Snowman

      В этот прекрасный предновогодний день ничего не должно было случиться. Нина соизволила приехать в Кеттердам и сейчас сидела на диване в гостиной Ван Эков, уничтожая запасы еды на месяц. Инеж сидела рядом с ней, закутавшись в тёплый плед и читая книгу. Джеспер с Уайленом занимались неловкими воркованиями в стиле «Не только девушки?», не особо обращая внимания на то, что их свадьба через месяц. Даже Каз в этот день находился рядом, просматривая и проверяя гроссбухи. Но надо же было одному балбесу испортить это умиротворение, в котором Бреккер был честно рад находиться. — А может слепим снеговика? Нина будто только этого и ждала. Она буквально сразу же вскрикнула «Да!» и побежала одеваться. За ней последовала Инеж, потом Уайлен, а за ними и сам Джеспер. Каз вышел на улицу только через пять минут, недовольно бормоча что-то о ноге и морозе, но на него уже никто не обратил внимания. Он стоял неподалёку и наблюдал, как Фахи и его жених вместе с Ниной пытаются скатать, наверное, самый большой в мире снежный ком. Кроме как желанием побить мировой рекорд, Каз оправдать этого не мог. Инеж в это время лепила шары поменьше, хотя с тем же энтузиазмом. Он честно не понимал, что весёлого может быть в копании в снегу. Возможно, это из-за ноги, которая исправно болела каждую зиму ещё больше, чем обычно. Когда снежные шары были слеплены, на Каза всё-таки обратили внимание. Он этого не хотел. Достаточно было просто стоять и наблюдать. Но нет же, слепить снеговика — святое дело, и ты нам в этом поможешь. Гафа распихала Бреккера и буквально заставила пойти с ней искать ветки для рук. Уайлен пошёл за морковкой для носа. Кажется, Каз успел услышать, как Джеспер подкалывает Ван Эка за схожесть с этой самой морковью в цвете. И кажется, Каз слышал, как Джеспера толкнули в сугроб. Он попытался сбежать в дом через запасную дверь, но Инеж, оказывается, следила за этим и ловко перехватила беглеца. — Тебе так сложно пару часов побыть человеком? Это не так трудно, как ты думаешь. Тут Каз снова стал ворчать о ноге и морозе, но, давайте будем честны, в присутствии Призрака со своей этой улыбкой рядом, нога болела не так уж и сильно. Да и ворчать рядом с ней было в удовольствие. Вернувшись с ветками, они приделали их к среднему кому, пока Нина впихивала морковку ровно посередине самого верхнего. Инеж достала из кармана пальто две большие красивые пуговицы, которые закрепила на месте глаз снеговика, а Нина разрисовывала его тело узорами, которые все единогласно приняли за одежду. Уайлен притащил ведёрко и надел на голову снежному созданию, которое Джеспер решил назвать Майло. Все также единогласно посчитали это хорошим именем для снеговика. Инеж надела Майло на шею шарфик. — У него нет ног, — опять начал ворчать Каз. — Зато есть руки, — философским тоном парировал Джеспер. Где-то с минуту все просто стояли и любовалиись полученным результатом. Даже Казу эта идея показалась всё-таки не такой уж и плохой. Нога болела, но это можно было игнорировать. Щёки горели на морозе, пробуждая воспоминания о том, как в детстве он с гораздо большей прытью лепил снеговиков и снежные крепости с Джорди. Это было, наверное, первое хорошее воспоминание о нём, не вызывающее паники, за долгое время. Он даже захотел рискнуть и приобнять Инеж. Но этому балбесу Джесперу всё неймётся. В Каза прилетел снежок, и он услышал звонкий смех стрелка. Ему захотелось закопать Джеспера так глубоко в сугроб, чтобы тело нашли только весной. Вместо этого он просто поддался какому-то необъяснимому порыву и кинул снежок в Джеспера. Нина, Инеж и Уайлен уже лепили свои снаряды, чтобы продолжить это. При взгляде на весёлые, жизнерадостные лица друзей (да, мы не боимся таких слов), злость улетучилась и Казу захотелось засмеяться. Разумеется, он этого не сделал. Не настолько ещё пришибленный. В общем, уже через двадцать минут улица превратилась в место Великой Снежной Битвы. Все смеялись, кидали снегом, уже не утруждая себя слепливанием его в шар, и совершенно промокли. Джеспер временно выбыл, пока пытался выбраться из сугроба, в который Бреккер его всё-таки запихнул. Нина наелась снега и засела за сугробами, кидаясь из засады. Верьте или нет, но впервые за несколько лет у Каза не болела нога.