Истина или благодарите Бражника

... Поймав в одном из переулков Парижа с помощью нити Йо-Йо, летевшего и крепко прижимавшего к себе гитару Джаггеда Стоуна, Маринетт прикидывала возможные действия злодея. Несмотря на то, что девушка хорошо знала обратившегося, ей было трудно определить его дальнейшую цель, ведь судя по его действиям она в каждую секунду могла поменяться до противоположности. А если судить, что на мозги Луки все это время давит Бражник, то целью могут быть, и они с котом, как, впрочем, и она без суперкостюма. По ее же глупости это все началось. Значит им надо выйти на открытую и хорошо просматриваемую местность. И желательно поближе к ее дому, чтобы заодно убедиться, что с ее родителями будет все в порядке. Они могли быть его целью. Поэтому не обращая внимание на восторженные крики рок музыканта о его крутом сыне, Леди Баг резко хватает напарника за руку и направляется на площадь около их колледжа. Когда по прибытии она услышала шум из пекарни, остановилась осознавая свои правдивые догадки. А чего она глупая хотела? Чтобы Лука, попавший под акуму после ее необдуманных резких и грубых, хоть и правдивых на тот момент слов, остался равнодушным. Что бы он после известии об его отце забыл свою изначальную цель. Дура! Какая же она дура. Сегодня все едет не по ее пути. Лишь признание матери сглаживало этот день, но и оно могло стать ошибкой, ведь Истина хочет узнать, какой у нее, Маринетт, секрет. Осознав все, девушка почувствовала, как у нее подогнулись коленки. И если бы не верный кот, то она давно собирала пыль и грязь с асфальтированной изредка побитой плитки. Все тело дрожало, а из глаз вот-вот выступят слезы. - Моя леди, ты как, все хорошо? – спросил юноша, поддерживая ее за плечи, чтобы она не упала, смотря в побледневшее лицо, наполовину скрытое маской. Но даже маска не могла скрыть беспокойства и страха, отражающихся в мимике и глазах. Его всегда бесстрашная и уверенная иногда даже слишком в себе леди боялась. Отчего становилось не по себе и ему. Сегодня у них был насыщенный день, особенно для нее. Она всегда была дерганой и немного растерянной. Коту казалось, что при каждом сражении девушка была где-то еще, а не перед противником, но сейчас на ней совсем не было лица. Хотя этот случай не самый тяжелый на их практике. Да, злодей силен, но его сила не приносит физического вреда, только психологический. И они обязательно справятся, как и всегда. Придя к такому решению, Адриан улыбнулся, но его улыбка сошла с губ, когда он увидел, как его пояс сошел с белых губ. - Нет. – выдохнула Дюпэн-Чэн отстраняясь, ровно становясь на ноги. – Я очень устала и почти не чувствую сил. Давай побыстрее закончим и пойдем по домам. И я, кажется знаю куда нам идти. Не успела она закончить, как из пекарни вновь послышался шум. Напарники переглянулись, сорвались с места. Черный пояс повязался вокруг искренних губ героини. Как только они оказались в зале дома Маринетт, откуда можно пройти в магазинчик-пекарню, то увидели такую картину. Родители девушки находились недалеко от небольшого диванчика с игровыми джойстиками в руках. Отец был в свете прожектора. Его белые губы только что закончили предложение вызвавшее раздражение у Луки. Тот взмахнул рукой, сжимая пальцы в кулак, переводя взгляд левее. - Это не секрет. – практически выплюнул он, пуская луч на стоящую рядом растерянную женщину, повторяя вопрос. - Скажи мне правду, какой у Маринетт секрет? - Она беременна от Луки Куффен. – против своей воли сказала Сабина, широко раскрывая глаза от осознания того, что только что сорвалось с ее губ. Несмотря на то, что прожектор больше не освещал ее тела, она не могла сдвинуться с места, только