На руинах

      Смог бы я улыбаться, если бы Вики не любила меня? — вопрос витал в моей голове как облако, проскальзывая сквозь мысли.       Вики заливалась смехом, крутя в ладони практически пустой бокал со сладкой медовухой. Девушка захватила мою кровать, и теперь постоянно ерзала ногами, собирая мое одеяло в кучу. Не знаю, что я ей сказал, от чего Вики не может остановиться смеяться, но мне определенно это нравится.       Нам пришлось переместить своевольный сабантуй в мою комнату, так как Вики не на шутку забеспокоилась, что нас может обнаружить Мими. И тут, признаться, я с ней согласен. Поэтому, забрав остатки гостинцев из нашего путешествия на Землю, мы сидим в душной, пропахшей медом и свободой комнате с развязанными языками.       — Че-е-ерт, — Вики упала на спину, поднимая уже пустой бокал. — Мои запасы исчерпаны. Вынуждена заявить, что наше путешествие подходит к концу…       Я недовольно поморщился, но все же посмотрел в свой уже давно пустой бокал. Да, Вики права. Потерпев неудачу в который раз попытку переместиться к Вики, я сидел на полу, облокотившись об кровать, пока Вики лежала на постели, пиная ногой меня в плечо.       — Я бы с удовольствием достал нам еще, но для этого мне нужно встать. А я этого сделать почему-то не могу. — Я вновь попытался встать, но силы покинули мое тело. Тело опьянело, в отличие от хорошо мыслившей головы. И это так приятно.       — Пф, слабак! — Вики снова засмеялась, но с легкостью присела, вытягивая руки в стороны.       У меня появилась куча издевок на ее слова, но я решил прикусить язык. Вики встала с кровати, но колени все же дрогнули. Похоже, медовуха для нее не как вода.       — Люцифер, — Вики посмотрела на меня сверху, прищуривая сверкающие глаза. — Как насчет пойти шататься на землю?       Вики прикусила нижнюю губу в улыбке и села напротив меня на пол. Я внимательно посмотрел ей в лицо, в попытке уловить озорство в пьяном блеске глаз. Но я так и не смог различить пьяную дурь от не менее веселого хулиганства.       — А ты достаточно пьяная, чтобы шататься? — вопрос был риторический, но Вики с серьезным видом посмотрела на свои ноги и быстро замотала головой, словно голые пальцы могли показать степень опьянения.       — Нет, и это надо срочно исправить!       Вики взяла меня за руки и потянула вверх, но ее сила была настолько мала, что мне пришлось поддаться. Встав на ватных ногах, мне пришлось пару секунд привыкнуть к твердому полу и найти равновесие.       И вот уже Вики приоткрыла дверь и высматривает, нет ли в коридоре учителе. Произнеся сигнал — «чисто», мы отправились к водовороту в поисках приключений.

