[ГУГБ СО] Упавшая звезда

      Элеонора проснулась. Комнату заливал яркий утренний свет. Солнечные лучи скользили по книжным полкам и на журнальном столике, где гордо стояла деревянная статуэтка — конь вставший на дыбы. Комната показалась девочке очень зелёной из-за стен и ковра.       В голове была всепоглощающая пустота. Иногда в неё врывались волны боли, будто мозг был стеклянным и разбивался на миллиарды осколков. Перетерпев очередной приступ, Элеонора приподнялась на локтях, осмотрелась и села поудобнее. Её волосы оказались прижаты марлевой повязкой к голове. Всё тело было перебинтовано.       Она сидела и пыталась вспомнить, что вчера произошло. Но в памяти возникали только яркие вспышки и мокрый холод. А потом лица людей, мужчины и женщины. И снова пустота.       Элеонора свесила ноги с софы. Её чулки и кофта лежали рядом. Не понятно только, куда подевались туфли. Что-то подсказывало ей, что они у неё были. Она встала и пошла из комнаты. В коридоре никого не было. Лестница уходила вверх.       На полу лежали перекошенные квадраты света — солнце проникало в коридор через окошко над входной дверью. Элеонора пошла к выходу. Как только она дёрнула за ручку, свежий ветер обдал лицо. Утренник холодок проник под ткань ночной рубашки, заставляя мурашки бегать по телу.       Не успела девочка сделать и шагу, как её тут же позвали.       — Ох, милая, ты уже встала? — Фрея взяла её за руку, чтобы завести обратно в дом. — Как ты себя чувствуешь?       — Где я? — сразу спросила Элеонора. — И где мои туфли?       — Ты у нас дома. Я Фрея Хоффельмайер. А тебя зовут Элеонора, так? — уточнила она, подходя ближе.       — Наверно… — голос прозвучал неуверенно. — Так где мои туфли?       — Мы нашли тебя без обуви, кажется, но мы обязательно найдём что-нибудь. Скоро придёт доктор и осмотрит тебя.       — Это больно?       — Нет, совсем не больно, — заверила Фрея, улыбаясь. — Пойдём, для тебя готов завтрак.       Элеонора пошла обратно в комнату, чтобы переодеться. В это время Фрея заметила, что от ожогов и от ран не осталось и следа. «Удивительно, на что способно человеческое тело», — подумала она.       За столом девочка с недоумением смотрела в тарелку и, кажется, не могла сообразить, что с этим делать. Фрея, которая завтракала с ней, взяла приборы в руки и стала на своём примере показывать, как ими пользоваться. Наблюдая за ней, Элеонора взялась за ложку и осторожно стала ковырять в тарелке. Уже через пару минут она ела без проблем.       Фрея смотрела, как девочка набивает рот, с аппетитом уплетая за обе щёки сенафер — варёные яйца в сливочно-горчичном соусе. В груди женщины начинало теплиться сладкое чувство, которое расплывалось по всему телу, похожее на тот джем, который Элеонора слизывала с пальцев.       — Тебе понравилось?       Девочка кивнула и стала дожёвывать хлеб с джемом.       Доктор пришёл в назначенное время. Как только врач зашёл, фрау Хоффельмайер провела его в гостиную, где уже ждала Элеонора.       — Доктор Альтман, вы же сможете помочь? — обеспокоено спросила женщина.       — Думаю, сначала стоит сделать обследование. Но если будет что-то серьёзное, придётся идти в больницу, — сказал он и обратился к девочке: — Здравствуй, Элеонора. Как ты себя чувствуешь?       — Неплохо… Откуда вы знаете, как меня зовут? — она с подозрением посмотрела на него.       — Фрау Хоффельмайер сказала. Расскажи, что с тобой случилось?       — Я не помню. Мне нужны мои туфли…       — Что же, совсем ничего не помнишь?       — У меня осталась только фотография, — Элеонора показала её врачу. — Фрау Хоффельмайер сказала, что это может быть мой папа. Наверно так оно и есть. Чужой мужчина не стал бы так меня к себе прижимать, а я бы не улыбалась.       