дрожащие руки прикоснулись к приоткрытому рту. Тайна, доверенная ей дочерью, вот так просто раскрылась. Стоило какому-то злодею с силой истины задать ей вопрос и все. Обещания были нарушены. Но зато какой эффект они произвели на всех присутствующих в комнате, вместо людей здесь появились соляные столпы. Особенно пораженным оказался злодей, он открывал и закрывал рот, будто хотел что-то сказать, но не мог, смотря в одну точку на стене. В его голове также потрясенный голос требовал, чтобы тот очнулся, но его оклики не давали никакого результата. На парня поддавшегося влиянию акумы, за каких-то несколько часов свалилось больше информации, чем за последний месяц. Но последняя сразила его наповал. Он думал, что ничего шокирующе личности его отца быть не может, но и тут его мозг выдал ошибку. Новость, что он скоро станет сам отцом, побила все рекорды. Первой в себя пришла Маринетт, озадаченно хлопая ресницами и закрывая рот, все еще скрывающийся под поясом кота. Она осознала, что сила истины стала медленно исчезать, видимо Куффен, достигнув своей цели и узнав одну из ее тайн, начал постепенно вырываться из злодейских рук, но из-за шока не осознает этого. На всей ее практике, обращенные еще ни разу не доходили до конца, были остановлены. Но сейчас все по-другому. Лука узнал волнующий его вопрос и сила Бражника ему больше не нужна. Но что делать ей, когда она раскрыта? Да, никто не знает, что именно она скрывается под маской Леди Баг, но находящиеся здесь люди знают об ее положении. Не станет ли все еще хуже, когда будущий отец придет в себя и скинет оковы, наложенные тьмой. Думать об этом было страшно, поэтому очистив разум от ненужных мыслей, девушка, пока еще не поздно, как можно тише подошла к своему парню, подковырнула пальцами медиатор с его груди и с силой сжала в ладони отчего он треснул и оттуда вылетели маленькая бабочка с пером, поймав с помощью своего Йо-йо, и очистив их, девушка со вздохом призвала талисман удачи. Поймав в руки небольшой похожий на шариковую ручку предмет по имени «Нейрализатор»** и удобные солнцезащитные очки, хранительница шкатулки быстро надела последние обвела всех взглядом. Она находилась в наилучшей точке для манёвра, поэтому не думая выставила руку с нейрализатором вперед и нажала на кнопку, «стирая» воспоминания всех присутствующих, кроме нее самой. Комнату осветила яркая белая вспышка, сопровождающаяся характерным щелчком, возвращая всех в этот мир. - Чудесная сила Леди Баг … - подкидывая в воздух полезные предметы крикнула с облегчением и нотой смеха, смотря как все с непониманием оглядываются по сторонам, а волшебный вихрь восстанавливает нанесенные недавно повреждения. Теперь все так, как было до того момента, как Истина попал сюда и стал задавать вопросы. … - Маринетт, ты как? – постучавшись в дверь и после тихого «войдите», спросила Сабина, входя в комнату дочери. Когда час назад Леди Баг и кот Нуар покинули их общество, оставляя наедине с парнем их малышки, она сразу почувствовала, что произошло что-то нехорошее. Разве Лука не должен был находиться сейчас рядом с их дитятком после совместного просмотра фильма и проведенного вместе концерта, где он и выступал. Видимо у них что-то пошло не так, раз его поработил акума. Сердце женщины больно сжималось только от того, что ее девочке могла угрожать опасность. На вопрос «Что же произошло?» Куффен с печальным вздохом произнес, что он точно не помнит, но кажется они с Маринетт поссорились, и от этого ему очень плохо. По состоянию юноши легко можно было поверить в правдивость произнесенных слов, поэтому тогда она словесно утешила его. Всё будет хорошо, вы обязательно помиритесь. Сейчас, смотря на