Часть 1
28 декабря 2021 г., 16:18
— Здравствуйте, это Алекс Маттсон? — звонил директор какого-то лейбла.
— Да, добрый вечер, слушаю Вас, — ответил юный диджей.
— Один из моих артистов хочет поработать с Вами. Как Вы на это смотрите?
— Я не против, скидывайте мне на почту материал, я сделаю что-нибудь, — ответил Алекси.
— Спасибо Вам огромное, скоро будет!
Это уже одиннадцатый заказ за неделю, но парень не мог остановиться. Он любит свою работу. Даже слишком. Каунисвеси проводит за ноутбуком и в наушниках бóльшую часть своего времени. И по нему не заметно, что он собирается что-то менять.
***
— Алекси, ты свёл трек? — спросил Нико, фронтмен группы Blind Channel, частью которой является Маттсон. — Да, конечно, уже у тебя на почте, — ответил Каунисвеси, потирая сонные глаза. Он был не только диджеем и перкуссионистом, но ещё и продюсером группы, а также отвечал за обработку звука и запись. — И когда ты всё успеваешь, — восхищённо сказал Йоонас, гитарист группы. — Парни, погнали в боулинг? Выпьем, отдохнём? — предложил Олли, басист. — Я в деле, — барабанщик Томми вышел из-за своей установки и схватил рюкзак. — Я тоже с вами, — Порко отложил гитару. — Меня подождите, — Мойланен расчесал волосы и тоже присоединился к друзьям. — Алекс, Йоэль, вы идёте? — спросил Матела. — Нет, у меня ещё немного дел осталось, — ответил диджей, — Дома доделаю всё, — он положил ноутбук и всю прилагающуюся к нему аппаратуру в специальный чехол. — Малыш, ты не против, если я схожу? — спросил Хокка у диджея. Они в отношениях уже почти два года. — Конечно, конечно, иди, отдохни, — улыбнулся он, целуя вокалиста в щёку. Парни разъехались.***
Появившись дома, Алекси нарезал себе бутербродов и закрылся в студии. Заказы не ждали — продюсеры и исполнители требуют своего: кому-то ремикс, кому-то текст, кому-то бит, кому-то обработку или сведение, а кому-то всё сразу. Неожиданно зазвонил телефон. Это был старший брат Алекси — Матти. — Алло? — ответил диджей. — Алекси, привет. Слушай, можно тебя кое о чём попросить? — голос брата был немного тихим и смущённым. — О чём? — Ты не мог бы денег в долг дать? — Ты мне ещё прошлые не вернул. На работу устроиться не хочешь? — Каунисвеси не нравилось, что его родной брат звонит ему только ради того, чтобы занять денег, и больше он ему ни за чем не нужен. — Я ищу, не могу найти. Как только получу, сразу отдам, обещаю, — диджей не верил этим словам. Он знал, что как только Матти найдёт деньги, он сразу их прогуляет с друзьями. — Сколько тебе? — вздохнул парень. — Пятьсот евро. — Ахренеть, тебе куда такие бабки-то? — удивился Алекси. — Нужны очень. Пожалуйста, я верну, — просил брат. — Ладно, сейчас переведу, — Маттсон сбросил звонок, зашёл в мобильный банк и отправил Матти нужную сумму, после чего продолжил работу над одним из заказов. Но в покое его не оставили — буквально через час раздался звонок от мамы: — Да, мамуль, привет, — ответил парень. — Алекси, сыночек, привет. Как дела у тебя? — спросила она. — Да нормально вроде всё. У вас там как? — Тоже всё хорошо. Чем занимаешься? — Работаю. Чем я ещё могу заниматься? — он грустно улыбнулся. — Сынуль, мы с папой соскучились. Ты когда приедешь в гости? — голос мамы звучал жалобно, ведь сын не был дома больше восьми месяцев. — Мам, честно, не знаю. Работы навалом, даже не могу сказать, когда я это всё разгребу. Как только, так сразу. Я тоже очень по вам скучаю, — ответил он. — Ну хотя бы на пару денёчков, солнце моё, пожалуйста, — просила она. — Мамуль, я постараюсь, честно, но пока не могу. Прости меня, — его одолело чувство вины перед родителями. — Как там у вас с Йоэлем дела? — она видела парня Алекси лично всего лишь один раз, когда они в последний раз вместе приезжали в гости. — Всё хорошо, не переживай, — улыбнулся Алекс. — Не ругаетесь? — Да не часто, всё нормально, правда, — ответил