I'm The One I Should Love In This World

Ким Сокджин всегда был сторонником самоудовлетворения. Он считает, что нужно не спешить с мастурбацией и побаловать себя долгим, затяжным сеансом. На протяжении многих лет это привело его к марафонским сессиям торможения и самодразнивания, из-за чего он корчился и корчился от удовольствия. Всего несколько лет назад, когда ему было двадцать лет, его процесс мастурбации навсегда изменился. Летом он был в гостях у какой-то семьи в их красивом особняке. Они предоставили ему свободное владение частью дома, и на эти несколько месяцев оно стало его сексуальным дворцом. Он испытал бесчисленное количество потрясающе хороших оргазмов в этих священных залах и с нежностью вспоминает долгие ночи в одиночестве и с другими, впитывая их удовольствия. В один из выходных у него в распоряжении был весь дом, а это означало, что у него был доступ к главной ванной. В этой ванной комнате был один из самых впечатляющих душевых, которые он когда-либо видел. Огромный стеклянный корпус с гранитной скамьей и душевой лейкой. И она была больше, чем душевые у большинства людей. Этот душ вскоре стал эпицентром одного из его самых любимых эротических воспоминаний. Проведя день, наслаждаясь погодой, вечером он вернулся в дом и разделся полностью догола, готовясь принять долгий и, несомненно, приятный душ. Он прошел по коридору в главную спальню и проскользнул внутрь. Он открыл дверь в ванную и, войдя, приглушил свет до комфортного уровня. Подойдя к самой душевой, он уже сильно возбудился. Пока одна рука поворачивала медные ручки, чтобы отрегулировать идеальную температуру, другая поползла по длине его растущего органа. Он шагнул в струящуюся воду и закрыл за собой стеклянную дверь. Пар от тепла воды начал затуманивать стекло, а его мышцы начали расслабляться, когда он медленно обхватил правой рукой свой теперь пульсирующий член. Он направил огромную лейку для душа к гранитной скамейке, стоявшей у дальней стены, и сел, расставив ноги, прислонившись спиной к теплой стене. Он закрыл глаза и медленно дрочил себе обеими руками. Он всегда был вполне доволен размером своего члена и очень им восхищался. Хотя он не слишком висящий, твердые восемь дюймов(20,32 см) в сочетании с очень хорошей шириной делают член очень красивым. Двумя руками он водил по органу, представляя свои обычные любимые темы для мастурбации: огромные, подпрыгивающие, мягкие сиськи или красивое лицо, покрытое большим количеством спермы. Он копил свой оргазм больше недели в ожидании этих выходных с доступом ко всему дому. Отказавшись от своих обычных оргазмов, проводимых два раза в день, он по несколько раз в день трогал свой член, оставляя его ненасытно возбужденным. По мере того, как он продолжал гладить себя, потек преякулят. Он производит ненормальное количество преякулята, и когда он напряжен, постоянный поток этого вещества бежит из его пульсирующей уретры так сильно, что женщины иногда задаются вопросом, кончил ли он раньше во время прелюдии. Используя этот бесконечный запас прекума в качестве смазки, его руки теперь с легкостью скользили вверх и вниз по его стволу, скользя руками от свисающих полных яиц к капающей головке. После того, как он поработал над своим членом в течение добрых десяти или пятнадцати минут долгими медленными движениями, он уже жаждал расслабления. Под дождем теплой воды он был полностью расслаблен и полностью возбужденным. Одной рукой он оттянул полные яйца, второй подразнивая головку. Его глаза теперь были прикованы к члену и смотрели на него с трепетом от того, насколько большим он казался и насколько твердым он был, когда пульсировал и дрожал. Пока он смотрел, его осенило, что его капающая головка, кажется, находится довольно близко к его лицу. Медленным и неторопливым движением и без особых раздумий он наклонил голову вниз, сокращая расстояние между своим лицом и нуждающимся членом. Его вытянутый язык без труда дотянулся до головки. На кончике блеснула большая капля прекума, и снова, не задумываясь, он