Альтман отметил про себя, что речь у девочки была ясной, хоть и с небольшими неточностями в произношении. Мысль чётко сформированная. Тогда он попросил хозяйку дома принести принадлежности для письма. Положив ручку и бумагу перед Элеонорой, он продиктовал ей пару предложений.       — Помедленнее, пожалуйста, — перебила она в какой-то момент, чтобы успеть дописать.       Когда она закончила, доктор Альтман стал внимательно рассматривать текст — почерк был неаккуратным, но можно было разобрать слова. Затем он достал с полки первую попавшуюся книгу и попросил прочитать один абзац. Читала Элеонора складно, пусть и медленно. Позже доктор проверил её слух, обоняние, рефлексы, амплитуду движения глазных яблок. С этим у Элеоноры всё было в относительной норме.       — Так что с ней, доктор? — наконец спросила Фрея.       — В целом, здоровая арийская девочка. Однако, — он вдруг сделал паузу, — у неё крайне интересный случай ретроградной амнезии. Она помнит основные навыки, но не помнит того, что было в прошлом.       — Значит, я ничего не вспомню? — с отчаянием в голосе спросила Элеонора.       — Почему? Ты обязательно всё вспомнишь. Воспоминания вернутся. Нужно только подождать некоторое время.       Доктор стал собираться. Провожая его, фрау Хоффельмайер спросила:       — Доктор Альтман, скажите, что могло быть причиной амнезии?       — Возможно, девочка просто неудачно упала и ударилась головой. Будет очень хорошо, если её родители скоро найдутся.       На этих словах фрау Хоффельмайер чуть смутилась. Упоминание родителей заставило несколько напрячься.       — Да, конечно… — только выдавила она.       Когда врач ушёл, Фрея задумалась, что делать теперь. Она заглянула в гостиную. Там Элеонора пристально смотрела на книжную полку, водила пальцем по корешкам переплётов. Одежда на ней была невзрачной. В таком виде можно выйти на улицу.       — Элеонора, — позвала она, — ты не против сходить за новой одеждой?       — А где моя обувь?       — Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Вера! Принеси мои летние туфли!       Через несколько минут горничная принесла коробку с простыми чёрными туфлями. Хозяйка только фыркнула, жалуясь на её излишнюю медлительность. Вера только в очередной раз незаметно закатила глаза.       Фрея передала девочке туфли, чтоб та примерила. Туфли, естественно, оказались велики. Женщина растерянно посмотрела на них.       — Ох, ну вот. Что же делать? Вера, придумай что-нибудь, — строго сказала она.       — Можно сунуть бумагу, — предложила горничная.       Так и сделали, а после этого отправились на улицу. Вера вышла за ними. Они шли по Вильгельмштрассе. Здесь дома всё тянулись, сменяя друг друга и плотно прижимаясь.       Погода была тёплая. Пушистые облака неслись по небу. Деревья шумели на ветру.       — Что бы ты хотела купить? — всё же спросила Фрея.       Элеонора посмотрела на неё и призадумалась, чего бы ей хотелось. Ей нравилась её одежда, но по взгляду женщины было видно, что она горит желанием что-нибудь купить ей.       — Можно что-то похожее на то, что сейчас на мне, — предложила она.       Лицо Фреи будто стало светлее. Женщина кивнула с улыбкой. Скоро они дошли до конца улицы и вышли на Хекенплац — небольшую площадь, где на первых этажах располагались кафе и несколько магазинов. Фрау Хоффельмайер сразу направилась к магазину с нарядными манекенами на витрине и металлической вывеской в виде платья, висящей над дверью.       В магазине Элеоноре подобрали два будничных наряда, одно платье и по паре туфель и ботинок по размеру. Пока работницы магазина укладывали вещи, Элеоноре стало скучно. Она обошла уже весь магазин и одежда ей уже надоела.       — Можно я подожду снаружи? — спросила она у фрау Хоффельмайер.       Та ответила согласием, но попросила быть осторожной. Элеонора помчалась наружу. Сразу тишина лавки сменилась гулом улицы. На другой стороне площади играли мальчишки. Они увлечённо гоняли мяч, сопровождая игру громкими криками. Их от Элеоноры отделял только фонтан, что располагался посередине. Он сразу привлёк её внимание. Фонтан был сухой и очень давно. Понять это можно было по проросшим в трещинах зелёным росткам тимофеевки.       