кладовке в нашем особняке, и огляделась. Под ногами мягко пружинили тряпичные коврики, сшитые явно вручную, а мебель возрастом была старше меня раза этак в три, но все еще продолжала выполнять свои функции. Если бы не слой пыли, я бы сказала, что в доме время от времени появляются хозяева, но на постоянной основе в нем никто не живет. Голландская печь с местами отвалившейся белой штукатуркой, тронутая ржавчиной железная труба под потолком, уходящая в каменный дымоход -кажется, в далеком детстве я видела нечто такое, когда мама возила меня к дальним родственникам на каникулы… -Симон! -еще раз позвала я, понимая, что в доме нет ни одной живой души, ну кроме нас с Иваном. Начиная злиться, я резко отдернула цветастую занавеску, отделяющую кухню от жилой комнаты, и остолбенело замерла. Взгляд уперся в мужскую фигуру, уронившую голову на стол, и явно спавшую пьяным сном, учитывая открытую бутылку дорогого коньяка, стоящую поблизости. Коньяк точно не подделка, в баре Владимира я видела аж пять бутылок такого, но черт возьми, его надо распивать не в таких же условиях! И уж точно не тогда, когда ждешь меня в гости! И шпроты на закуску… Да, Симон знает толк в извращениях! Когда я, ощущая прилив злости, потрясла Симона за плечо, меньше всего я ожидала, что танцовщик, не издав ни звука, безвольной куклой свалится мне под ноги. Машинально попятившись, я с недоумением уставилась на него и прижала ко рту ладонь. Сделала еще шаг назад, упираясь спиной в Ивана и понимая очевидную истину -у живых, пусть и пьяных людей, не бывает такого неподвижного выражения в открытых глазах. Симон точно и окончательно был мертв.