***

      Солнце уже успело наполовину утонуть в горизонте гор, когда мы, едва не падая по скалистой дороге, брели к еще не закрывшимся палаткам местных. Благо еще было несильно поздно для таких заядлых путешественников как мы с Вики.       И вот, найдя пожилого мужчину, что уже начал складывать бутылки с алкоголем в ящики, мы выкупили словами и простым внушением весь остаток медовухи, а это, как оказалось, был целый ящик. Продавец косо посмотрел на нас, и оно не удивительно.       Хотя лесной воздух и движения вывели некую часть алкоголя из нас, но ноги помнили то легкое онемение, что ватой расстилалось под нами. И теперь довольные, с ящиком медовухи мы шли в низ, где могли вызвать водоворот и вернуться в школу. Но у Вики оказались другие планы.       — Люцифер, ты ведь тоже не хочешь возвращаться? — Вики не спрашивала, а предлагала снова пойти на поиски развлечений. Боже, она несносна!       — А у меня есть выбор?       — Нет. — Вики взяла бутылку из ящика в моих руках, но открывать не стала. Похоже, решила помочь нести.       — И куда ты хочешь отправиться?       Вики наигранно задумалась, играя с бутылкой. Мутно-желтая жидкость липла к ее пальцам, что я аж услышал приторно-сладкий запах меда.       — Доверься мне.       И я доверился. Знала бы она, что я пойду за ней в самые недра ада, пойду на дно океана её глаз. Она была моими звездами во мраке, моим сном, что никогда не станет вещим. Я еще никогда не испытывал такого и теперь окончательно запутался.       Вики привела нас в запустевший двухэтажный дом, что уже утонул во мраке ночи. Я плохо мог разглядеть его, и если бы не Вики, то наверняка бы прошел мимо. Но Вики, взяв мою руку, смело повела в него, открывая дверь ограды спрятанным в почтовый ящик ключом.       — Что это за дом? — подойдя ближе, я смог разглядеть потресканные крашенные деревянные окна и с пустыми горшками на карнизах. Похоже, в нем уже давно никто не жил, но заброшенным дом не выглядел.       — Это дом моего деда, однако, вот уже три года он был моим. — Я хоть и плохо видел лицо девушки, но грустную улыбку в голосе даже веселость алкоголя не смогла скрыть. — Но теперь этот дом должен принадлежать отцу.       — Сочувствую.       И здесь я сам не понял, соврал ли или нет. Я никогда не печалился по этому поведу, ведь Тот мир — мой дом, и это как минимум глупо сочувствовать кому-то, что он теперь будет жить в моем мире. Но с Вики все было по-другому. Мои мысли были честными, а голос — искренний.       Вики лишь громко выдохнула, но говорить ничего не стала. Оно и понятно. Теперь Вики в том же мире, но они никогда не встретятся, как им твердят всю жизнь. Это было бы так смешно, если не было так грустно.       Вики нащупала рукой выключатель, и к всеобщему нашему удивлению, в длинном коридоре загорелась люстра.       — Нам крупно повезло, не придется искать свечи в темноте. — Вики произнесла это без энтузиазма, проходя вглубь дома.       В воздухе летала серая как пепел пыль, оседая на бежевых с розами обоях. Похоже, Вики здесь ни разу и не было за эти три года. Пол скрипел под моими ногами, пока я шел за Вики на кухню. Поставив ящик на пол, я подошел к Вики, что грустно проводила пальцами по детским картинкам на стенах, собирая пыль с рамок.       Грустная улыбка на губах Вики задрожала, когда я притянул её за плечи к себе. Сухой теплый воздух навеял слезы в глазах Вики, пока я обнимал ее, шепча в ушко нежно-нежно слова, что были ложью.       — Может уйдем? Давай вернемся в горы. — но Вики нервно замотала головой в стороны, едва ли не скуля.       — Нет, все нормально. — ее голос хрипел под узлом слез. Но я знал, что мы не вернемся обратно. — Просто я не думала, что будет так… больно. Я здесь не была уже года два, а сейчас я впервые поняла, что… уже больше никогда…       Вики глубоко вдохнула, а я сжал ее чуть сильнее, давая понять, что я понял её, что не надо говорить это вслух.       — Пойдем, — Вики отошла от детских рисунков, стряхивая с пальцев пыль.       Уокер повела меня дальше, в темную комнату. Включив свет, я увидел двуспальную кровать, что занимала большую часть спальни. И судя по нежно-голубым обоям в цветочек и туалетный столик, это была спальня Вики.       — Дед обустроил мою спальню, чтобы я приезжала к нему как можно чаще. Он был уверен, что я без ума от плюшевых игрушек и полевых цветов. — Улыбнувшись, Вики посмотрела на мягкое белое кресло, на котором восседала целая армия из розовых плюшевых медведей и зайчиков. — Дед всегда знал все мои тайные мечты.       — Значит, ты любишь игрушки? — я подошел к креслу и взял самого большого пыльного медведя. Он смотрел на меня своими черными блестящими глазами, улыбаясь тонкой коричневой нитью.       — А как же. Я каждый год просила на рождество настоящего медведя и получала его мини-копию. Причем, как я и хотела с розовой шерстью. — Вики улыбнулась, заражая меня. Как же я любил её.       — А я как-то попросил у отца морского дракона… — я поставил игрушку на место, но та упала на соседнюю, уваливая и ее тоже. — И тогда Сатана сам того не понимая подарил мне друга.       — Мне, конечно, не подарили живого медведя, но отец разрешил завести собаку. Так что не у одного тебя есть друг. — Вики смешно цокнула языком, подходя ко мне, и уткнулась лицом в мою грудь. — Люфифе-е-ер…       Она произнесла моё так странно, что я и сам его едва узнал. Я вновь прижал её к себе, вдыхая персиковый запах волос. Вики подняла на меня взгляд с блестящими звездами во мраке глубины темных морей.       — Я ждал тебя сотни лет, и больше никогда не потеряю. — Вики провела подушками пальцев по моим скулам, спускаясь на губы. Вечность. Вот кем Вики была для меня. Не больше и не меньше.       — А я до сих пор не верю в происходящее… — Вики потянулась к моим губам, и я поддался вперед, желая как можно быстрее почувствовать сладость на нежных губах девушки.       Вики пустила свои пальцы в мои волосы, сжимая и притягивая их на себя. Плохо помня себя, я зарычал, неосознанно пытаясь поднять Вики, а она покорно обхватила меня ногами, прижимаясь еще ближе.       — Ости меня возненавидит. — улыбнувшись мне в губы, Вики провела дорожку едва касающихся поцелуев по мое скуле.       — Она тебя и так уже терпеть не может. — вспомнив, как Ости смотрела на нас с Вики каждый раз, как только стоило нам подойти друг к другу, то сам едва не улыбнулся.       Не выдержав, я снова поцеловал Вики, прикусывая ее губы. Тихий стон слетел с ее губ, унося вместе остаток моего разума. Я отдался ей целиком и полностью, забыв о возможных последствиях. Вики согласилась со мной, согласилась забыть о мире и времени, забыть о прошлом и не думать о будущем. Все что у нас было — это настоящее. И его никто у нас не отнимет.       Я осторожно положил Вики на кровать, расстегивая замок надоедливого мне платья. Мягкая ткань упала с плеч, оголяя грудь. Вики не отставала и стянула с меня черную футболку, кинув её куда-то назад на пол. Вики тяжело дышала, ловя воздух губами, пока я снимал с нас последнюю одежду.       Все казалось мне таким медленным, что я готов был уже сойти с ума. Боже, как мир может вращаться, когда на ней есть Вики? Как земля еще не сошла с ума, как я?       Сходя с ума, мы тонули во мраке ночи и не заметили, как выгорела лампочка, как тьма окутала наши горячие, потные тела и мысли, что соединились вместе с нашими телами и тенями. Если посмотреть в словарь на слово жизнь — там будет её имя.

      И как же теперь ночи не свихнуться, когда мы позволили ей хранить столько секретов и тайн в её звездах?