Ловушка воображения

      — Кисаки?       Тетта слишком громко грохнул огромной папкой по столу. Такемичи думает о том, что «злой» гений и правда гениальный и невероятный человек. Знаете, от этого факта даже немного становиться страшно. Подумать только, если бы Кисаки был их врагом…       Ох, это был бы полный ужас!       — Только не говори, что ты все это написал за день? — ужасается Ханагаки, смотря на папку тёмно-синего цвета с надписью «КПНКХТПВНМИСЧЭНП».       — Я прочитал твою работу, — выдает парень, чьи сизые глаза недобро сверкнули. Почему-то златовласому юнцу не нравиться этот странный блеск в глазах одноклассника. Ой, как не нравится. — Писатель из тебя не очень. Особенно мне не понравилось то, что ты не раскрываешь некоторых персонажей, а про некоторых вообще забываешь. А еще у тебя много ошибок, как орфографических, так и пунктуационных, да и некоторые нелогические моменты меня просто убивали во время прочтения этого, — Такемичи смущенно улыбается. Неужели, все настолько плохо? — Но, все же, неплохо для первого раза, но стремиться нужно к большему. Правда, я не понимаю, зачем делать отдельные «отрывки», а потом забывать о них? Нет, наброски делать это одно, но ты, кажется, решил делать некие…       — Тетточка, я сейчас упаду!       Ханма заходит в их небольшую базу с еще пятью такими папками. Глаза всех присутствующих округляются. Только не говорите, что…       — Кисаки, ты это за вечер написал? — Чифую некультурно кашляет, — Вот это все?       — У меня было много времени подумать, поэтому я решил зря время не тратить и…       — Тетточка, мне тяжело! — завыл измученно Шуджи, немного пошатываясь на месте.       Неудивительно, столько огромных папок тащить. Постойте, он тащил все эти папки от дома «злого» гения до их убежища? Ханма явно не просто человек.       — Терпи, раз вырвался помогать, — фыркает мальчишка, гордо поднимая голову вверх.       — Он меня держит в заложниках, — завыл один из «персонажей», — Спасите!       — Да, он мой раб, — спокойно произнес Тетта, — Тем более, — сизые глаза опасно уставились на «товарища», — Ты сам побежал за мной.       — А что эта надпись значит? — заинтересованно спрашивает Казутора, рассматривая тёмно-синюю папку.       — Как персонажи ненаписанной книги Ханагаки Такемичи появились в нашем мире и с чем связан этот неясный парадокс, — кивнул головой парень, поправляя свои очки и гордо произнес: — Коротко «КПНКХТПВНМИСЧЭНП».       — Святые гномы… — Баджи забавно хлопает своими карими глазами, — Язык сломается произнести эту хуйню.       — Баджи, ты даже слово «презерватив» не можешь нормально произнести, — хмыкнул Майки, замечая заинтересованный взгляд голубых глаз.       — Так, я немного полазил на сайтах, — Мацуно громко хлопнул в ладоши, — Кисаки, что насчет мистики?       — Казутора, — шепотом говорит Кейске на ушко своего возлюбленного, — Где ты его вообще нашел?       — Но согласись, что он безумно милый, — ласково проговаривает Ханемия, любовно поглаживая пальцами черноволосого юношу по щеке, — И почему ты у меня такое чудовище, Кейске?       — Коты тоже милые, но ты почему-то в них не влюбляешься, — фыркает обиженно Баджи, — Сам ты чудовище, полосатый недотигр.       Такемичи поперхнулся, когда услышал разговор влюбленных. Постойте, Ханагаки правильно понял, что Казутора влюбился в Чифую? В его друга? В его лучшего друга? Чифую Мацуно? Вот в этого, который прямо сейчас пытается доказать Кисаки о причастности мистики? Тот, который с пеной у рта рассказывает о каких-то исчезновениях и появлениях людей в других местах? Тот, кто помешан на научной фантастике?       Боже, бедный Казутора, он не представляет, что его будет ждать.       — Что ты сказал? — юный писатель удивленно похлопал своими голубыми глазками, рассматривая своих «персонажей».       — Ничего он не сказал, — гаркнул, к слову, довольно грозно, Кейске.       — Манджиро, иди ко мне, — обиженно надувает щечки мальчишка, протягивая ручки к беловолосому парнишке.       — Почему ты все время меня лапаешь? — недовольно хмурится Сано, когда его утягивают к себе на колени, — Может, мне не комфортно.       — Да? По тебе не скажешь, — довольно улыбается Ханагаки, поглаживая Майки по мягким волосам, — Просто ты такой милый!       — Да ты ему в душу прям запал, Майки, — хмыкает Баджи, чмокая Казутору в щечку, тот же показательно нахмурился и отвернулся, — Казутора, ты чего?       — Тогда у меня к тебе, мой дорогой создатель, не очень приятная новость, — фырчит Манджиро, невольно прикрывая на несколько секунд свои темные глаза, — Тебе нравится собственно созданный персонаж.       — Так, дорогие персонажи, и живые люди, — привлекает к себе внимание «злой» гений, а Чифую завороженно смотрел на одноклассника.       Кажется, эти двое нашли общий язык.       — Это звучало немного обидно, — черноволосый парень недовольно посмотрел на Тетту.       — Я сделал несколько подсчетов, однако, на них удачно так уселся один долговязый, недобог смерти, косплеющий Рюка из тетради смерти, на мои драгоценные труды! — Кисаки, схватился за сердце, вспоминая то ужасное событие, — Он уселся своей жирной задницей на мои драгоценные труды!       — Ну я же извинился! — Ханма развел руки в стороны, — И, вообще-то, у меня самая классная задница во всей Японии.       — Плохо извинился, значит, — Ханемия сладко зевнул, — И как тебя еще не убили за такой «ужасающий» поступок.       — Убить его мало за такое, а вот опыты поставить, — сизые глаза слегка прищурились, — Хм… — Ну, хочешь я сделаю тебе мине…       Тетта со всей силы швырнул в Шуджи ручку. К сожалению, тот увернулся, и ручка ударилась об стенку.       — Мне даже интересно в каких вы отношениях в оригинальном мире, — Мацуно подсаживается к лучшему другу и слегка улыбается, когда видит, как Такемичи гладить Майки по голове.       — Меня динамят, — пожаловался Ханма, прикладывая руку ко лбу, — Очень жестоко отшивают или же игнорируют!       — И правильно делает, — кивнул головой Кисаки.       — Тетточка, какой же ты злой!       — У меня есть подозрения, что все происходящее может быть простым эффектом Манделы, — поправил свои очки молодой человек, — Но это лишь мои глупые мысли, и я не уверен, что это как-то связано с нашей ситуацией.       — О, нет, только не опять какие-то ваши эти заумные штуки… — завыл громко Кейске, утыкаясь своим лбом в плечо своего любовника.       — Без них никак, — пожал плечами Чифую, — Кисаки, а…       — Казутора, спаси, — карие глазки с любовью посмотрели в золотистые, — Тора, это какое-то мучение.       — Что это за эффект такой? — заинтересовано спрашивает Ханагаки, наклоняя голову слегка в бок.       — Простыми словами, наша память не очень точный источник информации, — златовласый парень неуверенно улыбнулся, — Смотри, мы можем вспоминать моменты, которых не было для остальных людей, как ты сам недавно говорил о том, что упал с велосипеда, но этого, кроме тебя, никто не помнит, — Тетта проводит пальчиком по тёмно-синей папке, — То есть, эти события являются фальшивкой, который придумал наш мозг.       — Или же это произошло с нами в другой параллели, — кивает головой Чифую.       — Если в результате эффекта Манделы мы получаем дезинформацию и каким-то образом начинаем распространять эту информацию, то постепенно в это начинает верить больше людей, — «злой» гений слегка прикусывает нижнюю губу, — Простыми словами, ложные воспоминания одного человека могут влиять на воспоминания других, поэтому возникает ложное мнение о чем-либо.       — Кисаки, я не улавливаю суть, — молодой писатель недоуменно нахмурился, смотря то на одноклассника, то на своего «персонажа», — То есть, хочешь сказать, что наши персонажи и не персонажи вовсе? А я никогда не писал…       — Ну, я думаю, — Кисаки задумчиво промычал, оценивающим взглядом рассматривая «подопытного», — Ты же не разрешишь мне провести над тобой несколько экспериментов?       — Экспериментов? — Манджиро заинтересовано поворачивает голову в сторону своего создателя, когда замечает, как сильно в него вцепились руками.       — О, так ты не против? — довольно потер свои ручки парень.       — Спасибо, откажусь, — как-то невесело хмыкнул Ханагаки.       — Почему это? — Тетта прикладывает указательный палец к своим губам, — Я буду очень аккуратен.       — Нет, я не очень горю желанием, если честно, — Сано закатывает глаза, когда на его плечо падает чужая голова.       — Ладно, как там тебя? — Ханма заинтересовано поднимает брови вверх, — Вот на тебе эксперименты и будем проводить.       — Тетточка, я ведь живой человек!       — Вот и проверим живой ты или нет, — усмехается «злой» гений, — Знаете, будет очень забавно, если окажется, что весь этот мир лишь симуляция, как в играх, — карие глаза заинтересовано перевели взгляд на говорившего, — То есть, выходит ты единственный живой человек, который играет в игру под названием жизнь, а все остальные лишь созданные кем-то программы, которых мы принимаем за живых людей, — юноша помотал головой, — Так, что-то я отошел от темы.       Внезапно в помещение раздается телефонный звонок.       — А, погодите секунду, — Ханагаки аккуратно достает свой телефон и мысленно молиться о том, чтобы все обошлось, — Да, мам? Я с друзьями… — Сано слегка вздрагивает от неожиданности, когда его пальцы начинают нервно перебирать, — А, ясно. Да, хорошо, скоро приду.       — Что опять? — Мацуно скрещивает руки на груди.       — Пизделюй иду получать, — златовласый мальчишка невесело хмыкает, поглаживая чужие пальчики.       — За что опять?! — возмущённо вскакивает со своего места Чифую.       — 86 баллов по японскому для них слишком маленький результат, а еще они как-то узнали, что меня не было на физкультуре, а еще… — послышался громкий и такой тяжелый вздох, — Мама, как и всегда, против нашего с тобой общения.       — Ну, конечно, я же тебя тут совращаю и вообще настраиваю против твоих родителей! — Казутора мягко касается чужой спины, — Что?!       — Не знал, что у тебя такие строги родители, — удивленно протягивает «злой» гений.       — Кисаки, это не родители, а настоящие тираны! — Ханемия обнимает нахохлившегося мальца за плечи, но тот лишь гневно стреляет своими голубыми, и чертовски красивыми, глазками, — Они своего собственного сына заперли на два дня в комнате за то, что он не пришел вовремя домой!       — Чифую, успокойся, — спокойным голосом произносит молодой человек с татуировкой тигра, потираясь своим носом о чужую шею.       — Да как мне быть спокойным? — возмущенно спрашивает Чифую, — Это абсолютно ненормально!       — Ханагаки, что если ты скажешь своим родителям о том, что останешься у меня на ночь? — Тетта заинтересованно рассматривает своего одноклассника, — Как предлог, можешь сказать то, что я смогу тебе помочь с уроками.       — Кисаки, это было бы замечательно, но они мне не поверят, — грустно вздыхает парень.       — Хорошо, тогда я с тобой пойду, — улыбается молодой исследователь.       — Почему ты…       — Это очень интересно, — улыбка на лице Тетты становится еще шире, — Тем более, возможно мы найдем хоть что-то связанное с твоими персонажами в твоей комнате, — «персонажи» недоуменно переглянулись между собой. — Кстати, Ханагаки, ты их случайно не рисовал?       — Нет…       — Ладно, — огорченно вздохнул Кисаки, — Так, а сколько у нас еще есть времени?       — Ну, мне дали только час, — промямлил неуверенно Такемичи, — И то, мне нужно успеть за это время дойти домой.       — Отлично! — «злой» гений взял в руки просто невероятно большую папку красного цвета с надписью «ВТОТКОПНКХТПВНМ. ВЧСВЭ? ЕЛССВИП? КПИСИЗ? Ч.1»       — А это что значит? — Казутора удивлённо поднимает брови вверх, замечая довольно длинную надпись.       — Все теории о том, каким образом персонажи ненаписанной книги Ханагаки Такемичи появились в нашем мире. В чем суть всего этого? Есть ли скрытый смысл в их появлении? Кто послал их сюда и зачем? Часть первая. Коротко «ВТОТКОПНКХТПВНМ. ВЧСВЭ? ЕЛССВИП? КПИСИЗ? Ч.1»       — Ебать… — Баджи громко сглатывает, — А я думал хуже быть не может…