Двое под одним одеялом

      — Генерал, хватит мерить шагами рубку! Мы на шаттле, а не на крейсере, здесь не так много места! Ваше метание раздражает! — голос магистра был громким и злым.       Его тоже раздражала эта ситуация, они почти месяц просидели на ледяном Хоте, ожидая приезда повстанцев, но так ничего и не дождались. Где-то через пару недель уже стало понятно, что их банально «надули»! А точнее, магистр перестарался с допросом, и пилот, под пытками, выдал им хоть что-то — то есть рассказал про заброшенную базу, на которую, якобы, вскоре вернется Сопротивление… как же — вернется — жди… вот генерал Хакс и магистр Ордена Рен и ждали! Две недели, уверенные, что все же накроют Сопротивление, потом уже только надеялись на это, в последние дня три — никакой надежды не осталось, только упрямство. Они уже высказали друг другу в своей манере, все претензии — генерал высокомерно шипел, что иногда надо включать мозги, а не только Силу, магистр — не остался в долгу и тут же проехался по «мозгам» самого Хакса. Из каюты только искры не летели, такого ора их подчиненные давно не слышали (все радовались, что Рен не схватился за меч! Тогда от шаттла могло только мокрое место остаться, хотя магистр любил свой Эпсилон и, как любой пилот, постарался не причинять ему вреда). И вот теперь злой генерал Хакс мечется по рубке шаттла как загнанный зверь, чем несказанно надоел магистру.       — Если бы кое-кто был более аккуратнее и более дальновиднее, нам не пришлось бы бесполезно сидеть на планете — голос Хакса был тих и язвителен, он еще не «остыл» после ссоры. Генерал остановился перед замершим Кайло и в упор смотрел на него, по лицу магистра прошла едва заметная судорога, он побледнел, вдохнул и замер. Армитаж решил, что тот сдерживается от гнева, стараясь держать Силу под контролем и не разнести небольшой корабль к черту (это не огромный Финализатор, тут надо быть осторожным, а то никакая Сила не спасет). Рен вдруг задышал часто-часто и быстро вышел. Генерал довольно улыбнулся ему вслед, неожиданно улыбка сошла с его лица, что-то в поведении Кайло, не понравилось Хаксу, немного постояв, он вышел следом.       Сделав несколько шагов по пустому коридору, Армитаж увидел магистра, тот стоял согнувшись, держась одной рукой за стену, а другую прижимая к животу или к паху, из-за положения тела Рена, Хакс не разобрал. Лицо магистра выражало страдание, рот чуть приоткрыт, он судорожно вдыхал, забывая или скорее опасаясь выдыхать. Генерал понял, что магистра скрутил жестокий приступ боли. Такой боли, что даже сильный тренированный Рен, с трудом терпит ее, стараясь не кричать. Армитаж метнулся к Кайло и обнял его за талию, удерживая от падения.       — Рен… что с тобой? Держись… идти можешь?       Не идти, не отвечать магистр не мог, он с трудом стоял, колени подкашивались от дикой боли в животе, пояснице и паху, он мог только вдыхать, боясь выдохнуть, и сдерживать рвущийся наружу крик.       — Ааа. ааа… ааа… — Кайло изо всех сил пытался, что-то сказать… безуспешно…       — Тише, не надо, не говори ничего — уверенно произнес генерал.       Сейчас он очень жалел, что Кайло такой здоровый! Его даже на руки не возьмешь! Вымахал под два метра… хотя Хакс никому и никогда не признался бы, что именно таким Кайло ему и нравился — большим, сильным, бешеным… Армитажу очень хотелось, чтобы это гибкое тренированное тело прижимало его к кровати, чтобы сильные руки обнимали так, чтобы аж ребра трещали, а большой член (при таких то размерах тела, член точно не маленький!) глубоко входил в задницу! Армитаж отвлекся, сейчас надо было что-то придумать и быстро! Во-первых — не стоит никому видеть магистра в таком состоянии, а во-вторых, было очень жалко этого самого магистра, нужно ему помочь, как минимум доставить в медотсек, там хоть дроид есть.       Рен же не о чем, кроме внезапно накатившей боли, думать не мог! Что это? Почему так больно? Боги Космоса, какая дикая боль! Он даже шага ступить не мог, хотелось свернуться в клубок на полу и выть! Первый приступ накрыл его на мостике, он с трудом сдержался и быстро вышел, боясь, что свалится прямо там, перед офицерами и генералом, хотя вот от Хакса избавиться не удалось. Но сейчас он был рад ему, рад что не один, рад что ему хоть кто-нибудь поможет. Пусть даже и Хакс, хотя оказаться перед ним в таком состоянии было особенно стыдно. Армитаж нравился ему, перед ним хотелось выглядеть сильным и уверенным, а не жалким трясущимся от боли существом… но у судьбы свои приколы! Рен все же выдавил из себя несколько слов, хотя потом думал — лучше бы молчал! Все, что мог сказать Кайло в этой ситуации:       — Х-хакс… боль-но… — и неожиданно, всхлипнул. (он, конечно, бешеный ситх, но ведь человек все-же, и ничто человеческое ему не чуждо!)       — Я понял, Рен, понял… давай осторожно, двигай ногами. Я помогу. Руки генерала обняли Кайло за талию, тот все также согнувшись медленно, хромая, пошел. Из прокушенной губы Рена по подбородку стекала маленькая капелька крови…       Они дошли до медотсека, где меддроид попытался просканировать магистра, ища источник болезни. Рен наконец-то осуществил свою «мечту», он лежал на кровати подтянув колени к груди, а дроид бессмысленно метался над ним, пока разъяренный генерал не выгнал его. Помощи от этого железного болвана не было никакой! Обычно медицинские дроиды только выполняли приказы врачей, сами они были способны разве что таблетку дать, да и то если им точно скажут название препарата. На шаттле должен был быть врач! Вот именно, что — должен быть! А сейчас его не было… Магистр и генерал предпочли взять побольше штурмовиков, а врача оставили на крейсере, за ненадобностью. На самой планете была база Первого Ордена, полностью оборудованная, с врачами и всем необходимым для жизни персоналом. А вот на шаттле медика не было, ну что может случиться на корабле? Ничего с чем бы не справился меддроид, а вот поди ж ты… случилось!       — Рен, где болит? Рен, скажи, не молчи! — голос Хакса доносился откуда-то издалека. Сквозь пелену боли, Кайло толком не понимал, о чем он говорит, но вот то, что Армитаж видит его в таком состоянии — магистр понимал и был категорически против этого. Собрав волю в кулак, Рен проскулил:       — Уйдиии… Хакс… Уйдиии! — и накрылся с головой тяжелым пледом.       Армитаж понял, что магистру совсем плохо, видеть он его теперь не видел, но по вздрагивающим плечам понял, что сил терпеть у Рена не осталось. Надо делать хоть что-то! Деятельная натура генерала искала выход из этого безвыходного положения. И нашла… не совсем выход, но хоть что-то!       Армитаж связался по датападу с доктором на Финализаторе, лечить она Рена на расстоянии не может, но пусть хоть облегчит его страдания.       — Лани, я не знаю, что с ним происходит — говорил генерал, доктору Лианне Моррель, которая возникла на экране датапада и внимательно смотрела на Армитажа, пытаясь понять, что именно произошло.       — Успокойся, Арми, я пока вообще ничего не поняла из твоего сбивчивого рассказа. Ты же прекрасно говоришь обо всем, если это не касается Рена — голос доктора был спокоен, она хорошо знала их обоих, знала, как они относятся друг к другу и дружила с обоими.       — Возьми себя в руки — еще раз попросила успокоится врач.       Но Хакс не мог успокоиться, очень мешал, скулящий на кровати Кайло, Армитаж погладил его по плечу, он даже не совсем понял кого больше успокаивает, его или себя, но продолжил поглаживать Рена по вздрагивающему телу, пытаясь сосредоточиться и отвечать на вопросы медика.       — Да, да, Лани, конечно, сейчас… — залепетал Армитаж, глубоко вздохнул и продолжил: — Я не знаю, что с ним. Мы были на мостике, потом он резко вышел, я нашел его стоящим в коридоре, он согнулся и прижимал руки к животу, судя по всему боль адская, Рен даже ничего толком сказать не может. Но ему больно, Лани, скажи, что делать!       — Арми, я тоже не знаю… надо поговорить с Реном, что с ним — знает только он.       — Лани, он гонит меня. Как только начинаю с ним говорить, он скулит только одно — уйди… Может ты сама с ним поговоришь?       — Давай, я-то поговорю, главное, чтобы он мне ответил.       — Кайло, — Армитаж снова погладил сжавшегося под одеялом магистра и продолжил: — Рен, тут на связи Лианна, она поговорить с тобой хочет. Ответом генералу был тихий всхлип. Но Армитаж был упрям.       — Рен, я наушники подключил к датападу, на возьми — Хакс засунул руку под плед, с удовольствием поняв, что дрожащие пальцы взяли маленький прибор и закончил: — Ты поговори, я за дверью подожду.       Генерал вышел, он знал, что Рен чувствует его присутствие через свою Силу, хотя и не видит, Хакс не стал злить и так расстроенного Кайло.       Через четверть часа, Армитаж осторожно заглянул в каюту и подошел к маленькому ноуту, на экране все так же была видна Лианна, она что-то писала, заметив изменившуюся картинку, доктор подняла глаза и кивнула. Хакс отключил наушники и раздался уверенный голос Моррель.       — Армитаж, я так поняла, что ваше сидение на холодной планете принесло свои «плоды». У Рена, скорее всего, отхождение камня из почки, больше ничего под симптомы не подходит. — Лианна помолчала и продолжила говорить: — Это очень болезненный процесс… лечить его я смогу только лично на крейсере, но до него вам еще три часа лететь. Так что слушай и запоминай.       Следующие минут десять, Армитаж кивал головой, память у него была прекрасная, и он старался запомнить все, что говорит врач. Хакс кивал головой, как китайский болванчик, а его ладонь не переставая гладила Кайло по плечу, спине, пояснице… гладила осторожно и ласково, хотя ни магистр, ни сам генерал не осознавали этого.       Армитаж включил электрическую грелку и положил ее на поясницу Кайло, острый приступ прошел и магистру уже не хотелось кричать, он судорожно дышал, выпил принесенный меддроидом спазмолитик и замер на кровати. Доктор сказала, что пациенту нужен покой и Кайло с удовольствием выполнял ее назначения, боясь, что после движения боль вернется.       Хакс сидел рядом, он уже не трогал неподвижное тело и молился всем богам, чтобы приступ не начался раньше, чем, они прибудут на крейсер. Боги были жестоки, где-то через час, магистр вздрогнул и снова накрылся пледом с головой, Хакс услышал оттуда тихий, отчаянный вой… Пытаясь хоть как-то успокоить Рена, Армитаж осторожно лег рядом с ним и прижал, всхлипывающего магистра спиной к своему животу, даря тепло и пытаясь облегчить его страдания. Кайло доверчиво прижался к теплому сильному телу за спиной и, хотя боль не отпускала, ему стало немного легче от такой неожиданной заботы. Оставаться один на один с болезнью, несмотря ни на что, было страшно!       Так они и провели оставшиеся два часа… Болезнь то отступала, то накидывалась на измученного магистра как дикий зверь, терзая тело болью. В такие минуты Рен теснее прижимался к Армитажу, а тот крепче стискивал его в объятиях, понимая, что ничем, кроме этой заботы, помочь Рену не в силах.       По прибытии на Финализатор, у трапа их ждала медицинская платформа и Лианна, со шприцом в руках. Она первая взошла на борт, сделала укол магистру, лишь потом, разрешила уложить его на платформу и срочно доставить в медотсек, где уже занялась Реном вплотную. То, что она делала, магистр уже не видел и, главное, не чувствовал, он спал с блаженной улыбкой на зареванном лице.       — Арми, ты так и просидел тут все два часа? — Лианна обратилась к замершему в кресле генералу.       Хакс кивнул, она оставила его сидеть в своем кабинете и ушла с магистром в операционную, единственное, что успел заметить Армитаж, его Кайло уже не плакал и не скулил, черты его лица разгладились, с него сошла гримаса боли, он спал. Слава Космосу, этот кошмар закончился!       — Он будет спать до утра — пояснила Лианна — а тебе надо помыться, переодеться, поесть.       Она подошла ближе и провела ладонью по рыжим волосам генерала, тот посмотрел на нее снизу вверх, и доктор поняла, что он тоже на грани, она ободряюще улыбнулась.       — Давай я тебе таблеточку вкусненькую принесу? А? И спать пойдешь. Хорошо? Хакс вначале отрицательно замахал головой потом кивнул, Лианна тихо засмеялась.       — Сам не знаешь чего хочешь?       — Знаю… — отозвался Армитаж и продолжил: — Давай свою таблеточку, но из медотсека я не уйду.       Теперь Моррель уже рассмеялась громче — перед ней снова был привычный генерал Хакс, а не тот до синевы бледный, испуганный молодой мужчина, со страхом смотревший на спящего Кайло, увозимого в операционную.       — Хорошо — тут же согласилась Лианна, она слишком долго и хорошо его знала, чтобы спорить (только время терять, все равно своего добьется) и закончила:       — Иди к себе, сходи в душ, потом возвращайся, мы поужинаем, ты выпьешь лекарство и останешься здесь… рядом с ним.       Армитаж несмело улыбнулся, кивнул и вышел.       Вкусненькая таблеточка Лианны имела успокоительный, но не снотворный эффект и Армитаж поспав немного, теперь просто сидел рядом со спящим Реном и смотрел на него.       Все произошло слишком быстро, они вдруг стали так близко друг к другу и генералу не хотелось, чтобы все вернулось «на круги своя», как только Рен откроет глаза. Хотелось подольше побыть с ним рядом, запомнить его таким… не холодным, отстраненным, высокомерным, а вот таким… и еще хотелось посмотреть на Кайло без одежды. Очень хотелось! Хакс видел, что под медицинской рубашкой Рен голый.       