он. — Ну давай, работай, не буду отвлекать тебя. Ждём в гости, — они попрощались. На самом деле Каунисвеси было неловко врать маме. Да, он соврал. В отношениях с Йоэлем не всё в порядке. Они постоянно ругались, практически каждый день, и всегда по одной и той же причине: Хокка считает, что Алекси уделяет ему слишком мало внимания. Ему нужно проводить больше времени вместе с возлюбленным, но диджей не может себе этого позволить из-за огромного количества резко свалившейся на него работы. Он старался уделять Йоэлю столько внимания, сколько он может, но под конец дня не оставалось сил ни на что — Маттсон просто падал на кровать и засыпал. Он мог не спать по несколько суток, а если и спал, то не больше трёх часов. Ел он тоже мало, из-за чего у него было мало энергии, он был сонливый и немного раздражённый. Вот и сейчас получилось точно также. Йоэль вернулся из боулинга около девяти вчера: — Малыш, я дома, — крикнул он, зайдя в квартиру, но в ответ его встретила тишина, — Опять что-ли на студии закрылся? — задал парень риторический вопрос и направился к дверям рабочего помещения диджея. Осторожно приоткрыв дверь, он увидел младшего, сидящего на своём месте в наушниках перед ноутбуком. — Алексии, — позвал его вокалист. — А? Что? О! Ты уже вернулся! — перкуссионист снял наушники и подошёл обнять возлюбленного. — Да. Пойдём на кухню, закажем что-нибудь вкусненькое, поболтаем, посидим вместе? Хватит уже тут сидеть, совсем заработался! — заботливо сказал Йоэль, обнимая парня, — В твои мешки под глазами барабаны Томми поместятся! — Любимый, у меня очень много заказов. Я не знаю, когда я это всё буду делать. Прости меня, пожалуйста, за то, что я так поступаю, но я правда не могу уже который день это всё разгрести, — виновато сказал он. — Ну Алекс, ну котёночек, ну пожалуйста, проведи хотя бы один вечер со мной! — захныкал Хокка. — Давай я быстренько всё сделаю и буду весь твой, хорошо? Мне осталось буквально десять треков и альбом наш свести, и всё, я буду свободен, — Каунисвеси прекрасно понимал, что за время, пока он это делает, насыпется ещё больше заказов. — Господи, и о чём я думал, когда предлагал встречаться самому востребованному диджею в Европе? — старший хлопнул себя по лбу и ушёл на кухню, — Я принесу тебе роллов в студию, — он начал звонить в свой любимый ресторан азиатской кухни. Алекси снова сел за ноутбук, смахивая выступившие слёзы. Ему было жаль, что он не может проводить с Йоэлем больше времени и уделять ему больше внимания, даря всю свою любовь. Он чувствовал себя виноватым в том, что меняет своё счастье на работу. Но он так долго стремился к популярности и востребованности в музыкальном мире, что сейчас просто не мог отказывать продюсерам и артистам в заказах, а ещё во всю старался ради их группы. Хокка принёс ему сет роллов и коробку яблочного сока — любимого Алекси. — Спасибо, — ответил диджей. Когда старший уже подошёл к выходу, Каунисвеси позвал его: — Йо… — тот обернулся, — Прости меня, пожалуйста. Я безумно люблю тебя, — глаза снова намокли, но он старался не плакать. Йоэль подошёл к нему и поцеловал в губы: — Приходи спать, я жду тебя в кроватке, — часы уже показывали почти полночь. — Я постараюсь как можно быстрее, — но он снова лёг спать в шесть утра. Хорошо, что хотя бы лёг, а то до этого парень не спал больше пятидесяти часов. Через три часа его разбудил звонок от одного из заказчиков: — Алекс, извините, что звоню так рано, но сегодня крайний срок сдачи песни. У Вас всё готово? — Да, да, я минут через тридцать отправлю вам на почту, — вчера он доделал трек, но так устал, что забыл скинуть. Пришлось встать, поцеловать Йоэля, приготовить ему завтрак и кофе в качестве извинений и снова засесть в студии до ночи. Никому бы на месте Хокка это бы не понравилось, но он настолько сильно любил Алекси, что готов