страдающую вновь плачущую кровиночку, мать присев на край кровати, прижала ее к своей груди. Слыша, ее всхлипы, чувствуя, как она, прижимаясь сильнее, дрожит мелкой дрожью, с силой сжимая в кулаках ее ципао. Успокаивающе погладив по головке, Чэн осторожно, как можно ласковее продолжила. - Милая, что произошло, Вы поссорились с Лукой? - Я…я не знаю. – шмыгнула носом. – Сегодня весь день был не таким каким должен быть. Все время появлялись акуманизированные люди, из-за этого я… я не смогла посмотреть фильм. – со слезами в голосе говорила она, но при этом не останавливаясь, и ее не пытались остановить, понимая, что лучше выговориться, лишь гладили по волосам прижимая к себе. - я вышла за водой, а смогла вернуться только к титрам. И еще меня постоянно немного подташнивало, приходилось бегать в туалет, вскоре Лука не выдержал спросил. Куда я постоянно ухожу? Просил сказать правду, а я не могла ему сказать. Мне страшно видеть его реакцию на мое признание. Ведь я, кажется, люблю его и не хочу потерять. Последнее слово Маринетт произнесла шепотом. Она уже перестала плакать, но не отстранилась от матери. В ее объятьях было так хорошо, тепло и спокойно. Казалось, будто руки, обнимающие тебя, закрывают от всего мира, успокаивают, дают надежду на светлое будущее, которое обязательно наступит. И ты веришь им безоговорочно, потому что так надо. Сейчас так правильно. Неважно, что будет потом, когда она встанет и посмотрит по сторонам, главное, что ей стало легче она выговорилась и поняла внезапно пришедшую ей в голову истину. Как бы смешно это не звучало, но это была истина. Ей надо рассказать Луке правду. И будь что будет. Она не может скрывать от него это вечно. Ни от кого. Пройдут месяцы и у нее вырастет живот, и все само собой станет ясно. Не станет ли хуже, если он все узнает сам или от кого-то. Он же может подумать, что она ему совсем не доверяет. И тогда все повторится. Она вновь наступит на те же грабли, выпуская на волю «Истину». Представив такое в будущем, девушка вздрогнула всем телом. - Маринетт… – произнесла Сабина, но ей не дали закончить вопрос, отстранившись, посмотрели в глаза с уверенностью во взгляде. - Все хорошо мам, я кое-что решила. – осторожно выбираясь из объятий, названная приподняла уголки губ. – Будь что будет. Я расскажу Луке завтра правду, он все равно должен узнать, что станет отцом и лучше от меня, чем от кого-то другого. Подойдя к окну, она открыла недавно зашторенное ей же окно, и посмотрела на загорающиеся звезды. За окном наступил вечер. Зажглись фонари, привлекая к себе мошкару. Пролетевшая мимо совушка своим криком посоветовала всем собираться спать. Несмотря на ее старания, люди под окном медленно все еще направлялись по своим делам. Кто-то спешил на работу в вечернюю смену, кто-то, наоборот, возвращался домой к семье, чтоб вкусно поужинать и расслабиться перед телевизором или с книгой в руках. А кто-то вышел прогуляться и насладиться на какое-то время наставшей тишиной, редко наступающей в Париже. Жизнь продолжала течь дальше, подталкивая и Маринетт. Почувствовав, что мама встала рядом с ней, она повернула голову и улыбнулась, получая улыбку в ответ. - Вижу тебе стало лучше… – нарушила тишину Чэн и, получив согласный кивок, закончила предложение. – Тогда я пойду спущусь и разогрею ужин. Чуть позже позову. - Хорошо… … Первые лучи солнца лениво проникали в незашторенное окно второго этажа дома, соединенного с пекарней. Они медленно, не спеша, переходили с одного места на другое, затрагивая собой стоящую в комнате мебель. Та еле заметно поблескивала, будто просыпаясь ото сна. Дойдя до приоткрытой дверцы большого деревянного шкафа и заглядывая за нее, лучик