Глупость...?

— Глупость. — Сухо, сквозь зубы, процедил Пик, с неодобрением смотря на Феликса. Червовый валет, громко смеясь спорил со своим королем насчёт тематической палитры на новогоднюю ночь: красный с жёлтым или белый с синим.       Для Пика это было просто глупо.       Мужчина искренне не понимал, почему блондин так суетиться по поводу украшений, да и всего прочего. Почему вообще все вокруг суетятся из-за этого, как ему казалось, обычного праздника. Новый год, как и рождество, — лишь доказательство того, что минул очередной год, полный бессмысленных дней и ночей. Доказательство времени, что не остановить, что бежит куда-то вечно вперёд. В такой день наоборот должно быть грустно. Так почему все ждут этот день? Бегают туда-сюда, в поисках подарков и сувениров. Да ещё и считают последние десять секунд до полуночи… Зачем? — Да ладно тебе, Пик! — Феликс лучезарно улыбнулся, повернув золотистую голову-болванку в сторону восьмого клона. — Почему глупость? Как по мне, это всё безумно весело! Ты только представь, из-за одного события соберётся вся наша семья! — Мы живём вместе, если ты не заметил. И собираемся мы каждый день вместе. — Король устало вздохнул, не желая выслушивать дальнейшие восхваленные речи четвертого клона о счастье. Как можно быть счастливым, учитывая сколько денег уходит на эти самые подарки? — Не понять мне вашей радости. — Бросил он напоследок, уходя из гостиной. — Ты слишком чёрствый. — Расстроенно протянул Ромео.       Обидно, он же просто реалист.       Пик часто сталкивался с недопониманием с другими. Он не понимал смысл поступков других, с рациональной точки зрения, другие же не понимали и не принимали его характер, что, между прочим, достаточно неприятно. Он, ведь, своем не виноват в своей натуре, дарованной ему создателем, так почему его всегда осуждают за это. За то, что он сам не создавал в себе. И ладно если бы ему было на это все равно, но что-то внутри каждый раз болезненно шкреблось от таких слов.