инстинктивно провел языком по щели и втянул ее в рот. Хотя в прошлом у него был некоторый опыт дегустации своего прекума, в основном это было из любопытства, и он не придавал этому большого значения. Однако в этот раз вкус сладкого прекума на языке привел его в безумие. Он снова сел прямо, его голова гудела от идей. Он был потрясен той легкостью, с которой он только что лизнул свой член. Через несколько секунд он обнаружил, что его лицо снова движется вниз. На этот раз с большей натяжкой. Когда он снова приблизился к головке, он открыл рот и впервые в жизни почувствовал, как его пульсирующий член скользнул в его рот. Засунув всю головку в рот, он нетерпеливо сомкнул губы вокруг плоти. Он сосал собственный член. Его язык щелкнул по кончику головки, ощущая вкус предэкулята, вытекшего ему в рот. Он качал головой вверх и вниз, потянувшись еще ниже и позволяя большему количеству жидкости течь в его теплый рот. Вкус прекума на его губах и языке, работающих с его членом, сводили его с ума. Он сосал и чавкал, придавая себе поистине приятные ощущения. Прежде чем он осознал это, он постоянно сосал свой член, вбирая в рот столько, сколько мог. В мгновение ока он понял, что приближается к кульминации. Он не хотел, чтобы это кончалось. Он наслаждался каждой секундой этого. Ему нужно было увидеть, сколько самого себя он может засунуть в рот. Он лег на пол в душевой и закинул ноги вверх над головой. Это привело к тому, что его член был прижат прямо к его лицу и на его губы капала предварительная жидкость. Он открыл рот и почувствовал, как орган вошел в рот, теперь намного дальше, чем ранее. Он чувствовал, как головка прижимается к задней стенке его горла, пока его язык танцевал вдоль плоти. Он руками потянул бедра вниз и начал давиться, когда его член скользнул глубоко в горло. Покачиваясь, его бедра погрузили большой пульсирующий член глубоко в рот. Задыхаясь, прихлебывая и допивая каждую каплю прекама, он страстно работал над своим членом. Он сосал, когда его рот и горло плотно обхватили весь орган. И снова он достиг точки невозврата, но на этот раз он доведет все до конца. По мере того, как он продолжал сосать, он почувствовал, как его яйца начали сжиматься, а предварительная жидкость начала увеличиваться в объеме. Он чувствовал, как вены на члене у его губ пульсируют с большей энергией. Его язык вылизывал каждый дюйм своей плоти, и теперь он сосал быстро и сильно, глубоко заглатывая и давясь от размера. А потом это случилось. Все сдерживаемое возбуждение, после того, как он долго дразнил себя, достигло своих последних секунд. Его член взорвался. Глубоко во рту он чувствовал, как первые несколько струй спермы с силой ударили по его горлу. Он всегда очень тяжело кончал, что было одной из любимых характеристик его члена, но это была большая нагрузка. Он продолжал сосать и лизать, а его член продолжал качать сперму ему в рот. Он сосет и прихлебывает, пока сперма брызжет ему в рот. Его оргазм длился, казалось, вечность. Сперма начала заполнять его рот. Он жрал столько, сколько мог, продолжая кончать. Сперма начала вытекать из уголков его рта и покрывать лицо. Он был шокирован и невероятно возбужден объемом жидкости, заполняющей его рот. Он вытащил свой член из своего полностью забитого рта, и его все еще кончающий член разбрызгал убывающие струйки спермы по всему его лицу. Он облизывал головку, когда его оргазм заканчивался, и глотая сперму, заполнившую его рот. Он опустил ноги на пол в ду́ше и откинулся назад. Его лицо было покрыто липкой теплой спермой, как и внутренняя часть его рта. Его язык облизнул губы, когда он лежал измученный, а вода из душа все еще стекала на его тело. Сияющий в приступе самого лучшего оргазма в своей жизни, вещи начали складываться в его голове. Он только что высосал все до конца. Он только что сделал себе лучший минет, который, по его мнению, когда-либо получал. Он лежал, думая о том, что только что произошло, и медленно поглаживал свой уставший член, так же смывая остатки спермы с лица.