обнаружил заинтересовавшую его вещь, которая не была похожа ни на что, когда-либо им увиденное. Чуть сплюснутое алое в черных пятнах драконье яйцо с множеством круглых отверстий. На каждом закрытом отверстии изображался рисунок какого-нибудь украшения будь то серьги, кольцо, браслет или симпатичная подвеска, не говоря о диадеме и брошках. Каждое изображение притягивало к себе, отчего лучик непрерывно скакал между ними пока не осветил всю шкатулку, чем заставил ее задрожать легонько постучать по стенкам шкафа. Другой лучик света, наблюдая за своим собратом, весело улыбнулся и решил разбудить хозяйку этой комнаты, он легонько так дразнящее стал подкрадываться к кровати, где в одеяле была закутана девушка. Ее растрепанные иссиня-черные волосы рассыпались по подушке, немного закрывая лицо. Длинные ресницы, изредка подергиваясь, прикрывали глаза, а чуть приоткрытый рот растянулся в улыбке. Судя по всему, Маринетт снился хороший сон, который никто не должен был нарушить. Но это не касалось лучика солнца, он, не думая, спрыгнул с подушки и осветил собой лицо. Спящая поморщилась, взмахнула рукой, стараясь прогнать негодника. Но тот не спешил уходить. В этот момент со стороны шкафа послышался тройной стук, повторившийся пару раз, что, несмотря на только что расслабленное состояние девушки, заставило ее собраться и резко сесть в постели, оглянуться по сторонам, а после схватиться за голову, которая закружилась, вызывая тошноту. Страх обнаружить кого-то прибывшего, чтобы забрать шкатулку моментально исчез, ведь в помещении никого не было. Зато она осознала, что срочно нужно идти в туалет и принять ванну, раз сон как рукой сняло. За водными процедурами Дюпэн-Чэн пробыла недолго. Несмотря на утреннюю тошноту настроение у нее было хорошее, пока она не услышала очередной стук, как оказалась, шкатулки с камнями чудес. В этот момент в голове всплыл весь вчерашний день и свое решение рассказать Луке всю правду. Девушка понимала, что сделать это будет лучшим вариантом, но непонятно откуда-то появившийся страх вызывал в ней неуверенность. - Что случилось, Маринетт? – раскрывая свои все еще сонные глаза, потягиваясь спросила божья коровка. Она, моргая смотрела на свою владелицу, отмечая, что настроение у той внезапно изменилось. - Все хорошо Тикки, доброе утро. – улыбнулась хранительница. – Только тут твои собратья, кажется, немного расшумелись. - Доброе. – зевнула квами. – Им не хочется сидеть взаперти, здесь же намного интересней и причудливей. – встрепенувшись всем тельцем, она подлетела к напарнице. – Ну что, ты уже готова? - К чему, выпустить поиграть квами или рассказать Луке правду? – спросила девушка, взяв в руки полотенце, и принялась вытирать волосы, при этом взглядом ища фен. Найдя его, включила небольшую скорость, направила на свою челку, при этом ловко орудуя расчёской. - Нет, вообще-то я имела в виду завтрак, но и квами заодно. А насчет Луки Куффен, я поддержу любое твое решение. – сжав лапки, будто кулачки, согласно кивнула головой Тикки. – Меня больше интересует ответ на наш с тобой вчерашний разговор, но при этом я тебя не тороплю. Хотя, если ты все же решишь отдать камень Леди Баг… - Нет! – перебили ее, выключая фен и собирая на голове два небольших хвостика. – Я решила остаться Леди Баг до конца. - Тогда тебе нужно признаться родителям, что ты супергероиня, чтобы они после родов побыли с ребенком, пока ты будешь спасать Париж от злодеев. Во время беременности моя сила скроет твой животик, но ты все равно должна быть осторожна. – серьёзным тоном сказало существо, смотря, как «хозяйка» одевалась в привычную одежду, оглядывая себя в зеркало. - Я это понимаю Тикки, поэтому решила сказать