был это терпеть и стараться хоть как-то облегчить его состояние. Ему было жалко парня, что тот так изнуряет себя, абсолютно не спит и не ест, а только работает и работает. Он знал, что родители часто звонят ему и надоедают своими проблемами, а ещё всё время просят его приехать, хотя прекрасно знают, что их сын не может бросить работу. Также Йоэль знал, что каждый день Алекси звонят различные влиятельные и не очень в сфере музыки люди и просят сделать для них что-то, а Алекс Маттсон никогда не отказывает. Он знал, что всё самое лучшее Каунисвеси вкладывает в их группу и их музыку, и работа над материалом для Blind Channel занимает намного больше сил и времени. Хокка знал, что его брат всё время просит у него денег, хоть Алекси зарабатывает немало, но ему было жаль, что у его родственников такое потребительское отношение к парню. Он жалел его, но ничего не делал. Оставалось только терпеть и ждать.***
Маттсон снова на студии y Blind Channel. Телефон взрывается от звонков и смс — заказчики требуют готовый материал, некоторые звонят, чтобы попросить сделать следующий трек, кто-то пишет за обработкой и сведением, кому-то нужно написать бит, кому-то текст. Брату снова нужны деньги, мама снова просит приехать, отец жалуется на проблемы на работе, сестрёнка приглашает на выпускной, друзья со школы зовут на встречу, ведь с момента окончания учёбы прошло пять лет, тур-менеджер одолевает сообщениями по организационным вопросам, за спиной ходит Йоэль и просит хотя бы минуты внимания. Голова идёт кругом. — Алекси, иди ко мне. Я скучаю по тебе, я так хочу обнять тебя, — шептал Хокка прямо на ухо парню. — Алекси, ты обработал песню, которую мы вчера записали? — спросил Нико. — Алекс, помоги, пожалуйста, гитару настроить, — попросил Йоонас. — Маттсон, поехали в бар, — приглашал Томми. — Слушай, а как лучше будет звучать: так… — Олли сыграл первую ноту, — …или так? — он сыграл вторую. Телефон снова зазвонил. Всем от него чего-то нужно. Он не спал больше шестидесяти пяти часов, последний раз ел позавчера ночью. Организм дал сбой. По щекам покатились слёзы. Он вскочил со своего кресла, захлопнул ноутбук, схватил рюкзак и, ни слова не сказав, вылетел из студии и прыгнул в машину, уезжая в неизвестном направлении. Парни не сразу поняли, что случилось. Первым дошло до Йоэля, но когда он бросился на улицу, машина Маттсона уже уехала. — Пацаны, что с ним? — сказал он, вернувшись на студию к друзьям. — Типичный нервный срыв, — заключил Томми. — А почему? — не понял Йоонас. — Слишком много на него всего свалилось. Ещё и Йорик на него давит со своим вниманием, — ответил Лалли. — И что делать теперь? — спросил Хокка. — Лучше не трогать его пока, — парни решили разъехаться по домам. По пути Йоэль думал, что Алекси дома отдыхает, но по приезде не обнаружил там младшего. Он сразу же позвонил Томми: — Братан, его нет дома. — Ну приедет, дай ему отдохнуть, — ответил барабанщик. — Точно приедет? Мне страшно за него. Он такой измотанный, не спал несколько суток, а если в обморок за рулём упадёт? — Хокка сильно волновался, и от переживаний на глаза наворачивались слёзы. — Ну а чем ты ему поможешь? Ему нужен покой, нужен отдых. Твоё присутствие сейчас его только раздражать будет, — друг разбирался в психологии, и вокалист решил послушать его советы. Но его хватило ненадолго. Когда стрелка часов перешла за полночь, а Каунисвеси так и не появился дома, он написал Томми смс: — Брат, я так больше не могу. Я поехал его искать.***