Мимо прошли двое мужчин в серых френчах и с уставшими лицами. Один жаловался на то, что отпуск им дали слишком короткий. Второй тут же ему ответил, чтоб не ныл и радовался, что их вообще отпустили, тем более после Сталинграда.       «Сталинград…» — подумала Элеонора. Почему-то она зацепилась именно за это слово, но ухватиться за ниточку отгадки не удалось, так как в голову ей прилетел мяч. Висок пронзила боль, которая в долю секунды отразилась в другой стороне мозга. Элеонора чуть не упала, но смогла устоять на ногах. Перед глазами на мгновение появился человек, но рассмотреть она его не успела. В голове снова появилась пустота и полное непонимание того, что происходит. Тут же её окружили мальчишки.       — Извини, всё в порядке? — спросил парень, подобравший мяч.       — Всё нормально… Где я? — потерянно спросила она.       Парень с недоумением переглянулся с друзьями и ответил:       — На Хекенплаце. Ты разве не вышла из того магазина?       — Ах, точно! — обрадовалась Элеонора.       — С тобой точно всё нормально?       — Да! Всё хорошо, — сказала она, вспомнив, что было несколько часов назад. — Доктор сказал, что я больна какой-то болезнью, из-за которой всё забываешь. Он сказал, что это скоро пройдёт.       Раздался голос фрау Хоффельмайер. Элеонора поспешила к ней.       — Будьте осторожны в следующий раз, — только бросила она.       Когда девочка подошла к Фрее, к ним уже вышла Вера с горой коробок.       — Давай помогу, — сказала Элеонора горничной, забирая одну.       — Не стоит. Это её работа, — остановила её Фрея.       — Но ведь это же мои вещи. Я хочу понести их, — продолжала стоять на своём девочка.       Фрея улыбнулась и всё же уступила. По дороге обратно она спросила:       — А ты знаешь, кто эти мальчики, с которыми ты говорила?       — Нет. Просто мальчишки… В первый раз их видела, — пожала плечами Элеонора.       — Эти мальчики из рабочего квартала. Странно, что полиция их не разогнала. Будь с ними по аккуратнее.       Девочка только промолчала.       Вечером ужинать сели только Фрея и Йозеф, вернувшийся с работы.       — А где наша гостья? Она не хочет есть?       — Она уже легла. Я уложила её в комнате для гостей. У неё разболелась голова, — ответила ему жена. — Представляешь, доктор сказал, что у неё амнезия.       — Прискорбно. Значит, будет трудно отыскать её родных.       Вилка Фреи со скрипом проехалась по тарелке. Несколько кусочков картошки из её салата выпало на стол.       — Что такое? — Йозеф обеспокоено посмотрел на неё.       — Ты собираешься искать её родных?       — Разумеется! Что за странный вопрос?       — Просто я подумала, раз сейчас идёт война, то всем не будет дела до какой-то пропавшей девочки. Может, будет лучше, если она останется у нас?       — Не глупи, Фрея. Мы должны хоть что-то предпринять. Тем более я уже сообщил о ней в полицию и договорился о заметке в газете.       — А если её семьи нет в Клеттене?       — Почему? Наш городишко конечно маленький, но не до такой степени, чтоб знать каждого жителя в лицо. Семья Элеоноры должна быть здесь. В конце концов, она же не с неба свалилась, — усмехнулся Йозеф, отпивая из своего бокала.       Они долго спорили о прочих бытовых вещах. В конечном итоге, договорились до того, что в случае необходимости отдадут девочку в школу. И в этот же момент герру Хоффельмайеру пришла идея — искать семью девочки через учебные заведения городка.       Фрея надеялась, что родственники её найдёныша объявятся не скоро. Когда она с ней примеряла наряды, она была необычайно счастлива. И уж очень не хотелось, чтобы источник этого счастья исчез так же внезапно, как и появился.