и об этом Луке тоже. – выдохнув, начинающий модельер посмотрела в большие синие глаза, напротив. В них было много разнообразных эмоций, но также читалось одобрение, и уверенность в голосе заставила согласиться на ее предложение и свою владелицу. - Тогда ты должна и отдать браслет с Сассом. Ведь в непредвиденной ситуации лучше будет, если кто-то знающий и близкий, кому ты доверяешь, будет рядом. Тогда по первому звонку Лука сразу придет, и тебе не надо будет направляться домой, чтоб взять браслет. Он будет уже у него. Закончив, она улыбнулась и подлетела к вновь постучавшей шкатулке. Дюпэн-Чэн последовала за ней. И как только шкатулка была открыта, в комнату ворвался рой разноцветных и разновидных квами. Они в один голос что-то говорили, но первое что получилось разобрать было «Ну, наконец-то, долго же вы». На что хранительница тяжело вздохнула. Избаловала. - С добрым утром ребята, я решилась сегодня рассказать Луке о себе. – выкрикнула она, привлекая к себе внимание разом притихших духов, во все глаза смотревших на нее. С первого взгляда не было понятно осуждают ли они ее или нет. Но не смотря на их реакцию она продолжила говорить, подойдя к окну и выглядывая в него. Там уже начал собираться местный народ. Некоторые из них заходили к ним в пекарню, которую недавно открыл ее папа Том Дюпэн, лучший кондитер Парижа. – И, если ты не против, конечно, Сасс, отдать камень змеи ему на хранение. В сложившейся ситуации так будет лучше. Змейка молча смотревший на нее встрепенулся, потер свои маленькие ручки друг об друга и не слушая возмущенные голоса собратьев «Почему именно Сасс?», согласно закивал головой. Он уже давно хотел жить со своим все это время временным владельцем, как это делали Тикки и Плагг. Парнишка, отлично играющий на гитаре, ему был очень симпатичен. К тому же он являлся одним из лучших владельцев который у него был сколько квами себя помнил, а помнил он всю свою ужасно долгую жизнь. Поэтому он был безумно рад. - Почту за честь Маринетт… - немного шипящим голосом произнес он. – Когда отправляемся? - После завтрака. Вчера я уже отправила СМС Луке, что хочу встретиться с ним. Он согласился. И прошу Сасс, Тикки, не показывайтесь ему на глаза до того, как я позову вас, пожалуйста. – увидав согласные кивки, девушка улыбнулась, подошла к двери в полу, но прежде чем ее открыть, обвела всех квами взглядом, попросила. – Сильно не шумите, хорошо? … Судно небольшого «корабля» легонько качалось на волнах в водах Парижа. На его борту, изредка покрикивая, сидела чайка, любимица хозяйки Анарки Куффен, матери двух детей и просто отличной женщины с твердых характером и особым чувством юмора. Она просыпалась с первыми лучами солнца, чтоб заняться рутинными, делами, одним из которых был уход за чайкой. Ласково погладив ее по белой головке, она подбросила в воздух мелкую рыбешку с приветственными словами. Птица на эти действия издала громкий крик, ловко хватая и заглатывая свою добычу под одобрительную улыбку «капитана». Находясь в своей каюте-комнате, сын Анарки с тихим вздохом посмотрел в окно-иллюминатор, он сидел на наспех заправленной кровати с гитарой в руках. Глаза его были едва прикрыты, медиатор бегал по струнам отчего вокруг раздавались короткие ритмичные звуки. Эта мелодия засела в его голове с вчерашнего дня, хотя парень не особо помнил, откуда она появилась, да и в общем некоторые его моменты. Их, как будто подправили, убирая что-то важное. На периферии сознания Луке казалось, что он узнал что-то особенное, и это что-то было связанно вроде как с его отцом. Не совсем осознавая себя под влиянием акумы, но все же улавливая некоторые ноты. Его мать назвала имя Джаггеда Стоуна, что