Алекси перестал вывозить всё, что свалилось на него. Шестьдесят с лишним часов без сна, сутки без еды и огромное количество работы и заказов, да ещё и Йоэль со своей любовью. Он так от всего устал. Хотелось сбежать от всего мира туда, где его никто не знает и никто не будет трогать. Ему просто хочется остаться одному хотя бы ненадолго и ничего не делать. Он хочет спать, желудок болит от недостатка нормальной еды, да и вообще еды в целом, внутри пустота, по щекам бегут слёзы. Парень сел в машину, вдавил педаль газа в пол и поехал в ближайший отель. Он не мог остановить солёный поток, который катился и катился по щекам. Наконец показался какой-то отель. Алекси даже не обратил внимания на количество звёзд — сейчас плевать на всё. Он вытер слёзы и подошёл к ресепшену: — Здравствуйте. Одноместный номер на трое суток, — парень достал телефон. — Ой, Вы — Алекс Маттсон? А можно фото? — спросила девушка-администратор. — Я не в состоянии сейчас. Оформите, пожалуйста, и оставьте меня в покое, — она недовольно посмотрела на него и протянула терминал. Каунисвеси приложил телефон, взял ключ и поднялся в номер. Заперев дверь и повесив табличку «Не беспокоить», он упал на кровать лицом вниз. Слёзы снова покатились по щекам. Хотелось кричать, но горло как будто сковали цепями. Тело ослабло, в голове плыл туман, глаза застилала пелена слёз, грудь болела. Он чувствовал, как начинает отключаться — организму нужен сон. Парень уснул на восемнадцать часов. Телефон он выключил ещё в машине, отключив геопозицию. Даже если кто-то будет его искать и требовать от него что-то, ему плевать.***
— Господи, да возьми же ты трубку, — Йоэль всю ночь ездил по всему Хельсинки в поисках парня. Слёзы закрывали обзор на дорогу, но он продолжал звонить и искать. Он объехал всех друзей и знакомых, звонил родителям, обзвонил все больницы — Алекси нигде нет. Никто из участников группы не спал в ту ночь — в семь утра они собрались на студии. — Пацаны, что делать? — Йоэль не находил себе места. — Не знаю, — ответил Йоонас. — Блять, Томми, я же тебе говорил, что надо сразу за ним бежать, — вспылил Хокка. — Ты бы только хуже сделал, — ответил Лалли. — Вот сам теперь и думай, где его искать, — ответил Нико. — Блять, на вас подписано пол Финляндии. Запишите сторис, по любому кто-нибудь его видел. — Можно. Мойланен подошёл к Йоэлю, привёл его в порядок небольшим количеством косметики и записал видео со словами: — Всем привет! Нам очень жаль записывать это видео, но у нас пропал Алекси. Он не выходит на связь вторые сутки и ничего нам не сказал. Хокка добавил: — Пожалуйста, если у кого-то есть хоть какая-то информация, где он, сообщите нам любыми способами. Они стали ждать, параллельно не теряя надежды, что Каунисвеси возьмёт трубку. Через двадцать минут на аккаунт Blind Channel пришло сообщение в Директ: — Алекс у нас в отеле. Странный какой-то был, даже в фотке отказал. Из номера не выходил всё это время, на двери табличка «Не беспокоить». Йоэль, который вёл аккаунт группы, ответил: — Скиньте, пожалуйста, адрес отеля. Через пару минут девушка отправила смс с адресом и номером телефона ресепшена. Парни бросились в микроавтобус Томми, чуть не забыв запереть студию с дорогой аппаратурой. Отель находился достаточно близко, видимо, Алекси был не в состоянии выбирать. Буквально через десять минут они уже забежали в здание: — В каком номере Алекси Матиас Каунисвеси? — запыхавшись, спросил Йоэль. — В 619, — ответила администратор. Парни побежали по лестнице, оббегая каждый этаж в поисках номера. Они нашли его на пятом этаже, но на двери висела табличка не беспокоить. Всей группой они начали стучать в дверь. — Парни, если мы все вместе к нему сейчас завалимся, ему станет намного хуже. Йоэль, иди один, — сказал Томми. Хокка продолжил стучать в дверь, но мысленно уже был готов её выломать.***