Осторожно, боясь разбудить, Армитаж потянул тонкое одеяло вниз, открывая грудь Кайло, скрытую тканью, потом стянув покрывало ниже открыл его живот, уже едва прикрытый рубашкой, а еще ниже открывался вид на голый пах магистра. Хакс, закусив губу, разглядывал член Рена, большой расслабленный, спокойно лежащий среди черных паховых волос (кстати, аккуратно подстриженных, кто бы мог подумать!)       Лианна вкратце рассказала, что делала в операционной. Она через мочеточник ввела тонкий инструмент, он волнами «разбил» камень, на мельчайший «песок», который безболезненно вышел. Именно камень, проходя по мочеточнику, ранил своими гранями нежные стенки органа принося дикую боль его обладателю. Холодный климат планеты спровоцировал почечную колику и отхождение камня. Лианна заверила, что теперь все в порядке, хотя лечение магистра продлится еще с неделю. Но таких болей уже не будет.       Армитаж смотрел на пострадавший пенис Кайло и неожиданно провел по нему пальцами, осторожно и ласково. Ему захотелось «пожалеть» и член, и его обладателя. Ни тот, ни другой пока не отреагировали на прикосновения и Хакс продолжил. Он уже ладонью, как животное, погладил пах Рена, прошелся пальцами по тазовым косточкам, приласкал живот, потом дотронулся до яичек и погладил их, провел по чувствительному местечку за ними и опустился ниже. Армитаж настороженно взглянул на Рена, тот все так же спал и не реагировал на ласки, в отличие от собственного члена, тот уже заинтересованно дернулся, хотя вставать не спешил. Тонкие пальцы генерала скользнули под тяжелые яички магистра и погладили между половинок ягодиц, совсем чуть-чуть, не проникая внутрь. Генерал все же понимал, что не стоит этого делать без согласия Кайло, ласки это одно, а вот проникновение «в святая святых» совсем другое. Лучше заняться членом…       Хакс переместился чуть ниже, наклонился и поцеловал полувставший член, тот тут же откликнулся на ласку, чуть дернувшись. Армитаж осмелел («ему» же нравится, почему бы и нет…). Генерал осторожно открыл головку, подул на нее, потом лизнул и опять поцеловал, член уже ощутимо дернулся и поднялся, а Кайло вдруг застонал, чем вогнал Армитажа в ступор! Тот решил, что магистр проснулся и сейчас его просто вышвырнут из палаты (хорошо, если не придушат), но взглянув на Рена, Хакс облегченно выдохнул — тот явно спал! НО тело реагирует так как надо, и Армитаж немного осмелел… он снова лизнул вставший член, провел губами по нежной коже головки, дотронулся кончиком языка до дырочки уретры, осторожно, ласково, потом продолжил облизывать уже полностью вставший пенис. Хакс был доволен, он так долго этого хотел, хотя даже не думал, что такое возможно. И вот теперь все это великолепие в его руках, в прямом смысле — можно с наслаждением целовать, лизать, ласкать Кайло, правда хотелось слышать ответную реакцию обладателя этого прекрасного органа, но на этот раз можно и без неё. Уже совсем осмелев, Армитаж обхватил губами член и начал посасывать его, он умел делать минет и даже любил это (хотя удостаивались этой чести не многие). Хакс уже глубоко насаживался головой на вставший и такой отзывчивый, орган. Армитаж увлекся процессом, он уверенно доводил магистра до оргазма, член реагирует на ласки даже если его обладатель немного не в себе, в данном случае… спит (или нет?) Хакс все же добился своего, потребовалось совсем немного времени и много уменья чтобы Кайло кончил, его тело вздрогнуло и горло генерала заполнилось спермой, которую Хакс успешно всю проглотил. Армитаж выпустил член изо рта, облизал его еще раз, очищая и потерся щекой о расслабленный опавший пенис. Он был доволен.       — Ты потрясающий — вдруг услышал генерал над своей головой, Армитаж вздрогнул всем телом и поднял взгляд, он увидел черные глаза Рена, в них читалось удовольствие и что-то еще… Хакс с испугом понял, что… отголоски боли!       — Больно? — испуганно спросил генерал.       — Да… — тихо ответил Рен, но потом улыбнулся и закончил: — Но так хорошооо… не уходи!       — Лианна, нас убьёт — четко произнес Армитаж, это прозвучало как аксиома — не требующая доказательств.       Рен кивнул и потянул Армитажа наверх, укладывая его к себе на плечо, он поцеловал Хакса в волосы и тихо попросил:        — Погладь его еще… ему так больно было, он заслужил.       Не меняя положение тела, генерал опустил руку и погладил расслабленный пенис ладонью, потом еще раз, рука погладила бедра Кайло, а сам Рен притянул Хакса в поцелуй. Они долго целовались и сами не поняли, как уснули, обнявшись, под одним одеялом.