само собой было шокирующе, но, кроме этого, юноше что-то никак не давало покоя. А именно, узнал ли он ответ на мучающий его в тот момент вопрос о Маринетт. От этой мысли ныло и сжималось сердце, ведь по всем воспоминаниям они поссорились. Видимо он наговорил ей чего-то, от чего любимая так бурно отреагировала, что он поддался своим негативным эмоциям. От этого было немного стыдно, но Лука понимал, что все уже в прошлом, а ему надо двигаться вперед и все разузнать. Как только эта мысль появилась в голове, то в шкафчике над иллюминатором зазвонил телефон. От неожиданности Куффен подпрыгнул на месте, чуть не роняя медиатор из рук. Отложив в сторону гитару и взяв сотовый, он сглотнул. Сработал будильник. А еще вчера от Маринетт пришла СМС. Нерешительно открыв сообщение, прочитав просьбу о встрече, улыбнулся. Ведь девушка редко заканчивала свои предложения словом «целую», а это значит, что у них все хорошо. Но от этого преследующее его напряжение никуда не исчезло, наоборот стало отчетливее заключать в свои объятья. Вот-вот что-то должно было случиться, что перевернет его жизнь с ног на голову. И только ему решать, как на это реагировать. Ответив на смс и поставив телефон на зарядку, музыкант решил быстро освежиться, благо время до встречи еще было, а после, позавтракав, забежать в цветочный магазин, тот как раз должен открыться. Хранительница шкатулки довольно медленно шла к названному ей же месту встречи. Им оказалась все та же набережная, где они вчера слушали мелодию воды, пока она не совершила глупость, которую всеми силами хочет исправить. Разумом девушка это понимала, но от этого ее ноги не старались двигаться быстрее. Было страшно. Почему она думала, что во второй раз обсуждать эту деликатную тему будет проще. Ну и что, что с другим человеком, к которому она имеет прямое отношение. Но сейчас волнение такое же, как и перед разговором с матерью, если не больше. Но она должна сообщить ему, Луке, об этом. Отступать нельзя ни в коем случае. Ладони девушки вспотели, но она все равно держала ремешок сумочки, перекинутой через плечо. Внутри нее находились двое по-своему особенные и уже дорогие сердцу квами. Они дружно поддержали ее решение о раскрытии тайны любимому человеку, от чего Дюпэн-Чэн была им благодарна. Вспомнив их звонкие голоса, ее глаза сверкнули уверенностью. На губах мелькнула немного нервная улыбка. - Ты сможешь… - уверенно с глубоким вздохом произнесла Маринетт, сделала последний шаг и остановилась. Пришла. На месте встречи еще никого не было, но и наручные часы показывали, что она пришла намного раньше положенного времени. Медленно посмотрев вокруг и остановив свой взгляд на спокойной глади воды, прикрыв глаза, прислушалась. Вода незамедлительно взяла свою самую лучшую и успокаивающую песню. От этой мелодии становилось непривычно легко, отчего девушка не заметила, как к ней подошли сзади и аккуратно накрыли ей глаза ладонями с немного шершавыми кончиками пальцев. Ойкнув от неожиданности, она повернулась, встречаясь взглядом со светло-голубыми глазами. - Лука, привет…эм… - Привет, это тебе. – протянув еще не полностью распустившуюся голубую розу, юноша несмело приподнял уголки губ в улыбке. Он не знал, что ему сейчас ожидать, но по блеснувшей искорке в глазах понял, что пошел по верному пути. – Извини, что напугал, я не хотел. - Спасибо, и ничего страшного, это я виновата заслушалась, не заметила. «Ты давно пришел?» —прижав цветок практически к самому носу и сделав медленный вздох спросила Дюпэн-Чэн, отмечая, что ей очень нравится этот спокойный нежный аромат, ласкающий ее обаяние. - Нет, только что. «Присядем?» —склонив голову набок и показав рукой в сторону