— Да кого там, блять, принесло? — Алекси проснулся от стука в дверь. Посмотрев на часы, он понял, что спал почти двадцать часов. Скорее всего, парни его потеряли, а продюсеры и заказчики проклинают всеми финскими матами, — Написано же: «Не беспокоить!» — крикнул он в сторону двери. — Алекси, маленький мой, открой, пожалуйста, это я, — сказал Йоэль. — Я жив, здоров, валите отсюда, оставьте меня, — ответил Каунисвеси, не вставая с кровати. — Ты хотя бы объясни, что произошло, — вмешался Нико. — Потом поговорим, — диджей попытался снова уснуть. — Алекси, я сломаю дверь, — пригрозил Хокка. — Делай, что хочешь. Я никого не хочу видеть, — ответил он, закутываясь в одеяло. — Ты обещаешь, что если мы оставим тебя, то с тобой всё будет хорошо? — спросил Томми. — Ты нам нужен, Алекс, — добавил Йоонас. — Нормально всё со мной, — сказал он. Парни разочарованно посмотрели друг на друга и уехали.***
— Йоэль, с ним всё хорошо, успокойся, — Йоонас поглаживал друга по плечам, в то время как тот пил вторую бутылку вина из горла: — Это я во всём виноват. Я должен был поддержать его и помочь, а я вёл себя, как последний эгоист, и требовал от него внимания. Ему так тяжело было одному со всем справляться, а я ему только добавлял хлопот и нервов. Он из-за меня, — он сделал ещё один глоток. — Не переживай, он скоро отойдёт, вы помиритесь, и всё будет хорошо, — поддерживал его Порко. — Чувствую себя последним мудаком, — Йоэль допил вино и выкинул бутылку.***
На следующий день Алекси так и не вернулся домой. Он приехал через три дня на студию. Возвращаться не хотелось — он знал, что придётся снова заваливать себя работой, не спать по несколько суток и стараться среди всего своего графика находить время на любимого человека. А ещё оправдываться перед заказчиками, почему он пропал на три дня, никому ничего не сказав. Когда он ехал на студию, чувства были смешанные — с одной стороны, он хотел вернуться к друзьям и любимому, а с другой — было неудобно за всю случившуюся ситуацию и немного стыдно за свой срыв. — Всем привет, — сказал Каунисвеси, зайдя в помещение. — Господи, Алекси, — Йоэль подлетел к нему, заключая в объятия и притягивая к себе, — Наконец-то ты вернулся, — он вдохнул запах чёрных волос парня. — Давай иди сюда. Рассказывай, что с тобой, — остальные участники по очереди обняли его, и они вместе сели на диван. Каунисвеси утроился в объятиях возлюбленного и начал рассказ: — Парни, извините меня, пожалуйста, что я так резко пропал и так грубо с вами разговаривал в отеле. У меня просто сдала нервная система. Я не ел и не спал трое суток, у меня было по двадцать заказов в неделю, да ещё и работа над нашим альбомом. Надо ещё было как-то не забывать про то, что Йоэлю тоже нужно моё время и внимание, да и в семье проблемы огромные. Я просто сорвался, простите меня. Я отдохнул, отоспался, теперь могу снова начать работать. — Мы понимаем тебя, — сказал Нико, — Ничего страшного, мы на тебя не злимся. — Наоборот, нам жаль тебя, и мы хотим как-то помочь тебе, — добавил Йоонас. — Ты точно пришёл в себя? Хорошо себя чувствуешь? — спросил Томми. — Да, вполне. Можем начинать, — Алекси улыбнулся. — Нет, котёнок, у тебя сегодня тоже выходной, — сказал Йоэль, — Мы закончили работу над альбомом. Всё готово, он уже у лейбла. — А ещё Йори связался со всеми твоими заказчиками и продлил все сроки до конца месяца, — сказал Олли. Каунисвеси посмотрел на календарь — сегодня второе марта. Его это не могло не радовать. — Твоему брату я помог с работой, — к слову добавил Мойланен. — А я взял нам билеты к твоим родителям на весенние каникулы. Пятого апреля выезжаем, — улыбнулся Хокка, притягивая к себе парня и целуя его в щёку. — А я хотел бы сказать, чтобы ты не взваливал все проблемы на свои хрупкие плечи и делился с нами, мы же всегда рады помочь тебе, — сказал Томми, добродушно улыбаясь. — Прости меня, что требовал так много внимания. Я видел, как тебе тяжело, но вёл себя, как эгоист. Проведём вечер вместе? — предложил Йоэль, на что Алекси смог только закивать головой. Парни настолько растрогали его, что ему хотелось чуть ли не плакать от счастья: — Спасибо вам за всё, я вас так люблю, — все участники группы обнялись вместе одним большим кругом. — Поехали домой, малыш, — Хокка приобнял младшего за талию, и они вместе сели в его машину.***