***

— Представляешь? — Феликс, на эмоциях от негодования, вскинул вверх деревянной большой ложкой, всю испачканной в тесте для печенья. На этой точке блондин закончил свой рассказ недавнего разговора с Пиком, и полез за мукой, стоя в плохо освещенной кухне. — Да, н-на него это похоже. — Зонтик тихо хмыкнул, наблюдая за действиями друга. Для парня было не трудно представить, в каком шоке и в какой злости оказался приятель, впервые встретив человека, который был не рад Новому году. Сам-то треф прекрасно знал об этой части короля, и совсем не удивился от его слов. Можно даже сказать, что он их ожидал. — Ну вот что с ним делать? — А зачем с ним что-то делать? — Зонтик никогда не понимал стремление Феликса сделать всех вокруг счастливыми.       Ведь сделать всех счастливыми невозможно. По крайней мере невозможно сделать это одним способом. Одного сахара, улыбающихся смайликов и лжи самому себе будет недостаточно. А Феликс только что и делает, как подсыпает тонны сахара в чай и блюда, лепит свои стикеры и не обращает внимание на действующую реальность, затмевая это все широкой улыбкой. Вот только проблема не уходит, если ты перестаешь обращать на нее внимание. Но, похоже, Феликс не понимал этого, или просто не хотел признавать очевидное. — Но это же праздник! Значит, все должны быть веселые! — Четвертый отвернулся от шестого, и помолчав пару мгновений, добавил уже тише, уткунув глаза в миску со смесью: — Я…я просто хочу, чтобы он наконец улыбнулся. Знаешь, даже Куромаку можно развеселить и притянуть к нам, так сказать. Всё таки мы семья. А он…хмурый и будто отдельный от нас всех. А ты только представь, что будет если заставить его улыбнуться? Он же совершенно другим человеком станет!       Феликс осекся, обдумывая свои слова, брошенные без задних мыслей. Встретившись взглядом с притихшим Зонтиком, он понял, что именно было не так. — Заставить… Я правда сказал именно это? — Червовый валет виновато посмотрел на собеседника, словно он в чем-то провинился перед ним. — Это плохо?       Такие вопросы все чаще посещали парня, и только Зонтик знал про это. Знал, как на самом деле не уверен в себе и в своих целях его друг. Как тяжело ему улыбаться и вдохновлять на улыбки других. Знал, что по настоящему — Феликс совсем не весёлый. Особенно в последнее время, когда все окружающие его люди со злостью относятся к его оптимизму, зарождая в нем тем самым противоречия. Разные, имеющие смысл или же нет.       Например, не слишком ли грубо он навязывает всем веселье?       Встав со стула, треф приобнял своего друга, зная, как ему важно получить поддержку и одобрение в такие моменты. — Нет, Феликс, это совсем не плохо. Это хорошо, что ты желаешь всем добра, но пойми, не все просят тебя об этом. — Тогда может ты попробуешь? — В шутку брошенный вопрос заставил сердце паренька громко бухнуть в грудной клетке. — Ч-что? П-почему я? — Ну не знаю, как по мне, тебе он больше всех доверяет. С тобой он хоть эмоции какие-то проявляет.       От слов блондина по телу разлилось приятное, колющее тепло. То, что сказал Феликс безумно льстило, Зонтику нравилось понимать, что даже окружающие замечали определенное отношение короля к его персоне. Его это внимание, непринуждённые разговоры, к которым стремился Пик. Король всегда старался завести диалог, и всегда с готовностью отвечал на любые вопросы шестого, пусть и самые очевидные.       Не разозлиться ли мужчина, от того, что треф начнет навязывать ему «новогоднее настроение»? Не хотелось портить только начавшие нормально строиться отношения с приятным, для Зонтика, человеком.       Но, где-то глубоко внутри, зажёгся интерес. А что если и вправду попробовать? Что стоит показать Пику пару рождественских фильмов, украсить его комнату гирляндой, да и просто попробовать? Это было бы действительно необычно. Может быть, он просто ни разу не сидел так, по домашнему и семейному?       Может, все что было нужно, это комфортная для короля обстановка? — Знаешь, а я наверное п-попробую. — Зонтик нервно мял пальцы, раздумывая над своим решением. — Это будет просто замечательно! Я уверен, что у тебя все получиться! — Н-но почему? — Ты нравишься Пику, он тебя послушает.       Феликс произнес это так спокойно и расслаблено, совсем не обращая внимание на кашляющего от неловкости трефа. Четвертый продолжил что-то лепетать про бытовые обязанности и планы на неделю, перед самим праздником. В ушах Зонтика стоял шум, и только одно горело красной надписью:       «Ты нравишься Пику.»

***

      Пиковый король очень удивился, когда на его телефон пришло тихое, столь редко слышное уведомление о новом сообщение в социальной сети. Ему редко кто пишет, и это по большей степени из-за того, что он сам всех послал к черту и заблокировал.       Ещё больше он удивился, когда понял, что это от Зонтика, который также как и сам мужчина редко пользовался интернетом для общения. Парень спрашивал, не хочет ли Пик посидеть и посмотреть что-нибудь по телевизору сегодня вечером вместе.       Получить такое предложение среди нудного рабочего дня было сравнимо с глотком свежего воздуха, после долгого пребывания под жарким одеялом. Внутри вспыхнул азарт и предвкушение, захотелось все бросить к чёрту и уйти к шестому. Пик давно хотел просто посидеть вместе и насладиться компанией.       Король согласился не раздумывая, и пока пальцы рук барабанили по клавиатуре в телефоне, внутри живота, на самом его дне, все скакало и прыгало. Зонтик словно знал, что внутренне желал восьмой.       Сегодня домой он будет спешить как никогда раньше.