ближайшей скамейки с деревянной спинкой произнес Куффен, взяв чужую руку в свою. – Ты хотела поговорить? На этот вопрос Маринетт неловко улыбнулась, сглотнула. Так сразу она еще не была готова раскрыться. В голову не шли нужные слова, они вроде крутились на языке, но не слетали с него в нужный момент. Переведя взгляд с парня на пролетающую мимо бабочку, она села рядом с ним на скамейку на секунду напрягаясь больше необходимого. Ей внезапно показалось, что бабочка была фиолетовой. Акумой, которая вот-вот найдет свою цель и ей придется вновь извиниться перед Лукой, чтоб перевоплотиться в Леди Баг и спасать Париж. Но нет. Наваждение прошло, а бабочка оказалась темно-красной бархатной. С облегчением выдохнув и улыбнувшись возлюбленному, покрутила в руках розу. - Да, хотела. – начав нерешительно взяла его за руку. – Понимаешь, вчерашний наш разговор, он дал мне понять, что все мы в опасности больше, чем мне казалось, и виноватыми могут быть кто угодно, даже я, как вчера, например. Ты обратился из-за моих слов и это ужасно... Слушая Лука старался не пропустить не единого слова и не перебивать, хотя очень хотелось. Ведь он не считал, что Маринетт была виноватой вчерашнем происшествии, но молчал, понимая, что девушке трудно дается этот разговор, но она изо всех сил старается быть с ним честной. Рассказать ему то, что еще никому не рассказывала. От этого было невозможно тепло на душе, что подтверждало, что у него лучшая девушка. Он не ошибся с выбором. Для поддержки сжав ее пальцы в своей руке, медленно кивнул, побуждая говорить дальше. Она также согласно кивнула, и после мгновенной паузы, продолжила тихим, но различимым голосом, изредка поглядывая на свою сумочку. -…и вот я решилась, что пришло время рассказать тебе все свои тайны, стать ближе настолько, насколько это возможно. И это не пустые слова, Лука, ведь ты, мы… ведь у нас… - сглотнув, хранительница шкатулки, смутившись, скосила глаза в сторону, сейчас ей очень хотелось убежать домой, запереться в своей комнате и не выходить оттуда до тех пор, пока все и без слов не будет ясно, но она не могла этого допустить, собравшись с мыслями, она выдохнула. – У нас с тобой будет кое-что большое. Нет, сначала оно будет очень маленькое, но со временем станет большим и очень, очень… - Маринетт. – легонько надавив на ее плечо одной рукой, заставляя обратить на себя внимание, позвал Куффен. – Маринетт, послушай меня, давай сделаем глубокий вдох и выдох. Смотря, как она послушно вместе с ним выполняет одно из самых легких успокоительных упражнений, он ободряюще улыбнулся. - Умница моя, а теперь просто не думая скажи суть. Хорошо? - Хорошо, постараюсь. – на мгновение прикрыла глаза Дюпэн-Чэн. – У меня для тебя три новости, три моих тайны. Я люблю тебя и жду нашего ребенка, или лучше сказать, я беременна от любимого человека? Настала тишина. Казалось, что даже посторонние присущие окружающему миру звуки затихли и ушли на второй план. Множество витавших в голове мыслей в мгновение ока исчезли, оставив после себя последнее произнесенное предложение. Оно, как гром среди ясного неба, превратилось в хоровод, пока не расставило все по своим местам. То непонятное чувство потери чего-то важного, что было с ним с самого пробуждения исчезло. А перед глазами предстала мутная картина, где он в образе «Истины» в доме Маринетт слышит ответ ее матери. «Она беременна от Луки Куффен.» Шок, прожитый им тогда и осознание, что скоро он сам станет отцом, вновь накрыли музыканта, заставляя его сердце забиться чаще. Он не видел, как взволнованно на него смотрела мать его будущего ребенка. Не видел, как от его бездействия у нее на глазах практически навернулись слезы. Новость