Как только они зашли в квартиру, Алекси увидел стол, накрытый всякой вкусной едой, посередине стояла бутылка дорогого красного вина. Парни разделись и сели друг напротив друга: — Малыш, я хотел бы тебе кое-что сказать, — начал Йоэль. — Я слушаю тебя, — младший взволнованно улыбался. — Начну с того, что ещё раз хочу извиниться. Отчасти это моя вина в том, что у тебя случился срыв. Я должен был поддержать тебя, а не давить ещё больше. Впредь я тебе обещаю всегда и во всём помогать тебе и стараться сделать как лучше, а не думать только о себе, — он разлил вино по бокалам, — Второе, что я хотел бы сказать, это то, что ты можешь в любой момент попросить нас с парнями о чём-то, если тебе тяжело справиться самому или ты не укладываешься в сроки. Мы всегда только рады, не тащи всё на себе. Я понимаю, что ты очень талантливый и трудоспособный, но ты не железный, — Алекси только смущённо кивал в ответ на слова старшего, — В-третьих, я хочу тебе напомнить о том, что здоровье — самое важное в жизни. Тебе нужно высыпаться и хорошо кушать, а то организм будет давать сбои, и потом будут большие проблемы. Давай ты мне пообещаешь, что ты больше не будешь сидеть в студии по трое суток без сна? Хотя бы три или четыре часа в сутки спать нужно обязательно, — голос Йоэля стал чуть строже, но не перестал быть любимым и родным для младшего. — Обещаю, — улыбнулся Каунисвеси. — Если сам спать не ляжешь, повытаскиваю все провода из розеток, на плечо закину и к кровати привяжу, — конечно же, Хокка шутил, но он и вправду собирался самостоятельно укладывать диджея спать, если тот снова засидится в студии. Алекси тихонько хихикнул, потягивая вино из красивого хрустального бокала и пробуя новое блюдо, искусно приготовленное лучшими поварами дорогих ресторанов — он знал, что Йоэль не умеет готовить. Тем временем старший продолжал свою речь: — Самые важные слова, которые я хочу тебе сказать сегодня: малыш, я безумно сильно люблю тебя. Да, иногда я бываю невыносимым, сильно бешу тебя, надоедаю и могу накричать. Я далеко не идеальный, но я так счастлив, что ты всё ещё со мной. Я готов сделать всё ради тебя, ты — смысл моей жизни. Я так переживаю за тебя, я хочу, чтобы с тобой всё было хорошо. Поверь, я сделаю всё ради того, чтобы ты был счастлив, — Хокка засуетился, — Я понимаю, что у тебя в последнее время очень много дел, и я не хочу загружать тебя ещё сильнее, но я не могу этого не сделать, — он вытащил из кармана джинс красную бархатную коробочку, открыл её, и оттуда показался блеск кольца из чистого серебра. Парень протянул открытую коробочку Алекси: — Ты выйдешь за меня? — было заметно, что Йоэль сильно волнуется. Каунисвеси был поражён: этого он точно не ожидал. Он понимал, что свадьба — долгий и муторный в плане организации процесс. У него не было достаточно времени, чтобы обдумать это решение, но свой ответ он знал точно: — Да, — шёпотом сказал он, вытирая выступившие слёзы с глаз и протягивая возлюбленному левую руку. Тот аккуратно вытащил кольцо и надел его на миниатюрный пальчик, а затем взял руку парня в свою и поднёс к своим губам, осторожно и нежно касаясь. — Йори, — позвал он возлюбленного. Тот поднял внимательный взгляд, — Ты не против, если мы чуть чуть отложим торжество? Сейчас много работы. А после выхода альбома и всех туров мы сможем заняться организацией свадьбы. Хорошо? — попросил Алекси. — Да, я на это и рассчитывал. Просто больше не могу тянуть. Хочу знать, что ты мой, — они всё ещё держались за руки. Свободной рукой Йоэль взял бокал с вином и поднял его со словами: — За нас? — За нас, — Каунисвеси поднял свой бокал, осторожно ударил им по бокалу парня и сделал глоток. Свадьба может подождать. А счастье — нет.