выбила его из колеи, но также быстро вернула обратно, ведь его любовь взаимна и вскоре ее будет вдвое больше. От одной только мысли на губах юноши расплылась улыбка. - Спасибо. – прошептал он, заключая напряженную возлюбленную в объятия, которая вздрогнула и прижалась к нему ближе. Его светлая рубашка с коротким рукавом промокла от ее слез, возвращая в реальность. Осторожно взяв за оба плеча и легонько отстранив от себя, заглянул в ее лицо. – Маринетт, все хорошо? – забеспокоился чужой реакции. –Ты плохо себя чувствуешь? - Все хорошо. – утирая слезы, выдохнула хозяйка квами, чувствуя, как те легонько пошевелились в ее сумочке, немо давая о себе знать. Улыбнувшись, она отрицательно покачала головой. – Просто я счастлива. Есть еще кое-что, что я хочу тебе рассказать, но об этом кроме тебя никто не должен знать. Я, конечно, хотела рассказать об этом и родителям, но здесь все сложно, и мне нужна вся твоя поддержка. На ее слова Лука кивнул. Ну, не может же следующая новость быть ошеломительнее предыдущей. Маринетт оглянулась по сторонам, убедившись, что поблизости никого нет, и их местонахождение достаточно укрыто, она, понизив голос практически до шепота, наклонилась вперед. - Лука, я Леди Баг, и это не шутка. Нам запрещено рассказывать об этом хоть кому-то. Даже кот Нуар не знает мою настоящую личность, а я его. И это не значит, что я ему не доверяю, просто для меня ты особенный, и я хочу, чтоб ты знал. – видя, что эта тайна не так шокировала, как могла бы, она улыбнулась шире. Наклонившись к своей сумочке и открыв ее, она достала оттуда знакомый парню браслет. – Лука Куффен, это талисман змеи, который дарует тебе силу второго шанса, используй его во благо, если примешь. После своих слов протянула браслет и с замиранием сердца смотрела, как его ловким движением надевают на руку. Затем тихо что-то произнесла, обращаясь к сумочке. Оттуда сразу появилось два миниатюрных существа одновременно похожих друг на друга, и в тот же момент совершенно разных, начиная от своей окраски, заканчивая принадлежностью к виду и полу, если он у них имелся. По квами было видно, что они с нетерпением ждали своего выхода. И сейчас, получив его, они с радостными вскриками обняли своих владельцев. Змейка был особенно рад, приблизившись к своему новому хозяину, он облетел его вокруг и обнял протянутую ему руку. - Приветик, меня зовут Сасс. – расплываясь в улыбке, произнес квами свою законную речь. – Я буду твоим квами. Тебе нужно только сказать Сасс чешуя скользит, ну а дальше ты знаешь, то есть поймешь сам. Радостный момент воссоединения нарушил внезапный злодейский хохот с соседней улицы. В небе появилась знакомая женщина, одетая во все черное парившая на огромной электрогитаре. У нее были короткие волосы с длинной челкой, чуть-чуть смещенной в права. Желтые глаза смотрят через белоснежную маску с нарисованными нотами, а в руках в виде оружия золотая музыкальная труба. Из нее с небольшими интервалами выходят струйки дыма, достигая своих жертв. - Десперада? – спросил Лука, чтобы подтвердить свое предположение. - Похоже на то. Видимо Вивика опять в чем-то не сошлась мнением с Джаггетом Стоуном. – выдохнула Маринетт, убирая розу в свою сумочку, перед этим вдохнув ее аромат, и посмотрела на своего будущего напарника наравне с котом, который сейчас им будет позарез необходим, ведь даже в прошлом без него они оказались, как без рук. А сейчас «Десперада» будет куда страшней. - Да, и судя по моим последним воспоминаниям, с отцом не может быть легко. Сасс чешуя скользит. - Надеюсь вы все с ним проясните, как по мне в общем он не плохой. – леди Баг перевела взгляд с парня на свою квами. – Тикки перевоплощение. ***